I
18 октября 2012 г., 23:35
Когда приходит страх, от паники не скрыться. ©
Я никогда не думал, что за день до моего 25-летия мне предложат преподавание. Что-что, а передавать знания другим людям у меня никогда не получалось: еще в школе все поняли, что полагаться на меня бессмысленно. А в университете это только подтвердилось. - Простите, Вы - Арон? - Молодой мужчина останавливает меня за руку. Он одет в строгий классический костюм серого цвета. Короткий ежик его светлых волос забавно сочетается со смешной оправой его огромных очков. Мужчина озадачено смотрит на меня, ожидая ответа. - Арон Квак? - Уточняет он. - Да. - Меня зовут Джо Картер. Я провожу Вас до университета. - Мужчина кивает головой, как бы говоря следовать за ним. Шум аэропорта слегка напрягает, я никогда не любил места огромного скопления людей. Чувство дискомфорта всегда сковывало и мешало мне нормально общаться. Ну, так было раньше. Сейчас ничто не кажется таким страшным, как казалось. Ни смерть, ни одиночество, ни болезни, ни темнота, ни скорость и тем более ни высота не страшат меня больше. Преодолев это все в ходе своей учебы, я был горд собой. Мои родители погибли, когда мне было семнадцать. Именно тогда я начал бояться одиночества, смерти и болезней. Девять лет назад у мамы обнаружили опухоль, а через год она умерла. После ее смерти отец начал пить, мало работал, практически отовсюду его выгоняли из-за неподобающего внешнего вида, он часто ввязывался в драки и мне приходилось платить за него залоги в полиции; отец постоянно забывал, где он живет, и ночевал на станциях метро, а утром я приводил его домой. В один момент у него как будто что-то щелкнуло в голове, и он стал прежним. На несколько недель. Он нашел приличную работу, стал более приветлив с соседями, готовил для нас завтраки и ужины, покупал новую одежду, приговаривая, что старая совсем не годится, навещал маму, покупал ей цветы и часами стоял перед ее надгробием. Он позвонил родителям и долго с ними разговаривал, вспоминая ее. - У тебя ее улыбка, Арон. - Часто говорил он, смотря на меня во время ужина. - И ее глаза. - А еще ее запястья и пальцы. - Улыбался я, заканчивая за него, а он растягивал губы в улыбке, опуская взгляд в тарелку. А потом мне позвонили из больницы и сообщили, что отец скончался из-за обильной потери крови в результате аварии, виновником который он был. Помню, что телефонная трубка выпала тогда из моих рук, и ноги задрожали. Страх навалился на меня с великой силой, а сердце затрепетало, будто бабочка пойманная в паутину. Я не верил. Не мог поверить, что мой отец, который в последнее время так часто и ярко улыбался, который, наконец, открыл глаза после смерти матери, который вдохнул полной грудью вновь, стал виновником аварии. Стал им преднамеренно! Когда я завершил все дела, связанные с его погребением, я улетел из Америки, поступил в университет в другой стране, отучился, получил специальность и вот, через семь лет вернулся в Лос-Анджелес. Город Ангелов. - Прошу, садитесь. - Мужчина открывает пассажирскую дверь, широко улыбаясь мне. Ремень безопасности больно впивается в тело на уровне грудной клетки, но я не поправляю его. - Вы ведь раньше жили здесь? - Спрашивает Картер, искоса поглядывая на меня. Он кажется человеком любопытным, но знающим меру. - Да. - Я киваю. Картер открывает рот, собираясь что-то спросить, но желтое такси подрезает его в последний момент, и он громко ругается: - Козел! - Нажав на гудок, кричит он в открытое окно. - Кто так ездит?! - Я смеюсь. А мужчина, обернувшись на меня и поняв мою реакцию, улыбается в ответ. - Добро пожаловать в Лос-Анджелес. Здание университета просто огромно! Глаза разбегаются от такого зрелища. Центральный вход выдается вперед по отношению к остальному зданию. В обе стороны от него расходятся арочные галереи, а над ним размещается еще один коридор, аркада. Две