Коктейль для неудачников

      – Спасибо, что не заставил себя искать по всему Аякону, – сказал Блерр, когда на следующий день Свиндл снова пришел чуть раньше открытия.       – Я почти так и сделал, – шепотом выдавил он в ответ.       Он паниковал вплоть до этого клика, планировал что-то безумное, вроде побега из города, но чем больше анализировал свои страхи, тем глупее они казались. Блерр прямолинеен. Он бьет, когда хочет бить, и говорит правду, когда хочет быть искренним. Хотел бы напугать – напугал бы! Пригрозил чем-нибудь или пообещал разные ужасы. Но он пообещал только, что предупредит об опасности. Не стоило принимать обещание за тонкий намек.       – Я так и думал, – Блерр помолчал, потом взглянул на заклеенную фару справа, такую же темную, как целая левая, и спросил: – Как аккумуляторы твои?       – Все нормально, – заверил Свиндл.       – Тыжевкурсе, что мне достаточно тебя потрогать, – он поднял палец, – чтобы понять, чтотыврешь?       Свиндл отвел взгляд:       – Я на низком энергопотреблении могу работать, это же не стройка… процессор столько не…       – У моего генератора ограничений на время подключения нет, – Блерр ткнул пальцем вверх. – Иди подзарядись.       – Не стоит…       Зря он начал возражать.       – Чушь! Это бесплатно! Это естьвконтракте! – разбушевался Блерр.       Там правда обговаривалось, что пусть «заработная плата» Свиндла идет на возмещение долга, пока он официально трудоустроен, он имеет право на бесплатную заправку и зарядку здесь. Особенно неловко было пользоваться ими теперь, когда они поговорили о том грабеже, о Прауле и всем остальном.       Блерр оббежал стойку и подтолкнул Свиндла в спину, чтобы не тормозил. Пришлось подчиниться. На втором этаже оказалась техническая зона, и тут же – кварта бармена. По крайней мере, тут стояла платформа, заваленная мелким хламом и мусором. Освещения почти не было – на всех зонах, кроме самого бара, Блерр экономил. В мойке тоже было темно, и без работающих фар Свиндл еле разобрался, что к чему. Здесь Блерр включил свои, но только когда Свиндл споткнулся, чуть не раздавив брошенный на пол датапад. Наверняка хозяин отлично знает, где что лежит, и никого не приглашает, вот и не беспокоиться за сохранность вещей.       Блерр с силой усадил Свиндла на платформу, дернул кабель со стены, и тот с шорохом отмотался с катушки. Длиннее, чем следовало бы, но поправлять Блерр ничего не стал.       – Ты здесь живешь? – Свиндл пытался придумать какой-нибудь вежливый вопрос, раз уж оказался в гостях, но у вокалайзера крутились только всякие глупости.       – Я провожу тут маловремени, – буркнул Блерр.       – А что ты делаешь, когда бар закрыт? – Свиндл неловко поерзал, но все-таки подрубил кабель. Под пристальным надзором Блерра открывать разъем было как-то странно. Не такая уж интимная процедура, со стантиконами постоянно приходилось вместе подзаряжаться, да и в старом отряде они друг от друга не прятались. Но Онслот и Дэд Энд с ребятами – это иное!       Блерр пожал плечами. Помолчал.       – Я отключаюсь, – наконец сказал он. – В баре, чтобы не прохлопать взломщиков, а то были смелыеидиоты, – и пояснил: – Я много потребляю. Нельзя всевремяонлайн. Дорого выходит.       Свиндл удивленно уставился на него, не сразу отрефлексировав, что впервые за долгое время поддерживает зрительный контакт. Раньше кто-нибудь из них обязательно отводил взгляд.       – На «Лост Лайте» было бы большеэнергии, – сразу же продолжил Блерр. – Квантовыедвигатели, всетакое. Перси говорил, они вырабатывают сами столько, чтомневообще оффлайннепонадобится. А тут экономить надо. Ноярад, что остался.       – Хорошо, что… ну… что ты не улетел, – Свиндл немного расслабился, когда заряд аккумуляторов пополз вверх. Подался вперед, опустил голову.       Световые пятна на полу сместились – Блерр развернулся.       – Дауж, фраг! – выпалил он. – Спускайся потом, короче, ничегонесломай!       – Да, я… я скоро, у меня маленький объем…       Блерр уже унесся. Свиндл остался в темноте, немного растерянный внезапным признанием. Он об этом ни от кого раньше не слышал, значит, Блерр не делился подробностями с другими – или просил их держать в тайне, что функционирует только половину дня.       И эту половину он полностью посвящает бару.                     От Скай-Байта он узнал, что трещины в стенах расширились, когда на Кибертрон телепортировался титан. Блерр, конечно, и не думал их заделывать, но снаружи задувало грязь, и Свиндл все-таки рискнул изучить их повнимательнее. Оказалось, колонки Блерр развернул, чтобы прикрыть дыру побольше. Причем, похоже, задело несущую часть. Картинка выстроилась сама собой: снаружи случилась авария, стену проломило чем-то острым и длинным, и даже немного энергона засохло по краям – в бар кто-то врезался. Наверное, скрылся раньше, чем Блерр привлек его к ответу, иначе про эту историю тоже бы все знали.       – Тут не на что смотреть! – объявил Блерр, вырастая позади и одной рукой вжимая колонку обратно в стену.       Свиндл шарахнулся в сторону. Похоже, эта дыра изрядно раздражает Блерра, а работы тут не так много: укрепить конструкцию, пришить новые панели вместо старых. Проводку не мешает проверить заодно…       – Я знаю подрядчика, частника, который не очень много возьмет за ремонт, – предложил он. – Могу поговорить с ним.       – Какой-нибудь кон из Сварочных стекол? – Блерр пожал плечами. Свиндл кивнул. – Ну, поговори.       – Все ждут, что после выборов будет больше… госзаказов. Станет ясно, на какие проекты ставит новый лидер, где работы больше. Но пока можно поймать хорошего специалиста незанятым, если побегать… я разберусь, – свернул он рассказ. Едва ли Блерру интересны подробности, да?       – Ну, раззнаешь.       Он как будто соглашался без особой охоты. Свиндл сначала удивился, но потом понял, что ему просто в новинку препоручать кому-то задачи, пусть даже, на его взгляд, не важные. Он не чинил стены, и его все устраивало. У Свиндла полгорода знакомых рабочих, он быстро найдет желающих, тем более что Блерр заплатит, можно не сомневаться. Надо же, он не задумывался раньше, что Блерр не занимается стенами потому, что это требует изысканий, неоправданных с его точки зрения. У него-то друзей со стройки, которых по щелчку найти можно, нет.       – После выборов, – тем временем махнул рукой Блерр, ворчливо повторяя прозвучавшую кликом ранее неуместную реплику. – Когдауже закончат резинутянуть!       Свиндл согласно покивал.       – А ты сам собираешься голосовать? – не особенно надеясь на ответ, поинтересовался он. Они с Блерром за последние дни говорили больше, чем за все то время, которое он провел в баре раньше. Возможно, это не значит, что он имеет право на личные расспросы, но тема-то животрепещущая! Все обсуждают только ее, и если в случае Слага или самого Свиндла все ясно, то про Блерра даже предположить сложно.       Блерр скосил на него оптику и рвано отозвался:       – Да. За Старскрима. Молчитолько. Скай-Байт не простит, еслиузнает.       Он подмигнул линзой, и Свиндл растерянно закивал, постепенно осознавая, в чем Блерр только что признался. Неужели он собирается отдать голос за лидера десептиконов?! Вообще-то Свиндл рассчитывал в лучшем случае на ответ «да» или «нет», а тут Блерр поделился с ним мнением, которое удивляло и радовало одновременно.       И при этом он работает на Праула. Свиндл вспомнил недавнее признание – и помрачнел. Блерр уже отошел, когда он обернулся и выдохнул:       – Ты можешь сказать, что случилось с Рэтбэтом?       Турбоускорители на спине Блерра слегка опустились, когда он склонился, упираясь ладонями в столешницу.       – Ты ведь был у него? Ты у него узнал про… про мой долг, про… – Свиндл запутался в словах и замолк. Когда Блерр не двигается и молчит, это немного странно. И страшно.       – Я. Не. Собирался, – Блерр сжал кулаки; с этого ракурса Свиндл не видел его фейсплейт, но скрежет когтей по металлу прозвучал отчетливо. – Я не хочу больше убивать. Никто не указывал мне. Не думай на Праула, всетакое. Этоя. Ноянехотел.       