Исполнение мечты

      Утро наступает скорее, чем мне хотелось бы. Причиной моего пробуждения становится Дин, вставший с кровати. Я сонно открываю глаза и наблюдаю, как он идет к двери, из-за которой слышен стук, зевая и поправляя волосы. Этой ночью мне не снились кошмары. Да и вообще ночь была чудесной: Винчестер спал рядом, обнимал меня. Мне так спокойно было, словно я очутилась в Раю и забыла разом все проблемы и невзгоды. Интересно, это просто ночь была такой или Дин подарил мне это умиротворение? Эх, да я больше, чем уверенна, что это благодаря Дину. Черт, как же это странно. Не должно быть так, если мы выстраиваем семейные, дружеские отношения. Но он тоже хорош — взял да улегся со мной спать, когда его кровать совсем свободна была. Размышляя и дальше о моей безмятежности рядом с охотником, я вижу, как в наш номер заходит Сэм. — Доброе утро. Пора вставать и ехать домой, — он оглядывает Дина и меня, все еще лежащую в кровати с довольным лицом, а потом его взгляд падает на кровать брата.       О, конечно. Кровать Дина с головой выдает то, что он на ней не спал. Заправлена, как и вчера. А сам Дин выглядит точно так, как будто только что проснулся от визита младшего. Сэм не дурак, он догадается. Однако по его лицу бежит лишь довольная ухмылка, которая быстро исчезает, и неловкими вопросами он нас не засыпает, за что я ему благодарна. — Сэмми, а так все хорошо начиналось. Ладно, но сначала завтрак, — и после этих слов Дин скрывается за дверью ванной.       Мне абсолютно не хочется вылезать из-под теплого одеяла, которое так уютно обволакивает, стараясь заманить обратно в страну грез. И я даже прикрываю глаза, надеясь еще немного подремать, хоть и без старшего Винчестера под боком это уже не так соблазнительно. — Как спалось, Лиз? — Сэм с крахом рушит мои планы, заставляя мозг работать, чтобы не выдать рассказ о своей ночевке с Дином в одной кровати.       Нет, ну знать ему об этом не стоит. Будет ведь говорить о придуманных чувствах брата, ему начнет что-нибудь потом говорить. Например, что мне 16, что я ребенок, что не стоит со мной себя так вести старшему охотнику. А я не хочу, чтобы Дин вдруг прислушался к таким словам и прекратил свое столь нежное общение со мной. Мне нравится его забота, особенно в таком виде. Я чувствую себя под защитой на все сто процентов, даже плохие сны не могут ко мне проникнуть рядом с ним. Я не хочу рушить свое спокойствие. Да и Дину, кажется, нравится… Он ведь сам ко мне пришел. Может, ему тоже со мной спокойнее спать? Хотя это вряд ли. С чего бы? Наверное, о причинах его такого поведения лучше не думать. Закопаю еще себя в депрессивные мысли или, наоборот, дам сама себе ложные надежды, которые потом с треском рухнут. Я не хочу себе такого. Два главных правила существования в мире Винчестеров: держаться подальше от охоты, монстров и не давать себе шанса задуматься о Дине больше, чем о заботливом старшем брате. Тогда возможно все у меня будет хорошо. Хотя как может быть хорошо, если я все еще помню о смерти моих близких? Ладно, может быть, у меня есть шанс просто жить нормально, приспосабливаясь тут. — Отлично. Я почти даже выспалась, — зеваю, снова открыв глаза и смотря на Сэма, который подпирает плечом полку-разделитель. — Еще бы, конечно, пару часиков не помешало бы. — Как же ты любишь поспать, — он улыбается. — Вставай давай, сейчас доедим пиццу и в путь. — Ну мне так нравится лежать в этой теплой кровати, — я ворочаюсь.       Из ванной выходит Дин, отвлекая меня от разговора. Он выглядит уже гораздо менее заспанным: переоделся, умылся, причесался. Лишь небольшие отголоски сна в его глазах говорят о том, что десять минут назад охотник лежал под одеялом. Я смотрю за тем, как он открывает пиццу и достает лимонад, и невольно в голове мелькает мысль о том, что он, наверное, тоже решил ничего не рассказывать Сэму о нашем совместном сне. Да и действительно, зачем это делать? Так всем будет спокойнее, а уж не проболтаться-то я смогу. Дин и подавно будет хранить эту тайну невероятно умело, что ни одна живая душа не догадается.       