Парадокс

      Дэн сел у кровати и раскидал кучу коробок, рывком доставая из-под них спортивную сумку, чтобы нервно раскрыть замок и поскорее заглянуть внутрь. Его наспех сложенный серебряный костюм с жёлтыми вставками сразу же блеснул под искусственным светом лампы, как только показался изнутри. Облегчённо выдохнув, Дэн быстро застегнул молнию, как раз вовремя пряча одежду – раздвижная дверь в комнату быстро отъехала. — Дэн, на кухне её нет… а, — Ален слегка приподнял брови, увидев сожителя, сидящего на полу среди полного бардака. — Ты нашёл свою сумку? Как хорошо, — парень еле заметно улыбнулся и захлопнул дверь.       Сам же Дэн нервно сглотнул, который раз прочувствовав, как от подаренной ему невинной улыбки по телу пробежал щекочущий ток симпатии.       Его сосед по комнате вызывал в нём смешанные чувства уже с первой недели их совместного проживания в общежитии. На первый взгляд казалось, что для этого не было особых причин: Ален был очень скромным, невероятно наивным парнем, тихим и не слишком заметным в шумных компаниях. Но при этом он всегда готов был помочь Дэну и прикрыть его, когда тому нужно было уйти «по делам», выдуманным с завидной искромётностью. — Да, как я и думал, она была под кроватью... просто завалена всяким хламом, ха-хах! — виновато рассмеялся Дэн, стараясь превратить весь тот хаос, который он устроил в комнате, в шутку. — Спасибо большое, что помог мне в поисках. Я очень это ценю.       Ален покрылся лёгким румянцем и тихо ответил «Да мне не сложно…», уже в который раз сделав свой любимый жест, от которого сердце Дэна и вовсе забилось чаще — изящно уложил пальцами свисающую прядь чёрных волос за ухо, при этом упорно смотря в пол. Он присел на корточки и стал собирать разбросанные сожителем коробки, аккуратно и бережно складывая их в стопку.       Дэну казалось, что от этого милого поведения у него сейчас просто-напросто встанет, как бы глупо это не звучало. Вроде обычный же парень, ничего особенного, да и тело у Алена совсем не тонкое да звонкое, а наоборот, на удивление – достаточно подкачанное. Невозможно было не заметить в общих душевых рельефный пресс и упругую грудь, как и далеко не просто «поджарые» руки.       Но, чёрт возьми, это же просто преступление какое-то – быть настолько... очаровательным!       Дэна уже давно не посещали вопросы о своей ориентации банально потому, что он смирился со своей симпатией. Двадцать второй век на дворе, пора уже забыть о предрассудках однополой любви! Однако никаких отчаянных действий он не предпринимал, оберегая Алена, словно хрупкий хрусталь, к которому нельзя было лишний раз даже дотронуться – разобьётся. Иногда вкрадчивым тоном, плавными движениями, ясными глазами из-под длинной чёлки и деликатным поведением тот, и правда, производил подобное впечатление.       И не только на Дэна.       У некоторых студентов уже были намерения поддеть парня мало того, что за его некую «виктимность», но ещё и за своеобразный вкус: Ален страсть как любил розовые вещи, хоть и старался слишком сильно не светить своими увлечениями перед другими, ограничиваясь лишь розовым коммуникативным галафоном*, такого же цвета подтяжками, прикреплёнными к белому ремню штанов, и резинками, которыми завязывал длинные волосы в небрежный хвост. На его же половине комнаты было гораздо больше этого "девчачьего", по мнению других, цвета, что совершенно не напрягало Дэна, а даже наоборот, умиляло.       Ален был искренен в своих предпочтениях, не скрывая их, но и не выставляя напоказ, и Дэн принимал его таким, какой он есть.       Конечно же, на просторах университета Ален моментально заслужил «голубую» славу, хотя ни в каких гомосексуальных отношениях замечен не был. Но никто его не смел трогать благодаря Дэну, который защищал парня всеми силами, хотя тот и напоминал жертву лишь своим поведением, но никак не внешним видом. Да и в какой-то момент ребята сами забили на Алена, уж больно тот был тормознутым и даже не сразу врубался, что над ним издевались, от этого убивая весь азарт обидчикам — всё равно, что обижать ребёнка.       