Свиндл подавленно привалился спиной к колонке. Они заселили планету заново, но они – кучка убийц и разбитых войной мехов. Они сломаны. Он – потому что сходит с ума от фобий, придуманных им самим. Блерр – потому что его прошлое сильнее настоящего.       И ему больно. Как Свиндл не увидел раньше? Не связал заботу о баре, отдачу, с которой Блерр вкладывается в «Маккадамс», то, как он строит тут автоботов и подманивает десептиконов, нянчится с «гвоздями»… с тем, что он пытается построить мир, а сам не может заделать дыру в стене.       Не может не убивать. Легко верилось – и в то, что Блерр действовал без умысла, и в то, что он раскаивается.       И чем Свиндл может его утешить после того, как чуть себя не свел в послеискрие?       – Я… спасибо, что ответил…       – Рэтбэт делал всекакнадо! – экспрессивно выпалил Блерр, оборачиваясь. – Пусть Старскрим теперьвседелает, потомучто Голдбаг не справится! Я не справляюсь! Никто из нас никуданегодится!       Он об автоботах? Все они искалечены многими миллионами лет грызни и бойни под знаменем Оптимуса Прайма так же, как и он. Наверняка он даже не единственный фиолетовознаковый, кто не верит в Голдбага. А Металхок вообще не представляет, что творится в искрах половины аяконцев; автоботы не принимают его всерьез, даже самые спокойные и приноровившиеся к новым порядкам.       Финал речи Блерра, впрочем, оказался неожиданным:       – Лучше б я Саундвейва пришиб!.. – воскликнул он, ударяя кулаком по столу.       Лучше бы никто не умирал... Свиндл пробыл с Рэтбэтом до прибытия медиков, провожал их до госпиталя. Не остался внутри, о чем теперь жалел, но не переставал надеяться, пока пресса не подтвердила его смерть. Голдбаг – больше некому – продавил версию о естественной дезактивации, но Свиндл не поверил. Он подозревал, что Рэтбэт погиб из-за Блерра, и никак не мог понять: почему? Зачем убивать меха, который заботится об Аяконе больше, чем о себе? Услышав имя Праула в стенах «Маккадамса», Свиндл нафантазировал много ужасных теорий, но теперь видел: смерть Рэтбэта – трагическая случайность, которая злит и терзает Блерра.       Свиндл замотал головой:       – Нет! Нет, ты… ты справляешься. Ты создал отличный бар! «Маккадамс» – лучшее место из всех, где я бывал. Даже до войны! У тебя все получается, просто… – он сделал пару шагов вперед. – Нам всем кажется, что мы никуда не годимся. Но это не так, Блерр. Мы сможем измениться, я в это верю. Однажды мы все уже это сделали, когда началась война, и теперь...       Блерр взмахнул рукой, сгреб когтями воздух. Свиндл проследил за ладонью и вздрогнул, когда она сжалась. У него такие мощные руки, с усиленными армированными сервоприводами… схватит – не вырвешься.       – Ты вот меняприкрываешь, а ядаженезаметил, что Рэтбэт умер, – скривившись, признался он. – И потом чутьтебянегрохнул… Иди уже, ищи подрядчика, чеготытамхотел, – Блерр снова резко переключился. – И фару замени!       Свиндл встрепенулся. Он не умел так быстро перескакивать с темы на тему. Он настроился на поиск правильных слов для утешения, шлак, врекера! А тот мгновенно скрылся: метнулся за стойку, потом к двери – включить табличку «закрыто», – потом снова за стойку…       Когда Свиндл уйдет, Блерр запрется и вырубится до открытия бара, чтобы не тратить энергию. Чтобы очнуться к началу следующего рабочего дня… Если его не потревожит то самое «дергаютсместа», на которое он жаловался, когда пришел «нанять» Свиндла, вернее, вытащить его из той дыры. «Работа на Праула», о которой Блерр едва ли просил – и которая мучает его. Свиндл не сомневался, что она – одна из причин, по которой он не верит в возможность измениться.       Неизвестно, что автоботскому тактику от Блерра нужно. Тот едва ли расскажет, но так или иначе, он связан с тайными операциями нынешнего правительства, а значит, они точно существуют. Грустно знать о них – и осознавать, что Голдбаг с Праулом могут победить на выборах.       Но если победит Старскрим, все будет по-другому. Обязательно.                     