Никотин и Сталь

      Франсис Лафат ходил по дому, устраняя беспорядок. Упавшие фотографии кое-как стояли на месте, а разбросанные ранее вещи и одежда скомкано лежали на полках шкафа. Иногда осматриваясь, мужчина ударял себя по лбу, видимо, удивляясь своей невнимательности. Он судорожно приводил дом в надлежащий вид, будто бы не здесь пронёсся, словно бешеный ураган, Леон То-Нелли, который так же торопливо пытался отыскать то, что ему нужно. Все вещи, от огромного чемодана до мельчайшей статуэтки, были поставлены на свои места, имитируя вид порядка.       Рокель всё так же сидела на деревянном стуле, тихо роняя слёзы. Она даже не поднимала голову, чтобы посмотреть на суетливого Франсиса, который, в отличие от девушки, часто косился в её сторону. Признаться, где-то глубоко в душе его мучила совесть. Где-то там, на задворках сознания, он понимал всю несправедливость жизни к этой девушке, но просто молчал в тряпочку, когда его «начальник» безжалостно сжимал горло брюнетки. Он, может быть, и хотел плюнуть на это дело, отказав То-Нелли, но… ему надо как-то кормить семью. И Лафат уже тысячу раз пожалел, что выбрал именно этот путь заработка денег.       — Хватит реветь, — бросил он, убирая очередную безделушку. — Слышишь? Ненавижу, когда дети ревут.       Рокель неожиданно подняла взгляд на смотрящего на неё мужчину. Эти глаза заставили Франсиса быстро отвести куда-нибудь взгляд. Лишь в профиле девушка заметила невероятные сходства Натаниэля и Амбер с человеком, что стоял сейчас напротив. Возможно, нос или изгиб губ, точно сказать трудно, но что-то дети явно унаследовали от своего отца.       — Ваши дети часто плакали? — наклонив голову вбок, хитро спросила девушка, уже не замечая слёз на своих щеках. — Поэтому вы не любите плач?       Лафат на мгновение остановился и посмотрел в глаза девушки. Он не понимал, откуда она знает, что у него есть дети. Именно дети, а не один ребёнок. Подумав некоторое время, он соврал:       — У меня нет детей.       — Неправда, — тут же ответила брюнетка, пытаясь поймать взгляд мужчины, что так старательно его прятал. — Есть. Амбер и Натаниэль, не так ли? — Рокель увидела, как широко раскрылись карие глаза мужчины; он удивлённо вскинул брови. — Я учусь с ними в одном классе, — пояснила девушка, с любопытством наблюдая за реакцией Франсиса.       Тот всего лишь смотрел в одну точку, не смея ничего говорить. Он почему-то мысленно поставил своих детей на место Рокель и ужаснулся — как сильна девушка, сидящая перед ним. Он был уверен, что капризная Амбер, которая не может и дня провести без трепли по телефону и новой одежды, и Натаниэль, что вырос в заботе и в априори не знает, что такое драка, не смогли бы вынести всего того, через что прошла Рокель. Лишившись всех родных, она смело смотрит в глаза человеку, который своими руками устроил их смерть и с лёгкостью может отправить её к ним.       — Представьте, что они скажут, когда узнают, чем вы зарабатываете, — вывела мужчину из раздумий девушка.       Что скажут? Лафат вдруг резко поднял голову, от чего Рокель даже слегка испугалась.       — Они скажут мне «спасибо», — с уверенностью заявил Франсис, взявшись рукой за полку. — Амбер — за новую побрякушку, а Натаниэль — за очередную энциклопедию, которая никому кроме него и не нужна. Я зарабатываю деньги ради их прихотей. И им не обязательно знать, каким образом я это делаю.       Рокель безнадёжно смотрела на мужчину, который был твердо убеждён, что сказал чистую правду. Что Амбер с Натаниэлем действительно поблагодарят его за то, что он убивал людей.       — Мне жаль Ваших детей, — тихо выдавила из себя девушка, вновь понуро опустив голову.       Ей действительно было жаль Амбер и Натаниэля, в частности, их психику. Знать, что каждый вечер они желали добрых снов человеку, который убил нескольких людей — это огромный удар.       