Как потом оказалось, Ален к тому же ещё и хорошо учился и легко давал списывать другим (больно непосредственный), что сделало его весьма полезным членом общества в классе. Так что, в итоге, сокурсники нашли для себя более интересное занятие: смущать его, ведь полученная в ответ реакция была очень предсказуемой и яркой. И смущали они его сводничеством с надоевшим им Дэном, который бегал за парнем хвостом и чуть ли ни на минуту не оставлял его одного, защищая, словно цепной пёс. Правда, по вечерам они оба куда-то пропадали под разными предлогами, порождая ещё больше подозрений.        Но однокурсники уже к этому привыкли, стабильно используя шутку: «Что, уединялись, голубки?». Оба в ответ непременно краснели и оправдывались, так что было чем позабавиться!       Дэн не знал, как Ален относился к слухам о них, но тот не высказывал сильного отвращения, лишь смущался и отводил взгляд, когда слышал подобные шутки о себе. И это его поведение рождало крохотную надежду на взаимность, шаг к которой он слишком боялся сделать, дорожа теми отношениями «близких друзей», которые у них уже сложились.       К тому же у Дэна имелся огромный секрет, который он никому не мог рассказать, и от этого ещё сильнее отгорождался от Алена, чтобы случайно не спалиться и не вовлечь его в ненужную передрягу.       Несмотря на всю свою осторожность, Дэн всё-таки иногда забывался – его и так не особо хорошо работающий мозг отключался при виде своего соседа, а чувство самосохранения притуплялось, превращая во влюблённую лужицу. Как и в этот раз: надо быть полным идиотом, чтобы попросить его помочь в поисках спортивной сумки, в которой лежал супергеройский костюм!       Да, Дэн был страшной неряхой, так что терять свои вещи в куче других своих вещей для него было абсолютной нормой, в то время как Ален, наоборот, был очень организованным педантом — половинки их комнат невозможно было даже сравнить.       Неудивительно, что именно к Алену Дэн и обратился за помощью в надежде, что хотя бы тот помнит, куда делась сумка! Без неё тот был как без рук, абсолютно бессилен против зла, если оно нагрянет.       Да, Дэн был не обычным гражданским.       Конечно, многим слабо верилось в то, что сверхспособности существуют, в чём и сам Дэн сомневался в первые дни «раскрытия» своих особенностей — технический прогресс опровергал любые «мистические» дары свыше. Но факт был налицо, так что ему ничего не оставалось, как принять его.       Его способности проявились довольно банально: гроза в горах во время кэмпинга** и удар молнии, способной убить, а в итоге Дэн мало того, что выжил, так ещё и обнаружил в себе умение управлять током, и даже генерировать его в себе.       Каким именно образом это происходило, он не знал. Если честно, Дэна никогда не интересовали все эти скучные научные объяснения.       Может швыряться молниями? Ну, и отлично, большего и не нужно!       Дэн был простым парнем и не сильно любил лишний раз думать, предпочитая уму силу. Некоторые люди, в первый раз его увидев, справедливо причисляли парня к игрокам слайдбола***, уж больно образцовый типаж: крупная фигура, массивная кость, высокий рост, широкий разворот плеч, мужественный подбородок, светлые короткие волосы... Друзья Дэна и сами удивлялись, почему тот не пошёл в этот популярный вид спорта, ведь у него были все необходимые данные. Но тому было достаточно своей супергеройской деятельности, а на большее просто не хватало ни сил, ни времени.       И всё бы хорошо, да вот только год назад у Дэна появилась серьёзная заноза в заднице.       Большая и до безумия раздражающая его заноза — Валентайн.       Этот злодей с навороченными приспособлениями за пазухой появился из ниоткуда и привнёс несусветный беспорядок в город! То каких-то важных представителей власти возьмёт в плен, то взломает государственную сеть, то устроит переполох в крупной корпорации, то украдёт секретные разработки техно-инженерии!       