Лесные цветы, вплетенные в волосы

На следующее утро Луи с грустью рассматривает поникшие лепестки водяной лилии, которой стало тесно в чашке с водой. Он отправляется в лес и забирает с собой грустный цветок, чтобы вернуть его домой — туда, где ему место. Ноги Луи сами идут тем путем, которым вчера, стараясь укрыться от непогоды, вел его Гарри. Луи удачно добирается до границы скал, встретив по дороге несколько пересмешников. Он насвистывает мелодию, и птицы уносят ее, не вернув ответа. Значит, друзья уже ждут его на берегу лесного озера. Не без труда перелезши через большие камни, Луи неторопливо спускается к воде. Так и есть — он видит Гарри, Лиама и Зейна, устроившихся на берегу, до которого дотягиваются солнечные лучи, и Найла, мелькающего со своим хвостом в волнах; и направляется в их сторону. Он приветствует своих друзей и подзывает к себе русалку. Найл быстро достигает берега, работая своим сильным хвостом. Он выныривает на мелководье, где вода встречается с сушей, и собирает руками свои рассыпавшиеся белые волосы. Бабочки, сопровождающие русалку, еще не успели привыкнуть к Луи, и поэтому с интересом порхают около мальчика. Луи без слов протягивает Найлу сникшую кувшинку. И лишь только бледные пальцы русалки касаются поблекших лепестков, водяная лилия снова начинает мерцать, подрагивая в утреннем влажном воздухе. Луи улыбается, и в ответ получает от Найла такую же улыбку.       — Зачем ты подарил мне этот цветок, если знал, что он не выживет вдалеке от своего дома? — задает вопрос Луи, хотя уже знает ответ.       — Я просто хотел, чтобы ты сам понял это, — пожав плечами, отвечает Найл. Это не так. Найл знал, что Луи и так понимал это. Эта небольшая проверка, которую Луи с блеском проходит, еще сильнее сплачивает пятерых друзей, и Луи окончательно завоевывает доверие лесных хранителей. Гарри, Лиам и Зейн угощают его спелой земляникой, и пока Луи с удовольствием уплетает свой завтрак, всюду — на его руки, ноги, щеки и карамельные волосы — невесомо садятся бабочки. Вскоре, Зейн укладывается на одной из ветвей, наклонившихся над озером, и, свесив свои огромные крылья, кончиками перьев рисует затейливые узоры на поверхности воды. Найл расслабляется в тени, падающей от крыльев его возлюбленного, и его плавники слегка показываются над водой. Лиам, подвернув под себя длинные ноги, устраивается на берегу, неподалеку от Луи, который, вынув свой блокнот, увлеченно зарисовывает в него окружающий сказочный пейзаж. Гарри, сложив за спиной крылья, сидит с ним рядом, обращая внимание мальчика на детали, которые простым, человеческим взглядом трудно заметить. Луи изображает Зейна с его угольно-черными волосами, постепенно переходящими в перья, и Найла с его светлой кожей и ярко-голубыми глазами, которые в данный момент прикрыты от удовольствия. Он изображает Лиама, разморенного постепенно все поднимающимся солнцем и прислонившегося к стволу дерева, и Гарри, уделяя особое внимание его крыльям, так похожим на крылья бабочки. Он старается запечатлеть на бумаге все, что видит, чтобы зимой, когда снег занесет лес, поле и берега незамерзающей Брук-ривер, он мог оживить эту картинку у себя в голове, мысленно переносясь в теплые летние дни, проведенные со своими друзьями. Быстрыми штрихами Луи добавляет к рисунку собственную сумку, лежащую в ногах Гарри. Он останавливается и поднимает глаза от своего блокнота — сумка действительно лежит там, где он ее изобразил. Губы мальчика трогает легкая улыбка: теперь и он сам незримо присутствует на этой картине. Вот так. Замечательно. Он аккуратно закрывает блокнот и тянется за сумкой, чтобы его убрать. Потом Луи расслабленно откидывается на траву, устремляя свои голубые глаза в не менее голубое небо у них над головами.       — Гарри, — задумчиво произносит Луи, слегка понизив голос, — как бы я хотел иметь такие же крылья, как у тебя. Или как у Зейна, — он переворачивается на живот, чтобы встретиться взглядом с лесным мальчиком. — Я бы тогда взлетел так высоко, как птицы летают. Сверху Земля так красива. Гарри мог бы промолчать, отшутиться или сменить тему, но взгляд Луи, этот преисполненный надежды импульс, глаза, в которых эльф видит материальное воплощение самых смелых мечтаний, решают все за него. И он, не раздумывая, во что выльются его следующие слова, слегка небрежно спрашивает:       — Хочешь, я подарю тебе крылья? Луи театрально закашливается, имитируя удивление и недоверие, но серьезность, с какой Гарри произнес эту фразу, заставляет его замолкнуть. Он поднимается с травы, садясь рядом, и встречается с полным решимости взглядом своего друга. Луи склоняет голову, а Гарри повторяет еще раз:       — Я могу подарить тебе крылья, — игривые нотки проскакивают у него в голосе, и он добавляет, — в обмен на поцелуй. Их разговор привлекает внимание остальных. Лиам прогоняет дремоту и серьезно прислушивается, Найл посылает им настороженный взгляд из воды, и даже Зейн поднимает голову, обнявшись с широкой ветвью. А Луи ни о чем не может думать, и только поцелуйпоцелуйпоцелуй звучит у него в ушах. Он и сам не знает, что его так смутило. Просто Луи никогда раньше не целовал мальчика. Ладно, давайте будем честными, он и девочку никогда не целовал. Конечно, у них в классе учились девчонки, но Луи никогда не уделял им достаточно внимания, чтобы разглядеть их возможные достоинства. Луи зачитывался классической литературой и влюблялся в девушек, сошедших к нему с бумажных страниц. А теперь Гарри, его лесной друг-эльф, пообещавший ему крылья, просит у Луи поцелуй. Пока он перебирает в голове все