A Fighting Chance

Рафаэль узнал, что им достались ВИП-пропуски, и, пользуясь случаем, решил одеться со вкусом. Несмотря на тревогу внутри, Магнус был приятно изумлен. Ему доводилось наблюдать за насилием во время поединка Джейса, а ведь блондин был подобран и подготовлен к бою лучше, не был застигнут врасплох после года «отдыха от ринга», и его не заставляли подгонять себя в нужную форму за вдвое укороченное время. Танцору не хотелось видеть то, что бы там ни собиралось произойти с Александром, но он хотел помочь парню чем может, если даже это была простая поддержка с трибуны. — Чувак, это так круто! — радостно произнесла Клэри со своего места в ВИП секции, после того как раздался последний гонг, завершающий бой, который шел перед поединком Алека. — Боже мой, так вот почему ты любишь все это, — сказала она Иззи, чьи губы растянулись в улыбке. — Знаю, что мы должны быть выше бессмысленного насилия, но это так круто — смотреть за тем, как два сексуальных парня избивают друг друга до полусмерти, чтобы доказать, что они лучшие спортсмены, не так ли? — спросила она и припала губами к своему напитку. Рафаэль одаривал своего парня взглядом каждый раз, когда Саймон тянулся к его коктейлю, и своим взглядом заставлял того невинно улыбаться, чтобы прикрыть себя. — Ты несовершеннолетний. Если ты будешь пить алкоголь возле меня в общественных местах, то у меня будут проблемы. Клянусь Господом Богом, я заставлю тебя идти пешком до дома, Саймон, — сказал он твердо. Лицо Льюиса расплылось в улыбке. — Кто? Я? Никогда. Когда ведущий вечера снова вышел на сцену и в зале приглушили свет, Магнус напрягся. Он увидел, как с лица Изабель исчезла улыбка, и он дотянулся до ее руки, чтобы взяться за нее. Девушка сжала его руку в ответ, и они обменялись взглядами, чтобы поддержать друг друга. Начались вспышки света прожекторов и различных осветителей, и заиграла музыка, а люди на трибунах повставали со своих мест и начали ликовать. На большом экране над клеткой начался промо-ролик с обоими бойцами, перед тем как ведущий заговорил. — Леди и джентльмены, главный бой вечера — бой за звание чемпиона! За звание Чемпиона в среднем весе претендуют: действующий чемпион в данной категории, в синем углу — в красно-белых шортах, весом восемьдесят четыре килограмма, ростом один и восемьдесят четыре метра, представляющий Команду «Спрут» из Бостона, с впечатляющими показателями из двадцати двух побед, одиннадцати нокаутов и одного поражения, ваш чемпион — Лестеееееер Эйкенс! — Толпа вокруг них заревела, и Магнус хоть и слабо, но надеялся, что Алек не слышал этого, где бы он там ни находился за кулисами. — И его оппонент на противоположной стороне в красном углу — в черных шортах, весом восемьдесят четыре килограмма, ростом один и девяносто метра, с показателями из восемнадцати побед, три из них нокаутом, четыре — сдачей, и четырех поражений, представляющий Манхэттенский «Институт», все вы знаете этого парня — Алеееееек Лайтвуд! Бейн заметил куда более слабое ликование в честь Алека, и ему стало интересно, неужели Джейс был прав насчет того, что нехватка поддержки зрителей заставит Лайтвуда-старшего переживать еще больше. Правда, когда парень появился на ринге, он был в ударе. Магнус никогда не видел поединка с участием Алека, никогда не видел его в спарринге, но сейчас Лайтвуд выглядел убийственно серьезным и готовым броситься в бой. Он был похож на воина, который шел в бой без страха, и судя по тому, как Изабель чуть ослабила хватку, танцор подумал, что это хороший знак и Алек был в хорошем расположении духа для поединка. — Так как это бой за чемпионское звание, всего будет пять раундов по пять минут каждый, так что готовьтесь к отличному представлению, леди и джентльмены! Магнус, затаив дыхание, наблюдал за тем, как клетка опустела от лишних людей, закрылись двери, и их заперли снаружи, рефери поговорил с обоими бойцами, перед тем как отойти в сторону, и прозвенел гонг, объявляющий о начале первого раунда. Алек и его противник вышли из своих углов без колебания, в отличии от некоторых бойцов ранее этим вечером. Как только они встретились в центре, в бой пошли кулаки раз за разом, и по тому, как сердце Бейна подкатило к горлу, он мгновенно понял, что это будет жестокий бой до самого конца. Еще до окончания первого раунда по всему мату была кровь, и Магнусу пришлось отпустить руку Изабель в страхе сломать ее. Первый раунд подошел к концу, и только гонг спас Алека от того, чтобы сдаться. Он уже успел рассечь кожу на