A Fighting Chance

Алек ужинал вместе с Джейсом, когда они услышали, как Иззи вошла в квартиру, но оба парня перепугались, когда девушка начала кричать. — АЛЕКСАНДР ГИДЕОН ЛАЙТВУД! Джейс вскинул бровь. — Что ты такого натворил, что она превратилась в маму? — спросил он, и Алек пожал плечами, не понимая, чем сестра была расстроена. — Я оставил телефон в сумке, может, она пыталась дозвониться? — предложил Лайтвуд-старший. Тем не менее, Изабель пулей прошла мимо столовой, затем развернулась и подошла к ним со странным выражением лица. — Что за хрень ты устроил? — Она выглядела странно обеспокоенной, но также и злой, отчего Алек чувствовал себя озадаченным. — Иззи, ты в порядке… — Нет, в порядке ли ты, Алек?! — потребовала девушка. — Почему ты не сказал нам, что вы с Магнусом расстались? Ты в порядке? Что стряслось? Сердце парня сжалось в комок. Он предполагал, что его сестра уже знает об этом и просто решила не теребить эту тему. Он не понял, что она еще даже не узнала новости. Джейс поперхнулся овсяной кашей и раскрыл рот от изумления, роняя комок пищи на стол. — Магнус бросил его… Магнус бросил тебя? — блондин перевел взгляд с Изабель на Алека. — Братан, боже мой, мне так жаль. — О, нет, — быстро вмешалась Иззи. — Это он бросил Магнуса, — сказала она, и Джейс шокировано резко повернул голову в ее сторону. — Чего?! Зачем ему так поступать? — Блондин снова повернулся к Алеку, которому начало надоедать, что эти двое разговаривали так, будто его там нет. — Алек, зачем тебе так поступать? Что случилось? Алек повел плечами, продолжая есть свою кашу. — Это все к лучшему, вот и все. Джейс смотрел на него недоумевая. — Для кого конкретно это к лучшему? — Он покачал головой, изумленно подняв брови. — Потому что точно не для тебя и не для него. Алек, ты же вышел из своего панциря, и ты был счастлив. Он открывает в тебе лучшую версию тебя, мне ли не знать. Я твой брат, я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. Алек уставился на него, не веря своим ушам, что именно Джейс говорит ему эти слова. В глубине души он знал, что это не Джейса надо винить за то, что тот был любимчиком их матери, но это не помогло ему с досадой. — Слушайте, у меня на носу очень важный поединок. Мне просто нужно сконцентрироваться на этом. — Ты все равно едва виделся с ним в период подготовки, — проговорил Джейс медленно. — Я не понимаю. — А я понимаю, — сказала Изабель внезапно. — Магнус не стал вдаваться в детали относительно того, что произошло, но он упомянул, что мама сделала что-то. И ты не бросил его, а просто перестал разговаривать с ним, и он только сейчас осознал, что ты бросил его. Еще до того, как он рассказал нам, что случилось, он два дня не появлялся на работе. Ты позволил маме сделать такое с ним… — Я ничего не делал ему, я просто решил сфокусироваться на своей карьере на данный момент, после того как наши отношения создали проблемы, — просто ответил Алек. Он изо всех сил отказывался позволять этим двоим втягивать себя в спор. Если бы он это сделал, он знал, что ему пришлось бы остановиться на миг и подумать о том, как сильно он ранил чувства Магнуса, вытеснив его из своей жизни таким образом. Джейс сел обратно на свое место, качая головой. — О чем ты говоришь? Какие проблемы? Ты ведь даже ничем не отвлечен, Алек. Ты сейчас сфокусирован на тренировках как никто другой. Алек вздохнул и поднял взгляд со своей чаши. — Послушай… Я не могу быть геем, Джейс. Просто не могу. Маме уже пришлось заплатить кому-то шесть тысяч долларов, потому что они узнали об этом. Что случится с тобой, если мир узнает, что у тебя есть брат-гей, который тренирует других бойцов? Наш зал растерзают на куски, так же, как и тебя. Все это намного важнее, чем я и мои чувства к Магнусу. Кроме того, — он посмотрел на Изабель, — Магнус — состоявшийся, привлекательный мужчина, который не ограничивает себя половой принадлежностью. Не то чтобы ему было трудно найти кого-то более подходящего для его стиля жизни. Я все еще не знаю, зачем ему нужен был закрытый гей, как