квадратные башни, возвышающиеся над крышей на десять метров, словно сторожи входа. Тяжелые дубовые двери скрипят, когда мы входим внутрь. Центральный неф украшен звездчатым сводом, моя шея затекает, пока я рассматриваю его. Высокие окна дают много света, озаряя светлый коридор. Картер ведет меня вперед, пока мы не упираемся в центральную лестницу. Мужчина поднимается уже на десятую ступеньку, когда я прихожу в себя и следую за ним. Высокие потолки и окна в полстены, деревянные двери и настоящий паркет, иногда скрипящий под ногами, - это напоминает мой собственный университет, который я закончил совсем недавно. - Ректор ждет Вас. - Картер открывает дверь, пропуская меня вперед, и удаляется. У окна стоит высокий мужчина, держащий в руках папку и что-то изучающий в ней. Я кашляю, привлекая к себе внимание. Он поднимает глаза на меня и улыбается. - Арон Квак, да? - Я киваю. - Прошу простить, что так неожиданно предложили Вам эту должность. - Все хорошо. - Дело в том, что наш профессор должен будет уехать и не сможет прочитать курс лекций по теме, в которой Вы являетесь специалистом. - Ректор кладет папку на стол, прикрывая фотографию студента. - Я надеюсь, Вы сможете нас выручить и прочитать эти лекции. - Мне хочется возразить, но мужчина опережает меня. - Я понимаю, что у Вас нет педагогического образования, но у нас нет выбора. Мы преподаем настолько глубоко, насколько возможно. И Вы - наша спасительная соломинка. Наш профессор будет отсутствовать два месяца. Вы сможете замещать его в этот период? - Думаю, я справлюсь. - На самом деле весь монолог ректора не имеет никакого значения. Если бы я не был согласен на эти лекции, я бы не приехал сюда. Никогда. Но мне нужны деньги, хоть родители и оставили мне приличное состояние. А еще у меня было ощущение, что я обязан приехать сюда. Словно сердце шептало в самое ухо: "Уезжай. Возвращайся домой, иначе пожалеешь." - Замечательно! - Ректор открывает верхний ящик своего стола и достает какие-то документы. - Распишитесь здесь. - Поставив закорючку на одном и втором листе, я шумно выдыхаю. - Волнуетесь? - Мужчина улыбается, убирая документы в сейф. Он поворачивается ко мне лицом и протягивает руку. - Добро пожаловать в наш университет. - Я сжимаю сильную ладонь, принимая его приветствие. - Могу я?.. - Вы хотите узнать, что Вам нужно будет делать? - Спрашивает он, прерывая меня на полуслове. Поэтому я киваю. - Наш профессор расскажет Вам это завтра. Сейчас Вас проведут в аудиторию, где Вы будете читать лекции, а затем отвезут домой. Надеюсь, Вам понравится квартира, которую выбрали для Вас. - Он еще раз широко улыбается и зовет Картера, который заходит еще до того, как ректор заканчивает произносить его имя. Кивком головы он показывает мне, чтобы я шел за ним. Попрощавшись с ректором и прикрыв за собой дверь в его кабинет, я опять шумно выдыхаю. - Волнуетесь, да? - Картер слабо улыбается, не смотря на меня. - Да. - Отзываюсь я. Мы спускаемся вниз по главной лестнице, доходим практически до самого выхода и сворачиваем налево, оказываясь в достаточно узком коридоре. Картер ведет меня вперед, рассказывая историю этого здания. Я не пытаюсь вслушиваться и просто иду за ним, засунув руки в карманы и немного ссутулившись. - Это здесь. - Он останавливается напротив одной из дверей и легко толкает ее от себя, открывая аудиторию. Здесь такие же высокие потолки и огромные окна как в коридоре. Я озираюсь по сторонам, отмечая про себя, что наличие современной мебели совсем не портит такую историческую постройку. Комната светлая, так как находится на солнечной стороне, и на полу расположилась причудливая мозаика от окон. Я обхожу ее по кругу и замираю у самого основания. Мне кажется, будто я вижу чье-то лицо. Но моргнув, образ исчезает. - Здесь особая атмосфера, да? - Спрашивает Картер, усаживаясь за преподавательский стол и закидывая