Бесконечность

Ночь. Облака закрыли небо и город был во тьме. С крыши одного из остроконечных домов спрыгнул юноша в маске и семью хвостами, четыре из которых были стальными и плоскими. Парень подошёл к ювелирному магазину и огляделся. На улице не было ни единого человека. Острым хвостом силуэт провёл по стеклу несколько раз, но стекло осталось невредимым. Парень вздохнул и загорелся голубым огнём. Как только он подошёл очень близко к стеклу, оно начало плавиться, и когда в образовавшийся проём смог пролезть и бегемот средних размеров, к юноше спустилось ещё два человека. Зонтик остался на стрёме, а Дингвальд с Кансвиллом залезли в ювелирный магазин. Что же Зонтик творил! Под угрозами он делал всё, что скажут. Это было не первое грабительство. Приходилось даже убивать. Можно сказать, Зонтик стал наполовину сотрудником Пика, который сейчас в очередной раз не спал, и строил план действий, как сбежать от опасности и уберечь всех дорогих для Зонта людей. Сам то он как-нибудь выберется, а вот Феликс, Ромео, Роберт, Николас… они не смогут. Раз уж его сумели связать, то их щелчком прикончат. Может, Пику и плевать на всех этих людей, но Зонтик не понесёт такое большое количество потерь. Он знал о «подвигах» шестого и понимал, что возникает ещё одна опасность — полиция. Ему, как любому опасному участнику преступного мира уже дали прозвище: Семихвостая лисица. Вроде всё правильно, так и есть, но прозвали Зонтика так потому, что у него было семь стальных хвостов, которые почти не меняли своего вида, а лисицей, потому что никто не мог поймать его до этого момента. Он ускользал от любого отряда. Его пытался словить даже Куромаку, но тот, цепляясь хвостами за стены домов удалялся как можно дальше. Он прекрасно знал о «маленьком» секрете Куромаку и старался его избегать. Закончив грабёж, трое «товарищей» поспешили удалиться в дом одной из своих уже мёртвых жертв. Они неплохо жили, но Зонтик прогнивал изнутри. Ему был противен он сам, всё что он делает, как марионетка, сама жизнь теперь вызывала у него отвращение. Раздумывая, он не заметил, как отстал, но шестой сразу поспешил догнать двух наследников. Опять оказавшись в четырёх стенах он снял маску, и, оперевшись о стол руками опустил голову. Из глаз потекли крупные слёзы, а комнату заполнили сдавленные всхлипы. Как выбраться из этой мглы? Как бороться, когда следят за каждым твоим шагом?! Зонтик не заметил, как в комнату зашёл Дингвальд. Он сочувственно посмотрел на Зонта и сел на свою кровать. Он почти каждый вечер наблюдал такие истерики, и уже привык к присутствию шестого. — Что, опять рассуждал о сером бытие в этом мире и всплакнуть решил? — Ты можешь считать так, но тебе меня не понять. Все эти кражи, убийства, побеги доставляют тебе удовольствие, а я просто хочу жить! Может, я вообще не хотел быть каким-то особенным! Может, я просто хотел спокойно жить!!! — Зонтик ещё пуще заплакал. — А может, мне тоже это всё надоело? Может, я хочу свободы в действиях? — Дингвальд подошёл к хрупкому вздрагивающему тельцу лисички. — Ты, я надеюсь, не из болтливых? — подозрительно спросил наследник холода. — Не был, и не планирую. — У меня есть небольшой план, как нам убить это свина, или как его там… я могу отказаться от договора, он, допустим, захочет меня убить, а пока его внимание будет сосредоточено на мне, его можешь прикончить ты. Например, одним из заклинаний, которые были использованы тобой на экзамене. — Нет! Ни за что! Это ты можешь спокойно разорвать договор, а если откажусь я, погибнут все дорогие мне люди! Я не вытерплю этого! — вокруг Зонта пол начал загораться. — Тихо, успокойся, истеричка, я ничего не буду делать. Мда…, а помнишь, как мы с тобой в школе общались? Хах…хотелось бы попросить у тебя прощения не под криками одного из наследников, а