линии роста волос, и Джейс выглядел отчаянным, пока давал брату ободряющую речь между раундами. Бейн очень наделся, что бы там ни говорил блондин, это поможет Лайтвуду, потому что в первом раунде он показал себя не очень. К концу второго раунда было очевидно, что речь Джейса оказалась провальной. — Черт, — грубо произнесла Изабель, стоя возле танцора, когда прозвучал гонг об окончании раунда, и Алек, спотыкаясь, добрался до своего угла. Было видно, что он немного контужен от ударов, которые получил в этом раунде. Его глаз разбух за секунды, из-за чего Магнус начал опасаться того, что парень не сможет видеть в следующем раунде, и начал тяжело дышать. Лайтвуд лихорадочно мотал головой в ответ тому, что говорил Джейс, но когда блондин начал орать ему в лицо, явно пытаясь разгорячить брата, они смогли услышать некоторые фразы даже через всю эту толпу. — Что ты пытаешься доказать?! Ответ парня заглушался каппой во рту, но все равно было отчетливо слышно, и Магнус выпрямился на своем месте шокировано и повернулся к Изабель, которая пожала плечами. — Донести чертову суть! Джейс похлопал его по руке и отпустил его в бой. В следующем раунде было очевидно, что Алек реально тяжело бился. Он нанес очень много хороших ударов, из носа его оппонента даже брызнула кровь, когда он хорошенько ударил того, но затем, когда Лайтвуд попытался уложить противника на мат, тот ускользнул и взял его самого в захват. Его конкурент обхватил ногами парня за талию, и Алеку ничего не оставалось, кроме как размахиваться вслепую одной рукой, пока второй рукой всеми силами пытался ослабить хватку у собственного горла, и это единственное, что не давало ему потерять сознание от удушья. — ДАВАЙ, АЛЕК! — прокричал Магнус, пока Изабель делала то же самое. — ТЫ СПРАВИШЬСЯ! ТЫ МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ ЭТО! — кричал он, не в силах помочь по-другому, пока Алеку становилось все тяжелее и тяжелее. И опять же гонг был единственным спасением парня. Он заметно начал ослабевать. В обычном бою на этом моменте уже приняли бы решение остановить на этом бой, но у него еще оставалось два раунда, и Магнус был в ужасе, потому что Алек явно начал выдыхаться. Как только послышался гонг о начале четвертого раунда, противник Алека был в ударе. Он тяжело избил Лайтвуда: особенно досталось лицу, а затем он прижал парня к клетке, набрасываясь кулаками и раздавая удар за ударом, пока Алек присел на корточки, пытаясь защитить голову. В конечном итоге ему прилетело коленом в подбородок, отчего он откинулся к клетке и упал. Магнус мигом подскочил на ноги, закрыв рот рукой, но Алек все равно поднялся на ноги. Парень стоял, пошатываясь, и его оппонент снова занялся им, нанося удары снова и снова. Алек все еще стоял на ногах, и рефери не стал вмешиваться, но чем больше ударов он получал, тем больше Бейну хотелось, чтобы рефери сделал что-то. Ему было все равно, если Лайтвуд проиграет бой, потому что сейчас из парня выбивали все дерьмо, и на это было больно смотреть. Танцор даже не заметил, как из глаз потекли слезы, пока Изабель тоже не встала со своего места и не взялась с ним за руки в железной хватке, и тогда он увидел слезы на глазах девушки, которые ясно дали понять, что сейчас они испытывали одно и то же. Он повернул голову, когда толпа взревела, и увидел, что Алеку доставалось еще больше ударов по всему телу. Бейн увидел, что рефери на другой стороне клетки двинулся, чтобы разнять их наконец-то, и в ту секунду он понял, что все скоро закончится и вся тяжелая работа Алека пойдет насмарку из-за поражения, которого тот так сильно боялся. — АЛЕКСАНДР, ТЫ СПРАВИШЬСЯ! — закричал он вместе с толпой, большинство которой начало возмущаться тем, что рефери позволил зайти этому так далеко. Правда, перед тем как рефери успел разнять их, в доли секунды, которые Магнус не успел осознать так же, как и остальные зрители, противник Алека замахнулся коленом, но Лайтвуд поймал его на лету и с огромной волной силы приподнял противника и припечатал его в мат, а звук от удара эхом разнесся в воздухе, от чего толпа просто сошла с ума. Алек пробился вперед так, чтобы не оказаться в захвате треугольником, прижал руки парня и начал колотить того по лицу. — Боже мой! — вскрикнула Изабель, хлопая в ладоши и прыгая на месте. — АЛЕК! ДА! — кричала она, и когда он нанес сокрушительный удар и тело его конкурента мгновенно обмякло, рефери разнял их, и прозвенел гонг. Алек шатался, стоя на ногах, и поднял руки, триумфально крича, но рев толпы