Все его действия сопровождались хаосом, а из-за его сопротивления полицейским силам городу и вовсе наносился серьёзный ущерб в бою, отчего страдали многие жители. Самым сложным в схватке с Валентайном было то, что в критический момент, когда его почти заключали в плен, ему каким-то образом удавалось сбежать. Мало того, суперсовременные устройства, которые он непонятно откуда брал, использовались им с исключительным умом. Так что, будучи в меньшинстве, он искусно побеждал большинство и скрывался из виду, заставляя государство рвать и метать, требуя решительных действий от службы охраны порядка, представители которой только и могли, что разводить руками.       Кто этот Валентайн, что ему нужно, и откуда у него настолько высокотехнологическое оружие – никто не знал. А тот всё продолжал следовать какой-то своей цели и исчезать тогда, когда её добивался, иногда даже не вступая в бой.       В общем, ситуация была такая, что люди явно нуждались в герое.       Когда встал вопрос «помогать или не помогать мирным жителям», решение к Дэну пришло достаточно быстро — чувство справедливости сопровождало его всю жизнь, и вот пришёл его час. Взяв себе первое пришедшее на ум имя «Деон» (не слишком умелая игра его собственным именем), парень заказал костюм из плотной и эластичной ткани, который продавали для отчаянных фанатов супергеройских фильмов, и стал вершить правосудие — противостоять Валентайну в облегающем с ног до шеи трико и конспиративной полумаске на лице.       Когда же он впервые наконец-то встретился с ним лицом к лицу, то навсегда запомнил образ злодея: плотно сидящий на теле чёрный костюм с лиловым «V» на груди и длинным плащом, а на голове какой-то шлем, похожий на мотоциклетный. Столкнувшись с ним, Дэн опешил, когда оказалось, что и его противник был не так-то прост! В их первую встречу на поле боя не ожидавший героя Валентайн, ощутив, что не может пока противостоять электрическому току Деона, внезапно просто пропал. Дэн тогда ещё долго бегал вокруг, пытаясь его найти, но в итоге нашли его – копы собирались было провести допрос с пристрастием из серии «Ты что ещё за покемон?», но парень быстро сбежал, скрываясь в подворотнях в желании остаться инкогнито.       С этого момента и началось их противостояние.       Дрались они чаще всего на расстоянии: хоть Дэн и старался сократить дистанцию, злодей вновь ловко её восстанавливал, не рискуя начинать ближний бой с явно превосходящим его по габаритам противником, что было весьма умно. В противовес, Валентайн каждый раз придумывал новые способы отражения молний Деона, изобретая какие-то странные штуки, зачем-то попутно с превосходством рассказывая искажённым голосом, как он пришёл к той или иной гениальной мысли. Но когда пошли такие слова как «диэлектрические конденсаторы», Дэн не выдержал и откровенно заорал, что ему искренне пофиг, и что Валентайн — злодей-зубрила. Тот, похоже, сильно оскорбился и впоследствии всячески обзывался, называя в свою очередь Деона «тупицей», «простаком» и «пустоголовым», в ответ получая «ботаник», «зануда» и «задрот».       Так и продолжались их баталии с перебранками, за которыми наблюдала не только публика, но и служба охраны – они, похоже, не особо хотели лишний раз влезать в бой, даже и пальцем не пошевелив, чтобы помочь Дэну, выжидая, кто же победит. И каждый раз Деон одерживал вверх, а возмущённый Валентайн пользовался своей невидимостью и сбегал придумывать новые коварные планы, шипя от злости. В бою же злодей редко пользовался своей способностью, видно, количество раз или времени у него ограничено, что, несомненно, было плюсом для героя. Дэн же, обычно уставший и измождённый после очередных контратак противника, поздно возвращался в общежитие через ранее открытое окно и падал на постель. Использование необычных способностей высасывало из него все силы, и он успевал лишь одним глазком посмотреть на свернувшегося калачиком и накрывшегося с головой одеялом Алена перед тем, как окончательно вырубиться. Его сосед был для него единственной отрадой и мотивацией продолжать это нелёгкое дело супергеройства, а мысли о том, что когда-нибудь Дэн всё-таки сможет ему признаться, и вовсе воодушевляли...       