Я все же вылезаю из-под одеяла и поднимаюсь, привычно опираясь на костыли. Сборы и завтрак не занимают у нас много времени, так как все проходит абсолютно спокойно, с приятными разговорами и веселыми шутками. Через час мы уже сидим в Импале, а еще через шесть — подъезжаем к бункеру. Дин загоняет машину в гараж, и я наконец выбираюсь из нее, разминая ноги. Поездка от мотеля до дома определенно вышла удачной: много болтовни обо всем подряд, много музыки и просто уютной тишины, нарушаемой только звуками дороги. Мне удалось вновь залипнуть на долгое время в телефон и даже поснимать красивые виды из окна. От объектива моей камеры не ускользнули и Винчестеры, смех которых мне удалось пару раз запечатлеть незаметно для них. Останется на память, они такие радостные сейчас. К моему счастью, ни Дин, ни Сэм не поднимают вопрос о прошедшей ночи, и я даже отвлекаюсь от этого, храня теперь как теплое воспоминание в душе.       Когда я иду до своей комнаты, пытаясь справиться с лестницами в бункере, Хранители которого явно не задумывались о людях со сломанной ногой, часы показывают половину четвертого. Черт, а ведь есть уже хочется. Кусок пиццы на завтрак вместе с лимонадом, конечно, хорошо, но организм требует свое. Мне, безусловно, хотелось бы проигнорировать это желание, но желудок предательски урчит и сжимается, будто начинает есть самого себя. Так, разберу вещи, закину все в стирку, немного полежу и можно будет поесть. Как раз это будет ужин, а пропущенный обед — хорошо. Определенно хорошо. Еще один шаг к похудению, которого я обязательно добьюсь.       Зайдя в свою комнату, я радостно обвожу ее взглядом. Эта комната — моя, заботливо отремонтированная Дином, в углу все так же сидит огромный плюшевый медведь, у кровати стоят огромные пушистые тапочки. Да я даже успела соскучиться по этому месту! Как ни крути, но мне надо привыкать к тому, что я живу тут. Иначе не выйдет. Возможно, когда-то я решусь строить жизнь самостоятельно, сделав документы и получив образование, начав все с нуля и заведя новые знакомства. Но не стоит забывать: одна, значит, никто не прикроет. А в этом мире так много разных монстров, что оставаться без защиты охотников несильно хотелось бы. Я сажусь на кровать, продолжая размышлять об опасностях отдельной от Винчестеров жизни. К тому же, я не буду постоянно видеть Дина и Сэма. Я буду по ним скучать, наверное. Особенно по Дину. Одно удовольствие иногда смотреть на него, уже приятно. А объятия с ним просто восхитительны. Ох, да, я опять думаю об этом. Мои мысли прерывает стук в дверь. — Лиз, это я, вещи твои принес, — голос старшего Винчестера доносится из-за двери. — Заходи.       На пороге появляется Дин, держа в руках мои сумки. — Куда поставить? — Давай около кровати, разберу сейчас. — Приходи потом на кухню, надо пообедать, Сэм обещал приготовить что-то из остатков еды в холодильнике, — он стоит посреди комнаты и просто оглядывает меня. — Да я пока не хочу, вещи стираться отправлю и полежу немного. Нога побаливает, устала в машине, — и я почти не вру.       В ноге же и правда есть легкий дискомфорт. Подумаешь, пропущу один прием пищи. Это несмертельно. Я успешно убеждаю саму себя, что моя навязчивая идея с похудением абсолютно нормальна. — Тебе, может, аспирин? — Да нет, небольшая усталость. Пройдет. — Ладно, отдыхай. Понадобится что-то, зови. — Дин, я могу и сама сходить, если вдруг что, — ухмыляюсь. — Я на всякий случай, — и он выходит, закрыв за собой дверь.       Посидев еще пару минут, я все-таки принимаюсь разбирать вещи, переодевшись в штаны от светло-голубой пижамы и в легкую кофту с голубыми и белыми полосками. Пожалуй, ничего страшного, если я буду ходить в пижамных штанах. На гипс мало чего можно надеть. Когда с укладыванием вещей в шкафу покончено, я отправляю одежду стираться и возвращаюсь в комнату, чтобы полежать. Меня опять увлекает интернет, заставляя погрузить в мемы, короткие видео и смешные фотографии животных.

