Спасение или же....

Наглые лучи солнца прозорливо выглядывали из-за тонких персиковых занавесок, играясь на лице омежки: бегали, прятались и игриво подмигивали, стараясь нарушить крепкое единение парня с царством Морфея. Полусонное состояние не хотело отпускать юношу, отчего Чимин крепче зажмурил глаза, прячась с головой под одеяло. Пак изо всех сил цеплялся за крохотные минутки желанного сна, ведь с сегодняшнего дня вся его жизнь поменяется раз и навсегда, заиграет новыми красками — яркими; не будет больше свободного времени на глупости и бездельничество.

***

С момента выхода омеги из-под стражи суда прошло ровно три с половиной месяца, многое за этот срок изменилось. Обо всем по порядку. Пока старшая из семейства Пак была в «деловой» поездке, а Чимин следил за малышкой Бель, Юнги не сидел сложа руки. Альфа заблаговременно задумался о будущем своего омеги — таким статусом Юн наделил Чимина в момент их первой встречи, хотя признаться себе смог лишь сейчас. Смешная эта штука — судьба: никогда не знаешь, как повернётся. Вот и Мин не задумывался, пока не окунулся в карий омут тёмных глаз однажды. Кофейный отлив очей омеги завораживал, цеплял и одновременно пугал. Но сейчас не об этом. Ровно неделю Чимин послушно исполнял роль няньки, следя за каждым движением девочки. Юнги же в это время искал хорошего репетитора для младшего. После откровенного признания в желании заниматься танцами альфа загорелся. Всеми возможными способами Юн решил исполнить мечту омеги. Каких бы усилий ему это ни стоило, Мин поставил себе ультиматум. Начать решил с малого. Зная о проблемах Чимина с обучением, Юн принялся за поиски человека, который в короткие сроки смог бы подтянуть знания и заполнить огрехи. Поиски оказались трудными, но выполнимыми. Уже через два дня в гостиной квартиры адвоката сидел пожилой бета с огромным количеством книг и пособий. А перед ним за столом, усердно что-то подмечая в очередном учебнике, сидел Минни. Весь его вид говорил об усердии. Кончик языка был прикушен острыми зубками, пока рука быстро-быстро строчила в тетради формулы и их доказательства; маленький носик то и дело морщился от недовольства, когда что-то не получалось. Юнги в такие моменты наблюдал издалека, прижавшись плечом к косяку, улыбался и следил за тем, чтобы омега сильно не переусердствовал. Дни летели за днями. Чимин продолжал с рвением погружаться в учебную среду с преподавателем, который, к слову, был весьма впечатлён сообразительностью ученика, посему частенько отвешивал тому комплименты, заставляя позорно краснеть и отворачиваться. — Впервые вижу настолько заинтересованного человека, — как-то между делом обмолвился бета с Юном, заставляя Мина гордиться собственным выбором. Его омега бесспорно лучший, каким бы плохим ни хотел казаться. Всё это напускное. Внешняя защита, наподобие иголок ёжика или дикобраза. Так и пролетели незаметно три месяца, к счастью омеги и альфы, выпавшие на летнее время. Чимин забивал голову нужной информацией для экзаменов и параллельно готовился к отчетному выступлению для экзаменационной комиссии в школу искусств. Юнги помогал как мог: оплачивал курсы и личного танцевального тренера, вкладывал душу, приезжал по вечерам к дому омеги с термосом, наполненным успокаивающим ромашковым чаем. Старался развеселить и утешить, обнимая подолгу у подъезда паковского дома. К альфе Чимин так и не переехал, силы духа не хватило. Да и фраза, вспомнившаяся так некстати — «приличные омеги до замужества с альфами под одной крышей не живут» — стала камнем преткновения. Ладно хоть Мину не додумался высказать свои мысли, иначе без скандала бы не обошлось. К слову, экзамены Чимин сдал успешно, даже его преподаватель не рассчитывал на столь высокие баллы. И творческий конкурс оказался для омеги плёвым делом, правда, волнение слегка подвело, когда Пак в попытке очередной сложной связки едва не оступился, но вовремя сделал па в противоположную сторону, скрывая от судей ошибку. От номера тогда все были в восторге, смотрели, раскрыв рты. Надо ли говорить, что Чимин попал туда, куда хотел, почти не прикладывая усилий? Спасибо Юнги за это. Омега по-свойски отблагодарил альфу. Но нам об этом знать не стоит. Слишком личное (читайте: «откровенное и пошлое»), но Чимини же правильный мальчик.