В один из особенно удачных дней Деон хорошенько отметелил Валентайна, который уже потихоньку сдавал позиции, позволив герою подобраться слишком близко и оставить на себе пару ушибов от сильных ударов. Вовремя использовав невидимость, из-за которой Дэн только и смог, что в раздражении крутиться вокруг своей оси в поисках противника, злодей скрылся, абсолютно поверженный. Сам же Деон, чертыхнувшись, ведь он как никогда был близок к победе, в растрёпанных чувствах вернулся домой. Его потряхивало от предвкушения наконец-то снять этот шлем с Валентайна и посмотреть в глаза преступнику, так что когда он завалился в общежитие, то случайно со всей дури напоролся на стул, отчего тот громко бабахнулся о пол. Зажмурившись от неудачи, Дэн после со страшными глазами посмотрел на всё также тихо-мирно спящего Алена, завернувшегося в одеяло так, что даже макушки не было видно, и расслабленно выдохнул, радуясь, что не разбудил соседа. Уж чего-чего, а снова врать ему очень не хотелось и вызывать лишние вопросы тоже. Быстренько юркнув в кровать, словно он там и был всю ночь, Дэн снова мечтательным взглядом посмотрел на сожителя и закрыл глаза, представляя его смущённо-улыбающееся выражение лица перед сном. Как же хотелось смять эти сладкие губы в поцелуе и заставить его ещё сильнее краснеть! Но нельзя, нет, он его лишь напугает…       Утром же Дэн чуть ли не припеваючи направился в душевую, зная, в какое обычно время Ален туда ходит. Тот любил принимать душ в одиночестве, так как подгадывал время, чтобы как можно меньше людей мылось с ним. Удачно то, что на этот раз Ален пошёл искупаться ещё позже обычного (удачно потому, что Дэн тоже проспал), так что Дэн, весь в предвкушении, застал его в пустой душевой. И застыл. Его сосед, с распущенными волосами моясь под струями воды, стоял к нему спиной, на белой коже которой большими пятнами контрастировали тёмные синяки, выглядя более чем просто болезненно. Потеряв дар речи от шока, Дэн постоял пару секунд в осознании, а затем рванул со всей дури к парню, роняя на пол мыло с шампунем. Услышав позади себя движение, Ален вздрогнул и обернулся, а затем зажмурился в страхе, когда его со всей силой прижали к холодной плитке на стене, стальной хваткой сжимая кожу на плечах.       — Кто это сделал?! Кто посмел?! Скажи мне, и я его урою! Убью сукиного сына! — зарычал Дэн, сверкая бешеными глазами.       Ален перепуганно вытаращился на него, открывая рот, чтобы что-то сказать, а затем, словно взяв себя в руки, наконец-то выдавил из себя, смотря в сторону:       — О-отпусти, всё в порядке… Я просто с лестницы упал. Ты же знаешь меня, я такой неуклюжий…       — Неправда! — рявкнул Дэн, а затем вдруг пришёл в себя, понимая, что творит: прижимает к стене голого объекта своей симпатии и касается его. Сразу же сделав шаг назад, он покраснел как помидор, освобождая парня. — Прости, я… Не знаю, что на меня нашло… Я не хотел делать тебе больно.       — Ничего, — слегка улыбнулся Ален и правой рукой сжал левое плечо, которое всё ещё горело от чужого тепла. — Я понимаю, выглядит ужасно, но я, правда, просто упал. Скоро всё пройдёт.       — Раз ты так говоришь… Ладно, поверю. У меня есть заживляющая мазь, давай я тебя намажу, — обеспокоенно предложил Дэн, лаская парня мягким взглядом, а тот, расплывшись в радостной улыбке, коротко кивнул.       Одевшись, они вернулись в комнату, и Ален, замешкавшись, снова снял майку, демонстрируя свои увечья. Дэн, вытащив из шкафика тюбик, встал позади него и нежно провёл пальцами по лопаткам парня, отчего тот вздрогнул, но не двинулся с места. Заметив, как у его соседа покраснели кончики ушей, Дэн внутри замурчал от удовольствия и выдавил мазь на кожу Алена, после аккуратно растерев её. Он никогда в жизни ещё не испытывал ничего более сексуального, чуть ли не пуская пар из ушей и ноздрей от напряжения в паху, как вдруг его отвлекли словами:       — Дэн, а ты… знаешь, что творится в городе?       