на него ноги. - Да. - Выдыхаю я, поворачиваясь лицом к партам и представляя, как завтра буду стоять здесь же перед многочисленными студентами. - Профессор Рид будет здесь завтра с восьми часов утра. Он сказал, что будет ждать Вас к половине девятого. - Ждать? - Да. Он сказал, что поможет Вам с организацией Вашей временной работы. - Картер встает из-за стола, громко стукнув ногами об пол, когда опускает их со столешницы. - Пойдемте, я отвезу Вас домой. Я сижу в машине, раздумывая о том, как же мне не проспать и как добраться завтра до университета. Картер без умолку говорит о своей семье: жене и двух дочках. Я изредка киваю, улыбаюсь и спрашиваю о чем-то, показывая, что слушаю его. А потом перед глазами мелькает что-то знакомое, и спустя секунды приходит понимание, что я знаю этот район. - Выглядит знакомо, да? - Картер улыбается, замечая как я прильнул к окну и во все глаза смотрю на то, что окружает нас. - Откуда Вы?.. - Профессор Рид. - Кивает Картер. - Вы, наверно, не помните его, но он был хорошо знаком с Вашими родителями в их юности. - Я молчу. Не могу вспомнить никого из друзей родителей. Тоска немного давит на плечи, заставляя подпереть подбородок и задуматься над тем, чтобы навестить могилы родителей. И когда машина тормозит у одного из домов, я все также думаю о них. - Третий этаж. - Картер хлопает дверью, от чего я вздрагиваю и прихожу в себя. Мы поднимаемся наверх на лифте, хотя по лестнице будет быстрее. Во всяком случае с таким лифтом. Когда двери открываются, и я выхожу в коридор, из-за двери рядом с моей квартирой слышен громкий голос, но разобрать, что говорят - невозможно. - Да уж, громкие у Вас соседи. - Картер протягивает мне ключ, позволяя самому открыть дверь. Собственно, это я и делаю. Когда в коридоре зажигается свет, и я ставлю сумку с вещами на пол, мужчина прощается со мной, сказав на каких автобусах я могу доехать до университета. - Спокойной ночи. - Желает он мне, и я закрываю дверь. Просторная спальня, соединенная с кухней, служит одновременно и гостиной. Мне нравится обстановка. Никогда не любил роскошь и огромные квартиры. В отличие от мамы. Вытащив из сумки пару фоторамок, ставлю их на полку и сажусь в кресло напротив. Родители обнимают меня с двух сторон и широко улыбаются, так же как и я. На этой фотографии лучше всего видно, что наши с мамой улыбки очень похожи. Отец часами мог рассматривать фото, вертя его в тонких пальцах. Когда я собираюсь встать и сходить в магазин, чтобы купить что-нибудь на ужин, через открытое окно врывается голос: - Хён! Ты издеваешься?! Мне не пятнадцать будет, а восемнадцать! - Короткая пауза и вновь, - хён! Ты обещал! Если не выполнишь - я сдам тебя сонбэ с потрохами. Я подхожу к окну. Меня интересует то, что парень, а это был именно парень, судя по голосу, говорит по-корейски. Безупречно чисто. В детстве родители пытались научить меня родному языку, но ничем хорошим это не закончилось. Точнее, не принесло никаких плодов. Парень болтает еще около семи минут, перед тем как сбросить вызов и отойти от окна. Когда его голос затихает, я отчетливо слышу, как открывается соседская дверь, и кто-то сбегает вниз по лестнице. Живот урчит, напоминая о себе, и я закрываю окно, обуваюсь в коридоре и выхожу из квартиры, смотрю на соседскую дверь и пытаюсь представить как выглядит мой сосед. "Восемнадцать" - думается мне, - "совсем юный. Полный жизни." Я выхожу на улицу и ежусь от холода, все-таки выйти в одной футболке, оставив кофту на вешалке, было плохой идеей. Магазин находится сразу, а вот что купить в мою голову приходит только спустя двадцать минут бесполезного шатания вдоль полок. - С Вас пятнадцать долларов. - Говорит кассир, и я кладу перед ней купюру чуть больше названной суммы, говоря, что сдача не нужна. Сумка получается маленькой и легкой, но на сегодня мне точно хватит. А завтра куплю что-нибудь