Прикосновением сердца...

Затормозив на парковке самого большого гипермаркета, Саске нехотя вышел из автомобиля. В темноволосой голове парня мелькнула мысль сбежать из-под пристальной опеки «любимого» деда и предателя брата, но брюнет быстро выбросил ее из головы, прекрасно понимая, что, когда Мадара его найдет, поездки к Данзо не избежать. Скрипнув зубами, когда из машины вышли Итачи и Мадара, Саске направился к входу в гипермаркет. Он подошел к прилавку с фруктами, еле подавив в себе желания выбрать самые гнилые и испорченные. Хотя даже если бы он и захотел выбрать именно такие, у него бы не вышло ничего. Фрукты здесь были что надо. Бережно отобранные руками людей, видимо любящих свое дело, они все были крупные, а около всего ларька стоял невероятно приятный и сладкий аромат, напоминающий Саске запах изнасилованной им омеги. Неожиданно молодому Учихе вспомнились голубые глаза, так напоминающие альфе небо, вспомнились светлые волосы, невероятно красивый голос и… «Так, что это я этого урода вспоминаю?! Он ужасен и абсолютно не нужен мне!!! И его отпрыск тоже мне не нужен!!!!!!!» — отогнал от себя не нужные мысли наследник клана, для достоверности тряхнув головой. — Молодой человек, вы что-то хотели? Своей омеге фрукты покупаете? — спросила пожилая продавщица с лёгкой улыбкой на лице. — У нас все самое свежее и вкусное, — продолжила она, подходя к витрине. — Чего бы вы хотели? Какие фрукты любит ваш омега? — Апельсины, — хмуро отозвался Саске, вспомнив, что от блондина исходил именно этот аромат. Не хотелось ничего покупать никакой омеге, а особенно Узумаки. Но что поделать? Выбора у Саске точно не было, особенно сейчас. — И самые сладкие, пожалуйста, — добавил он, боковым зрением уловив сжатый кулак дедовой руки. Итачи тем временем где-то откопал небольшой, но по виду очень дорогой горшок, на котором красовался знак клана Яманака с не менее дорогими цветами. Младший Учиха плохо понимал в цветах, но эти он смутно помнил. Кажется, это были орхидеи. Причем не просто цветы, а один из самых редких сортов этого растения. — А дешевле ничего найти не смог? — безразлично спросил Саске, оглядывая красивый букет. — Почему именно эти? — дополнил свой вопрос брюнет, оглядывая Итачи и Мадару, откуда-то вернувшегося с огромным пакетом всякой всячины. Блокноты, ручки, карандаши, нотные тетради. В другой руке деда был еще один пакет. В нем, как и в пакете Саске были фрукты. Только не одни апельсины, а много разных. Вдобавок ко всему там было много сладкого, мучного и остальной еды. «Куда этому бегемоту столько еды… Он же в дверной проем не влезет…» — с отвращением подумал молодой наследник, сдержав желание закатить глаза. — Это любимые цветы Наруто, — отозвался Итачи, с любовью разглядывая выбранный им букет. Многие не знали, но тайной страстью брюнета было выращивание цветов. У старшего наследника великого клана был даже свой сад, который был открыт для всех желающих людей, живущих в огромном особняке. — Он не любит срезанные цветы, предпочитая в горшках. А об этих он мечтал очень долго, ведь они продаются только у семьи Яманака. Не каждый может позволить себе их купить. — С чего ты взял, что они ему понравятся? — скептично подняв темную бровь, спросил Саске, переводя взгляд на пакеты в руках деда. Что там делали наборы для творчества и еще куча всякой ерунды он абсолютно не понимал, да и понимать особо не хотел. — Спросил у Дейдары, — вступил в разговор Учиха Мадара, направляясь