поступающие туда мысли, гарпия, кентавр и русалка собираются у берега, где Гарри что-то горячо шепчет, собрав их в кружок. Уловив движение за своей спиной, Гарри оборачивается, и Луи видит, что все четверо светятся улыбками. Он прокашливается и неровным голосом произносит, обращаясь непосредственно к Гарри:       — Идет. Улыбка Гарри становится еще шире, и он еще ближе подходит к Луи. Тот абсолютно не представляет, что он должен делать и, дабы не пожалеть, что поддался душевному порыву, Луи поднимается на носочки и, прикасаясь своими ладонями к щекам Гарри, коротко целует его в носик. Носик морщится, и Гарри звонко смеется. Луи непонимающе смотрит на мальчика напротив, а Найл из-за его спины объясняет:       — Это не настоящий поцелуй. Гарри кивает ему, соглашаясь, и, повернувшись обратно к Луи, шепотом повторяет:       — Это не настоящий поцелуй. И, прежде чем Луи успевает хоть что-то сказать, Гарри, нежно придерживая подбородок мальчика, соединяет их губы. Эмоции, которые испытывает Луи, похожи на те, когда он в первый раз попробовал шампанское. Его голова слегка кружится, и он обнимает Гарри за спину. На языке словно пляшут искорки, как золотые пузырьки в бокале. Губы Гарри такие мягкие, и такие сладкие, и Луи не знает, почему он не целовал их раньше. Лесной мальчик улыбается, разрывая поцелуй, и проводит пальцами вверх по скулам Луи, убирая со лба его длинную челку. И тогда Луи сам целует Гарри по-настоящему, и ему очень нравится чувствовать чужие губы на своих губах. Так проходит несколько мгновений, и Луи начинает чувствовать что-то еще, помимо этого. Его кожа между лопатками начинает зудеть, словно кто-то высыпал пригоршню муравьев ему за шиворот. Он отрывается от Гарри и пытается дотянуться рукой до этого места, но не может. Он стягивает рубашку и поводит плечами, на шаг отступая от Гарри. Найл, Лиам и Зейн обеспокоенно следят за изменениями, происходящими с телом Луи. У него на спине кожа покраснела, и от нее исходит теплое золотистое свечение. Гарри выполнил обещание. Гарри подарил ему крылья. Луи чувствует себя так, словно он — холодная после зимы почва, через которую отчаянно пытаются пробиться первые лесные цветы. Он пугается таких сравнений и все старается заглянуть себе за спину. Он чувствует, как постепенно обретает что-то совершенно новое, чем раньше никогда не обладал. И в следующий раз, когда он оборачивается, крутясь на месте, он наконец видит их. Свои крылья. Четыре тоненьких остроконечных мембраны, они достают своими концами Луи до щиколоток, и он чувствует, как они чуть колышутся с каждым его движением. Он протягивает руки с желанием расправить слегка помятые крылышки.       — Не надо, Луи! — повысив голос, произносит Гарри, и мальчик вдруг вспоминает, что боже, ведь его друзья все еще здесь, и они не спускают с него глаз. — Ты видел, как бабочка появляется из кокона? Ее крылышки сначала сморщенные, и прежде чем полететь, она сушит их на солнце. Расправь их, — уверенно командует Гарри.       — Но как?       — О, тебе еще нужно научиться управляться с ними. Но знаешь? Тут все просто — ты должен не думать, а чувствовать. Теперь крылья — это неотъемлемая часть тебя, и ты должен стать с ними одним целым. Я не знаю, как объяснить это, ты должен просто почувствовать, — повторяет Гарри и кладет ладонь на левую половину груди Луи, — здесь. Луи закрывает глаза и прислушивается к своему сердцу. Он рисует у себя в голове образ Гарри, такого красивого зеленоглазого эльфа с крыльями бабочки. Он мысленно представляет, как расправляет собственные крылья. Холодок от легкого дуновения ветерка пробегает по спине Луи, и его крылышки раскрываются, пропуская солнечный свет через тонкую сетку рисунка. Восторженный взгляд Луи встречается с взглядом Гарри, исполненным гордостью, и никто из пятерых друзей не может сдержать улыбки. Луи снова оглядывается за спину: крылья потихоньку распрямляются, впитывая тепло солнца, и мальчику кажется, что еще чуть-чуть — и они растворятся в воздухе; настолько легкими и тонкими они кажутся. Он аккуратно садится на землю, удобно устраивая свои новые крылья, и дарит Гарри благодарную улыбку. Улыбку, которая стоит тысячи слов. После того, как крылья Луи окончательно высыхают под теплыми лучами августовского солнца, Лиам, Зейн, Найл и Гарри посвящают весь оставшийся день тому, чтобы научить Луи использовать все возможности своего «подарка». Они наперебой дают ему всевозможные советы и подбадривают, если у него что-то не получается. А уж как радуются за него друзья, когда Луи шаг за шагом добивается все больших успехов. Так радуются родители, когда их малыш делает свой первый шаг или произносит первое слово. И Луи бесконечно благодарен им за помощь. Ведь настоящие чудеса — это не сказочное озеро, не кентавры, не русалки и не эльфы, это даже не крылья, выросшие у него за спиной. Чудеса — это любовь и дружба. И теперь Луи это знает. И больше ничего в мире не имеет значения, когда его рука в руке Гарри, и, делая первые осторожные взмахи, Луи на своих крыльях поднимается над землей. Вечером Луи уходит из леса и знает: завтра он, как обычно, вернется сюда. Он шагает через поле, и цветы ласково щекочут его крылья, когда он слегка раскрывает и вновь складывает их. Он уверенно приближается к дому, не беспокоясь о реакции взрослых. Лесные хранители открыли ему секрет: чудеса существуют для тех, кто готов в них поверить. Большинство взрослых, к сожалению, потеряли эту способность. Но Луи будет держаться за нее изо всех сил, потому что именно ему повезло стать тем, чьи мечты воплотились в реальность.