***

      Винчестеры после приезда домой тоже принимаются разбирать вещи, лелея в голове мысль, что они дома, что работы нет, а если и появится, то это будет сущим пустяком по сравнению с тем, через что они уже прошли. Убрав всю одежду на место, Сэм отправляется на кухню готовить хоть какой-то обед, напоминая себе, что сегодня еще нужно съездить в магазин за едой и другими предметами обычной жизни: бумажные полотенца, мыло, стиральный порошок и так далее по списку. А еще ставит себе пометку почитать о душах, созданных друг для друга. Он уверен, что сможет что-то найти в библиотеке Хранителей на эту тему.       Дин же не спешит распаковывать сумку, завалившись на кровать и размышляя о прошедшей ночи. Конечно, братья себя так не ведут. Они не спят в одной кровати с сестрами, обнимая их и притягивая поближе. Или же спят? Я всего лишь хотел, чтобы Лиза поскорее уснула и спала спокойно, без жутких кошмаров, как было в больнице. Кажется, у меня получилось. Хотя это вряд ли моя заслуга, скорее, просто повезло. Но она не была против. А эту черту, за которой находится что-то большое, я не перейду. Я больше не допущу такой же ошибки, как у Джоди. Я не полезу к ней, не буду даже ни капли на что-либо намекать. Просто сестра. Я старший брат. Мне это не впервой, я справлюсь. Черт, да мы с таким справлялись, я что, не смогу сдержать самого себя? Смогу. Я должен. Ради Лизы и ее счастья. Это ведь мы притащили ее сюда, из-за этого ее душа пострадала. Те сволочи совершили для ее страданий много, очень много, но и переход из другого мира не дался ей легко. Не знаю, почему мы не переносили это настолько плохо, сложно ведь сказать, что наши души не терпли разные ужасы. Но Лизе пришлось очень трудно, и мы тоже в этом виноваты. Я виноват. Сэм ведь говорил оставить ее там. А если бы мы не появились? Если бы не смогли найти этих подонков и засадить далеко и навсегда? Ей пришлось бы еще хуже. Черт, да я столько лет сталкиваюсь с различным дерьмом, а до сих пор не могу понять, почему такие прекрасные люди должны страдать? Гребаный Чак, сукин сын. Лиза такая невинная, добрая, открытая и наивная. За что ей это все? Еще и я тут со своими чувствами. Нет. Никаких чувств нет. Я просто старший брат. Ладно, забыл обо всем этом. Хватит сопли пускать. Поднявшись с кровати, Винчестер идет на кухню, где застает младшего брата, копающегося с документами и ноутбуком. — Как с едой? — Дин усаживается на стул напротив Сэма. — Рис с фасолью и стейк. Еще готовятся. Надо в магазин съездить сегодня, у нас почти ничего не осталось. — Чудненько. Что за документы? — Дин двигает к себе один из листков. — Для Лизы делаю все. Я тут подумал, возможно это странная идея, но я просто предлагаю. Может, отправим Лизу в школу? В ее мире ей еще предстояло отучиться два года, чтобы закончить старшую школу. В Лебаноне есть нормальная. Это не слишком далеко от нас. Мы могли бы ее возить или научить управлять автомобилем, сделать права. В гараже Хранителей полно машин, которые можно дать ей в пользование, — Сэмми поднимает настороженный взгляд на старшего. — Сэм, ты чего, с ума сошел? Какая школа? — Да подожди ты, подумай сам. Ей в любом случае нужно образование. Вдруг что. А в школе у нее появятся знакомые, друзья ее возраста. Ей будет, чем заняться кроме бесконечных разъездов с нами и вечных просмотров фильмов. Это поможет ей зажить нормально, полноценно, отвлечься от грустных мыслей. В общем, привыкнуть жить тут, с нами.       На несколько мгновений Дин и правда задумывается, оценивая предложение брата. Он прикидывает, насколько это вообще возможно и уместно. — Ладно, логика в этой идеей даже есть, но захочет ли она сама, Сэмми? Да и нашу жизнь сложно назвать нормальной, чтобы просто ходить в школу. — Я помню, что мы были в постоянных переездах с отцом, меняли школы чаще, чем кто-либо другой. Но ей не придется постоянно быть новенькой. Она сможет стабильно посещать эту школу, ведь мы живем теперь тут, в бункере. — А если мы уедем на охоту? Мы ведь точно уедем. Большое зло побеждено, но мелкие демоны и прочие твари все еще есть, и они будут убивать