просто. Признаю свою вину, хотя гордыня долго не позволяла сказать тебе. — Да, я, в принципе, давно уже простил… будем в мире? — Я не против! — Дингвальд протянул руку. — Ох, как я рад, что вы наконец подружились! — в дверях нарисовался Кансвилл и два наследника отскочили от друг друга. — Зонтик, мы выходим на твоё личное задание! Как только прибудем на место, я всё тебе объясню, а мы с Дином понаблюдаем за тобой! Идти пришлось довольно долго. Наконец показался дом, облепленный цветами и выполненный в ярких красках. Зонтик с недоумением во взгляде посмотрел на ликующего Кансвилла и снова обратил взор к дому. — Ну, и что я должен делать? — И так, Зонт, ты должен будешь убить человека. Раньше только мы убивали, а теперь пришло время начать и тебе. Ты ведь хороший мальчик, правда? Ты просто должен подойти к нему, и вонзить в него сразу все свои хвосты и разорвать на части, ты понял? — наследник воды мило улыбнулся, показывая острые зубы. — Я не буду этого делать! Мне даже неважно, кто тот человек, но я не буду этого делать! — Зонтик в испуге попятился. — А знаешь, мне резко захотелось кого-то убить, м? Может, моей жертвой станет наследник тьмы? — Х-хорошо. Как. Ты пожелаешь. Можно только всё-таки узнать немного информации об этом человеке? — Это наследник лета. Тебе достаточно? — Вполне. Зонтик неторопливо подошёл к двери и постучал. Пришлось несколько раз повторить это действие, прежде чем за дверью послышится шарпанье ног. Дверь открыл худой высокий мужчина в ночной рубашке и штанах. Не удивительно — скоро уже должно было светать. Зонт всё медлил. Он просто не мог разорвать человека, ведь он прекрасно понимал цену жизни. Хотелось убежать, далеко, но договор сковывал шестого. Наследник лета начал задавать вопрос, к чему Зонтик звонит в столь ранее время, но в следующую секунду в него вонзились семь стальных хвостов, и плотно закрепившись, они потянулись в разные стороны. Человек даже не издал крика, как его голова оказалась отдельно от тела. Зонт стоял, почти весь обрызганный рубиновым дождём крови, понурив голову и смотря куда-то в пол. А хотя нет, он осматривал внутренности, которые, при разрыве тела вывалились на порог. Это выглядело противно, но шестому было это безразлично. Он обернулся к удовлетворенно хлопающему Кансвиллу и растерянному Дингвальду. Наследника холода поразила та лёгкость, с которой разорвал тело шестой. Как будто ему приходилось не первый раз так делать. Когда Зонтик вспрыгнул на крышу, Дингвальд отошёл от шестого. Сейчас не было тех живых бликов в глазах, сейчас взгляд Зонта пронзал, как лезвие, заставляя содрогнуться от холода, который застыл внутри шестого. Он был полностью опустошён, сломан. Нет, он не сошёл с ума, он стал таким, каким хочет его видеть мир. Для него остались ценности, цели, но никогда больше нельзя будет увидеть его радостным. (Хотя…я так не думаю… (сказала я, перелистывая сюжет)). — Ты сделал очень решительный шаг в жизни, малыш! Не стоит так кукситься, это плохо повлияет на твою красоту.- Кансвилл явно не разделял чувств Зонта.- Пойдёмте, отпразднуем это маленькое событие! Пока троица шла восвояси, Дингвальд осторожно спросил: — Зонтик, ты в норме? — Со мной всё нормально, а если бы даже мне было плохо, ты бы вряд ли мне помог. — словно неживым голосом ответил шестой. От такого резкого ответа Дингвальд замолк и уставился на свои ноги. Кансвилл сдержал своё обещание, и, как только наследники вернулись домой, налил немного спиртного каждому. Зонтик почти сразу же отправился в кровать, проклиная весь белый, астральный и чёрный свет.Даже не раздевшись и не отмывшись от брызгов крови он провалился в пустой сон. Было довольно тяжело, и сейчас ему требовался крепкий сон и отдых от преступлений.

***

— НЕТ!!! Мы же были в договоре! ТЫ ОТВЕТИШЬ ЗА ЭТО!!!