Вскинув бровь, парень не сразу понял, о чём речь, и Ален это уловил, понимая, что зашёл слишком издалека:       — Ты знаешь о противостоянии местного героя и злодея?       — А-а-а, это… Ну да, — постарался как можно беспечнее ответить Дэн, сам же навострив уши и сгорая от любопытства, почему его вдруг об этом спросили.       Уж не интересен ли, случаем, Алену Деон? Фантазия парня так разыгралась, что он представил Алена своим ярым поклонником и сцену того, как Дэн перед ним раскроется, и тот упадёт в его объятия. За то, чтобы это стало правдой, парень готов был отдать всё на свете! Но затем, придя к мысли, что его могли в чём-то заподозрить, ведь вчера он хорошенько ночью нашумел, его любопытство сменилось ужасом, и Дэн нервно перебил Алена, задавая свой вопрос:       — А ты ночью, случайно, ничего не слышал? — Всё же голос звучал слишком нервно. Его собеседник как-то напрягся, аж чувствовалось, как мышцы на спине чуть затвердели, и тихо заговорил:       — Нет, я обычно сплю как убитый. Ничего не слышал. Совсем… — он выдержал паузу, словно на что-то решаясь. — А ты?       — Да-а, я тоже быстро вырубился, так что вряд ли что-то мог бы заметить. Вот странный вопрос, да? Ха-ха-ха, — нескладно закончил свою речь Дэн и снова замолк, мысленно убивая себя за неуместный вопрос, который был слишком подозрительный. Однако Ален продолжать эту тему сна явно не хотел, да ещё определённо расслабился, вернувшись к тому, о чём говорил ранее:       — М, так вот… Скажи, что ты думаешь о… Валентайне?       Опешив, Дэн даже перестал намазывать спину парня мазью, выпучив глаза. Что значит этот интерес Алена к злодею? С какой стати он вдруг спросил о нём? Заметив, как парень совсем уж смутился, теперь уже покраснев аж до шеи, Дэна посетила катастрофическая мысль, от которой он улетел здравым рассудком в космос: Алену нравится Валентайн?! Ревность захлестнула его с ног до головы, и Дэн цыкнул, грубо брякнув:       — Отвратительнейший человек. Творит всё, что ему вздумается, не заботиться о мирных жителях, да ещё и трус – вечно сбегает под конец схватки! Ха, кишка тонка!       Между ними повисло удручающее молчание, от которого стало очень неуютно. Непонимающе насупившись, Дэн не выдержал и наклонился вперёд, чтобы заглянуть в лицо Алену, и ошарашенно распахнул глаза, увидев, как у того заслезились глаза, и был такой горестно-разочарованный вид, что сердце парня сжалось будто в тисках. С треском проиграв этому чёртову Валентайну, Дэн продолжил говорить как можно быстрее, стараясь подбодрить втрескавшегося в злодея Алена, внутри же умирая от неразделённой любви:       — Это если с одной стороны посмотреть, а вот с другой – хорошее тактическое отступление! А ещё у него очень мрачный и впечатляющий костюм, да ещё и шлем круто выглядит! Мотоциклисты, они же типа крутыми были, а тут он как будто один из них — какая дань прошлому! К тому же у него вечно какие-то офигенные пушки и девайсы с собой, я ещё ни разу такие не видел, так что они меня прямо поразили! И мне кажется, он очень умный, много говорит о каких-то научных штуках, всегда так аргументировано… — нёс первое, что ему приходило в голову, парень, поглядывая на собеседника, который с каждым словом преображался. Под конец тот и вовсе развернулся к Дэну и засиял:       — Правда?! Ты, правда, так думаешь?       — Да-да! — не мог себя никак остановить Дэн, кайфуя от счастливого Алена. — Особенно меня поразила его идея с… э-э, как их там, диалект… ди элект…       — Диэлектрическими конденсаторами?! — воскликнул лучезарно улыбающийся парень, чуть не прыгая на месте. — Это просто гениальная идея, верно?! Самое лучшее решение, учитывая характеристику его соперника!       