Лафат коротко взглянул на брюнетку, а после подошёл к ней, не смотря в глаза. Он тяжело дышал, всё его состояние говорило о невыносимой дилемме, творившейся в его сознании. Что это с ним такое? Впервые он не может сделать того, что ему приказали. Он стоит перед девушкой и не может пошевелиться. Ведь всё просто. Просто пройти мимо. Просто набрать ванну. Просто вскрыть ей вены. И просто получить полмиллиона.       Дверь буквально слетела с петель от сильного натиска группы оперативников. От громкого звука Лафат вздрогнул, панически всматриваясь в каждого полицейского. В руках мужчин виднелись металлы пистолетов, хотя Рокель не могла быть в этом уверена из-за полумрака в комнате и пелены слёз.       — Месье Лафат, мы настоятельно просим Вас добровольно сдаться полиции, — громко произнес один из полицейских, в то время, как остальные три или четыре человека продолжали наводить дуло пистолета на Франсиса. — Выложите все виды оружия, которые Вы имеете при себе.       Мужчина ненадолго замешкался, исподлобья смотря на ворвавшихся в дом оперативников. Он продолжал держаться одной рукой за спинку стула, на котором сидела брюнетка, а сама девушка не сводила с него взгляда, молясь, чтобы он ничего не вытворил в порыве злости. Через несколько секунд бездействия он выложил на пол маленький нож, который сверкнул в свете, проникающем в помещение, и пнул его в сторону полицейских. Двое тут же сорвались с места, заворачивая руки Лафат за спину и надевая наручники. Оставшиеся подошли к Рокель, освобождая её от скотча на кистях.       Выйдя на улицу в сопровождении мужчины в форме, девушка заметила две машины, принадлежавшие полиции, и одну — медицинской помощи. Рядом со «скорой» стояли Кастиэль и Том Блэф, выискивая взглядом, по-видимому, Рокель. Брюнетка инстинктивно бросилась к Кастиэлю, попадая в его объятья. Он изредка отстранялся от неё, чтобы поцеловать её щеки, нос, покрыть поцелуями все её лицо, сказать, как он боялся, что больше никогда не увидит её. Он действительно сидел, как на иголках и успел накричать на детектива за то, что он оказался неправ, за то, что он не приехал раньше. Кас панически боялся того, что происходило за дверью дома после того, как он увидел выходящего То-Нелли. Минуты ожидания казались ему вечностью, тишина вечера давила с невыносимой силой. И вот наконец он держит её в своих руках.       — Мне бы не хочется вас отвлекать, но мы должны ехать, чтобы дать показания, — мягкий голос мужчины, что наблюдал за трогательной сценой, заставил обоих ребят посмотреть на него, но рук, смыкающих друг друга в объятиях, они не разомкнули. Затем Рокель перевела глаза на машину, в которую усаживали Франсиса. Тот, в свою очередь, тоже бросил беглый взгляд на девушку, от чего по её телу пробежался едва уловимый холодок.       — Что теперь делать с кольцом? — совсем тихо спросила Рокель, не отводя взгляда от мужчины, за которым уже успели захлопнуть дверь иномарки.       — Просто заберём его из отеля, где я остановился, — непринужденно ответил мужчина, мельком посмотрев на наручные часы.       Что он сейчас сказал?       — В каком смысле? — в непонимании уставились на него Рокель с Кастиэлем. — То-Нелли ведь забрал его.       — Не его, — с легкой улыбкой произнес Блэф. — Он забрал подделку. Настоящее кольцо я забрал у Вас, — он кивнул на Рокель, — ещё тогда, когда был здесь в прошлый раз. Поэтому сейчас в руках То-Нелли дешевое колечко с датчиком геолокации, а кольцо Вашей матери — в отеле. Благодаря этому полиция может с легкостью найти То-Нелли.       Мужчина рукой указал на сидящего в машине полиции молодого человека, который с серьёзным видом нажимал на кнопки ноутбука. Через несколько секунд его лицо озарилось радостью с долей самодовольства, и парень подозвал к себе другого оперативника.       — Месье Блэф, — к компании подошёл тот самый полицейский, который улыбался во все тридцать два, — Месье Блэф, нам удалось определить местоположение Леона То-Нелли, нам нужно ехать. Вы сможете сами добраться до отделения?       — Конечно, нет проблем, — ответил Том, мило улыбнувшись мужчине. — Спасибо.       Мужчина коротко кивнул и отдал приказ своим коллегам. Спустя несколько мгновений машин у дома Рокель уже не было. Девушка облегчённо выдохнула. Никогда прежде она не чувствовала такого спокойствия, как сейчас.       — То есть, — над головой брюнетки раздался голос Кастиэля, — Рокель могли убить из-за какой-то безделушки? Она рисковала жизнью ради ничего нестоящего кольца? — юноша в упор смотрел на опустившего глаза детектива. Да, возможно, в этом плане он допустил ошибку, но Том не мог поступить иначе. Риск был единственным выходом.       — Всё ведь обошлось.       — А если бы полиция не успела?! Если бы Лафат не стал церемониться с Рокель, а сразу бы пристрелил её?! — Кастиэль начал кричать, не обращая внимания на девушку, что пыталась успокоить его объятьями. — Что дальше? Она бы умерла! И умерла бы не за кольцо матери, а за непонятно, что!       Рокель наконец взялась за лицо красноволосого, успокаивающе поглаживая кожу на его щеке. Парень глубоко дышал, не сводя грозного взгляда с детектива, который, в свою очередь, молчал, предоставляя Рокель возможность успокоить парня. Девушка шептала, что всё хорошо, что ему нужно остыть, и в конце концов юноша сжал брюнетку в своих объятьях. Он вдыхал запах её волос и хватался пальцами за её кофту, словно за спасательный круг. Прохлада на улице совсем не чувствовалась.       — У меня не было выхода, — разрушил тишину вечера Том Блэф. Надо же, Кастиэль и Рокель и позабыли, что он стоит рядом. — Нам нужно ехать.

***

      Когда Рокель шла в школу, держа Кастиэля за руку, она думала, как войдёт в здание. Снова присутствовал лёгкий мандраж. Она была готова ко всему: к тому, что в школе все узнают обо всём; к тому, что по этому поводу пустят какие-то сплетни; абсолютно ко всему. Но она не была готова к встрече с Амбер в раздевалке школы.       Она не была похожа на себя. На лице ни грамма косметики, что позволяло увидеть её естественную красоту. Вместо брендовой блузки и дорогих каблуков — обычная чёрная водолазка и удобные кроссовки. Длинные волнистые волосы не уложены в сложную причёску, а собраны в низкий хвост. Зелёные глаза в упор смотрят на Рокель. От полного боли взгляда девушки по телу брюнетки пробежались мурашки. Кастиэль, наблюдая за сценой молчания, хотел уже было «атаковать» Амбер, но её тихий голос заставил Кастиэля передумать:       — Кастиэль, оставь нас, мы должны поговорить, — юноша вздёрнул бровь, недоверчиво смотря на блондинку. Рокель кивнула, подтверждая слова Амбер, и только после этого красноволосый оставил их вдвоем. — Предлагаю пойти в более тихое место, — произнесла девушка, кивнув на вошедшего в здание школы ученика.       — Я бы хотела извиниться.       Рокель распахнула глаза, смотря на стоящую напротив Амбер. Девушка уверенно глядела на брюнетку, сжимая ручки сумки. По побелевшим костяшкам было видно, что Амбер всё же волнуется, но старательно прячет беспокойство за серьёзным лицом. С чего она решила попросить прощения? Она ведь ни в чем не виновата.       — За всю свою семью и за себя, в частности, — продолжила девушка, на мгновение посмотрев мимо Рокель. — Я никогда не думала, что мой отец будет способен на это, поэтому… прости. Я тоже поступала неправильно по отношению к тебе, потому что не знала о тебе ничего. Я бы в жизни не стала издеваться над человеком, зная, что у него нет родных, — заметив, как брюнетка опустила глаза, Амбер снова произнесла тихое «Извини».       — Не надо, Амбер, — ответила девушка, покачав головой. — Ты здесь совершенно ни при чем. Ни ты, ни Натаниэль, ни мадам Лафат. Я бы не хотела, чтобы между нами были какие-то недопонимания, поэтому тоже прошу прощения, что я, в какой-то мере, отняла у вас с Натом отца.       — Он не любил нас, — вздохнув, произнесла Амбер. — Он всё решал деньгами, даже думал, что отцовскую любовь можно ими заменить, — девушка горько усмехнулась и провела ладонью по волосам. — Наш отец та ещё свинья.       — Но он подарил вам жизнь.       — И это — единственное, за что мы благодарны.       Повисло неловкое молчание, которое сопровождалось только разговорами входящих в школу учеников. Амбер предложила покинуть сад, в котором они разговаривали. Было видно, что она хотела спросить что-то ещё, но сильно колебалась.       — Ты любишь Кастиэля? — вопрос, который заставил Рокель остановиться. Блондинка выглядела заинтересованно, и в её голосе не преследовалось ни капельки злости.       — Да, — честно призналась брюнетка, от чего на лице Амбер появилась искренняя, но уставшая и измученная улыбка. — Ты же тоже его любишь, — смотря на улыбающуюся физиономию девушки, нахмурившись, произнесла Рокель.       — Знаешь, — ответила она, — я поняла, что на свете существуют более важные вещи, чем красивый парень. Не всю же жизнь мне за ним гоняться, верно? — немного разочарованно вздохнула девушка. — Признаться честно, я не очень рада, что вы вместе, но мешать я не собираюсь. Ты любишь его, а он — тебя.       — Иногда, я начинаю в этом сомневаться, — ответила на последнюю реплику блондинки Рокель. — Он никогда не говорит мне этого, хотя я и сама не люблю бросаться подобными словами.       — Он просто-напросто такой человек, — махнула рукой блондинка, уверяя Рокель в правдивости своих слов. — Если бы он тебя не любил, он бы не стоял сейчас за колонной, что находится за твоей спиной, — практически шёпотом произнесла она, чуть наклонившись к брюнетке.       Рокель удивлённо вскинула брови, и хотела обернуться, но Амбер заверила её в том, что Кастиэлю не обязательно знать о том, что он слишком заметен.       На вопрос Рокель, знает ли кто-то из учеников о сложившейся между семьями Ломбардо и Лафат ситуации, Амбер категорически ответила «нет». Поэтому сейчас девушка спокойно зашла в класс, ловя на себе приветливые взгляды одноклассников. В конце класса, как и всегда, сидел красноволосый, который, увидев свою девушку, слегка улыбнулся. Как только Рокель села за парту, Кастиэль спросил:       — Ну и чего она от тебя хотела?       — Перестань, Кас, — улыбаясь, ответила брюнетка, выкладывая свои учебники на стол, — ты ведь всё прекрасно слышал.       Парень смотрел на её профиль, не в силах отвести взгляд. Они прошли все испытания, выдержали все удары судьбы. От этого их чувства только окрепли, чему Кастиэль был, естественно, рад. Он думал, что это он помогал ей на протяжении этого года; он спасал её от опасности. И не замечал, как она тоже спасает его от одиночества и скуки. Жизнь толком не имела смысла, пока в ней не появилась она. Маленькая девчушка с боевым характером, что смогла перевернуть привычный мир красноволосого с ног на голову. В который раз в его голове всплывали воспоминания, в которых Рокель с Кастиэлем были вместе. И в который раз на его лице появлялась счастливая улыбка.

***

      Громкий и чёткий голос судьи, заставил присяжных умолкнуть:       — Именем Французской Республики суд приговорил признать месье Леона То-Нелли виновным в совершении преступления и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок двадцати лет, вместо положенных двадцати пяти, в связи с тем, что подсудимый является гражданином Итальянской республики. Приговор может быть обжалован в течение…       Остальные слова Рокель не слушала, устало закрыв глаза. Она измученно выдохнула и продолжила потирать маленький синий бриллиант* кольца на своём безымянном пальце. ________________ *Синий бриллиант — один из самых дорогих драгоценных камней, стоимостью около 1,5 млн долларов за 1 карат.