За пару дней ему удалось восстановить корпус – Блерр настаивал на ремонте, мол, «от моего сотрудника не должен бампер отваливаться», так что пришлось обратиться к Флэтлайну и пережить его возмущение. В словах доктор себя не сдерживал. В госпиталь Свиндл не поехал, но Флэтлайн выбрался к нему после смены – и отчитал так же, как Дирджа в свое время.       Теперь у Свиндла работали фары, не дребезжали решетки, а пальцы не заедало. Он приехал в бар гордый тем, что удалось трансформироваться туда и обратно без задержек, а по пути ничего не коротнуло, но Блерр все равно недовольно поглядел на него и фыркнул. Свиндл ответил жалобным взглядом:       – Что не так?       Он очень старался привести себя в порядок. Наконец-то у попыток оттереть броню появился смысл, пусть и странноватый. Но Блерр не был впечатлен его усилиями, и это... расстраивало?       Блерр облокотился на стойку и поковырял когтем диск колеса на левом плече. Свиндл не отшатнулся, но насторожился, следя за его пальцем.       – Давай про нормы поговорим, – вкрадчивый тон Блерру не давался. – Санитарные. Ты когда изсвоейдыры в кварту вернешься?       – В Роквуд? – переспросил Свиндл.       – А что, у тебя еще где-то жилье есть?       – Нет, – смутился он. – Но, понимаешь, это сейчас моя единственная статья дохода.       Бесплатная заправка и подзарядка сделали его жизнь проще, но Блерр не переводил ему шаниксы. Свиндл не спорил с контрактом, он и так получал больше, чем заслужил. К счастью, он чувствовал в себе силы отвечать правду: только аренда могла принести ему прибыль, и терять ее ему не хотелось.       – Доход! Они тебе когда последнийразплатили?       Почему у Блерра вечно на любую реплику найдется каверзный встречный вопрос, а? Полную сумму и правда съемщики давно не переводили, но иногда что-то падало, и на фоне проблем на всех предыдущих местах работы Свиндл считал эти платы ценными. Даже в таком объеме.       – Я предвижу, что ты скажешь, – тихо заговорил он. – Но они правда служат в обороне Аякона. И у них сложная…       – Фраг, дасерьезно, Свиндл! – Блерр шлепнул ладонями по стойке так, что стаканы в стороне задребезжали. – Наболт тебе такие съемщики?! Я Спринджа со Сторм-Финчем знаю! У них достаточно шаниксов, чтобынадираться. Достаточно, и чтобы тебе заплатить!       Свиндл видел их в баре пару раз, но не решился подойти. Хотя Сторм-Финч ему даже приветственно помахал накануне, не пытаясь улизнуть с глаз арендодателя подальше. С этими автоботами Свиндл общался нормально, но решил не создавать неловких ситуаций и не залатывать все дыры в своем активе разом, возобновляя беседу об оплате.       Блерр, наоборот, предпочитает разбираться со всем одним махом.       – Я хочу, чтобы ты перестал ошиватьсяназадворках! Твой техпаспорт долженбытьчистым! – не унимался он. – Хочешьоклад? Вычту процент из долга, продлим контракт, соглашениеязамучу. А этих паразитов гонившею! Понял меня? – коготь больно ткнулся в колесо.       Вернуться в Роквуд? Свиндл и не задумывался над такой возможностью. Убежище Дирджа он обжил и сделал по-своему уютным местом. Конечно, оно больше не тайное, да и Блерр объяснил, что прятаться не обязательно, но Роквуд… Яркий, светлый, чистый район. Соседи, качественная проводка. Роскошь, воспоминания о которой Свиндл вытеснил, чтобы было проще заниматься насущными делами.       – Неслышу!       – Да, – быстро ответил он.       Интересно, как там ребята? Дэд Энд, Драг Стрип. Свиндл избегал общения, не желая втягивать старых коллег в плохую историю, но ведь и про их дела не спрашивал! Странно будет вдруг заявиться после стольких циклов молчания. Что он им скажет, если они спросят, где и почему он пропадал? Ведь им не выложишь то, что он высыпал на Блерра!       Свиндл смущенно заулыбался.       – Сегодняже! – пригрозил Блерр, с подозрением всматриваясь ему в фейсплейт. – Никаких ржавыхболтов вмоембаре!       – Да, да. Я скажу, – пообещал он.       Он совершенно не представлял себе этот разговор.                     