***

Следующие несколько дней Луи проводит, тренируясь и совершенствуя свои навыки. Гарри помогает ему в этом, и с каждым часом у Луи получается все лучше и лучше. Эльф добивается того, что за достаточно короткий срок человеческий мальчик настолько привыкает к своим крыльям, что действительно становится с ними одним целым. И вот тогда для Луи распахиваются все двери. Больше не существует границ, и лес теперь не заканчивается для него густыми кронами, не пропускающими солнечный свет. Благодаря чудесному подарку, Луи теперь способен дотянуться до всего, что только есть на свете. Он уже достаточно уверенно перелетает с дерева на дерево, иногда отталкиваясь ногами от толстых ветвей, и теперь настает его очередь прятаться от Гарри в зеленой листве. Луи проводит часы с Зейном, который учит его выносливости, потому что на таких нежных крыльях тяжело бывает летать на большой высоте, где гуляют сильные ветры, но мальчик очень, очень старается. Он устраивает забеги наперегонки с длинноногим Лиамом, и хотя кентавр обладает явным преимуществом — четыре ноги против двух, очень скоро Луи учится чувствовать почву под ногами и открывает для себя новый источник энергии — сама Земля дает ему силы. После полудня он избавляется от своей одежды и плавает вместе с русалкой в водах сказочного лесного озера. Ныряя, он видит крошечных рыбок, следующих за Найлом повсюду.