еще. Когда я захожу в квартиру, из-за стены доносится мелодия, которую кто-то играет на пианино. Рояль бы не поместился в таких квартирах. Я открываю окно вновь, и мелодия звучит громче. И когда я хочу отойти от окна, чтобы заняться ужином, до меня доносится тихий голос, я не могу разобрать слова, но само звучание голоса заставляет меня замереть, задержав дыхание, и слушать. Когда парень тянет гласную в слове, его голос слегка повышается, и я чувствую, как мурашки бегут по моим рукам. Я заворожен. Но спустя секунды все звуки смолкают, и повисает тишина. Мой телефон разрывается стандартной трелью, и я спешу снять трубку. - Да? - Арон, это профессор Рид. Боюсь, Вы меня не помните, были слишком малы... Я хотел узнать, придете ли Вы завтра утром? - Конечно, профессор. - Я ставлю сумку на стол, прижимая трубку к уху плечом, и начинаю вытаскивать свой ужин. - Не могли бы Вы прийти чуть пораньше, чем договаривались? - В восемь часов подойдет? - Я включаю чайник, достаю кружку и насыпаю заварку. Сахар мне не нужен, я купил конфет. - Просто замечательно будет! - Профессор Рид кашляет и извиняется. - Простите, все чертово курение. Никак не брошу. - Он молчит всего мгновение и добавляет, - хотя уже поздно. - А затем слышен его тихий смешок. - Буду ждать Вас к восьми часам, Арон. - До свидания. - Я вешаю трубку на место и завариваю чай. Пока пар поднимается вверх, я нарезаю белый хлеб и запихиваю его в тостер. Спустя минуты на моем столе стоит тарелка с тостами, банка варенья, кружка чая и коробка конфет. Уже ночью, когда я проклинаю свою любовь к сладкому и крепкому чаю, я слышу, как за стеной кто-то тихо разговаривает с собой. А потом громкий всхлип и тишина. Спустя пять минут я засыпаю. Будильник будит меня без пятнадцати семь, и я недовольно морщусь, откинув одеяло и спустив одну ногу на пол. За стеной тоже начинается движение, и кто-то включает радиоприемник, который бормочет что-то про политику. Я сладко зеваю и, наконец, встаю. В кружке старая заварка, и я не утруждаю себя ее заменой. Чайник вскипает довольно быстро - я успеваю только щетку в рот засунуть, конфеты также стоят на столе, ожидая своего часа. Когда я сплевываю зубную пасту, чай уже заварился, а через окно слышится шипение масла на сковородке, а потом кто-то громко ругается, обвиняя куриные яйца в их существовании. Я смеюсь такому замечанию и сажусь за стол. Время быстро приближается к восьми часам, и я выхожу из квартиры, предварительно закрыв окно и выключив все из розеток. Делаю шаг в сторону лестницы, не успев еще полностью повернуться, и чувствую, как сзади кто-то врезается в меня. - Простите. - Я оборачиваюсь, чтобы сказать, что ничего страшного, и замираю. Высокий, наверно на голову выше меня, азиат с черными волосами и практически такими же глазами смотрит на меня так, словно ногу мне сломал. - Все нормально. - Я киваю, а он кланяется и быстро сбегает вниз по лестнице. Я хочу позвать его, спросить как его зовут и сказать как зовут меня. Но вместо этого я оборачиваюсь на соседскую дверь и думаю о том, что сосед у меня хоть и громкий, но красивый. Профессор Рид ждет меня в аудитории, разложив на преподавательском столе несколько книг и одну тетрадь. Когда я захожу, он отрывается от созерцания одной из книг и улыбается мне. - Доброе утро, - говорю я, подходя к нему и протягивая руку, которую он тут же сжимает в приветствии. - Доброе, Арон. - Он широко улыбается и смотрит на меня во все глаза. - У тебя мамины... - Глаза. - Улыбаюсь я. - И ее улыбка. - Кивает он. - А еще запястья и пальцы. - Добавляю я на автомате и прикусываю язык, вспоминая отца. Профессор понимающе смотрит на меня и потом переводит взгляд на книги. - Скорее всего тебе не сказали... - Он смотрит мне в глаза, - да, не сказали. Ты будешь читать лекции всего одной группе. - Одной? - Удивляюсь я. - Да. Но они... особые ребята. - Профессор