Кошачьи жизни

Голова не просто болела, она буквально раскалывалась, но Кот попытался абстрагироваться от этого. Температура поднялась вчера ночью, а если быть точнее, то вечером. Он и сам толком не помнил, как добрался до дома, как выпил пару таблеток жаропонижающего, как завалился в кровать, не удосужившись даже раздеться. Надеялся, что утром станет полегче. Однако новый день не принес ничего, кроме новых неприятных ощущений, а именно — боли в груди, кашля и бисеренок пота, то и дело проступающих на лбу. Не хватало еще заработать пневмонию в самый разгар операции. А еще и Физик с его чрезмерной заботой и наблюдательностью. — Отстань! Сергей попытался воззвать к разуму каплея, но голубые глаза полыхнули такой яростью, что старлей сдался. В конце концов, он Коту не нянька, раз тому наплевать на свое здоровье, то ему и подавно. Смерть с интересом наблюдала за соревнующимися в метании ножей Бизоном и Мурой и лишь изредка кидала обеспокоенные взгляды в сторону своего любимчика. Самочувствие его ухудшалось с каждым метром, пройденным на беговой дорожке, но парень продолжал упрямо бежать. Цвет лица изменился, приобретя какой-то землисто-серый оттенок, а на лбу выступили бисеренки пота. — Мда, в гроб и то краше кладут, — как бы между прочим заметила старуха, — ты б посидел, милок. Но, к сожалению, а быть может и к счастью, Ионов ее не слышал. И вообще, все его внимание было целиком и полностью приковано к парочке, упражняющейся уже не в метании холодного оружия, а в остроумии. — Нет, ну вы на него посмотрите, — Смерть театрально махнула рукой, — сам дышит через раз, а думает только о том, как бы с Тарасовым выйти на пару минут. Тоже мне, Отелло. Она даже скривила губы в саркастической улыбке, а потом нехотя поднялась с насиженного места. Смысла тянуть дальше не было, не ровен час на задание дернут, и что тогда там с ним в таком состоянии делать? Костлявые пальцы щелкнули рядом с его лицом, и Кот судорожно схватил ртом воздух. Стало нечем дышать. В глазах потемнело. Уже падая на пол и теряя сознание, он все же тщетно попытался вдохнуть. Но из груди вырвались лишь хрипы. — Кот! — два голоса слились воедино. — Вася! - Мура, не щадя коленей, с размаху опустилась на пол. — И что у тебя за дурная привычка трясти его? — нахмурилась старуха, — лучше бы за врачом сбегала. Но Женя оказалась предусмотрительнее, отправила за медиками Бизона, сама же так и осталась сидеть прямо на полу, удерживая голову Ионова и пытаясь привести его в сознание. — Кот! Пальчики, всего пару минут так ловко посылавшие нож в мишень, ласково заскользили по его пылающей коже. Смерть смущенно отвернулась. — Васенька… Костлявой стало искренне жаль Мурашову. Да уж, послала судьба ей испытанье, врагу не пожелаешь. Переживай вот так каждый раз за такого раздолбая, слезы лей, да молись тайком. Услышав приближающийся топот, старуха обернулась. — Не боись, Женька, вот и помощь подоспела. Удивительно, но из маячивших за дверью Пригова и Кошкиной, именно Багира сегодня казалась более сдержанной. Впрочем, вполне возможно у бедной женщины просто выработался иммунитет, а может, ее сердце просто чувствовало, что и на этот раз все обойдется, выкарабкается ее котенок. Генерал-майор же как завороженный наблюдал за работой аппарата, помогающего Коту дышать. — Если нужна кровь, то у меня с ним одна группа. Смерть чуть слышно хихикнула. Да уж, что-то Владимир Викторович сегодня дал слабинку. Да крови в КТЦ столько, что на десяток вампиров хватит. — Лучше бы ты мозгами с ним поделился, как раз этого добра нам и не хватает. Дышать становилось легче, и тиски, сжимавшие его голову, разжимались, унося с собой проклятую боль. Сквозь густой туман, словно ватой забивший уши, он не без труда, но все же различил писк приборов и знакомые голоса врача и медсестры. Значит, он в медблоке КТЦ. Осталось только открыть глаза, чтобы удостовериться в своих догадках. Однако на то, чтобы приподнять налитые свинцом веки, ушли все силы. Смерть, почувствовавшая спиной его пронзительный взгляд, медленно обернулась, не без удовольствия наблюдая за тем, как парень распахивает глаза все шире и шире. Значит, видит ее. И, судя по расширенным зрачкам, напуган. Впрочем, с него станется и просто удивиться. Старуха поправила капюшон, пряча морщинистое лицо, и шагнула ближе. Вася моргнул, но видение не исчезло. На него смотрели черные, как ночь, глаза, а тонкие губы дряблой старухи в черном одеянии расплылись в улыбке. Превозмогая слабость, парень поднял правую руку и потянулся в ее сторону, намереваясь схватить костлявую руку. Смерть опешила. — И не боится, надо же! Кот еле заметно мотнул головой. — А стоило бы, Васенька. Кстати, минус шесть.