к машине. Он уложил все купленное в багажник дорогого автомобиля, захлопывая крышку. — Вижу, тебя заинтересовало купленное мной? — спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Тебе следует знать, что твой будущий муж увлекается рисованием, пишет музыку, стихи. Периодически сочиняет песни. Он не исполняет их сам, желая остаться в тени, но очень хорошо поет, — говорил он холодно, но подробно. Самого старшего члена клана поступок Саске огорчил и шокировал. Он не мог понять его. Не мог понять такого жестокого отношения к невинной омеге. Будь его воля, он бы выгнал Саске из клана, отправил его к Данзо, но ребенок должен расти с отцом. А омега должен жить в заботе. Пусть и не в любви, но уж он не допустит больше избиения или изнасилования человека, который подарит ему первого правнука или правнучку. — Дейдара? Не знал, что у этого урода есть любовник. Как он может трахать эту тонну жира, вопящую как последний и заклятый девственник. Даже я поверил, — брезгливо поморщился Учиха, но заметив сжатые кулаки деда и еле сдерживаемый гнев на красивом аристократичном лице, тактично замолчал. — Дурак ты, отото. Дейдара Намикадзе — брат Узумаки Наруто, — вовремя вмешался в разговор Итачи, усаживая деда в машину. Его так же очень злило поведение глупого младшего брата, но на данный момент он не считал нужным и необходимым применять рукоприкладство. — Наверняка такой же слон, как и его младший братец. Интересно, их мать какого размера, что смогла родить таких уродов? А она знает, что я положил под себя ее любимого сыночка? А отец? Они мне еще доплатить должен за такое одолжение ему и всей его семье уродов, — Саске все же успел договорить до того, как в лицо младшего наследника клана прилетел мощный кулак старшего брата. Черные глаза неверяще расширились, и, если бы Итачи не потер руку, Саске ни за что бы не поверил, старший наследник клана способен его ударить. — Не смей больше оскорблять Наруто и Дейдару, — проговорил Итачи. — Неужели отец и мама не научили тебя, как правильно обращаться с омегой? Не с твоими шлюхами, а с нормальной омегой? — брюнет гневно смотрел на брата, искренне желая врезать ему еще раз. Выбить всю дурь из головы любимого младшего брата. Выбить из него все это хамство и злость на весь мир. — Саске, какого хера ты творишь, скажи мне на милость? — все же взорвался Итачи, поднимая младшего брата за грудки. — Нормальные омеги не выглядят так отвратительно как Наруто. Как я буду с ним жить, спать в одной постели? — не остался в долгу младший Учиха, с силой отталкивая от себя Итачи, едва устояв при этом на ногах. — Он урод, ты понимаешь? Как можно настолько за собой не следить!!!????? Как можно обрасти огромным слоем жира!!!!!!????? Да ему даже голову лень нормально вымыть!!! Она вечно у него прилизанная, как у истинного урода и лоха по жизни!!! — До конца беременности вам не придется заниматься сексом, а за это время возможно ты увидишь за невзрачной внешностью все остальное, — спокойно, но с леденящим ужасом в голосе, парировал Мадара, выходя из машины, и подходя к спорящим друг с другом братьям. — Если тебе так легче станет, можешь думать, что это твой долг перед кланом, но если ты хоть что-нибудь сделаешь этой омеге, я лично сделаю твою жизнь похожей на ад, — закончил он, проходя обратно в машину. — А сейчас мы едем к Наруто, ясно тебе? Даже не думай выкинуть хоть что-нибудь. Я выполню свою угрозу, — предупреждающе прорычал глава клана.