Дэн уже готов был расплакаться то ли от счастья, что может любоваться Аленом в таком приподнятом духе, то ли от горя, что тот явно больше предпочитает злодеев, чем героев. Хотя, если задуматься, всё очевидно: Ален всегда был отличником и любил все эти науки, которыми оперирует Валентайн, так что его восхищение им совершенно логично. Придя к этой мысли, Дэн совсем уж приуныл, ведь как бы он ни старался, а всё равно точные науки были ему не по зубам. Так что же, ему просто не судьба быть вместе с любимым?       — Ага, он явно мозговитый парень… — с грустной завистью буркнул парень, совсем разочаровавшись в себе.       — Дэн! — словно разбудил его Ален, внезапно крепко-прекрепко сжимая в объятиях. — Спасибо тебе, ты такой хороший друг! Я так тебе благодарен!       «Отфрендзонен!» — взревел внутри Дэн, но натянул улыбку, уткнувшись носом в шею парня и вдохнув приятный запах его мыла. Вот бы они могли стоять так вечность, нежась в объятиях!       Весь этот казуз с утра сильно повлиял на Деона во время следующей битвы ночью. Не было былого стремления победить, не было той силы воли. Откровенно говоря, Дэн дрался вполсилы, сильно халтуря. А вот Валентайн явно был на своей волне: демонстрировал ещё большую ловкость, чем раньше, уворачиваясь от ленивых вспышек молнии, посланными Деоном, и в конце концов сбил его с ног каким-то своим очередным новым оружием, стреляющим тёмно-синими потоками энергии. Упав на зад, Дэн наконец-то отрезвел, понимая, что сейчас не время и не место страдать от любви, но он уже опоздал.       Вытащив совершенно незнакомый Деону треугольный механизм, Валентайн использовал его, выпуская в героя серый стальной стержень с цепкими зажимами, которые обхватили руку героя и вдруг пронзили его чем-то странным, обездвиживая. Дэн впервые почувствовал, что он в опасной близости к смерти, старался хоть как-то пошевелиться, но всё было тщетно. Сжав кулак в победном жесте, Валентайн с триумфом подпрыгнул, крича: «Получилось!», а затем стал медленно приближаться к противнику, с превосходством крутя в руках своё фатальное оружие. Деон забегал взглядом по сторонам, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы спастись, пока над ним не нависли:       — Это моё новое изобретение. Правда, классное? Я усовершенствовал свою основную идею о диэлектрических… А, не важно, ты всё равно не поймёшь. Вот и конец тебе, Деон, и твоему… — не успел он пафосно договорить, как вдруг услышал скрипучий лязг и вскинул голову, вытаращившись на балку, которая, непонятным образом оторвавшись от высотного здания, летела прямо на него. Инстинктивно отскочив, Валентайн отбросил оружие, чтобы прикрыть руками голову от осколков, и откатился в сторону на безопасное расстояние, наблюдая за тем, как балка в итоге упала прямо на его пульт управления, ломая его и обезвреживая ловушку для героя. Деон, спасшийся благодаря поразительному чуду, немедля вскочил на ноги и на этот раз сам со всей дури ломанулся прочь, только пятки засверкали. Он бежал как угорелый подальше от противника, прячась в тёмных переулках и перепрыгивая мусорные баки, пока не достиг родного общежития, под конец додумавшись спрятаться в кустах и передохнуть, отдышавшись.       Твою ж мать, он реально чуть было не погиб! Чистая случайность спасла ему жизнь, не иначе, как прихоть судьбы! Но если у Валентайна уже есть такое мощное оружие против него, и Дэн не догадается, как от него освободиться в следующий раз, то он вновь попадётся, и уже верить во второе удачное совпадение будет просто глупо! Что же делать?! Как найти его слабое место?! Дэн совершенно не разбирался во всех этих технологиях и прочих занудных вещах, так что сам вряд ли мог справиться. Кто же мог ему помочь?.. Ответ пришёл к нему сам — очевидный и простой. Вот только… как уговорить Алена пойти против его любимого Валентайна и помочь в итоге Деону?       