Я заболел тобой, я боли не боюсь...

      Тёплое ласковое утро окутало душную комнату. Мерлин за последние четыре дня смог по-человечески выспаться. Ему было немного жарко, голова кружилась, в конечностях покалывало, в горле стоял неприятный ком, который не получалось сглотнуть.       Было очень мягко и тепло. Нет, было действительно душно и было нечем дышать. Он попытался выпутаться из одеяла, но сил не было совсем. Эмрис даже не мог управлять собой. Парень хочет повести рукой влево, а она куда-то вниз. Ногой дёрнуть вверх, а она даже не поднимается.       Эти оживление сразу заметил Артур. Он сразу подумал, что Мерлину снова поплохело, но нет. Пендрагон выпутал парня из одеяла и понял, что тот чувствует себя более лучше, чем раньше. Он умудрялся двигаться, даже глаза открыл. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Артур, юноша сначала потрогал голову Мерлина, потом захотел было помочь ему немного приподняться, но резко передумал, так как у того начало двоиться в глазах и его зашатало. Артур положил Мерлина обратно на кровать. Честно, он в этот момент напоминал чем-то только что родившегося зверька, взъерошенный, мокрый и еле движущийся. — Не знаю, — честно ответил Мерлин. Он еле ворочал языком, немного потерял ориентацию в пространстве и даже на кровати. — Гаюс! Гаюс, Мерлин в себя пришёл! — радостно воскликнул Артур. Дикий грохот. Стук. Что-то разбилось.       В комнату вбегает мужчина, сонный, тоже взъерошенный, но скорее от того, что его резко разбудили, а не от того, что ему было плохо. — Мерлин, Господи! Наконец-то ты очнулся! Я так за тебя испугался! — Гаюс не знал, как сдержать своего счастья. Ведь о большем он и не просил. Главное, что Мерлин приходит в себя.       Мерлин не стал ничего отвечать, лишь немного накрылся и снова закрыл глаза. Усталость говорила сама за себя. Он хотел спать и хоть немного, совсем чуточку отдохнуть от всего этого. Артур почувствовал, как по телу идёт тепло. Как душа снова встаёт на место, как спокойно становится внутри. Тревога и опаски исчезают, словно их и не было.       Артур поднялся с кровати и сел на это дурацкий, еле держащийся на трёх ножках, стул. Мерлин засопел. Гаюс и Артур легко вздохнули. С их плеч словно гора свалилась. Они вышли из комнаты, сели за стол. Рядом стояло ведро с водой. Артур подошёл и умылся. Гаюс стал убирать свои записи, все склянки и колбочки.       Когда Артур понял, что уже девять часов утра, он подорвался с места и вылетел в коридор. Ему нужно было срочно идти к себе в комнату. Если отец обнаружит, что его сына нет в покоях и служанка не знает, где он всю ночь пропадал, будет плохо.       Артур резко входит, открывает дверь и видит, благо, только Гвен. Она сердито посмотрела на Принца. — Сир! Вас не было всю ночь, где вы были? Я уже не знала, что и думать! — взволнованно возмущалась она. Артур отмахнулся и быстро переоделся. - Сир, вы меня хоть слышите? — возмущение из неё так и пёрло. — Почти что нет. Принеси завтрак и попроси кого-нибудь натаскать воды, я хочу принять ванну, — равнодушно ответил Артур. Ему явно было не до девичьих истерик. Артур дождался, пока она выйдет и не смог сдержать улыбку. Наконец-то Мерлин приходит в себя. Перенести такое не смог бы никто, а он терпел, боролся.       «Я оставлю Скэва без головы за такое!», — гневно подумал про себя Артур, но прогнал эти мысли почти сразу. Он думал о Мерлине, о прочитанном.       Как оказалось, его прадед был с самого детства знаком с тем магом. Они были лучшие друзья, жертвовали всем ради друг друга. Конечно, там и было сказано, что некоторых магов недолюбливали из-за их враждебных наклонностей к трону, но это не являлось угрозой, ведь при дворе таких же сильных магов было под сотню.       Ещё было написано о том, что когда Пендрагон унаследовал трон Камелота, он в тот же день назначил себе главным советником именно своего лучшего друга, мага. Так как не доверял советникам своего отца.       