поглотил крик парня. Магнус и Изабель также кричали вместе с остальными, прыгали на месте и хлопали во всю. Девушка обняла танцора, и они вместе повернулись к рингу, когда Джейс выбежал туда и приподнял брата в крепком победном объятии. Ходж и Лидия вместе прыгали по рингу возле них, обнимая победителя, и когда наконец отстранились от него, они запачкали всю одежду кровью, закрашивая футболку «Института» в алый красный цвет. Когда ведущий вышел на сцену и поднял руку Алека, объявляя его победителем за счет нокаута, через несколько секунд люди с камерой и микрофоном в руках оказались возле парня, который, признаться честно, стоял на ногах только с помощью Джейса. — Алек Лайтвуд, ты выбыл из спорта больше чем на год, а теперь ты — Чемпион в среднем весе! — Все начали аплодировать в ликовании, особенно голос Джейса отчетливо слышался через микрофон, когда тот повернулся в сторону и восторженно обнял Лидию, перед тем как ударить Алека в плечо. — Расскажи нам, каково тебе было выходить на бой против такого сильного бойца после года передышки! Парень взял микрофон в руки с широкой улыбкой на губах. — Я провел прошлый год, тренируя лучших бойцов этого города, и я не стыжусь этого, но, по правде говоря, я вступил в этот бой лишь с четырёхнедельной подготовкой и тренировками, заняв освободившееся место, без малейшего реального шанса на победу. Я вышел на этот бой лишь с одной причиной, и это — донести до всех свою точку зрения! — сказал он. Джейс ударил его по предплечью, и Алек повернулся слегка в сторону своей матери, которая стояла с остальными менеджерами возле входа в клетку. — Я дисциплинированный и упорный боец, я вложил душу в этот спорт, всю свою жизнь я проживал в стиле, присущем бойцам, и теперь, когда я заполучил этот пояс и я — Чемпион в Среднем весе, я хочу использовать эту возможность, чтобы донести до вас кое-что. Магнус был в недоумении, почему Алек полностью повернулся к Маризе вместо камеры. Изабель, казалось, было известно не больше его, потому что она хмурилась в замешательстве. Лайтвуд показал пальцем на мать, перед тем как снова заговорить. — Моя мать — легенда в этом спорте, и я люблю ее больше, чем она может представить себе. Но я — не моя мать. — Он снова повернулся к мужчине с камерой, и Бейн взглянул на большой экран, который показывал лицо парня крупным планом. — Единственная причина, почему я сейчас в этой клетке, — это доказать всем, что каждый может быть бойцом, и, пользуясь этой возможностью, после того как я выиграл этот пояс и никто не сможет нифига сделать с тем, что я теперь чемпион, я хочу попросить прощения у мужчины, которого я люблю, попросить прощения за то, что позволил своей ненависти к себе встать на пути и помешать показывать ему каждый чертов день, что он самое лучшее, что случалось со мной когда-либо, потому что он — любовь всей моей жизни, и он стоял горой за меня, даже когда я не смог сделать этого ради себя. Магнус в шоке прикрыл рот рукой, и он увидел, как ликование зала, которое заполняло все помещение, теперь начало переходить на перешептывание. Он увидел, как Мариза пошатнулась на месте, будто была готова потерять сознание, половина людей, находившихся в клетке, замерли на месте, будто не понимали, что за черт только что произошел, но самым изумительным было то, как Джейс с восторгом прыгал позади брата. Интервьюер, кажется, потерял дар речи. — То есть… это… ты… то есть, я имею в виду… Алек лишь просиял в ответ, покрытый собственной кровью, один глаз разбух так, что он не мог его открыть, и при этом он выглядел таким свободным, каким Магнус никогда его не видел, и он стоял там, в середине толпы. — Я — гей, чувак. Я гей и влюблен в танцора-бисексуала с отличнейшим правым хуком, мой брат, Джейс, может это подтвердить, — сказал он, и блондин кивнул, все еще радостно подпрыгивая на месте, явно гордый за старшего брата. — Я слышал, что он сегодня находится здесь. И я люблю тебя, Магнус, прости, мне так жаль за все, что было, — добавил он, глядя прямо в камеру. — Я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но я люблю тебя, несмотря ни на что. Алек вернул микрофон интервьюеру, явно закончив с речью, и развернулся к брату, притягивая его в свои объятия, и блондин обнял его в ответ с таким же энтузиазмом. Бейн не услышал больше ничего из того, что интервьюер спрашивал дальше у проигравшего бойца, потому что он был слишком занят тем, что в шоке переводил взгляд с Рафаэля на Саймона, затем на Клэри и потом на Изабель. Сантьяго выглядел