Как назло, Сприндж со Сторм-Финчем пришли выпить именно сегодня. Наивно было надеяться, что Блерр забудет о поставленном условии на другой день, но, может быть, завтра или послезавтра эмоции так не накалились бы. Однако Свиндлу не повезло. Блерр периодически пристально смотрел на него через весь зал, и он не знал, куда деться. Улизнуть? А потом что делать? Он уже пробовал в отчаянии убегать и не возвращаться в «Маккадамс», так Блерр все равно разыскал и затащил обратно!       Пока он за колеса не поволок Свиндла объясняться, лучше начать самому.       Он дождался, пока Сторм-Финч уйдет, чтобы поговорить один на один с более сговорчивым из них двоих. Пришлось идти ему наперерез и ловить у самых дверей, но другого варианта Блерр не оставил.       – Привет, кон, – оскалился Сприндж в ухмылке. – Выглядишь получше!       Первый, наверное, мех, который сказал не «ужасный видок» и не «что это с тобой стряслось», а по-своему даже комплимент отвесил. Свиндл невольно пощупал новую фару.       – Да. Тут… устаканилось немного.       – Рад за тебя, мелкий, – он хлопнул Свиндла по шлему, вскользь и весьма панибратски. А потом аккуратно отодвинул его в сторону. Против боевика из отряда Родимуса веса Свиндлу не хватало, устоять на месте не вышло. – Мне на дежурство пора, так что давай потом, а?       – Я ненадолго тебя задержу, – пришлось шагнуть обратно. Сприндж шумно стравил воздух – пары энджекса ощущались отчетливо. Удивительно, как в таком состоянии он собирался нести службу! – Мы договаривались о переводе раз в цикл, и вы уже какое-то время не платите…       – Ай, ну зачем ты, – Сприндж оперся о косяк, и теперь дуло, в робомоде размещающееся у локтя, почти задевало плечо Свиндла. Действующим солдатам право на встроенное оружие возвращали, так что, скорее всего, и заряды в нем есть. – Ты же знаешь, нет таких денег сейчас, приятель.       – Я понимаю, но… я собираюсь вернуться в Роквуд. Вам придется… – Сприндж сузил одну линзу. – Мне придется вас попросить освободить кварту. Перевести можете потом, я не настаиваю, я…       – Выгонишь нас? – переспросил Сприндж. – Вот так, в два счета? Это не дело, Свиндл! Мы вообще-то рискуем на стене с мыслью, что будет, куда бампер приложить!..       Когда разговариваешь с некоторыми автоботами, невольно жалеешь, что ростом не со Слага. Свиндл прекрасно видел, куда Сприндж пытается вывернуть, но не мог врезать ему по затылку, как это обычно делал Блерр, когда ленился донести аргумент вербально.       – Мы это обговаривали. Если вы не платите, я имею право…       – Как-то же ты обходился без кварты пока, а? – угрожающий локоть исчез из поля зрения. – Да заплатим мы тебе, ничего такого! Ты думаешь, мы тебя дурим? Мы сейчас прямо-таки замерли в ожидании! – он театрально развел руками. – Перед выборами Голдбаг должен-таки раздать ништяков, если хочет, чтобы голоса солдат достались ему. Сразу тебе отдадим, слово даю. А тебе пока ведь есть, где жить?       – Да, н-но… вы же…       – И работа у тебя есть, – не позволил перебить себя Сприндж. – Все, мне пора. Ты хороший болт, Свиндл, но не докапывайся, а? – он наклонился и не слишком зловеще, но все-таки неприятно ткнул когтями в основание шеи. Прихватил за броню, вроде как дружески… и с намеком. – Как сможем, так съедем, ржа вопрос.       Свиндлу оставалось только кивнуть. Наверное, стоило со Сторм-Финчем поговорить. Он поимпульсивнее, но и попрямее Спринджа, диалог прошел бы на повышенных тонах, но зато не оставил бы такого неприятного ощущения. Тыкать пальцем в документы Свиндл мог сколько угодно: пока Сприндж его не слушал, не было разницы между обвинениями в нарушении договора и пустым трепом.       А обращаться к полиции Свиндл по-прежнему не собирался.       – Ну, вот и хорошо, – утвердительно кивнул Сприндж, выпрямляясь.       Свиндл не заметил, в какой именно миг рядом появился Блерр. Как ему было свойственно, он практически телепортировался за спину Спринджу – и положил руки на покатые наплечники с эмблемами всех отрядов, в которых тот переслужил. И сжал пальцы так, что Сприндж охнул.       – А давай-ка поговорим по-другому, – пророкотал он. – Сейчас ты чувствуешь, как всетвоипроцессы замедляются. Паракликов – и ты сможешь ходить только вдольстеночки, – когти промяли броню с неприятным скрипом. Свиндлу хотелось перегореть, лишь бы не видеть сейчас взгляд Спринджа. – Когда я отпущу. Ты. Очень. Медленно. Побредешь в Роквуд. Возьмешь свою гайку, иликтоонтебе, – Блерр встряхнул Спринджа и приподнял, несмотря на не такую уж большую разницу в размерах, – соберешьманатки и съебешь из кварты моегодруга. И ни он, ни я васбольшенеувидим. В качестве альтернативы могунаучитьтебя выблевыватьискру. Ясно?!       Сил ответить Сприндж не наскреб, только пугающе рвано кивнул.       Свиндл растерянно вжался в косяк спиной и старался не смотреть на дрожащее поле, окутывающее Блерра сейчас. Он помнил, как ощущается работа генератора. Иссушающе. Ломающе. И ты не можешь от него никуда деться, поскольку корпус больше не слушает команды.       – Отлично. Пошел, – Блерр разжал ладони и пнул Спринджа в сторону двери. Тот упал, не на колени, а грохнулся с размаху и растянулся на пороге бара. – И все до шаникса переведисегодня!       Сприндж поднимался целую вечность, и все это время Свиндл опасался шевелиться и привлекать внимание. Поздние посетители «Маккадамса» наблюдали за сценой с живым интересом, но молча, как всегда, не вмешиваясь.       Когда дверь закрылась, Свиндл повернулся к Блерру и негромко начал:       – Не…       – Скажешь «нестоило» – итебятожестукну, – огрызнулся тот. Он слегка дергал пальцами, но руки опустил, а, проследив взгляд Свиндла, еще и спрятал за спину.       Тот улыбнулся.       – Что лыбишься? – недовольно спросил Блерр.       – Мне… мне просто приятно, что ты назвал меня другом, несмотря на… все, – признался Свиндл.       Он считал, что не стоило показательно унижать Спринджа на публике, но осуждать Блерра бессмысленно. Как-то так автоботы решают свои дела, что тут поделаешь? Без него Свиндл бы вообще не справился!       – Утебяделмало? – неразборчиво буркнул Блерр.       И Свиндл опять не успел его поблагодарить.                     Все эти циклы в Роквуд он даже не заходил, поэтому поразился, каким обжитым стал район. Не так уж много времени прошло, а строительная разметка окончательно стерлась, уступив место едва заметной глазу персонализации домов. Каждый привносит в жилище что-то свое: выбирает другую краску, размещает вывески о частных услугах, ставит на окна створки, адаптирует входные двери под свой альтмод. Даже простенькие коробки, которые стантиконы построили в Роквуде, окончательно ожили теперь.       Свиндл вертел головой и прислушивался к ощущениям. Перманентная тревога, с которой он давно свыкся, уступала место покою. Блерр почему-то настаивал, что Старскрим и Саундвейв виноваты во всех бедах Свиндла, но очевидно же, что он сам сбежал отсюда. Никто не подталкивал его изучать неоформизм по записям Дирджа, разбираться, что случилось. Да и опасения, что Праул покарает его за спонтанное частное расследование, нельзя назвать безосновательными. Праул дотягивался до тех, кто ему не нравится...       Он засмотрелся на фонарь – дизайнерский, отличающийся от простых энергосберегающих продолговатых плафонов, которые устанавливались при застройке, – и не заметил, как влетел в кого-то. Вернее, судя по силе столкновения, это в него кто-то влетел.       Он всплеснул руками, но извиниться не получилось, поскольку «кто-то» оказался Вайлдрайдером, и они со Свиндлом уже упали практически в обнимку.       – Ты! Ты живой! Ты дурак! – заорал Вайлдрайдер.       – К-конечно я живой!       – Мы все тебя потеряли! Пошли, пошли, – заторопился он, вставая и утягивая за собой Свиндла. – Все ужасно обрадуются!       За спиной раздалось раздраженное:       – Вайлдрайдер, кого ты опять сбил? Свиндл? – голос переломился. Драг Стрип взял его за руку и подтянул к себе. Не так импульсивно, как Вайлдрайдер, но тоже с чувством. Стоявший рядом Дэд Энд улыбнулся и помахал. – Одумался, наконец?!       – Решил пока вернуться, – уклончиво ответил он. Драг Стрип не согласился бы, что наняться к Блерру – соответствует значению слова «одуматься».       Зато стантиконы выглядели хорошо. Намного лучше, чем в те времена, когда они вместе ютились по баракам, и даже после возведения Роквуда. Свиндл вскользь подумал, что если бы не его невнятные подозрения, он мог бы тоже сохранить форму.       – Наконец-то! Меня уже задолбали эти автоботы! – обрадовался Драг Стрип. – Давай мы тебя проводим!       Он прямо-таки читал мысли Свиндла. Были у него подозрения, что Сприндж со Сторм-Финчем способны выкинуть его за дверь, если не сделать чего похуже со злости. То есть, конечно, после истории с Хозхедом и Ворпатом желание злить Блерра у всех должно было пропасть, но потеря кварты – пусть и заслуженная – могла сильно их задеть.       – Мы должны отметить! – встрял Вайлдрайдер.       – Да прекрати его теребить, – Дэд Энд, смеясь, оттащил его за колесо. – Ты как, Свиндл?       – Я хотел бы отдохнуть, – неуверенно признался он. – Но потом можно и... встретиться всем вместе. Извини, Вайлдрайдер, я просто...       – Да понятно, – перебил тот. – Тебя Юникрон знает где носило! Конечно, ты устал. Давай, мы все устроим.       – Он соскучился, я бессилен, – Дэд Энд развел руками, выравнивая шаг, чтобы идти рядом. – Где ты пропадал? – тише спросил он.       – Да так… работал… – Свиндл пожал плечами. – Не очень удачный период, знаешь.       Они знали. Мотормастер в курсе – значит и остальные примерно представляют, что у него были серьезные проблемы. Но, как и Свиндл, Дэд Энд не хотел обострять. Он лишь кивнул в ответ:       – Хорошо, что ты вернулся.       – Мотормастер тоже обрадуется! – поддержал Драг Стрип. – И не смей больше селить к нам автоботов, ясно? Они такой срач развели! Уверен, помощь в уборке тебе понадобится.       – А сам-то, чистюля! – ухмыльнулся Вайлдрайдер.       Свиндл не мог привыкнуть, что их голоса снова обрабатываются аудиодатчиками. Почему он отдалился? Почему был уверен, что ему нет места в их жизни – и наоборот?       Да, не все друзья крутятся с тобой во всяких грязных дырах, куда ты старательно забираешься, вопреки советам и наставлениям. С некоторыми встречаешься, только если так получилось, и тогда – вдруг – понимаешь, что скучал по ним. Стантиконы приняли его в отряд, когда он остался один на Земле, и они сколько угодно могли не сходиться во взглядах и мнениях, но у них было общее прошлое. И настоящее. Неудавшийся гештальт-проект, возведенный из руин Роквуд, пережитые травмы… столько всего – хорошего, – из-за чего сейчас не нужно никаких усилий, чтобы казаться бодрее или, наоборот, избегать общения.       Стантиконы всегда готовы были о нем позаботиться, если он сам от них не прятался.       – Значит, придется прибраться, – согласился он.                     Работы оказалось полно. Однако, несмотря на беспорядок, Сприндж сделал, как Блерр велел: забрал их со Сторм-Финчем вещи и оставил россыпь шаниксов в ящике. Пересчитывать Свиндл не стал, он был слишком занят попытками отчистить масляные пятна с окна и починить заедающую дверь. Дэд Энд ковырялся в механизме подзарядки и сетовал, что салфетками тут не обойдешься, все испачкалось и местами подгорело; Драг Стрип, ворча, помогал с замком, а Вайлдрайдер не старался быть полезным, просто крутился рядом и болтал.       И Свиндл не думал ни о Прауле, ни о своем дурацком положении при «Маккадамсе», ни о выборах.       А затем стантиконы ушли, стребовав обещание, что он на всякий случай поменяет алгоритм проверки кодов доступа на двери. И обязательно завтра придет в гости.       Свиндл наконец-то остался один. Устал он еще сильнее, чем раньше, Ощущение было, будто произошло столько всего! Целая жизнь – за какие-то полдня. Смутно счастливая, пусть пока и очень непонятная жизнь.       Он свернулся на платформе, не дотянувшись до кабелей – и даже не подумав о подзарядке. Он наконец-то дома, так что – успеется.       Он давно не отдыхал с таким комфортом.