я. Иззи выглядела пораженной словами брата, но Джейс был тем, кто заговорил первым. — Когда это тебя застукали с поличным? Ты по этой причине поступаешь так с ним и с собой? — спросил он со злостью. — Алек, это тупо. Тебе не нужно отказываться от того, кто ты есть, чтобы быть рестлером. К черту деньги мамы! Она богата. Часы, которые она купила мне на Рождество, стоят в три раза дороже, а эта штука просто показывает время! Лайтвуд взглянул на брата. — А ты не я, Джейс. Ты ее золотой мальчик, который не гей и идеальный боец в среднем весе. А я просто ее слишком гейская, слишком провальная первая попытка. Алек встал и прихватил с собой кашу, оставив позади Изабель и Джейса, которые, ошарашенные, потеряли дар речи. У него не было времени на то, чтобы его брат и сестра пытались достучаться до него. Он знал, что ему нужно сделать. Он знал, что лучше для него самого. Было паршиво думать о том, что он причинил боль Магнусу, но он действительно имел в виду то, что он сказал. Магнус все равно будет в порядке, когда поймет, что может позволить себе кого-то куда лучше, чем Алек. А сейчас ему нужно было закончить с едой, чтобы не испортить свой график, особенно когда осталось так мало времени до дня сброса веса. Ему все еще нужно было избавиться от семи с половиной килограммов. ~ ~ ~ Магнусу было очень хреново. Ему было знакомо, каково это, когда тебе разбивают сердце, но в этот раз было что-то еще хуже, потому что он не мог винить того, кто так поступил с ним. Не было никакого предательства, чтобы обвинить в этом. Не было и злости. В последний раз, когда он был разгромлен кем-то в пух и прах, виновницей была злобная сука, которая уничтожила его. Но Александр не изменял ему. Он не врал ему. Он не использовал его и не разрушил его только для того, чтобы посмеяться над его страданиями. Алек просто сильно испугался собственных чувств и опустил руки. Бейн скучал по парню. Ему было жаль его. И он волновался за него. Каждый день ему хотелось позвонить и убедиться, что тот не нарушает правило шестичасовой тренировки, и ему хотелось провести с ним ночь, держать его в своих объятиях и говорить ему, что все будет хорошо. Это был самый наихудший разрыв в жизни Магнуса, потому что хоть он раньше и сильно злился на всю эту ситуацию с «не педик», больше в нем не было злости. Магнусу просто было грустно. Ужасная опустошающая грусть. Он чувствовал себя так, будто ему не хватает какой-то части самого себя, и он ничего не мог с этим поделать. Они провели вместе не такое долгое время, но он отыскал в себе нечто, о существовании которого и сам не знал, которое ждало того дня, когда Алек раскроет это в нем. И без парня Бейн чувствовал пустоту, которой раньше не было. И как бы мелодраматично это не звучало, но казалось, будто Алек вырезал в его сердце место для себя, и теперь, когда он ушел, в его сердце осталась дыра в форме парня. Бейн знал, что он должен собраться. Он должен продолжать жить дальше. Ему нужно было снова взобраться за штурвал своей жизни и перестать тратить время на грусть. Окружающие начали замечать это, что неудивительно. Некоторые из его юных учеников как-то спросили в присуще им детской манере, где отсутствует всякая фильтрация, почему их учитель в последнее время такой грустный. Он ненавидел врать детям, но он не мог признаться в том, что его парень перестал бороться за них, потому что гомофобная мать партнера заставила того чувствовать себя нелюбимым из-за этих отношений. Магнус знал, что он плохо справляется, но он все еще был удивлен, когда Изабель потрогала его щетину и состроила мину, несмотря на то, что он шлепнул ее по руке. — Мне вроде как нравится этот потрепанный вид, — сказала она просто. Бейн закатил глаза. — Рад узнать, что отсутствие во мне мотивации забавляет тебя, — сказал он тихо. Иззи виновато улыбнулась. — Эй… Мне нужно уйти пораньше. Ты можешь провести последнее занятие вместо меня? — Магнус вскинул бровь, и девушка прочистила горло, отворачиваясь. — Сегодня в шесть будет взвешивание Алека. По словам Джейса, у