так, словно умрет со смеху в любой момент, Клэри — в восторге, Саймон — будто сейчас расплачется, а Изабель просто схватила его за руку. — Пошли, — сказала она, потащив его от их стола. Бейн следовал за ней в трансе, абсолютно ошеломлённый тем, что Алек только что совершил каминг-аут после выигрыша звания чемпиона и использовал этот момент, чтобы впервые в жизни признаться Магнусу в любви. Он даже не заметил, как девушка протиснула его вместе с собой через охранников, которые явно знали, к кому она направилась, и даже не пытались остановить ее. Они оказались там, где стояли старшие Лайтвуды, спустившиеся с ринга. Ее мать плевалась от злости, а отец, к удивлению Магнуса, смеялся от души. Сразу после них шел Джейс, который помогал брату спуститься по ступенькам, теперь, когда адреналин в теле Алека начал затихать, было очевидно, что парню хорошенько досталось. Блондин увидел сестру и помахал рукой. — ИЗЗИ! — СТАРШИЙ БРАТ, Я ТАК ТОБОЙ ГОРЖУСЬ! — вскрикнула Изабель Алеку, который поднял взгляд и сразу же посмотрел на танцора за спиной сестры. Магнус даже не понял, что плачет, чуть ли не навзрыд, и что слезы бежали по лицу, пока Алек не шатнулся в его сторону, и Бейн удивил себя собственным всхлипом. Он поспешил навстречу парню, обхватывая его руками и не переживая из-за крови, которая все еще оставалась на некоторых частях торса и тела Алека и которая теперь испачкала его одежду. — Александр, — всхлипнул он снова, крепко держась за парня, и уткнулся лицом в его шею. — Магнус, черт, Магнус, — простонал Лайтвуд, тоже прижавшись к нему так крепко, что было больно, но Бейну было все равно. Танцор откинул голову назад и поднял руки, боясь дотронуться до лица парня. — О, дорогой, посмотри на себя, — тяжело выдохнул он, замечая каждую видимую рану на лице, начиная с опухшего и закрытого глаза до забинтованного рассечения на лбу, откуда все еще шла кровь. — Боже, Алек, — захныкал он. — Детка, твое лицо… — Я в порядке, — заверил парень и приподнял руку, чтобы погладить волосы мужчины. — Я в порядке, в порядке, уверяю. — Он подался вперед и поцеловал Магнуса, который простонал, стоя на цыпочках, и отвечал ему на поцелуй. Бейн знал, что Алеку, скорее всего, было больно так целовать его, но парень целовал его так, будто утопал в нем и никогда не хотел останавливаться. Когда они наконец отстранились от губ друг друга, Лайтвуд коснулся его лба своим, обхватив двумя руками его голову. — Я люблю тебя, Магнус. Мне жаль, мне очень жаль. Я так напортачил, мне стоило говорить тебе, что люблю тебя, каждый чертов день и не поступать так, как я поступил с тобой… с нами… Бейн издал слабый всхлип и покачал головой. — Я тоже тебя люблю, — произнёс он, обхватывая лицо парня обеими руками. — Я люблю тебя, Александр Лайтвуд, и я так горжусь тобой. Боже, ты просто… — Он рассмеялся. Слезы все еще катились по его щекам. — Ты поразительный. Алек снова поцеловал его, на этот раз медленно и без спешки, но кто-то перебил их, демонстративно прочистив горло. Магнус разорвал поцелуй и покраснел, когда понял, что он абсолютно забыл о десятках спортивных репортеров с камерами, которые окружали их. Джейс лишь широко улыбнулся и подмигнул ему. — Ну, все-все, романтическое шоу подошло к концу. Алеку реально нужно показаться медику, а вас с Иззи скорее всего выпроводят отсюда за то, что так вторглись за линию. Магнус только успел повернуться к Лайтвуду, когда тот прижал его за талию еще ближе и поцеловал его в макушку. — Нет, они этого не сделают. Магнус и Иззи идут с нами в раздевалку, — сказал парень и потянулся к сестре, чтобы взять ее за руку, при этом приобняв Бейна за плечо. Танцор обхватил его за талию и даже не собирался скрывать то, какими влюбленными глазами сейчас смотрел на этого человека, пока помогал команде Алека доставить его к медику. Скорее всего этот взгляд, полный любви и обожания, можно будет увидеть потом на каждой фотографии, сделанной журналистами. Лайтвуду, походу, было пофиг на то, кто видел их, потому что нравится это остальным или нет, но теперь существовал чемпион ММА с нетрадиционной ориентацией, и никто не может отнять у него этого звания, не вступив с ним в бой, а это значит, что у него всегда в запасе оставался один поединок. Несмотря ни на что, теперь в ММА будет как минимум один открытый гей, и Магнус гордился им, как никогда. Он также ни на йоту не сомневался в том, что никогда не любил кого-то сильнее, чем Александра Лайтвуда, и он был очень даже уверен, что их любовь победит в любой борьбе.