Слишком сильно задумавшийся Дэн вдруг шарахнулся, услышав шаги рядом с собой, и замер, боясь шелохнуться. Кто-то шёл не к главному входу общежития, который был сейчас закрыт, а за здание, видно, чтобы попасть в свою комнату через окно. Осторожно выглянув из кустов, Дэн заинтересовался, кто же это такой ночной гуляка, и в изумлении узнал Алена, который шёл с каким-то чехлом. Подождав, пока парень залезет в окно, Дэн добежал до своего тайника, где оставил повседневную одежду, и переоделся, чтобы поскорее застать Алена, пока тот не заснул. Подскочив, чтобы пролезть в окно, Дэн стукнулся лбом о стекло и во второй раз за день упал на зад. Потерев шишку, парень поднял голову и приоткрыл рот. Ален закрыл окно!       Обычно Дэн всегда оставлял его открытым, чтобы была возможность вернуться, и просил соседа не закрывать, мол, ему ночью жарко. Но тот, похоже, совсем позабыл о его просьбе! Обидевшись, Дэн хмуро постучал в окно, требуя, чтобы парень всё-таки подошёл к нему — всё равно он и так собирался спалиться перед другом. Через пару секунд за стеклом показался крайне удивлённый Ален, который спешно ввёл код изнутри, впуская сожителя. Оказавшись внутри, Дэн нетерпеливо спросил парня, словно ревнивая жёнушка:       — Я видел, как ты тоже только что пришёл! Где ты был?       Захлопав глазами, Ален решил поступить весьма хитро, используя нападение как защиту:       — А ты где пропадал? Третий час ночи!       — Я… э-э, — такого поворота на сто восемьдесят градусов в их разговоре Дэн никак не ожидал и, в мгновение генерируя самые нормальные отмазки, вдруг пришёл к потрясающей мысли, как заставить Алена помочь ему: — А я ходил смотреть на схватку Деона и Валентайна! Безумно интересно было! Вау, вообще! Ну так, а ты где был? — прищурился парень, резко прекратив восхищаться боем.       — А я… тоже, тоже там был. Да, я ведь не просто так тебя о них сегодня спросил! Потому что хотел пойти и посмотреть… — Ален закусил губу, смотря на собеседника уверенным взглядом.       — О… — вновь таки Дэна удивили неожиданным ответом, от которого он на секунду задумался. Он-то знал, что врал, но Ален тогда, получается… фанат всех этих супергеройских схваток? Или, если быть точным, суперзлодейских? Дэн, представляя себе любимого на жестоком поле боя, аж весь подобрался, строгим тоном обратившись к парню: — Послушай, там очень опасно! А что, если бы тебя задели?! Больше ни за что туда не ходи!       — А сам-то! — разумно заметил Ален, сложив руки на груди. — Отчитываешь меня, притом что занимался тем же!       — Э-э, ну да… Я тогда тоже больше не буду туда ходить… — запутался Дэн, совсем завравшись, а затем резко сменил тему: — Слушай, Ален, если ты там был, тогда тем более должен знать! Помнишь то, м-м-м, — Дэн постарался вжиться в роль, представляя, что обожает Валентайна всей своей душой. — …офигенское оружие злодея? Мне оно так понравилось! Это просто поразительно, как оно работает! Вот бы только понять, из чего оно состоит! Ты же знаешь, я вообще не шарю в науке, но ради этой отпадной штуки готов постараться разобраться! У тебя, случайно, нет предположений, как оно устроено? — наконец-то перешёл к делу парень.       Такого Алена стоило запечатлеть на века. Настолько счастливого лица Дэн ещё никогда не видел и от этого ещё сильнее почувствовал угрызение совести за то, что использует своего любимого. Однако для него это был вопрос жизни и смерти, никак иначе, так что приходилось идти на жертвы. Ален словно осветил тёмную комнату своей солнечной улыбкой и вдруг стал подкатывать стулья к их рабочему столу, попутно хватая планшет и стилус.       — Дэн, ты такой потрясающий! Я знал, знал, что ты меня поймёшь! Я так рад, что тебя это тоже интересует! Давай садись, мне не терпится рассказать тебе об этом оружии! — возбуждённо тараторил парень, что-то чиркая и рисуя на дисплее, пока ошеломлённый Дэн присаживался. — Смотри, это просто потрясающая идея! Для начала была использована связь между такими элементами, как…       Дальнейшие слова парня Дэн пропускал мимо ушей, хоть и старался понять хоть что-то из сказанного, но просто не мог, потерявшись в терминах и запутавшись в схемах. Его внимание же приковало совсем другое: Ален оказался невероятно умным! Увидев лишь раз оружие Валентайна, он сразу понял, как оно работает! Дэн влюблённым взглядом посмотрел на парня, и тот, заметив уж слишком пристальный на себе взгляд, смущённо поправил прядь за ухом, что стало уже последней каплей. Дэн, не выдержав, вдруг развернул удивлённого Алена к себе за плечи и, спустя короткую паузу, в отчаянии страстно его поцеловал, столкнувшись губами. Он жадно вылизывал его рот и жмурился, боясь представить, что же будет дальше, или не желая даже думать об этом. Он знал, что будет жалеть о содеянном, но просто больше не мог терпеть!       Однако, потрясающе, но его не оттолкнули и даже не протестовали, лишь позволяя себя целовать, обмякнув в руках. Когда же у Дэна кончилось дыхание, и он слегка отпрянул, то остолбнел, когда Ален с одурманенным взглядом и румянцем на щеках сам потянулся за новой порцией ласки, немного высунув язык. У Дэна окончательно закружилась голова от согласия, и он позволил себе сделать то, что не осмелился бы сделать раньше — приподнять парня и повалить его на постель, покрывая лицо короткими поцелуями, а затем, особенно остановившись на ухе, которое все эти месяцы соблазнительно показывалось из-под волос, когда Ален убирал пряди. Это была какая-то мания, какой-то фетиш, но Дэн кусал и вылизывал мочку, млея от тихих стонов парня, о которых он не мог и мечтать!       Ален был таким непорочным, но при этом настолько искренним! Он цеплялся за Дэна словно за спасательный круг и чувственно целовал его в ответ, когда тот возвращался к его губам. Возбуждение накатило на обоих, и первым не выдержал Дэн, надавив ладонью на пах парня и с вопросом в глазах посмотрев на него. Ален, со слезами на ресницах и тонкой дорожкой слюны, тянущейся от губ, был краснее любого помидора, когда, в конце концов, развёл колени, раскрываясь перед партнёром. Дэну казалось, что ещё чуть-чуть, и он обкончает себе все джинсы, так что ему пришлось оттянуть собственную мошонку, чтобы сдержаться.       Пока он занимался собой, Ален не мог больше ждать и сам схватился за свой член, засунув руку в трусы. Когда Дэн почувствовал, что наконец-то мог продолжать, то его уверенность в этом снова пошатнулась от увиденного. Перед ним раскрылся вид абсолютно развратного Алена, который мастурбировал прямо перед парнем, вытянув одну ногу от напряжения, а вторую согнув в колене, наклонив её набок к паху, будто стараясь прикрыться. Красная головка его члена дразняще показывалась из-под трусов, иногда скрываясь под пальцами, которыми её обхватывали, а юркий язычок постоянно смачивал губы, словно приглашая Дэна попробовать их на вкус. Провокация в чистом виде!       Это невозможное зрелище, эта девственная пошлость окончательно выбили Дэна из колеи, и он всё-таки позорно излился в тот же момент, когда Ален застонал, выпуская семя, собирая его пальцами, чтобы не запачкать нижнее бельё. Упустив возможность самому прикоснуться к любимому, Дэн навалился на Алена и продолжил его целовать, хотя бы таким образом компенсируя свою несдержанность. Тот же выглядел далеко не разочарованным, обхватывая парня ладонями за затылок и прижимая к себе ещё сильнее. Дэн гладил подкачанные мышцы, сжимал их в собственническом захвате, в блаженстве прикрывал глаза, когда сам Ален стал выцеловывать ему шею, ластясь.       Этот взрыв эмоций и чувств, полный нежности и откровения, был похож на мимолетный сон, настолько казался нереальным, и лишь горячее дыхание, ощущение интимной близости доказывали обратное. Дэн тянулся к Алену так же, как тот тянулся к нему, пытаясь быть всё глубже друг в друге языками, всё ближе телами, всё сильнее связанными сердцами… Они сплелись друг с другом конечностями и так и заснули: Дэн – прижавшись губами к виску парня, а тот – уткнувшись ему в ключицу.