него был очень жесткий день сброса веса, так что я хочу быть рядом с ним. В последнее время… он изнурен. Сердце Бейна сделало сальто, когда он услышал имя парня. Изабель была осторожна в своих словах и никогда не упоминала своего брата, а Магнус успел подзабыть, что поединок уже завтра. — Он в порядке? Я знал, что для него будет плохо то, как он выматывает себя. Девушка кивнула с улыбкой на лице. — Сегодня он два раза терял сознание, но они снова поставили его на ноги, и он продолжил работать. Джейс сказал, что все время поддерживает его, так что он выкарабкался. Им только нужно, чтобы он пережил взвешивание, до которого ему придется дожить самостоятельно, не выпивая никакой жидкости. Танцор закрыл глаза, тяжело сглотнув, но кивнул головой. — Конечно. Я понимаю. Это было занятие по балету для среднего уровня, да? Я справлюсь. — Иззи положила руку на его плечо в благодарность, и Магнус открыл глаза, полные волнения. — Просто… позвонишь мне после? Сказать, что с ним все в порядке, — прошептал он. Девушка посмотрела на него так, что стало понятно, что Бейн не единственный, кому сейчас хотелось заплакать, и она быстренько обняла танцора. Он обнял ее в ответ, а затем отпустил. — Я напишу тебе, когда он закончит взвешиваться, а затем позвоню, чтобы сказать, что он в порядке, после того как мы сможем запихнуть в него немного педиалайта, и он начнет приходить в себя и восстанавливаться, — пообещала Изабель, и Магнус молча кивнул. Когда она ушла, он положил руки себе на лоб, пытаясь собраться с мыслями и снова вернуться к работе. День еще не закончился. ~ ~ ~ Звонок телефона напомнил Магнусу, что Изабель все еще не написала ему. Он был в студии один и прибирался после занятий, отпустив Рафаэля пораньше, так что ему даже не было стыдно бежать за телефоном. Он взял его в руки и увидел, что получил несколько сообщений, но он ответил на звонок незамедлительно. — Изабель? Он в порядке? — спросил он взволнованно. — Да, он будет в порядке. Голос на другом конце линии не принадлежал Иззи, и Бейн немного перепугался. Он еще раз проверил имя звонящего. Да, номер был Изабель, но вместо нее говорил парень. — Джейс? — спросил он медленно. Парень вздохнул в трубку. — Он кое-как прошел через взвешивание и потерял сознание сразу после того, как мы спустились со сцены. Нам пришлось поставить ему капельницу в раздевалке и вызвать доктора, чтобы удостовериться, что он все еще может выйти на ринг. Он был обезвожен, так что после капельницы мы дали ему немного педиалайта, он будет в порядке. Магнус сидел на полу, положив голову на колени. — Как он сможет быть готовым к завтрашнему бою, Джейс? Он терял сознание три раза. Понадобится куда больше, чем простые электролиты, чтобы восстановиться. — Я знаю, — ответил парень. — Мы заставим его поспать, а потом разбудим его, чтобы он поел что-то с углеводом, и он будет в норме. По большей части этот бой будет ментальным для него, что… не очень хорошо, — сказал он, невесело усмехнувшись. — Тебе ли не знать, не так ли? Магнус слабо засмеялся и кивнул, хоть Джейс и не мог видеть этого. — Сколько из всего он рассказал тебе? — Рассказал о том, что мама заплатила кому-то, потому что они узнали о тебе, — сообщил парень. — Мне кажется, она сказала что-то и про меня тоже. Она сделала что-то, чувак. Что бы она там ни сказала, это «сломало» его. Алек теперь как робот. Он не говорит ни о чем, кроме боя. Я думал, что он просто очень сильно сфокусировался на этом, пока Иззи не рассказала о том, что он расстался с тобой. Он не рассказывает, что именно Мариза сказала ему, но, я так полагаю, она сказала, что он не достаточно хорош. Она любит Алека до тех пор, пока я не становлюсь хорошим показателем для нее, а потом она обращается с ним, как с дерьмом, — буркнул Джейс. — Я люблю ее, потому что она единственная мать, которую я знал в своей жизни, но Алек был моим лучшим другом и моим братом с того момента, как они усыновили меня, он — моя вторая составляющая, и Мариза использует его как игральную фишку. Я знаю, что она