Рид вздыхает и берет тетрадку в руки. - Они все одаренные в учебе. Некоторым еще нет даже восемнадцати. - Что? Я не... - Я говорю, что они вундеркинды, в некоем роде. - Профессор просматривает список учащихся. - Например, Грегори Уорд - его основным предметом является химия, считай его современным Менделеевым, в скором времени он придумает новую таблицу. Или Сэм Вуд - его предмет литература, может прочитать тебе любой отрывок из любого произведения любого классика наизусть. Или Хван МинХен... - Иностранец? - Удивляюсь я. - Да. - Профессор кивает, улыбается и добавляет, - кореец. - Почему-то перед глазами мелькает образ соседа, а в ушах играет мелодия, которую я слышал вчера, и я трясу головой, прогоняя мысли прочь. - Так что у него? - Психология. - О-у. - Тяну я. - Да. - Профессор тихо смеется. - Он будет твоим основным учеником. И основным мучителем. Хотя, по началу он может молчать. - Что Вы имеете в виду? - Думаю, ты сам поймешь. - Профессор смотрит на часы и добавляет, - время. Дверь открывается в ту же секунду, и около пятнадцати человек входит в аудиторию. Я бросаю взгляд в тетрадку и отмечаю, что в группе шестнадцать человек, а это значит, что кто-то отсутствует. Среди студентов я замечаю двоих азиатов. Мне интересно, кто же из них тот самый МинХен, но на мой вопросительный взгляд профессор лишь отрицательно качает головой. Спустя пять минут в аудитории повисает тишина, и я оглядываю присутствующих. Одного все еще не хватает, но профессор Рид выходит вперед и начинает говорить: - К моему сожалению и, возможно, вашей радости, я буду отсутствовать два месяца. Но в это время лекции вам будет читать мой хороший знакомый. - Профессор кривит душой, а я улыбаюсь его словам. В моем университете профессора поступали точно также. Они думают, что студенты будут нормально себя вести, если временный преподаватель хорошо знаком с постоянным. Ничего подобного. - Прошу Вас, представьтесь им. - Говорит он, отступая в сторону, открывая меня публике. - Меня зовут Арон Квак. - Несколько ребят переглядываются и улыбаются. Я стараюсь сделать вид, что ничего не замечаю и продолжаю. - Я буду преподавать у вас в течение двух месяцев. Надеюсь, вы сможете узнать что-то полезное для себя. - И какая общая тема Ваших лекций? - Это псих... Дверь аудитории резко открывается, и в аудиторию буквально влетают двое. Профессор Рид добродушно улыбается, а остальные студенты похихикивают. Я смотрю на эту картину и не понимаю, что происходит. - Получите-распишитесь! - Блондин выпрямляется в полный рост и отпускает второго из кольца рук. - Ты во время. - Профессор хлопает брюнета по плечу. - У вас новый преподаватель. Представься ему. Юноша выпрямляется. Черные глаза, почти такие же как и волосы, смотрят на меня сначала с интересом, потом в них мелькает узнавание, а спустя секунду еле различимый страх. Он молчит, также как и я. А в голове вновь звучит мелодия, которую юноша вчера играл на пианино за моей стеной. - Что же, - профессор Рид кашляет в ладонь, привлекая наше внимание, - Арон, это Хван МинХен - будущий специалист в области психологии. - Юноша еле заметно кивает. - МинХен, это Арон Квак, он будет преподавать, пока меня не будет. - Брюнет быстро переводит взгляд на профессора, с немым вопросом на устах смотря на него. - Два месяца. - Улыбается мужчина. - Садись. МинХен проходит мимо меня, занимая место на третьей парте, оказываясь в полном одиночестве. Но судя по его осанке и поведению, его это совсем не тяготит. Даже скорее напротив, ему легко быть одному. - Иди в свою аудиторию, Льюис. - Блондин широко улыбается, машет МинХену рукой и покидает аудиторию. - Так какая тема Ваших лекций? - Вновь спрашивают у меня. Я отмечаю, что "мой основной ученик" даже не поднимает глаз от парты. Но я произношу всего одну фразу, и он замирает, навострив свои ушки: - Это психология страха.
