Восьмиклассник

Возвращаться домой было, мягко говоря, откровенно ссыкотно. Прямо на глазах у матери, продолжающей наблюдать за мной в окно, я выбил сигарету из пачки, закурил. Икая от ужаса в прямом и переносном смысле, попытался придумать, как вырулить из этого унылого говнища. Особо шикарных идей в голову не пришло. «Мама, это совсем не то, о чем ты подумала. Мы репетировали сцену из школьной постановки» Ага, бл*дь. Шекспир. «Ромео и Джульетта» . Поцелуй Монтекки и Капулетти . Из избранного. Сцена перед брачным ложем. «Мам, я просто споткнулся». Ага, как обычно. О шкаф. Причем так споткнулся что, чтобы удержаться, положил Шусею руки на задницу. А тот меня по-дружески поддержал, и не стал их отталкивать. Вот что такое настоящая мужская дружба. Отшвырнув недокуренную сигарету, я вошел в дом. Ладно, будь что будет. В конце концов врать я тоже не люблю. Мать с порога пристально оглядела меня. Коротко бросила: - Хоцума, ты давно куришь? Опешив, я снова начал подло икать. Ну, дает, однако . Не нервы сегодня, а стальные канаты. Уже лучше бы сразу по морде. Может, самому истерику закатить? Очень тянет, если честно. - Два года. Мать кивнула, продолжила холодным тоном. - Сколько ты в день куришь? - Пачку. - Есть будешь? - Нет. Посмотрев ей прямо в глаза, я набрал воздуха в легкие, и все же решился. - Мама, ты больше ничего у меня спросить не хочешь? Она отрицательно покачала головой, развернулась, собираясь идти на кухню. -Нет. Я видела достаточно сегодня. Собственными глазами. Я взрослый человек, и сделала соответствующие выводы. Главное, что об этом не при каких обстоятельствах не узнал отец. Он не простит ни меня, ни тебя за то, что у него такой сын. От ее холодного тона мне захотелось заплакать. Психанув, я рванул к себе в комнату. Воткнул наушники в плейер, врубил музыку, уставился в потолок. Вот уж действительно лучше бы она орала и визжала на весь дом. Достал какую-то книгу, начал читать. Буквы поплыли перед глазами, слова никак не связывались в предложения. Прелестный, бл*дь, у меня получился денек, просто прелестный. Через час мать внезапно заглянула ко мне в комнату. В руках у нее была тарелка с едой. - Нам все-таки нужно серьезно поговорить, Хоцу,— сказала она уже более мягким тоном, садясь ко мне на кровать. С семи лет она не называла меня сокращенным именем. Протягивая мне домашнюю жареную картошку, мать начала: - С кем тебе спать, это твое личное дело.. Кстати, ты уже спал с мужчинами? Надеюсь, ты презервативами пользуешься? От неожиданности я подавился картошкой. Чего-чего, а именно таких вопросов от матери я никак не ожидал и мгновенно стал красным как вареный рак. - Мама?! -Так вот, если ты ими не будешь пользоваться, то заразишься чем-нибудь. Лично я считаю, что это у тебя временное, ты просто хочешь досадить отцу, потом ты встретишь хорошую девушку, и все пройдет. Я тебя прекрасно знаю, ты не такой. На секунду мне показалось, что вся кровь прилила к лицу, от смущения я зарылся лицом в подушку. -Ну и последнее, а собственно, главное, ради чего я пришла поговорить с тобой,— мать дотронулась до моего плеча,— Пойми правильно. Я не хочу, чтобы это был именно Шусей. Я вообще считаю, что это он тебя совратил не в физическом, а в моральном плане и сейчас играется с тобой специально. Он из обеспеченной семьи, ему просто нечем заняться, вот он и развлекается. Ты ведь знаешь, что в их семье мужчины рано заключают браки и в основном по расчету. Если ты мне веришь, то спроси у него сам. Более того, родители уже нашли ему невесту. Я не хочу, чтобы тебе было больно. Дышать. Теперь только дышать. Но почему-то нечем. Из кровати меня как будто что-то выдернуло, я одел на себя первое, попавшееся под руку. Смотреть на мать я не мог. А она все также сидела с прямой спиной и с тарелкой с едой в руках, которую забрала с постели. - Мне наплевать на все то, что ты сказала, — выпалил я, вылетая из комнаты. Только на улице, наткнувшись па пару-тройку прохожих и чуть не сбив их с ног, я немного пришел в себя. Решил пойти в клуб . Нажраться в хлам, вот все что мне хотелось тогда. Ну ладно, значит, двигаем в «Красные фонари» и разводим там кого-нибудь на выпивку. На пороге заведения меня как обычно встретил знакомый бармен. Увидев меня, он явно сбледнул с лица, скорее даже, посерел. Пролил мимо коктейль. Выматерился. - Извини, Хоцума. Ты сюда больше не войдешь. Уходи, или тебя выведут с охраной, я не хочу неприятностей с кланом Гио. То же повторилось и еще в нескольких клубах.