Сделай первый шаг

Три месяца пролетели как один день. Свадьба Райана и Дженни, выдержанная в блекло-зеленом. Орхидеи и шампанское. Несколько громких убийств. Короткий роман Эспо и крутой телохранительницы для богатеньких, а по совместительству - промышленного шпиона Скарлетт. Безумная эскапада Райана, который на время вернулся в ирландскую банду под именем Фелтона О'Коннора. Беременность Дженни. Синусоида отношений Касла и Беккет.... много всего случилось, столько, что не было времени думать. Но они все время думали. Мысль как назойливый комар жужжала в уши днем и как злобный зверь терзала сердце ночью. Они ловили улыбки друг друга, подмечали мелкие детали, такие как поворот головы, словечко в тему, легкое касание. Именно в этот момент любовь, искренняя и чистая, выросла, будто камнеломка под первыми лучами солнца. Но ни единый цветок еще не пробил зеленый кокон бутона.

***

       Дженни радовалась тому, что не бесплодна. Райан был счастлив тому, что и с ним все в порядке, и что он станет отцом. Ему это казалось благословением: в семье Райанов дети считались смыслом жизни, недаром у Кевина было восемь сестер и братьев, истинных католиков и благонадежных людей. В отличие от Эспозито, который вырос в неблагополучном районе, Райан не был знаком с уличными бандами, грабежами и налетами. Жизнь его катилась по гладкой колее без единого препятствия. Кроме, пожалуй, одного - сводящей с ума нежности к собственному лучшему другу. Режим молчания только усугублял ситуацию, и никакие "Патер Ностер" и "Аве Мария", никакая святая вода и кипарисовые четки из Ватикана не помогали. С другой стороны, Райан не хотел избавляться от блаженного чувства счастья, которое теплой волной окатывало его каждый раз, когда утром Хавьер Эспозито входил в полицейский участок со своим неизменным: "Йоу, Райан!"       - Йоу, Райан, как дела? - в участок влетел детектив Эспозито, как обычно в длиннорукавной футболке невнятного цвета: на сей раз что-то вроде крутого киселя из можжевельника.       - Мне кажется, или ты перепутал размеры?       - Ну что ты!       - Она тебе явно мала.       - Тебе кажется.       - Нет, правда, точно тесная.       - Просто эта футболка предназначена облегать мои мускулы. Видел? - Эспозито продемонстрировал внушительный бицепс, а заодно - крутое плечо, плоскую пластину груди и трапецию. Все это Райан охватил одним взглядом, и представил, как оно бы выглядело без тонкого трикотажа. Получалось шикарно. С другой стороны, чего в этом ненормального? Парни всегда разглядывают друг друга, сравнивая мускулатуру, а то и еще чего-нибудь.       - Потрогай! - продолжал Эспозито, тыкая в собственный бицепс пальцем. - Как камень!       Райан тяжело вздохнул: если уж Господь посылает испытание, то полной мерой, не скупясь. Но он выдержит. Детектив подошел, нехотя положил ладонь на руку Хавьера, и, вместо того, чтобы проверить крепость мышц, просто погладил. Вышло странно, и оба моментально чуть не отпрыгнули друг от друга: от бесшабашности Эспозито не осталось и следа, он затих, и сел за свой компьютер.       - Привет, ребята! Вы поссорились, что ли? - моментально заметила повисшую в воздухе напряженность Беккет, которая зашла в участок вместе с Каслом. Тот внимательно вгляделся в лица напарников:       - Можешь не спрашивать. Они явно что-то не поделили. Наверняка не женщину - ведь Райан теперь женат. Эй, ребята, вы что не поделили?       - Неважно, - буркнул Эспо, а Райан поддержал. - Просто небольшое недопонимание.       "Недопонимание?!" - внутренне Хавьер весь кипел, но ничего не мог сказать. Да если бы! Это была чертова провокация, хоть Райан и не подозревает о том, что творится с Эспозито. А ведь тот дошел уже до того, что, расследуя убийство в Хобокене... ***       Был жаркий день, и Эспозито обливался потом даже в своей, не форменной, одежде. Эксперты потели в три раза сильнее, кроме Перлмуттера, фигурально выражаясь, холодного как его "клиентка". Она раскинулась на диване, удобно положив ноги на расшитые золотом подушки, откинув волосы и сцепив руки за головой. Красивая девушка, даже слишком. Наполовину кубинка, как и Эспо. Текучее зеленое платье с блестками, идеальный макияж, улыбка на лице. Вот только она была мертвее мертвого так, что даже лед в стакане с виски, стоявшем на ее животе, еще не растаял. А еще на ее животе, груди и ногах были живописно расставлены креветки, маслины, соблазнительно вкусные канапе.       - По первому впечатлению - отравление, - пробормотал Перлмуттер, поднимаясь с колен с кряхтением.       - А по второму? - спросил Эспозито.       - А по второму скажет лаборатория. Вы бы лучше озаботились упаковкой всей этой гастрономии, чем демонстрировать свои скудные медицинские познания, детектив Эспозито.        - О, у нас убийство на гастрономической почве! Каламбур! - воскликнул Ричард Касл, как обычно, поспешая за Кейт Беккет.        Парни усмехнулись, приветственно подняли ладони. Перлмуттер съязвил:       - Доброе утро, детектив Беккет и дефектив Касл.       Касл скривился, но ничего не сказал, потому что на каждое его слово у Перлмуттера было три, да таких колких, словно его обучали затачивать их как медицинские скальпели. Которые прозектор неизменно глубоко и с наслаждением вгонял под кожу Касла. Опять же, фигурально выражаясь.       Девушка на диване была прекрасна. Эспозито бы не отказался встречаться с такой, конечно, в живом ее состоянии. Мысли детектива озвучил его напарник:       - Знаешь, Хавьер, будь она жива, вы вполне могли бы встречаться...       - Не могли бы, - ответила за коллегу детектив Беккет. - Девушку звали Розамунд Бриллиант. Догадайтесь, в какой сфере можно работать с таким именем.       - Проститутка, - разочарованно протянул Эспозито.       - Элитная, - кивнула Беккет. - Супер-пупер дорогой эскорт. Зарплаты Эспо хватило бы примерно суток на трое скромного существования с этой красоткой.       - Ничего, зато у тебя всегда будет Райан, и совершенно бесплатно, - ляпнул Касл. Постовые у двери заржали в голос и тут же умолкли под свирепым взглядом Эспозито. Позже, уже на выходе из апартаментов, Кевин возмущался:       - Я не понимаю, как кому-то вообще могло прийти в голову! Я женат, у меня скоро будет ребенок...       - Как тебе сказать, - пошутил Эспозито, - есть мужская энергия, а есть женская...       - Мне вполне уютно в моей мужественности, - отпарировал Райан.       - Да перестань! - улыбнулся Эспо. - На тебе же кофточка!       И вот на это Райан не нашел, что возразить. ***        Вечером в дверь квартиры Эспозито постучали. Верный своей привычке, он, в одних хлопковых брюках, отдыхал на диване после боксерской тренировки. Рядом стоял бокал с соком, а свежий Плейбой манил сочной обложкой. На ней соблазнительно улыбалась стопроцентная американка, чем-то неуловимо напоминавшая Дженни. Когда раздался стук, Хавьер, как дикий кот, моментально собрался в комок, вытащил из-под кожаной подушки пистолет и сбоку подошел к двери.       - Да?       - Это я, Хави. И спрячь пушку.       За дверью, умопомрачительно элегантный в новом блейзере и при галстуке стоял Кевин Райан. И держал в руках бутылку виски.       - З-з-заходи, - заинтригованный детектив прикрыл дверь за спиной напарника. Разглядел наклейку на бутылке:       - Лафройг? Ты серьезно предлагаешь напиться Лафройгом перед работой?       - Да нет, - качнул головой Райан. - Это просто тебе, за небольшое одолжение.       - Я даже затрудняюсь предположить масштаб одолжения...       - Понимаешь, тут меня пригласили на свадьбу к кузине Дженни. И я должен танцевать с ней второй танец.       - Так в чем проблема? Со свадебным вальсом ты справился на отлично.       - Кузина Дженни заказала танго.       - Ты шутишь?       - Да если бы.       - И не отказаться?       - Вообще не вариант, - печально вздохнул Райан. - Так ты мне поможешь?       - То есть ты полагаешь, что латинос непременно должен уметь танцевать танго, румбу, сальсу и бачату? - спросил Эспозито, приподняв бровь. - Это шовинизм, братишка.       Райан ничего не сказал, только умоляюще посмотрел на напарника. Неприглядный факт состоял в том, что Эспо действительно умел танцевать танго. Штука была в том, что на этот раз он должен был исполнять женскую партию, а это его всегда путало.       - Смотри, - через полчаса они все еще сидели за столом, потягивая дымный виски, - по рисунку танца ты сначала идешь туда, а потом сюда, понял? Держи даму так, будто она хрустальная, на кончиках пальцев. И сам ты должен быть как натянутая струна, и двигаться на цыпочках. Уяснил? Все, с теорией покончено, я включаю музыку и погнали.       Хавьер врубил одну из сотни подходящих мелодий, которые к этому времени как раз загрузились в ноут, и встал в позу тангейро:       - Ты должен начать танец вот так.       - Я еще мало выпил для этого, - вздохнул Райан.       - Так выпей еще. Я как раз поймал кураж. Дама ждет тебя, подбоченясь, - Эспозито продемонстрировал, вызвав хмыканье напарника. - А ты подходишь к ней вот так, - и он, изящно виляя задом подошел к гипотетической даме.       - Понял?       - Кажется, понял.       - Повтори!       Райан, пытаясь повторить движения Эспозито, неловко привстал на цыпочки и, подволакивая ноги, приблизился к Хавьеру. Тот, смеясь, согнулся пополам:       - Слушай, это гениально! Первый раз вижу человека, так достоверно изображающего петуха, погибающего от куриной чумки!       Заметив, что Райан наливается раздражением, он плеснул ему и себе еще виски и протянул стакан:       - Надо расслабиться, а то ничего не выйдет. Давай сначала ты побудешь в роли дамы, а потом поменяемся?       Райан отпил виски, поставил стакан и подбоченился: вышло ничего. Эспозито опять превратился в записного тангейро, даром, что так и не озаботился надеть футболку. Даже в таком виде он излучал силу и желание. Хавьер чувствовал, что огонь танца уже бурлит в его жилах. Он подошел к Кевину, одной рукой властно обнял его за талию, второй взял руку, прижал к себе несильным рывком так, что их правые виски соприкоснулись, и прошептал на ухо:       - Вот так, понял? Женщине в танце надо дать понять, что она уже твоя, что бы ни делала. Твоя - от кончиков пальцев до ресниц. А дальше ты должен показать, как именно ты ее любишь...       Если бы Райан мог, он бы упал. Горячая кожа Эспозито прожигала даже сквозь рубашку, его шепот был чертовски сексуален, и Кевин вполне мог понять, почему так быстро сдаются немногочисленные девушки Зито. Правда, было неясно, почему их так мало, но это не его дело, так? Танго обещало превратиться в пытку, но тут Эспозито начал танцевать, укладывая рисунок танца на паркет своей квартиры. Райан даже не мог ничего сделать - он просто плыл по течению реки, пытаясь судорожно уловить хоть какую-то логику. Он старался хотя бы держать спину и вовремя переступать ногами. Кошмар закончился, когда Эспо бережно прогнул его в пояснице и навис сверху, опасно приближая свои губы к губам Райана.       - Эспо... - прошептал Райан и волшебство кончилось.       - Вот на этом месте, если ты не хочешь, чтобы вечер закончился бурным сексом, лучше остановиться в сантиметре от поцелуя, - сказал Эспозито, возвращая Райана в вертикальное положение, но все еще не отпуская. Он стоял так близко, что Кевин мог видеть крохотные капли пота на смуглых висках, блестящие глаза, слышать, как бешено бьется сердце. Да он и за свое не мог отвечать - так быстро колотилось оно, грозя сломать ребра.       - Устал... Давай, передохнём? - предложил Райан напарнику.       - Давай. Я схожу за льдом.       Когда Хавьер вернулся, Кевин сидел в другом углу дивана со стаканом виски и в задумчивости.       - Так ты будешь продолжать? - спросил Эспозито.       - А куда мне деваться? - философски ответил Райан и криво улыбнулся. ***       Когда Хавьер Эспозито ходил за льдом, он попутно изуродовал приличный кусок стены - кулаком, обмотанным в полотенце. Совершенно случайно, разумеется. Кевин не должен был ничего заметить. ***       - А знаешь, Хави, - доверительно сообщил, прислонив голову к плечу Эспозито, Райан, - ты пахнешь кофе и виски.       - Неудивительно, черт возьми, - сказал детектив, листая Плейбой. Глаза Кевина были закрыты, чтобы не видеть соблазнительных красоток на глянцевых листах. Он же верен жене. Своей обожаемой Дженни, "медовое молоко". Но сейчас ему хотелось вовсе не медового молока, он хотел свой "кофе и виски". Впрочем, он у него был: рядом, спокойный, горячий и уютный. "Он как плюшевый медведь, - подумал Райан. - И не скажешь, что бывший снайпер, по сути - убийца". Он положил ладонь на грудь Эспо.       - Чего ты? - недовольно спросил Хавьер.       - Проверяю, жив ли ты еще. Может, скончался от стресса, разглядывая своих девиц.       - Единственный мой стресс сейчас - это ты, - сообщил Хавьер напарнику.       Кевин встревоженно открыл синие глаза:       - О, прости, я, наверное, слишком засиделся, и мне пора ехать...       Он попробовал встать, но Эспозито его одернул:       - Сиди. Ты и я уже выпили прилично, твоя машина у моего дома, вызывать такси - глупо. Я постелю тебе на диване, выспишься, утром поедем на работу, - еще одна страница отправилась справа налево.       - Ого! Горячая штучка! Прямо пылает! Смотри, Кев, она в твоем вкусе.       Райан перевел взгляд с Эспозито на Плейбой, потом снова на Эспозито, ничего не сказал, и снова устало закрыл глаза. Он уже смирился с ситуацией и с тем, что Эспо просто-таки мечтает о девушке, но девушки у него нет, и потому Райану придется бесконечно выслушивать монологи о грудастых моделях и длинноногих серфингистках, которых Эспо, конечно же, обязательно трахнет.       - Слушай, Хави, ты бы завел уже настоящую живую даму сердца, - Кевин, поглощенный философскими раздумьями, почти заснул, и потому почти мурлыкал, тихо, еле слышно.       - Что? - отвлекся от созерцания коричневых ореол силиконовой мулатки Эспозито. Он слегка наклонился к Райану, чтобы лучше слышать. Тот же, в порыве человеколюбия, поднял голову, чтобы было лучше слышно его. Так они и столкнулись: нос к носу, смотря друг другу в полупьяные, затуманенные виски и танго глаза.       - Я тебя сейчас поцелую, - констатировал спокойным, ровным голосом Эспозито.       - Да, - согласился Райан. А, может, только думал, что согласился, потому что звук, который он хотел произнести растворился в действии: губы Эспо действительно коснулись его губ, и это был не сон. Хавьер целовал его бережно, но так, будто делал это перед сном несколько тысяч раз. Будто бы это было столь для него привычно, что он даже не сомневался в реакции. А реакций было две. Сначала Райан потянулся навстречу - безотчетно, инстинктивно, повинуясь своим тайным мыслям. Он приоткрыл губы, позволив языку Эспозито проникнуть внутрь: аккуратно, медленно, очень нежно, без малейших следов неуверенности или торопливости. Потом, запаниковав, Райан отстранился:       - Эспо, ты что? - и надо добавить еще толику гнева в голос, а то неубедительно получается.       - А ты что? - Эспозито смотрел на него, будто все уже знал. Все его маленькие греховные мысли, все его постыдные сны. Все, что он от него утаивал последние полгода. Боже, ведь прошлые девять лет были чисты как лилии полевые! Что же случилось? Что?       Словно отвечая на вопрос, Хавьер потянул Кевина на себя так, что тот уже практически полулежал на нем и снова вовлек в поцелуй. На этот раз оба торопились, правда, не понятно, куда: они сталкивались зубами, кусали свои и чужие губы, потеряв голову от происходящего, и даже порыкивали - это была драка, это была борьба за первенство, за право объяснить, что происходит, за право на то, чтобы принять первый удар.       Они не знали, сколько длилось безумие: кровоточащие царапины тянулись у Эспо по левому бицепсу, Райан был встрепан до неприличия, и губы его распухли как у студентки колледжа после выпуского. Под глазами легли синие глубокие тени. Наконец он отстранился:       - Хавьер, нам надо остановиться, пока... Пока еще не поздно. Пока мы не зашли еще дальше.       - Можешь дальше не уточнять. Ты прав, Кевин, конечно,- Эспо тяжело дышал, и сам не знал, как ему удалось укротить такое количество тестостерона и адреналина в крови. - Конечно.       Райан молча встал и начал поправлять одежду:       - Я, наверное, все-таки поеду.       - Не стоит, - Хавьер встал и показал на хрустальную вазочку у дверей. - Там ключи. Белье в шкафу, бери любое. Там же - зубная щетка, бритва в ванной, лезвие сменишь сам.       Он подошел к стулу, снял висевшую на нем рубашку, надел ее и как был, босиком, пошел к двери.       - Хави, ты куда? - спросил растерянно Райан.       Эспозито повернулся, подошел к напарнику и четко, раздельно, глядя ему в глаза, сказал:       - Вот сейчас, если ты еще раз так меня назовешь, я уже никуда не уйду. - Помолчал, оценил секундную паузу и, хмыкнув, сообщил:       - Я в квартире напротив. Джессика всегда рада видеть меня, особенно по ночам, - он повернулся и вышел, оставив Райана в одиночестве.       Постояв в немом остолбенении с минуту, Кевин поднес руку ко рту и вцепился в костяшки зубами. Он плакал. Сентиментальный ирландский дурак, который придумал себе красивую историю, а когда пришла пора рассказывать ее вслух, забыл самое первое слово.       - Хави, - сказал он тихо. - Хави. Хави! - заорал Кевин Райан, зная, что в это время Джессика, так похожая на мулатку из журнала, уже обхаживает Эспозито. Уже откровенно рыдая, он сполз на пол и прислонился спиной к дивану. Жизнь была дерьмом, и виноват в этом был только он сам. *** По ту сторону двери, обхватив голову руками, прямо на полу сидел детектив 12-го участка Хавьер Эспозито и кусал губы, чтобы не ответить своему напарнику. Он сглупил, так отчаянно сглупил, позволив алкоголю и дурным мыслям захватить его, и теперь остается только избегать Райана всеми силами. Он должен сохранить его семью, его будущее, его любовь... Господи, да он даже стал вегетарианцем, как и Райан, только чтобы тому не было неловко звать его к себе на обед! Глаза защипало. Но детектив Эспозито был крепким камушком, и плакать он себе не позволил. Он злился на себя, и гнев пережигал слезы прямо в сердце. Если бы сейчас Кевин подошел к двери, о, если бы только Кевин подошел к двери... Но он не подошел.