людей. Мы не можем перестать охотиться ради школы Лизы. — Несколько дней одна она вполне выдержит. Если у нее будет своя машина, она сможет добираться до школы и обратно домой. Денег будем оставлять, поесть купить несложно. Готовить она умеет. Ей 16, она может прожить самостоятельно какое-то время. Да и всегда под рукой телефон. Наш бункер — это самое безопасное место на Земле, сюда никто из монстров проникнуть не сможет. Так что спать она будет спокойно, что-то пойдет не так, сразу закроется тут. Вся система процессов, обеспечивающих жизнь здесь, работает отлично, с ней ничего не случится, никакого сбоя не произойдет. Кас тоже вроде как появляется тут, он сможет проведать Лизу, если мы застрянем на охоте надолго. — С ней что-то может случиться, это слишком рискованно, Сэм. — Что, Дин? Это ее шанс хоть на какой-то кусок нормальной и спокойной жизни. Монстров в Лебаноне нет, а если и появятся, мы уж точно заметим. — Дело не в монстрах. Люди страшнее. Это же старшая школа, там не бывает спокойно. Вспомни нашу жизнь в школе. — Да, но это часть жизни, Дин. Обычной жизни. Ей нужно общение со сверстниками, ей нужны друзья и подруги, с которыми она будет ходить гулять, обсуждать все подряд и просто быть обычным подростком. Мы не сможем это заменить никак. Ей так будет лучше. Мы ее притащили сюда, в какой-то мере спасли, но теперь ей необходимо жить дальше. Мы не имеем права просто оставить ее рядом с нами навсегда, быть ее единственной компанией на все случаи. Это, как минимум, несправедливо. Она не выбирала жизнь охотников, жизнь затворников. Мы должны дать альтернативу. А идея со школой в этом плане идеальна: она будет жить с нами, мы всегда будем рядом, но при этом она сможет учиться, найти друзей. Ты же видел, как она грустнеет на глазах, в очередной раз вспоминая, что ей не с кем общаться, кроме нас. И проблема же не в том, что мы плохие собеседники. Она девочка-подросток, ей нужны такие же подружки, с которыми она может обсуждать то, что не может с нами. Это как минимум.       Дин замолкает, понимая, что Сэм прав абсолютно. Все, что он сказал, верно на сто процентов. Только Дин боится отпустить Лизу, боится, что ее кто-то обидит, огорчит, расстроит. Дин знает, что так и должно быть, по-другому не бывает, потому что это действительно жизнь. Однако страх за Лизу в нем настолько сильный, что он старательно пытается придумать аргументы против идеи брата. — Ей будет неудобно ездить каждый день в школу. Это как минимум минут 30-40 туда и столько же обратно. Такие поездки ежедневно будут выматывать ее. — А поездки с нами на охоту, когда мы в машине по несколько часов несколько дней подряд, не выматывают? — Сэм четко намерен отразить все возражения брата, понимая, что тот всего лишь переживает.       Младший Винчестер и сам не сразу принял эту идею, задав себе кучу вопросов, как Дин сейчас задает ему. Но пришел к выводу, что школа поблизости с бункером — хороший вариант для Лизы. Ей ведь действительно так будет лучше. Вдруг она захочет потом пойти в колледж, зажить нормальной жизнью с работой и домом с белым забором и собакой? Конечно, сейчас это представляется смутно, как что-то далекое и больше нереальное. Однако они всегда смогут поддерживать связь. И вряд ли Лиза денется далеко, если теория с душами, созданными друг для друга окажется правдой. — Ладно. Поговори с ней об этом. Но если она откажется, то не навязывай ей эту идею. А если согласится, то в школу поедешь без меня, чтобы договариваться и решать все вопросы. Я не сильно желаю посещать подобные места. — По рукам. Доставай тарелки, еда, наверное, уже готова, и зови Лизу. — Она говорила, что попозже поест, хочет отдохнуть после дороги.       После своих слов Дин снова думает о том, что идея Сэма не так уж плоха, как кажется на первый взгляд. Таскаться по всей стране действительно нелегко. Однако осознание, что он просто не хочет отпускать от себя Лизу, для Дина совсем не приятно. Он убеждает себя, что волнуется за нее, но глубоко внутри понимает, он всего лишь хочет видеть ее рядом с собой, продолжать ее обнимать и спать с ней в одной кровати.