Спасение или же....

Выбежав из зала, Чимин оставил Мина в полной растерянности. Еще с минуту назад всё было в полном порядке, омега радовался благоприятному исходу дела, как тараканы в его голове решили, что немного характера стоит проявить сейчас: в такую трудную для обоих минуту. Юнги, стоя с распростертыми от испарившихся объятий и телесного контакта руками, просто растерянно хлопал глазами, пытаясь понять, где так серьезно просчитался. Альфа не давил, не делал ничего такого, что могло бы напугать и оттолкнуть Пака. В чем же тогда проблема, блондин понять не мог в силу того, что просто разучился читать омег как раскрытую книгу, хотя раньше ему успешно доводилось справляться с такого рода психологическими заскоками прекрасного пола. Решив дать омеге остыть и собраться с силами, Юнги не спеша двинулся в сторону выхода, прекрасно понимая, что Чимин далеко не сбежит: во-первых, лабиринт здания не позволит, тут уж постарались планировщики и архитекторы, а во-вторых, даже если омеге и удастся выйти наружу, шансы при таком исходе пятьдесят на пятьдесят, всё равно не уйдет, Юнги был точно уверен в этом. Как и предполагалось альфой, потеряшка была обнаружена в шаговой доступности. Чимин сидел на каменных ступенях возле главных ворот здания, смотря куда-то вдаль, плечи юноши были опущены, а по сгорбленной спине казалось, что тот плачет. Адвокат, стараясь сильно не шуметь, тихо опустился рядом, не жалея дорогого костюма, и заглянул в спрятанное за челкой лицо Пака. Глаза слегка опухли, щеки до сих пор были немного влажными, а нос то и дело морщился в попытках не дать застоявшейся жидкости скатиться вниз по носогубной впадинке до подбородка. Маленькая ладонь стирала не успевшие высохнуть капли, которые впитывались в ткань одежды, пачкая рукава великоватой для худощавого паренька худи. — И почему убежал? — спокойно поинтересовался блондин, дабы не напугать потерянного в собственных раздумьях омегу. — Прости, — еле слышный шепот донесся до слуха Юнги. — Ты тут ни при чём, просто… я… просто, нет, не обращай внимания. — Тогда кто при чем? Я напугал тебя? Или, может, сделал что-то не так? Был напорист? Слишком активен или не активен? — Нет, не подумай ничего такого, — омега отнекивался, махая ладошкой в знак протеста. — Объясни мне тогда, что стряслось? — Не думаю, что нам есть что обсуждать, можно я пойду? — Чимин поднялся со ступеней, отряхивая попу от несуществующей грязи. Данный жест не укрылся от взора альфы, и тот, глядя на руку Чимина, неотрывно следил за его движениями, пока не понял, что откровенно пялится. Чимин от столь откровенной вопиющей наглости блондина зарделся, а затем тут же развернулся к обладателю игривых глаз лицом. — Господин адвокат, большое спасибо Вам за помощь, мне было приятно работать с Вами, Вы внесли вклад в мою судьбу, это многого стоит, а теперь прошу меня извинить, должен посетить мою Бель, я очень соскучился. Надеюсь, больше мы с Вами не увидимся, — говорил, а в глазах читалось: нагло врет, — всего Вам хорошего, — Чимин уважительно поклонился и уже было развернулся, но реакция альфы куда быстрее. Ловкая ладонь Мина схватила омегу за ткань худи и резко дернула на себя, отчего Чимин пошатнулся и приземлился аккурат в руки альфы. — Ну и куда ты собрался? Ты даже не знаешь, в каком районе находишься, так как, по-твоему, ты уедешь в больницу? Тем более, разве тебе не нужно привести себя в порядок? Бабушка и сестренка наверняка не обрадуются, если ты предстанешь перед ними в таком виде, мм? — Аа, — Чимин помедлил, — пожалуй, да, ты прав. И что же мне тогда делать? — Поедем ко мне, я дам тебе сменную одежду, ты примешь душ, и я тебя накормлю. Идет? — Это немного неудобно. — Неудобно на потолке спать. У тебя всё равно других вариантов нет. Ну так и каков твой положительный ответ? — Хорошо, только мы быстро, туда и обратно, — жалобно посмотрел на альфу омега, закусывая от некоторого волнения губу. — Как скажешь, но прежде, — всё еще не выпуская из замка рук Пака, продолжил блондин, — давай поговорим? Ты прекрасно всё понимаешь, но почему-то каждый раз отнекиваешься. Я настолько неприятен тебе? — Нет. — Тогда в чем проблема? Чимин, может, это прозвучит громко или, быть может, глупо в данной ситуации, но ты мне нравишься, правда, нравишься. Никогда бы не подумал, что буду так переживать перед таким юнцом, как ты. — Я, а я, я, — омега начал заикаться, борясь с внутренней дрожью в теле и сердце, — мне, — Чимин сглотнул, — мне никто никогда не признавался в симпатии. — Ты поэтому так боишься? — Я не боюсь, просто не привык к такому проявлению симпатии к себе. Ты же знаешь, как я жил до этого, не заставляй меня говорить этого вслух, — Чимин опустил голову и тяжело вздохнул. — Просто меня всегда желали чисто физически. Как сейчас я должен принять нечто иное? Мне трудно довериться тебе, хотя ты так спас меня и вообще еще не дал усомниться в себе. — Можешь рискнуть и поверить? Давай встречаться, мм? Мы мало знакомы, но давай попробуем? — Не могу сейчас ответить. Я не готов так резко всё менять. — Ну, я же могу попробовать переубедить тебя, верно? — Вероятно, можешь. — Тогда просто обещай, что не будешь отталкивать, если я буду совершать по отношению к тебе маленькие поступки. — Если всё, что ты собираешься совершить, не будет идти против моей воли, то я согласен. Юнги улыбнулся на слова омеги и крепче прижал к себе, мягко целуя. Сухие губы альфы легко опустились на влажные от постоянного смачивания юрким язычком губы омеги. Юнги не чувствовал преграды, потому продолжал исследовать уста Чимина. Поцелуй не был страстным. Касания были легкими, почти невесомыми, но такими приятными и нужными. Нужными для обоих.