тем временем в больнице

Дорогая палата элитной больницы была выполнена в светлых тонах. Красивые цветы на подоконнике, плазменный телевизор огромных размеров вещал новости, огромный шкаф, прикроватная тумба, кондиционер, удобное кресло для посетителей, на котором сейчас разместился красивый блондин. Омега невысокого роста и хрупкого, конечно же только на вид, телосложения. Его голубые глаза сейчас были наполнены слезами, а взгляд был направлен на большую по размеру кровать. На ней лежал другой омега, от взгляда на которого действительно хотелось плакать. Прокусанные до глубоких ран, из которых до сих пор сочилась кровь, губы, опухшее от ударов крепких кулаков лицо, на котором так же красовались фиолетово-синие пятна. Несколько неровных шрамов на каждой щеке. Блондин лежал на кровати, сжавшись в комочек, и тихо постанывал во сне от боли, вызывая этими действиями еще больше эмоций на лице своего старшего брата, кулаки которого крепко сжимались каждый раз, когда он слышал очередной жалобный всхлип. «Срочное объявление, самый завидный жених Японии Учиха Саске назвал имя своего избранного. Им оказался совершенно не стандартный в прямом смысле этого слова, ученик Токийской школы искусств „Коноха“ — Узумаки Наруто. Сын Узумаки Кушины и Намикадзе Минато. Так же поговаривают, что недавно его брат, Намикадзе Дейдара был замечен в аэропорту вместе с Учихой Итачи. Это возможное заявление на династийный брак. Наши журналисты следят за развитием событий» — известило старшего блондина телевидение, вызвав бурю гнева и злости. Намикадзе гневно кинул что-то в несчастный предмет и вышел из палаты. Ему нужно было поговорить с Учихами, а именно дать им всем по морде и заставить отстать от его семьи и брата. Дейдара набрал уже знакомый телефонный номер и сразу услышал абсолютно безразличные гудки. — Учиха Мадара слушает, — раздался сильный и полный какой-то отчужденности голос, заставивший Дейдару поежиться и растерять добрую половину своей уверенности. — Это Намикадзе Дейдара, — представился омега. Его голос вмиг наполнился льдом и такой пугающей вежливостью. Под стать человеку, с которым он говорил. Дейдара понимал, что иначе Учихи даже слушать его не станут. — Я требую у вас отстать от моей семьи и моего брата. Всех без исключения, — выдвинул требования омега, внимательно наблюдая за спящим братом. — Дейдара —кун, боюсь, что это невозможно, — смягчился Мадара, вздохнув и потерев переносицу. Конечно, Дейдара не видел этого, но голос мужчины как будто завораживал и заставлял поверить. И Дейдара бы поверил, если бы дело не касалось его любимого младшего брата, который и так натерпелся всего за свою жизнь. — По закону нашего клана… — начал альфа, но его бестактно прервал перешедший на крик старший блондин. — Да мне плевать на ваш клан! И на ваши законы тем более!!!!!! — взбесился Намикадзе, ударив кулаком по стене. Ему надоело слушать этого Учиху и разговаривать с ним. Он хотел, чтобы от него и его брата отстали. — Вы ему жизнь сломали, вы… Да вы… — Наруто беременный, — спокойно сказал альфа, прерывая поток обвинений. Да, он прекрасно понимал, что Дейдара прав. Мальчишка уже и так натерпелся, а как итог он сейчас лежит без сознания и стонет от боли. — Он носит ребенка, и ты хочешь лишить дитя отца? Дейдара, это не в принципах омеги. Не в принципах Намикадзе. Ты понимаешь, что в данный момент решаешь судьбу не только своего брата, но и его маленького ребенка?!!! — Я поступлюсь принципами и семьи и омег… — прорычал Дейдара, до боли сжав кулак. — Поступлюсь и лишусь чего угодно, но не оставлю своего брата и ребенка с человеком, который избивал его, а тем более изнасиловал! — вновь крик и безысходность. Мадара был прав. Сейчас речь шла не только о Наруто, но и о малыше. — Что вы будите делать, если он поднимет руку на вашего правнука? А, Мадара-сама? Тоже насильно пожените? — Убью… — последовал холодный, но жесткий и уверенный ответ. — Прошу, Дейдара. Дай нам доказать, что Наруто будет хорошо у нас. Дай шанс, пожалуйста, — перешел на шепот глава клана, чем удивил Намикадзе. — Обещаю, ни он, ни ребенок не будут, ни в чем нуждаться. Только не лишай нас всех этого шанса. — Я не знаю, как у вас это выйдет, но вы будите вымаливать его прощения. Без его решения, я ничего не предприму. Но если он согласится, я поеду с ним, — сквозь зубы процедил Дейдара, услышав облегченный выдох главы клана. — Спасибо тебе, Дейдара. Пожалуйста, скажи, как там Наруто? Что ему привести? Что он любит, чем увлекается… Не думаю, дорогие читатели, что вам интересно и дальше наблюдать за этим разговором. Давайте лучше вернемся к нашему главному герою. Наруто лежал на кровати. Его дыхание было тяжелым и сбивчивым от боли. Его течка еще не закончилась и, чтобы не мучить организм омеги, врачи решили заглушать ее медицинскими препаратами, но не до конца. Все же Наруто был беременным, что запрещалось использование некоторых препаратов на еще юный организм. Вместе со специальными глушителями течки обезболивающее не действовало, поэтому омега чувствовал боль абсолютно на всех поврежденных участках. Его светлые брови были нахмурены, а губы беззвучно шептали имя «Саске»

