Кошачьи жизни

Он буквально чувствовал, как с каждой каплей крови из него уходит жизнь. Где-то на задворках сознания мелькнула веселая мысль о том, что ему все-таки довелось искупаться. Прямо все, как заказывал — и море, и солнце, и водичка вполне сносная, если бы не одно небольшое, но весьма значимое «но». А именно, дырка в плече. И вроде бы ранение и не из самых серьезных, но до берега ему вряд ли добраться самостоятельно. Только силы потратит, да и крови больше потеряет. Остается надеяться на Багиру, ребят и на то, что время сегодня на его стороне. Природное упрямство все же не позволило сдаться, и Кот сделал пару гребков по направлению к суше. Простое движение отозвалось болью в плече, а вода приобрела красноватый оттенок. — Твою мать! — тихо, сквозь плотно сжатые зубы, и уже громче, надеясь на то, что хоть кто-нибудь услышит, — эй! Помогите! Совсем скоро должно было зайти солнце, и парень с грустью отметил, что на этот раз оно могло зайти для него в последний раз. Вода и отсутствие твердой почвы под ногами не пугали, наоборот, легкая качка успокаивала, убаюкивала. Кот с трудом разлепил глаза. — Не спать! — отдал он приказ самому себе, — только не спать. — Правильно, — тут же кивнула подоспевшая Смерть, — не смей спать. Терпи, недолго осталось. Хотелось ему помочь, да так сильно, что аж руки чесались, но вмешиваться она не имела права, и так в прошлый раз «по шапке получила». Старуха до боли закусила тонкую губу, отмечая, как все сильнее бледнеет ее любимчик. — Радует, что здесь хоть акулы не водятся, — Смерть подплыла ближе и заботливо приподняла ему голову, помогая удержаться на воде. — Хотя… — она опасливо огляделась, — с твоей удачей… тут не то, что акулы, динозавры появиться могут. Звук приближающейся моторки она приняла за галлюцинацию, Кот же и вовсе не отреагировал, находясь где-то на тонкой грани между сознанием и полусном. — Ну слава тебе, Господи, — проворчала старуха, вылезая из воды и усаживаясь рядом с Умой, — а то продрогла вся. Колючий взгляд черных глаз уцепился за переплетенные руки ребят, и Смерть энергично затрясла головой, надеясь отогнать наваждение. Она что-то пропустила? Когда это Вася успел так спеться с Лесей? А Женька как же? Девушка склонилась над лежащим Ионовым и осторожно поправила рюкзак, который до этого предусмотрительно подложили ему под голову. Вася приподнял веки и тут же зажмурился — прямо над ним склонилась Уманова и уже знакомая старуха в черном. Перепачканные кровью пальцы дрогнули, и Олеся тут же осторожно сжала его руку. Пухленькие губки растянулись в едва заметной улыбке. — Потерпи, все будет хорошо. Он попытался улыбнуться в ответ, но сил хватило лишь на то, чтобы еле заметно кивнуть. Хотелось спать. Очень хотелось спать… На щеку упала теплая капля, но поднять свинцовые веки Кот уже не смог. Старуха, еще секунду назад сокрушавшаяся по поводу мужской ветрености, резко оборвала себя на полуслове и, поколебавшись, все же подсела ближе. Леся тихонько шмыгнула носом и незаметно смахнула слезинку с щеки. Смерть обняла ее за плечи, костлявые пальцы ласково провели по темным волосам. — Не переживай, девочка, выкарабкается. Он и не из таких передряг выбирался. Хрупкие плечи едва заметно дрогнули, и девушка крепче сжала мужскую ладонь в своей, словно опасаясь, что сейчас Вася может взять и исчезнуть. Старуха виновато опустила глаза. Так уж вышло, что с Умкой она познакомилась давно, еще до ее рождения, когда забирала с собой полковника Уманова. Потом была тетя Лида, затем ее мама, а чуть позже и единственный друг, которого, кстати говоря, тоже звали Василием. Так что опасения красавицы вполне понятны. — Все, хватит сырость разводить! — прикрикнула костлявая, когда заметила, что Леся готовится еще раз шмыгнуть носом, — это в Женькины обязанности входит. То, что в Женькины обязанности входит и собственничество, а также умение махать руками старуха успела позабыть. Правда, ровно до тех пор, пока две умницы едва не сцепились в коридоре прямо перед светлыми очами самого Ивана Михайловича Булатова. Старуха даже боязливо обернулась по сторонам и на всякий случай помолилась, уж больно не хотелось сегодня никого забирать. У дверей она все же задержалась, чтобы еще раз окинуть ласковым взглядом миниатюрную Олесю, до боли закусившую губу, а потом уверенно шагнула в палату. Реанимация встретила ее неожиданно ярким светом и мерным писком приборов. Смерть уверенно шагнула к лежащему Коту, наклонилась и замерла. Спину буквально жгло. Старуха неуверенно обернулась и непроизвольно поежилась под взглядом небесно-голубых глаз. На нее не мигая смотрела Мурашова. — Это еще что за черт? — удивилась она, — меня теперь каждый встречный видит? К счастью, паниковала она зря, Смерть поняла это буквально через мгновение, когда проследила за взглядом Муры. Девушка смотрела на Кота, не видя никого и ничего вокруг. С губ сорвался еле слышный стон, и Женя нехотя отвернулась, вперив взгляд в потолок. — Вот тебе раз, — хмыкнула старуха, заметив, как Вася с трудом открывает глаза, — прямо Ромео и Джульетта. Вот на пару секунд пораньше бы и… — она потерла ладошки, — и не отвертелась бы потом твоя Мура. Он перевел на нее взгляд мутных глаз, и Смерть поспешила прикусить язык. — Минус семь, Кот. И выздоравливай поскорее, а то на девчонок смотреть страшно.