Потом против прадеда было поднято восстание старыми советниками, они хотели власти, а новый Король их ограничил в этом. А в переписанной версии говориться о том, что маг-предатель поднял восстание магов против Короля. Что, якобы, он был убит самим Королём, но на самом деле он пожертвовал собой, чтобы спасти своего друга. Он делал это не просто из-за того, что являлся правой рукой Пендрагона, а из-за того, что тот был слишком дорог для него. Да и тем более понимал, что жизнь Пендрагона куда более важней его собственной. Пока это было всё, что прочитал Артур, конечно, он прочитал во много раз больше. Но эту основу он прокручивал у себя в голове ежечасно. Зашла Гвен. — Сир, ваш завтрак, — положено манерам, сказала Гвиневра. — Хорошо.       Сегодня вечером должен был быть пир, значит, на нём будет и этот маг. Артур жутко волновался за Мерлина. Если с ним что-либо случится, то он никогда себе этого не простит. Утром этого страха не было, но когда подходило дело к вечеру, тревога неприятно скапливалась возле сердца.       Артур переодевался. Он делал всё на автомате, в мыслях были различные планы разоблачения. Уж слишком яростно Артур хотел уничтожить Скэва. В какой-то степени Пендрагон сейчас понимал своего отца, но он был уверен, что помимо вот таких тварей, есть и те, кто достоин доверия. Артур лишь жалел, что у него никогда не было такого друга, как и у своего прадеда. Может быть, если бы Утер не запретил магию, то он бы и был. Но, к сожалению, его нет.       Зато у Артура был Мерлин. А больше ему и не надо. Этот глупый цыплёнок полезет на то, что куда более сильнее его самого, но спасёт Пендрагона. Наверное, это и есть истинная дружба, преданность.       «Главное, чтобы ты выжил, Мерлин. А остальное переживём. Через всё вместе пойдём…», — пронеслось в голове у Артура. Он боялся. Он боялся, наверное, потому, что в этой ситуации он был почти бессилен. На самом-то деле, что он мог сделать? Обвинить без доказательств? Глупо и безрассудно.       Поэтому он просто принял всё как данное и ждал подходящего момента.       Сердце горело, согревая всю грудь. Ему захотелось зайти к Мерлину до пира, что он и сделал. Родные стены Камелота стали какими-то чужими. Коридоры пусты, словно все уснули глубоким сном. Так же пусто было и на душе будущего Короля. Сердце горело, каждым своим ударам твердя Пендрагону, что он жив, но в душе. Словно чего-то не хватало ему. Стук в дверь. — Кто там? — Артур услышал охрипший голос Гаюса и зашёл. В помещение уже было довольно темно и лишь свечи освещали всё. — Здравствуй, Гаюс. Как он? — Артур с порога взглянул через приоткрытую дверь комнаты. Лекарь бросал взгляд то на комнату, то на Принца. Совершенно спокойно старик пояснил: — Можешь идти к нему, он не кусается, — хихикая проговорил он.       Артур улыбнулся и пошёл прямиком в комнату. Мерлин лежал на постели, он поджал ноги под себя и нервно сжимал живот. Выглядел он ужасно. Бледный, словно труп. Руки дрожат, а зубы выстукивают неприятный звук. Эмрис лежал на одеяле, видимо, у него не хватало сил даже накрыться.       Пендрагон сел рядом, пытаясь вытянуть одеяло из-под парня. У него это получилось, и он ласково закутал в него Мерлина. Тот притих. Артур улыбнулся. Это было лучше, чем когда он кричал и хотел просто умереть, чтобы не мучиться. — Спасибо…- прошептал Мерлин. Он устроился поудобнее и притих. Замер. Даже почти не дышал. Или скорее это было сложно заметить. — За что? — удивлённо спросил блондин. Он почувствовал, как холодные пальцы сплетаются с его, такими горячими. Артур взял руку Мерлина в свою и пытался согреть ледяную кожу. — За то, что ты рядом…- так же тихо ответил он. — Мне придётся сейчас уйти. — Прошу. Не уходи, с тобой мне легче!       Мерлин взволнованно приподнялся, но не надолго. Через секунд десять его силы закончились и он снова лёг. Умоляющий взгляд прожигал Артура. Пендрагон не хотел уходить, нисколько. Он хотел защитить Эмриса от всего. Артур наклонился к Мерлину и в непонятном, для самого себя, порыве, прижался губами к тёплому виску. Мерлин прижался в ответ. Артур не отрываясь губами от кожи прошептал: — Подожди немного, главная приветственная церемония закончится и я приду. Обещаю тебе…       Мерлин одобрительно закивал. За этой картиной, с хитрой улыбкой наблюдал Гаюс. Теперь он понимает, почему их судьбы переплетены так неразрывно. Теперь можно понять почему Мерлину легче, когда рядом с ним он…