Спасение или же....

Выбежав из полицейского участка предварительного содержания, Юнги схватился за голову и опустился на корточки. Слишком запутанная ситуация для его льдом покрытого сердца. Столько лет альфа жил в одиночестве, боясь вновь навредить искалеченной душе! Несколько лет назад он уже сталкивался со всепоглощающей любовью, которая порхала в его влюблённом сердце, затмевая всё вокруг. Но в один миг розовые очки, прочно сидевшие на голове, закрывающие обзор на реальные обстоятельства, слетели, и раскрылась правда. Омега, которого Мин преданно и искренне любил, позволяя делать всё, что угодно, взамен на толику взаимного чувства, — предал, вырвал сердце из груди альфы живьём и разбил на мелкие осколки, которые едва ли теперь можно собрать в единое целое. С тех пор Юнги боится делать решительные шаги в сторону противоположного пола. Уж слишком велика возможность наступить на те же самые грабли. Юнги ещё пять минут находился под влиянием нахлынувшего вмиг отчаяния, прежде чем подняться с корточек и направиться в сторону неподалёку припаркованного авто. За время поездки до родных пенат альфа решил ещё раз всё хорошенько взвесить и обдумать. Бросаться в омут с головой не было правильным решением сейчас. Быть может, потом: когда жизнь будет течь своим чередом, а предмет его воздыхания, неожиданно появившийся на горизонте, будет на свободе и в полной безопасности. Блондин спешно дошёл до своей машины, отключил сигнализацию и сел на водительское кресло, заводя мотор. Мгновение — некоторое замешательство, затем машина тронулась с места, оставляя на асфальте черные полосы от резкого соприкосновения шин с поверхностью земли. Юнги ехал быстро, проскакивая светофор за светофором, не обращая внимания на спешащих сейчас людей. В голове была мысль о крепком восьмичасовом сне – не меньше, а ещё о предстоящей завтра встрече. Альфе нужно было поговорить с одним человеком, на которого он вышел по следу дела Чимина. Это был среднего возраста бета, занимающийся поиском клиентов для омежек — элитных проституток. Он был скорее посредником в такого рода деле, чем прямым его исполнителем. Просто поиск богатеев, ищущих плотские утехи. Двадцать минут быстрой езды — и альфа доехал до пункта своего назначения. Ловко припарковав дорогую иномарку на привычное место, Мин вышел из средства передвижения, включая сигнализацию. Вольготным шагом блондин добрался до квартиры, отпирая её завалявшимися в заднем кармане брюк ключами. Пройдя в коридор, Юн скинул лаковые туфли, не заботясь о том, как они расположились, и ушёл в спальню, тут же снимая изрядно помятый костюм. Рубашка улетела куда-то за торшер, стоящий на прикроватной тумбочке. Носки залетели под кровать, а брюки плюхнулись следом за рубашкой. «Душ, душ, душ», — крутилось в голове. Нужно было хорошенько смыть усталость и помесь пота с грязью за весь изнурительный день. Мин отыскал в гардеробной полотенце и зашёл в поблизости располагающуюся ванную. Большое светлое помещение так и светилось изнутри; выложенное в кафель с изысканным рисунком в виде разнообразных узоров, дополненное большим джакузи и душевой кабиной с радио, оно кричало о богатстве постояльца данного жилища. Альфа уверенно продвинулся в сторону душевой кабины, настраивая температуру воды до оптимального уровня: не горячая, но и не холодная, что-то среднее между тёплой и слегка освежающей. Забравшись сначала одной ногой, проверив точность температуры, Мин следом затащил и вторую стопу, закрывая створки, чтобы вода не брызгала на пол. Тёплые струи воды приятно скользили по телу, доставляя блондину нескончаемое удовольствие. Вода смывала всю усталость поджарого тела, что выгодно скрывалось под ворохом ненужной одежды. Юн не привык привлекать к себе ненужное внимание, именно поэтому и считал правильным особо не сверкать кубиками на подтянутом прессе. Через двадцать минут, когда вся грязь была смыта, Мин чувствовал себя почти заново рождённым человеком. Вода была выкручена в противоположную открытым вентилям сторону, обрывая льющийся вниз поток. Мин вышел из душа, обмотав бёдра полотенцем, даже не вытираясь. Жаль, никто сейчас не видел, в каком выгодном свете представал Юн. Красивый белоснежный торс, выступающие кубики на животе, подкачанные руки с просвечивающими сквозь тонкую кожу венами. ЗАГЛЯДЕНЬЕ. Душ вроде бы и освежил все внутренние чакры мужчины, но заметного удовольствия не доставил. Ложась в кровать и выключая торшер, Юнги продолжал думать о случившемся за день. Поцелуй, совершенный им столь спонтанно, не выходил из головы. Омегу напугать совсем не хотелось, но Мин считал, что именно этого сегодня и добился. Благо, он не успел посмотреть на смущённого в тот момент шатена. Неизвестно, на какие бы поступки он ещё решился, если бы не рядом слоняющийся Джин и охрана. Решив отпустить ситуацию, блондин скинул полотенце и укрылся одеялом, проваливаясь в сон. Одеваться Мин не стал, решив дать телу свободу. *** Утро наступило слишком быстро, ознаменовалось опухшими после сна глазами и упрямой головной болью, бьющей своими молоточками точно по вискам. Симптомы течки всё ещё не уходили, а значит, новая острая боль даст о себе знать в скором времени. Чимину ничего не оставалось, кроме как подняться с кушетки, ворча на промокшие от смазки брюки. — Блин, — Чимин ругался на омежье состояние. — О-о, уже проснулся, — в кабинет вошёл Джин, махая рукой проснувшемуся омежке. — Да уж... Извините, — несмело обратился к врачу Чим, — не могли бы Вы мне чем-нибудь помочь? Просто у меня все штаны пропитались смазкой, теперь липнут к телу, как мёд. — Ах, да, хорошо, что ты остался в лазарете. У меня здесь есть душ, я принимаю его после тяжёлого дня, можешь воспользоваться им. Я заблаговременно предпринял все меры, поэтому принёс тебе сменное белье и одежду, можешь взять там, на столе. — Спасибо Вам большое, — Чимин низко поклонился, не зная, как выразить благодарность. — Не стоит. Можешь называть меня Джин-хён, кстати, — решился высказаться старший. — Буду помогать тебе, чем смогу, главное, доверься мне. — Ох, — омега вдохнул, — не знаю, как буду Вам платить за всю доброту. — Перестань, иди умывайся, делай все нужные дела и приходи, будем пить чай с булочками, — Джин мягко улыбнулся, показывая ямочки на щеках. — Я быстро, — Чимин подарил доктору ответную улыбку и скрылся в душевой.