Испытание Поттером

***

      Поттер, переодетый в уменьшенную пижаму крёстного и напоенный сонным зельем, мирно спал, в чём мы убедились, когда Рон потребовал проводить его к ребёнку, дабы он смог удостовериться, что с чудовищем ничего страшного не случилось. Обострение отцовского инстинкта? Спустившись в гостиную, я переглянулся с насмешливо прищурившимся Северусом, отправляющим письмо Шекболту, и пожал плечами, присаживаясь на диван напротив отца. — Добрый вечер, papa. Спасибо, что избавил нас от дальнейших напрасных поисков в Хогсмиде.       Лорд Малфой холодно посмотрел на плюхнувшегося рядом со мной Рона, от которого буквально исходили волны настороженности, готовности к драке и какой-то уверенности в её исходе. Спокойствия, правда, в нём не было: Рон, как всегда, в присутствии моего отца бурлил как вулкан, готовый вот-вот взорваться, зато от ощущения, что он рядом, что он поддержит, мне всегда становилось легче дышать, и я мог бросить вызов если не всему миру, то своему родителю, готовому мне диктовать волю лорда, это точно. Неужели так сложно понять, что я люблю этого парня? — Драко, тебе не кажется, что твоя игра слишком затянулась? — Игра? Боюсь, я не понимаю, о чём ты, — с вызовом улыбнулся я, глядя в серые, как у меня самого, льдистые глаза papa. Он усмехнулся. — Хочешь сказать, что ты любишь Уизли? — Не хочу, а говорю. Я люблю Рональда Уизли и хотел бы заключить с ним магический брак.       Пока мой отец и любимый человек поднимали с пола челюсти, одинаково шокированные признанием, Северус, разливающий по чашкам чай, тонко улыбнулся мне, словно одобряя поступок. Одобряя? Разве такое возможно? Нет, он нам здорово тогда помог, отстояв моё право выбирать, с кем мне жить до полного совершеннолетия, просто поговорив с другом, но того, что крёстный одобрит моё желание связать наши с Роном судьбы навсегда, я совсем не ожидал. — Как ты смеешь, сын?! — взорвался papa, заметивший наше переглядывание. — Я не стану больше ждать, пока ты образумишься — хватит с меня! — и завтра же выберу подходящую девушку. Твоё безумие только прогрессирует с течением времени, и ты не совсем собираешься браться за ум, а значит, решать твою судьбу буду я волею лорда. Своего совершеннолетия ты почти достиг, так что готовься к свадьбе. — Магическое совершеннолетие наступает в двадцать пять, Люциус, — возразил крёстный, подавая другу чашку с чаем. Тот отмахнулся. — Прекрати, Северус. Я достаточно ждал, пока мой сын одумается и вернётся на путь истинный, чтобы в моей душе успели зародиться сомнения, что это вообще произойдёт. Больше ждать неизвестно чего я не намерен, ведь такими темпами род Малфоев останется без прямого наследника из-за пагубного пристрастия Драко, чего я допустить не могу. Ты сам знаешь о проклятии Малфоев. — О да, помню! Малфои не могут иметь больше одного ребёнка, неся проклятие. Истинно благородные и чистокровные лорды великого рода. — Не издевайся, друг. — А что мне ещё остаётся делать, если ты решил поиграть в самодура, а твой сын — в жертву? — фыркнул Северус, с интересом поглядывая на нас троих, словно решая про себя, кто же из участников данного трагифарса не выдержит и сорвётся первым на этот раз. Я вообще удивлён тем, что Рон до сих пор так и не вставил свои пять кнатов в беседу, но он молчал. Он побледнел от злости, на щеках ходили желваки, а глаза метали молнии, но всё же пока мой рыжий сдерживался, сцепив зубы, и зная, что оба моих отца — родной и крёстный — мне дороги. — Ты так против моего решения? А ты можешь предложить другое, альтернативу женитьбы? Я уж не говорю о том, что после сегодняшней бучи в Хогсмиде, когда эти двое разыскивали пропавшего Поттера, совершенно не скрывая свои отношения, репутация Драко серьёзно пострадала. — Да плевать мне на репутацию! — не выдержал всё-таки я, получая хмурый взгляд от отца.       Да помню я правила рода о том, что репутация рода не должна страдать из-за выходок его представителей! Вот только здесь и сейчас мне плевать на грёбаный кодекс с высокой колокольни! Да и самому отцу никогда не удавалось жить так, как предписано кодексом, с юношества разрушая добрую репутацию чистокровного рода, выбрав не ту сторону и связавшись с Тёмным лордом. На его фоне меркнут все мои гомосексуальные наклонности и выбор партнёра. — Ты не можешь отвергнуть свои обязанности в угоду собственным прихотям! Я запрещаю тебе!       И тут не выдержал такого откровенного давления на меня Рон, сорвавшись, чего я ожидал с самого начала. — Любовь — не прихоть, лорд Малфой! И я не позволю вам портить жизнь моего любимого человека в угоду каким бы то ни было соображениям! У вас много грехов и преступлений и, если потребуется, я готов обратиться в прессу, к Кингсли, да хоть к самому министру с компроматом, чтобы вас приструнили! Да, вы — лорд, и в своём праве, но вот только мне плевать на все ваши права вместе взятые! Не вынуждайте меня действовать, потому что если вы желаете войны — вы её получите: желающие с вами поквитаться найдутся легко. — Ты мне угрожаешь, щенок? — обдавая Рона волной презрения, ледяным голосом осведомился отец. Я почти испугано посмотрел на ненормально спокойно улыбающегося любимого, отрицательно качающегося головой. Во что же мы с тобой вляпались? — Пока только предупреждаю. Я парень простой, честный и открытый и угрожать дорогому Драко человеку мне не хотелось бы. Но на всякий случай, а с вами, змеями, по-другому нельзя, я подстраховался, и в случае моей скоропостижной кончины или неснимаемого проклятия, пресса получит массу любопытного о вас, лорд Малфой.       И это грифиндорец?! Оказывается, я совершенно не знал любимого человека! Я и представить себе не мог, что он может быть настолько расчётливым, хитрым и последовательным. А ещё скрытным. — Рон? — Я не хочу, чтобы ты всю свою жизнь зависел от воли отца. Прости, Драко.       И, конечно же, именно этот трагичный момент выбрал герой для собственного появления и отчаянно зевая во весь рот, взобрался на колени к рыжему. Чудовище грифиндорское! Никакого чувства времени! Или напротив, оно чрезмерно сильно развито? Я недоверчиво покосился на трущего кулаками глаза ребёнка и повернулся к старшим, вставая. — Я подумаю над вашими словами, мистер Уизли, — холодно бросил papa, встающему с ребёнком на руках Рону. Тот согласно кивнул. — Крёстный, я буду благодарен, если ты откроешь камин, — попросил я. — Моё почтение, отец. — Мы ещё не договорили, Драко. — Договорим в следующий раз. Вряд ли ты сообщишь мне что-то новое, ибо всё обговорено уже не по одному разу. Маме приветы. И приятного вечера.