Уильям и Джейми

      1779 год. Уильяму 21 год, Джейми — 58, его жене Клэр — 63. Их дочери Брианне 33-й год. Муж Брианны Роджер Маккензи, — да, это тот самый бывший маленький воспитанник преподобного мистера Уэйкфилда. Ему уже сорок лет.       Фергюс Клодель Фрейзер — это приёмный сын Джейми, а Марсали — дочь Лири, падчерица и невестка Джейми. Да, да (спойлер!), падчерица. Сестра Джейми Дженни за два года до возвращения Клэр в 18 век пыталась женить брата и не нашла ничего лучше, как выбрать для этой цели Лири, к тому времени вдову с двумя детьми.       Иэн-младший женился на Рейчел Хантер, сестре Дензеля Хантера, женой которого стала кузина Уильяма Рэнсома, Дотти (дочь брата лорда Джона Грея).       В общем, родственные связи не только сложные, но и запутанные. Но всё это важно, чтобы понимать, что происходит.       * * *       Семья Фрейзеров растёт. У Джейми и Клэр новая приёмная дочка Фанни, младшая сестрёнка погибшей Джейн, возлюбленной Уильяма. Также Фергюс и Марсали оставили бабушке и дедушке старшего сына, бойкого Жермена, ровесника Фанни. С весны рядом, в семье Иэна-младшего, живёт его мать Дженни.       Появляются новые хижины вокруг Фрейзерс-Риджа, центра шотландской диаспоры, объединённой Джеймсом Фрейзером. Он всегда отвечает за своих людей.       Сзади поселение защищает почти вертикальный каменистый обрыв, возвышающийся за безумной путаницей тёмных ветвей хвойных деревьев. На противоположном склоне огромный участок сплошь зарос вереском, издали он выглядит просто светлым пятном среди тёмной хвои сосен и американских деревьев — тсуги. Колючие ветви высоченных кустов переплелись и перепутались так густо, что невозможно сквозь них пробраться. С вершины хребта впереди виден следующий гребень гор, а за ним — ещё один.       Кажется, здесь негде устроить себе жильё, но земляки Джейми, шотландцы, — горный народ, они отлично приспособлены к жизни на клочках плодородной земли, затерявшихся среди скал.       Воздух в Ридже прохладный, в отличие от душных городов в долине, и чуть влажноватый, но дышится легко. Пейзажи радуют глаз.       Старые душистые ели обрамляют вырубку с одной стороны, а с другой набегает мягкая тень дубов и орешника гикори. Жёлтые и белые головки дикорастущих цветов ослепительно сверкают на солнце среди изумрудной травы альпийского луга.       Строения преобразили луговину, поросшую цветущими дикими травами. На месте сгоревшего большого дома торчит чёрная проплешина, которая ещё долго не зарастёт.       Роджер и его тесть Джейми вовсю строят новый дом на новой поляне. Пока что это просторная хижина, сооружённая из черновых стен, с односкатной кровлей, земляным полом. По причине летнего времени и жаркой погоды мужчины не очень спешат с окнами, дверьми и дымоходами.       Резные зелёные листочки земляники в форме маленьких геральдических щитов и выгнутые стебли словно обрызганы крошечными, кисло-сладкими сердцами ягод. Воплощённый герб Фрейзеров — от французского слова fraise — земляника.       На склоне, обращённом к долине, вид на которую будет открываться из окон нового дома, ягод было больше всего. Дети Брианны и Роджера — девятилетний Джемми и трёхлетняя Мэнди - лазили по склону, перемазавшись в красном ягодном соке. С ними ягоды собирала Фанни, которой было уже двенадцать. Мама и бабушка не очень беспокоились за детей.       Брианна, морща лоб, делала чертежи инженерных коммуникаций.       — Я хочу, чтобы у нас было водяное отопление, горячая вода, ледяной погреб! — говорила она.       Эта высокая женщина с огненными волосами мечтать не будет. Она осуществляет свои планы. Брианна уже начинала такую работу около старого дома, но её прервали драматические события на хребте.       Джейми подошёл к дочери, склонившейся над листами картона (Фергюс доставил ей из Уилмингтона).       — Что это, а leannan? *       Брианна смутилась…       — Па, я думаю, нельзя ли провести в новый дом электричество…       — Эле-ктри-чество? — не понял незнакомое слово Джейми.       Брианна показалась ещё более смущённой.       — Ну… Это… Изобретение нашего времени. Это свет без свечи или керосина, это машины, которые делают тяжёлую работу вместо человека или лошади…       В глазах Джейми зажёгся интерес. Брианна в упоении начала говорить о том, что электрическую энергию можно получить преобразованием силы падающей воды. «У нас же есть ручей с большим перепадом уровней!» Джейми слушал зачарованно, иногда задавая вопросы и веря всему, что говорит эта необыкновенная женщина — его дочь. Вторая из двух волшебных женщин человеческого рода, кого он знал.       Как бы в дополнение мыслям Джейми, с поляны донёсся звонкий голосок Мэнди.       — Двэмми, Двэмми, тепей пускай они нас ищут! Пойдём пвятаться!       «Кто знает, может, и трёх… Мэнди ведь тоже может путешествовать во времени! В кого она вырастет?»       — В нашем времени… В 20 веке, — исправилась Брианна, вспомнив, что «её время» теперь здесь. — В 20 веке этому учат, я училась в высшей школе инженерии, Па! — говорила она.       — Бедная лэсси…** Тебе тоже не хватает «горячих ванн»… — усмешка изогнула губы отца.       Настал черёд дочери не понять шутку.       — При чём тут горячие ванны?       — Твоя мама говорила, после того как отказалась оставить меня, когда я её привёл к стоячим камням в первый раз: «Горячие ванны почти победили!»       Молодая женщина подняла на него глаза.       — Никакие горячие ванны не стоят её любви к тебе, Па!       Он повернул голову, не сводя с неё улыбающихся глаз и видя не только дочь, но и свою жену в её облике.       — Но если можно устроить так, чтобы и ты, и ванны были у неё под рукой, почему бы и не сделать это? — продолжала Брианна с энтузиазмом. — И вообще, электричество может молоть зерно, поднимать тяжести, двигать грузы, да мало ли чего ещё! Не всё же делать собственными руками!       Отец и дочь удовлетворённо крякнули по-шотландски в унисон.       — Мама! Мама! — вдруг раздался с полянки крик Мэнди. — Они меня не берут с собой! А-а-а-а! Двэмми!       — Мам! Она маленькая! — старался басить Джемми. — А Фанни и Жермен зовут меня на ручей!       Ребята уже бежали в сторону деда и матери: рыжая, как у деда, голова Джемми и тёмная, в кудряшках, как у Клэр, головка Мэнди мелькали на фоне зелёной травы.