***

Чимин сильнее укутался в пуховое одеяло, отмахиваясь от назойливого телефона, что беспрерывно верещал на всю комнату. — Ну кто там в такую рань? — недовольное бурчание из-под толстой ткани и выползшая на божий свет ладонь, что на ощупь искала предмет беспокойства. Едва не уронив средство связи, Чимин с горем пополам с третьего раза попал по экрану и ответил: — Да, — грубо и обиженно. — Чимини, родной, я, конечно, тоже не люблю ранние подъемы, но тебе пора вставать. — Кто это? — спросонья голова казалась чугунной и думать совсем не хотела. — Чимин, не смешно, — тон альфы сменился с приятного на озлобленный. — Я стою у подъезда, у тебя десять минут на сборы. — Юнги, — омега подскочил на кровати, потирая глазки кулаками. Настенные часы показывали предательские пятнадцать минут девятого. А быть на учебе нужно к девяти. — Черт, — выдохнул Пак, со скоростью «истребителя» поднимая свою тушку с кровати, — я выйду через пятнадцать минут, — последняя фраза и усталый вздох по ту сторону, а затем противные гудки. Омега проклинал всё на свете, пока бегал по комнате в поисках вещей и нужных принадлежностей. Чимин корил себя за непунктуальность и нерасторопность. С бешеными глазами и вороньим гнездом на голове Пак стаскивал с себя спальную футболку, облачаясь в чистую, выглаженную с вечера рубашку. Следом на стройные бёдра были натянуты идеально сидящие брюки, в тон к ним носки и лёгкий пиджак поверх рубашки. Теперь омега был куда больше похож на человека. Ну почти. Забив на завтрак и простой чаек, омега быстро чмокнул бабушку в щеку и вылетел за двери, спускаясь с восьмого этажа пешком, игнорируя лифт. Уже через поразительные десять с небольшим минут взвинченный Чимин стоял напротив авто альфы, слегка улыбаясь. Телефонная грубость не прошла мимо блондина, что не крылось и от взора Пака. Юнги стоял злой. Глаза почти что стреляли искрами. Чимин тяжело сглотнул и подошёл к мужчине, нагло целуя, толкая бедром на капот, прижимаясь пахом к бедру альфы. — Не играй с огнём, твои штучки не пройдут, — сдавленно выдохнул Мин, отстраняя омегу от себя. — Доброе утро, соня, — Юн вновь опустился губами на раскрытые уста юноши, легко проталкивая свой язык в рот Пака. Поцелуй получился напористым, но быстрым. Альфа резко, не без разочарования оторвался от тела омеги и открыл тому дверцу машины. — Прошу, — галантности Мину было не занимать. Удобно устроившись в креслах, пара тронулась в сторону учебного заведения, что должно было стать для Пака пристанищем на ближайшие четыре года. Путь занял от силы минут десять, так что Чимин успел и с мужчиной своим нормально проститься, и аудиторию найти. Пока ноги осторожно переступали по мраморному полу, глаза быстро изучали таблички и названия на кабинетах и огромных залах для репетиций. Всё было таким красивым и величественными, что Пак шёл, раскрыв рот. Да так бы и продолжалось, если бы не что-то твёрдое, куда Чимин уткнулся прямо лбом. Осторожно подняв глаза, омега обомлел. Прямо перед ним стоял высокий и очень красивый юноша. Чёрные, словно смола, волосы ластились, опускаясь прядками на отрытые яркие глаза, обрамлённые пушистыми ресничками. Чимин сглотнул и отошёл чуть в сторону, продолжая пялиться на парня перед собой. Юноша откровенно улыбался и подмигивал. — Так понравился? — послышался бархат голоса. — Сейчас дыру во мне просверлишь, — усмехнулся всё тот же мягкий голос. — Не зависай, — рука незнакомца убрала мешающую омежью челку. Чимин дёрнулся. Прикосновение брюнета прожгло место касания. — Я не пялюсь. — А ты милый, — брюнет улыбнулся. — Новенький? Раньше не видел тебя здесь. — Да, в этом году поступил, — без стеснения ответил Чимин, продолжая прожигать человека напротив взглядом. — Хм, я так и понял. Может, помощь нужна? Проводить? — хитринки плясали в глазах напротив. — Нет. Я сам. — Ну, как хочешь, — брюнет кинул очередную белоснежную усмешку. — Ещё увидимся, милашка, — кинул напоследок брюнет и скрылся в глубине длинного коридора. — Не-е-ет, бред, — Чимин встряхнул головой и попытался отогнать странно нахлынувшее наваждение.