Луи живет, и чувствует, что живет.

***

Когда его крыльям исполняется неделя, и он с самого утра возвращается в лес, вместо Гарри его встречает Лиам, чья всегда теплая улыбка вдруг сменилась обеспокоенностью. И Луи кажется, что и деревья, и травы — все вокруг — тоже беспокоится о чем-то, настолько серьезен был взгляд кентавра.       — Здравствуй, Ли, — как обычно, приветствует его Луи. — Что-то случилось?       — Здравствуй, Луи. Я должен кое-что сказать тебе. И Лиам жестом приглашает его следовать по уже такой знакомой дорожке к скалам, охраняющим покой лесного озера. Несколько минут они шагают молча, за это время Луи успевает перебрать у себя в голове все возможные варианты и тоже начинает беспокоиться. Наконец Лиам нарушает тревожное молчание:       — Луи, — он ловит взгляд голубых глаз своего друга и уже более уверенно продолжает, — Гарри хочет предложить тебе остаться с нами.       — Что значит остаться с вами? Ли, я не понимаю. Я и так уже практически живу здесь.       — Гарри хочет, чтобы ты насовсем в лесу остался. Сбежал из дома. Бросил все. Начал новую жизнь, здесь, с нами, — Лиам бросает обрывки фраз, и по его тону Луи не может понять, как сам кентавр относится к этой идее.       — Почему он сам не спросил меня об этом? — произносит Луи, пиная мелкие камешки под ногами.       — Он спросит. Обязательно спросит. Он бредит этой идеей уже несколько дней. Не сегодня, так завтра, он предложит тебе это. Гарри уверен, что ты согласишься, Луи, — Лиам взволнованно повышает голос. — Он захочет услышать твой ответ. Я же просто предупреждаю тебя, даю немного времени на раздумья. Ты должен быть готов к этому, Луи. Луи? Голос мальчика-кентавра растворяется в теплом воздухе. Щебет птиц, ветер, гуляющий в ветвях и свежий аромат приближающейся осени обрушиваются на Луи внезапно накатившей волной, и нет, он не готов. До этого самого момента мечтательный мальчик жил настоящим и не строил планов на будущее. Да, сейчас еще лето, но что будет, когда придет зима? Что, если его лесные друзья переберутся на новое место? Что, если его семья решит переехать? Луи слишком крепко связал себя с лесом, где он обрел новую жизнь. Он хочет навсегда остаться в сегодняшнем дне, где голубоглазого русалку сопровождают облака из бабочек, а гарпия учит его летать, где мальчик-кентавр всегда тепло улыбается, а мальчик-эльф по-настоящему его целует. Луи возвращается мыслями к домику, тихо стоящему на одной из улочек спокойного Мидоу-тауна. Он думает о своей маме, о маленькой Шарлотте, которая быстро растет и берет пример со старшего брата, и об отчиме Марке, который заменил ему отца. Луи вдруг чувствует угрызения совести — почему-то впервые за все это время — он оставляет их, свою настоящую семью, оставляет каждый день и уходит в лес, проводя время со своими волшебными друзьями. Друзьями, которые подарили ему то, что не покупается и не продается — такое невозможно забыть. Но где-то в глубине души Луи знает — он был рожден в городе, а не в лесном царстве, и город — его настоящий дом. Лес навсегда останется сказкой, ярко вспыхивающей, когда тает снег. Почему же тогда он так зовет его, так манит изо дня в день? Разум Луи уже подготовил ответ, но сердце, конечно же, считает иначе. Лиам бросает попытки вытащить Луи из раздумий и просто тихо идет за ним следом. Луи все еще выглядит подавленным, подавая кентавру руку, когда они перебираются через камни. Лиам мягко сжимает его ладонь в своей, и Луи отвечает ему полуулыбкой. Двое друзей спускаются к озеру, где их встречают Зейн, Гарри и Найл, то показывающийся, то вновь исчезающий под водой. Лиам и Гарри обмениваются короткими взглядами, что не остается незамеченным для Луи. Они все здороваются, и каждый занимает свое место: Зейн, усевшись на широкой ветви дерева, склонившегося над водой, что-то увлеченно рисует в блокноте Луи, Найл, мелькая своим длинным хвостом в волнах, пересчитывает бабочек, садящихся на воду, и смеется, Лиам задумчиво плетет цветочный венок, а Гарри с Луи устраиваются на берегу, недалеко от кромки воды. Луи рассказывает, как вчера Марк купил для Шарлотты новенький двухколесный велосипедик, решив, что девочка уже достаточно взрослая для него, но Шарлотта пока не решилась его испробовать; и Луи обещал научить ее. И как только отзвук последней сказанной фразы замолкает в воздухе, Гарри заговаривает снова, тихим, серьезным голосом:       — Луи, оставайся навсегда с нами, — предлагает он. Предлагает и, кажется, уже чувствует свое поражение. А Луи быстро, пытаясь вместить в слова все свои мысли, говорит в ответ:       — Нет, Гарри. Прости меня, цветочек, но нет, — и Луи печально опускает голову. — Ты себе даже не представляешь, как сильно я сам хочу этого, но я просто не могу. У меня семья, у меня мама и маленькая сестра. Они любят меня и нуждаются во мне. Я знаю, что вы любите меня не меньше, и не меньше них нуждаетесь во мне, но ты должен понять меня, Гарри. Пожалуйста. Луи смахивает слезинки, невольно выступившие на глазах, и замечает, что Гарри тоже плачет. Луи вытирает у него слезы с раскрасневшихся щек и прижимает ладони Гарри к своей груди:       — Мое сердце принадлежит этому лесу, значит, и тебе тоже. Вы останетесь здесь, когда ляжет снег, правда? Гарри поднимает на него свои ярко-зеленые глаза, неслышно кивает и, успокоившись, шепчет:       — А ты? Ты вернешься сюда?       — Конечно, — Луи искренне улыбается. — Я ведь всегда возвращаюсь. И тогда Гарри целует Луи, а голубоглазый русалка ловит в ладони первый пожелтевший листок, слетевший с дерева.