и меня использует так же. Я прекрасно осведомлен о том, что она усыновила меня потому, что она сама уходила в отставку и хотела создать свою маленькую армию рестлеров, но даже при этом она всегда была мне хорошей матерью. Но с тех пор как выяснилось, что Алек гей, Иззи хотела стать танцовщицей, а Макс всегда был ботаником, она начала относиться ко мне лучше, чем к остальным своим детям, и я ненавижу это. Алек всегда взваливает на себя слишком много, и из-за того, что она делает с ним, мы с Иззи не разговариваем с ней. Магнус молчал какое-то время, перед тем как заговорить снова. — Как я уже говорил ему, должен признать, что вижу, как она любит его. Она просто… она хочет, чтобы он был идеальным. Ей не хочется, чтобы он был самим собой. — Бейн закрыл глаза и тяжело сглотнул. — Она его мать. Я не могу тягаться с ней. Желание получить одобрение матери — это что-то, что заложено в каждом человеке. У меня никогда не было шанса, потому что она была против того, чтобы Алек был со мной. А ведь он и вправду начал принимать себя таким, какой он есть, Джейс. Он был на верном пути. Он сказал, что впервые любит то, кем он является, а потом она сломала его. Она уничтожила каждую крупицу счастья в нем, сравнив его с тобой, и практически сказала, что его ориентация ставит его на ступеньку ниже тебя. И самое ужасное, я понимаю. Ваша мать для него — герой. Если даже он и не хотел верить ее словам, трудно справиться с сомнениями, которыми она «одарила» его. — Но это ведь чушь, — резко отозвался Джейс. — Я тоже это понимаю, но ей ведь не хочется того, что лучше для него. Мариза думает, что поступает так, но на самом деле она делает только то, что лучше для нее самой. Он заслуживает того, чтобы в первую очередь быть счастливым ради себя, а только потом радовать ее, но она не позволит ему этого. Ты делаешь его лучше, Магнус. Ты делаешь его Алеком. Он становится лучшей версией себя, только когда ты в его жизни. Танцор закатил глаза. — Ну, я сделал все, что мог, но я должен дать ему жить своей жизнью, Джейс. Я был бы не лучше Маризы, если бы не позволил ему самому принимать решения, даже если его решения не включали меня. — Он почесал голову. — Просто… просто позаботься о нем ради меня, хорошо? Джейс вздохнул. — Да, конечно. Но ты должен сделать мне одолжение, — сообщил он, и Магнус ждал продолжения. — Есть пропуски для тебя и для того парня, который работает с тобой. Изабель достала их для Клэри и для ее друга тоже. Мне кажется, она хочет, чтобы зал был битком забит, поэтому она раздает пропуски. Так что, если даже твой друг не согласится прийти, просто… просто приходи на бой? Ему нужна вся поддержка, какую он может получить. Ободряющие возгласы реально помогают, когда становится тяжело, я уж могу заверить в этом. Магнус почувствовал, будто в животе образовался огромный камень при мысли, что ему придется смотреть на то, как Алека избивают так же, как это было с Джейсом. Он не был уверен, что сможет наблюдать за тем, как он проигрывает бой, раз именно это и ожидалось. Боже упаси, он еще покалечится. — Джейс… я не могу… — Просто попробуй, Магнус. Я серьезно, ему это нужно. Парень, с которым он выходит на ринг — большая звезда, и Алеку нужна группа поддержки. Это может стать единственной причиной при выборе сдаться или бороться дальше, когда из него будут выбивать все дерьмо, — протараторил парень. Магнус недовольно простонал, уронив голову. — Это было грязно, Лайтвуд. — Но это ведь сработало, не так ли? — спросил Джейс, и Бейн рассмеялся, качая головой. — Хорошо. Посмотрю, придет ли Рафаэль. И я не буду рвать волосы на голове твоей матери, я обещаю, — согласился Бейн, и парень прыснул со смеху. — Нет, если только Изабель сделает это до тебя, — отшутился Джейс перед тем, как положил трубку. Магнус положил свой телефон перед собой и снова положил голову между коленок, а руки на затылок. Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы очистить разум и перестать паниковать. ~ ~ ~ Алеку уже замотали руки, и он успел ознакомиться с бригадой арбитров, после этого ему сказали, что он может взять любой из шкафчиков в раздевалке, пока будут проходить другие поединки до его боя. Это была ночь крупного боя за звание чемпиона. Пресса раздувала слона из этого поединка, и в глубине души Лайтвуд знал, что все эти разговоры — это всего лишь разговоры. Он сказал Джейсу, что ему нужно в туалет по нужде, но вместо этого он пошел и заперся в кабинке, потому что ему просто хотелось побыть одному. Он надел наушники, включил песню, сел в угол и попытался остановить дрожь в руках. На самом деле он не мог понять, какого черта он сейчас находился тут. Что он натворил в прошлой жизни, чтобы сейчас оказаться в этом положении? Зачем он собирался драться в среднем весе в чертовом Барклайс-центре после всего четырёх недель тренировок, если он до этого целый год не выходил на ринг? Что же пошло не так в его жизни, что получился вот такой результат? — Алек? Ты там? — Лайтвуд понял, что слышит голос Джейса, перекрикивающего звук песни, так что он снял наушники и посмотрел на дверь, которая дрожала от тяжелых стуков брата. — Алек, ну, давай. Тебе нужно выйти наружу. Почти время. Алек дотянулся до замка и дал двери открыться настежь. Джейс осмотрелся, увидел его сидящим на коленях в углу кабинки и выругался. — Черт. Ладно. Алек, эй, посмотри на меня. — Что я творю, Джейс? — тихо спросил Лайтвуд дрожащим голосом. — Это так тупо, да? — Нет, ты справишься. — Джейс сел на корточки перед старшим братом. — Чувак, ты тренировался к этому бою упорнее, чем кто-либо, и ты просто уничтожишь этого парня к чертям… — Не-а, мне надерут задницу, — проговорил Алек, захлебываясь своим дыханием. — Джейс, меня убьют. Он выбьет из меня все дерьмо, и я собираюсь сдохнуть там нахрен… — Ты НЕ умрешь, — подчеркнул блондин, округлив глаза. — Алек, давай, брат, это всего лишь очередной бой. Справишься, как нефиг делать. Алек сильно помотал головой. — Я не хочу этого делать, Джейс. — Алек… — Я не хочу находиться здесь! — прокричал парень, схватившись за волосы. — Почему все это происходит? Я собираюсь просрать свое будущее. У меня могла быть карьера в будущем, но этот поединок собирается разрушить ее точно так же, как уже разрушил мою жизнь… — Алек, успокойся, ты просто переволновался… — Я в чертовом бешенстве! — Алек закричал на Джейса и посмотрел на него. Все страхи и тревоги парня полностью захватили его тело вперемешку с адреналином. — Зачем мама так поступила со мной? Почему мама не любит меня, Джейс? Блондин печально посмотрел на брата и обхватил его голову обеими руками. — Мама любит тебя, Алек. Ты ее первенец, она просто слишком давит на тебя. Но прямо сейчас уже поздно переживать из-за этого… — Я не выбирал этого! — отозвался Лайтвуд. — Она подписалась на это, и когда пришел контракт, если бы я не подписал его, то я показал бы себя в паршивом свете перед промоутерами. Если бы я отказался от этого боя, после того как мой агент уже подписался на него, то мое будущее пошло бы к чертям точно так же, как если бы мама не заплатила тому фотографу, который видел, как я целую Магнуса! — Его дыхание сбилось, и он начал ловить ртом воздух. — Боже, черт, почему я позволил ей так поступить? Зачем я позволил ей втянуть меня в это? Почему я позволил ей убедить себя, что это Я проблема?! Она… Она просто хочет использовать меня ради рекламы… — Она думала, что ты сможешь сделать это, Алек, — возразил Джейс. — Она знает тебя так же, как я, она знает, что ты самый лучший боец здесь! Ты лучший боец среднего веса, и ты сокрушишь этого говнюка… — Я отказался от Магнуса ради этого тупого боя! — закричал парень в ответ, глядя брату в глаза. — Я… Я отказался от него ради этого дерьма! Он — самое лучшее, что случалось в моей жизни, а я взаправду решил скрывать свою чертову ориентацию ради этого тупого, тупого поединка, вместо того чтобы выбрать его! — Алек почувствовал, как давит в груди, и он схватился за футболку, давясь своими словами. — Я не хочу находиться здесь, Джейс! — Алек… Но парень покачал головой. — Я хочу домой, я не