Сон Наруто

Смеркается. На улицах и дорогах начинают зажигаться первые фонари, подсвечиваются рекламные баннеры, а в окнах домов зажигается свет. Романтично на первый взгляд, не правда ли? Жаль, что лишь на первый взгляд… Крыша какого-то заброшенного высотного здания. На ней два мальчика, лет по 10 каждому. Хрупкий блондин с ярко-голубыми глазами и крепкий брюнет с черными, как сама бездна. На первый взгляд ничего не обычного, верно? Они просто сидят, свесив ноги вниз, смотрят на темнеющее небо, улетающих птиц и появляющиеся звезды и увлеченно разговаривают друг с другом. — Эй, а расскажи мне о себе, — раздался тихий голос блондина, который перевел свой взгляд лазурных глаз на другого мальчика. — Зачем тебе? — так же тихо спросил темноволосый мальчик, поднимаясь на ноги и отходя от крыши. Он лег на спину, закинув руки за голову и внимательно смотря в голубые глаза друга, прилегает рядом с ним. — По-моему ты и так меня знаешь, — тихо сказал он, отвернувшись. — Мне кажется порой, что не знаю. Тебя настоящего я не знаю. Лишь маску, — мальчик задумчиво перевел взгляд с друга на небо. — Зачем ты ее носишь? Зачем прячешься? — продолжил он, внимательно изучая две появившиеся звезды на небе. Эти звезды напоминали маленькому блондинчика его и его друга — брюнета. Такие же близкие и далекие одновременно. Родные и чужие. Одинаковые и такие разные. — Неужели тебе не хочется быть настоящим? Ведь это так прекрасно — жить без притворства. Да, безусловно, это сложно, а порой даже больно. Но ведь притворяться больнее. Просто эта боль не мгновенная. Она будет копиться в тебе и копиться до тех пор, пока не ударит так сильно, что этого будет просто не выдержать. Что можно будет сломаться… — прошептал ребенок, прекрасно зная, что друг его услышит. Прекрасно зная, что он ответит ему. — Потому что быть настоящим, иметь друзей, уметь любить — все это удел слабых. Все узы, которые мы имеем, не делают нас сильнее перед другими людьми. Они мешают, путают, связывают, — просто ответил мальчик, так же наблюдая за теми же двумя звездами. — Одиночество — вот, что делает человека по-настоящему сильным. Он стремится, делает и добивается. Ему никто не мешает, ничто не встанет у него на пути. Он… — но договорить мальчику не дал звонкий голосок вскочившего на ноги мальчика. — Ну, а как же счастье? Как же любовь? Как же эмоции и чувства? — он искренне не понимал брюнета, стоя на краю крыши и смешно размахивая руками, стараясь доказать, переубедить… — Одиночество оставляет за собой только боль и ненависть!!! Будучи наполненным этим чувством, счастливым, а тем более сильным никогда не станешь!!!! — Перестань нести этот бред, являющийся оправданием для всех слабых. Я думал, ты умнее, мой друг, — как-то странно сказал брюнет, поднявшись на ноги. Его смех стал больше напоминать смех психически неуравновешенного человека, а в глазах заплескался сумасшедший огонь. Вокруг него полетела стая воронов, закружившая вокруг невысокого крепкого тела. Из его спины вырасти два крыла, чем-то напоминающих кисти человеческих рук. Приобретшая грязновато коричневый цвет кожа выглядела ужаса юге, а бездонно-черные глаза превратились в кроваво-красные. Иссиня-черные волосы мальчика, ранее мило топорщащиеся ежиком на затылке, удлинились и стали доставать до поясницы парня. Они приобрели серый, напоминающий мокрый асфальт цвет. Увидев испуганный взгляд голубых глаз, мальчик усмехнулся. — Теперь ты видишь, что эта боль и одиночество дали мне силу. Силу, о которой вы со своими связями можете только мечтать. Стань таким, как я. Ты будешь сильным. Будешь достоин меня… Ха-ха-ха… — и он рассмеялся, протягивая руку к испуганному мальчику. — Возьми мою руку и станешь таким же сильным… Ты ведь всегда хотел дотянуться до меня, узнать меня… Так возьми же мою руку… — Никогда!!!! Я лучше умру, чем потеряю все узы и связи!!!!!!! — испуганно закричал блондин, делая шаг назад. Все ближе и ближе к краю. Ближе к смерти, ближе к бездне, так напоминающей глаза его друга. — Чтож… Ты сам решил умереть, — сладко пропело темноволосое чудовище, толкая испуганного мальчика в грудь. Он полетел вниз, закрывая свои голубые глаза. Уже навсегда. А откуда-то сверху слышался устрашающий и до ужаса леденящий смех его друга. Человека, с которым он не разрывал связь до самого последнего момента. До самой своей смерти.

Больничная палата

— Аааааааааа!!!!!!! — раздался истошный крик вскочившего с постели блондина, заставивший ворваться в палату трех шокированных таким его поведением Учих и его брата — Намикадзе Дейдара. Тело омеги изрядно трясло, а из широко раскрытых голубых глаз текли слезы, абсолютно не желающие заканчиваться. — И что ты кричишь, пугливый котенок? — с усмешкой спросил самый младший из Учих, оперевшись о дверной косяк и скрестив руки на груди. Он смотрел на испуганного блондина без отвращения, замечая красивые лазурные глаза парня. «Никогда замечал, что они такие красивые. Через них можно читать все его эмоции, как раскрытую книгу», — подумал он, предпочитая не думать, откуда у него такие мысли об этой уродливой омеге. — Са… Саске? — спросил Наруто.