***

У Луи начинается школа, и теперь у него нет возможности проводить в лесу все свое время. Но при каждом удобном случае он собирает учебники и отправляется в лесное царство, где делает уроки под присмотром многолетних деревьев. Луи постепенно возвращается в свою прежнюю, обычную, человеческую жизнь, но своих лесных друзей не забывает.

***

Они встречаются на лесной опушке, когда выпадает первый снег. Он неуверенно покрывает землю, пряча под собой опавшие листья и засохшие стебли цветов. Луи подает Гарри руку:       — Береги себя, лесной мальчик. Я вернусь, как только снег растает, вот увидишь. Гарри уверенно улыбается и отвечает:       — А ты береги свои крылья. Мы будем ждать твоего возвращения. Луи целует теплые пальцы Гарри и покидает лес, оставляя черную цепочку следов на белом снегу; его маленькая фигурка мелькает между деревьев.

***

Зима пролетает незаметно. Луи усердно учится, проводит целые вечера в лавочке миссис Хоуп, помогает маме и отчиму по дому, играет с малышкой Шарлоттой. И очень, очень скучает по своим чудесным друзьям. Однажды утром он просыпается от того, что солнечные лучи щекочут его, пробиваясь сквозь плотные занавески. По дороге в школу он замечает первый крохотный подснежник, расцветший у калитки. А это может означать только одно — весна уже близко. Наклонившись к цветку, он радостно целует белоснежные лепестки, ловя на себе несколько удивленных взглядов от соседей. Он проводит весь день в приподнятом настроении и, заслышав звонок с последнего урока, молнией мчится по знакомой дороге.

Домой. Пришло время.

Луи замечает его сразу же, как только вступает на лесную опушку. Гарри стоит и жмурится, подставляя лицо и расправляя крылышки под первыми лучами весеннего солнца. Потом он открывает глаза и, увидев Луи, бросается в его объятия. Луи стал на год старше, Гарри — тоже. Луи усыпает легкими поцелуями щеки Гарри, а тот хихикает и спрашивает:       — Где твой дом, Луи? Луи обводит взглядом опушку, еще голые ветви деревьев, стряхивающие с себя последние комья снега, и замечает маленький подснежник, заплетенный в волосы Гарри. Он кладет свои руки ему на грудь, и просто отвечает:

— Здесь.