хочу драться, Джейс. — Алек всхлипнул, слезы застилали его глаза. — Я просто хочу домой. Я хочу пойти домой с Магнусом. Я хочу Магнуса, — выдавил он из себя, и слезы катились по его лицу. — Джейс… Джейс, о боже, я не хочу делать этого, мне просто нужен он. Я всегда хотел только его. Что я натворил? Джейс… — еле проговорил он и схватился за руку блондина. — Что я наделал? — плакал парень, всем весом повиснув на брате, пытаясь не развалиться на куски, несмотря на то, что он чувствовал, будто каждую часть его тела отрывают от туловища. — Я хочу Магнуса, я просто хочу его, он все, что меня заботит, не этот тупой поединок, не дурацкая репутация мамы, я просто… просто хочу позвонить Магнусу и пойти домой. — Ах, черт, Алек, — простонал Джейс, крепко обняв его, перед тем как отстраниться от него, и ударил обеими руками в грудь брата. — Хорошо, слушай. — Он встряхнул его слегка и грубо прошелся руками по его плечам. — Посмотри на меня, хорошо? — Алек заставил себя посмотреть на него, и Джейс кивнул. — Слушай, чувак, я люблю тебя. Ты мой брат, и я люблю тебя, так что я сейчас буду предельно честен, — сказал он, явно раскочегаренный. — Магнус здесь. Он тут, чтобы посмотреть, как ты дерешься. Он сидит там на трибуне в ожидании, чтобы посмотреть, как ты выбиваешь все дерьмо из этого ублюдка, понял? Чувак, я знаю, что ты не выбирал этот бой для себя, и я, блять, знаю, как сложно это тебе далось, я и представить не могу, чтобы я мог подготовиться так быстро. Ты чертовски крутой! — проговорил он неистово. — Ты самый жесткий засранец, которого я когда-либо встречал, и ты мой герой, Алек. Ты мой чертов герой, — зарычал он и смотрел стеклянным взглядом, которого Лайтвуд-старший раньше никогда не видел. — Ты мой старший брат, и ты можешь сделать все что угодно, понял? Ты — Александр Магнуса. Ты способен на ВСЕ! — прокричал блондин, ударив кулаком в предплечье парня. — И что с того, что мама кинула тебя под автобус ради репутации зала? И ЧТО С ТОГО?! ТЫ выйдешь на ринг, убьешь этот кусок дерьма и докажешь, что она неправа! Она думает, что ты проиграешь, и ей пофигу на это, потому что это все равно поможет нашей фамилии быть на слуху, но угадай что? ТЫ УНИЧТОЖИШЬ ЭТОГО ПАРНЯ КО ВСЕМ ЧЕРТЯМ! — закричал он прямо в лицо брата, с силой тряся его за плечи. — Потому что ТЕБЕ нужно дать сдачи! Ты должен доказать, что она неправа, и доказать всем, что они не правы, потому что гей рестлер собирается размазать тот кусок дерьма по рингу! — Джейс встал и пинком открыл дверь. — Давай, Алек. Сделай это ради Магнуса! Покажи всем, какие бы препятствия они ни кидали на Алека Лайтвуда, ОН ВСЕ РАВНО ВСЕХ ПОРВЕТ! Алек дышал тяжело, резко выдыхая, а его собственный пульс барабанил в ушах, но на этот раз он верил Джейсу. Его брат был прав. Его мать все равно не ожидала ничего большего. Никто не ожидает. Все знают, что ему пришлось нелегко. Все знали, через что он проходит, и он почувствовал себя связанным только потому, что он был геем, а не «идеальным» бойцом натуралом. Но это был тот самый вечер. Вечер, где он должен доказать всем, что они ошибались. Один бой, где он должен выложиться на все сто, чтобы выбить все дерьмо из своего оппонента и доказать, что быть геем — это не слабость. Он посмотрел на Джейса. — Я раздавлю этого говнюка, — сказал он внезапно, медленно осмысливая слова. Джейс взял его за руку, потянул наверх и поставил на ноги. — Пошли они все к черту, — холодно произнес Алек, ударив брата в грудь, и Джейс закричал, ударив его в ответ. — Пошли они все к черту! — АГА, ПОШЛИ ОНИ ВСЕ К ЧЕРТУ! — прокричал Алек, упираясь в лоб брата своим лбом, перед тем как отстраниться и зашагать перед Джейсом туда, где их ожидали Лидия и Ходж. — Ты готов? — спросила девушка, и Лайтвуд лишь кивнул с ожесточенным выражением лица, пока по венам разливались ярость и решимость. — Давайте прикончим этого засранца, — выплюнул он, а затем в проходе раздался шквал ликования, и началась его музыка. Вся его команда двинулась вперед, выходя через двери, и направилась к клетке.