See the devil in me.

Утро пришло быстро, так как я плохо спала этой ночью, хоть и уснула первая. Все-таки поход был не очень удачной идеей для осени. Земля уже холодная, ветер неприятный. И, как оказалось, с теми же мыслями проснулись и остальные. Хотя нет. «Проснулись» — слишком мягко сказано. «Воскресли» подойдет лучше. Более-менее бодрой была Ланей, ибо она, как я поняла, устроилась спать на дереве. Позавтракав остатками провизии с вечера, собрав вещи и благополучно сбагрив их Валькиону, мы двинулись обратно. Но всю дорогу меня не покидало непонятное чувство. Я постоянно оборачивалась и осматривалась по сторонам. Наверное, это все из-за той неприятной встречи вчера вечером… Паника не покидала меня до последнего. Зато, как я поняла, у Рафа настроение было лучше всех. Пусть радуется, пока может.

* * *

Помимо того, что весь оставшийся день я ходила сонная, так еще и все время голодная. Настроение также было хуже некуда. И похоже, другие это тоже заметили, поэтому и не подходили ко мне ближе чем на два метра. Как только мы вернулись в штаб, я практически сразу потеряла из виду Невру и Мари. Остальные же быстро вернулись к обыденным вещам: Раф и Аерон засели в библиотеке, хоть волк не очень долго там пробыл в этот раз; Эзарель вернулся к делам в лаборатории, Ланей отправилась промывать тому мозги; Икар пропала в тени коридоров. Заглянув попутно в столовую, я отправилась в комнату спать, но меня перехватила домовиха. — Нужна твоя помощь, — весело пролепетала рыжая, потянув за рукав. — А мне нужен сон, — буркнула я, но подруга все равно стояла на своем. — Успеешь выспаться. Мико ждет. Бегом! Закатив глаза, я побрела за Икар. Впервые меня охватывала такая лень, что я вообще ничего не хотела делать. Мы пришли в зал. Мико уже кому-то раздавала распоряжения, указывая то в одну сторону, то в другую. Закончив с теми, она принялась за нас с Икар. — Надо привести в порядок зал для бала. Икар знает что куда и все объяснит. Если кого встретите, можете и их позвать. В общем, проследите там за всем, — строго сказала кицунэ, но на лице ее красовалась легкая улыбка. — А когда бал? — спросила домовиха, тут же оживившись. — Завтра вечером, все как обычно. После Икар взвизгнула и, видимо, едва сдерживалась, чтобы не накинуться на Мико с объятиями. Мне же было как-то все равно. Дождавшись пока домовиха уймет свой порыв, я вышла из помещения. Икар повела меня на верхние этажи башни, петляя по коридорам. Вскоре перед нами предстал шикарный зал с большими окнами и чем-то похожим на небольшой фонтан по центру. Но недолго мне суждено было радоваться. Когда мой взгляд пал на ведра, тряпки и прочую муть для уборки, а также ящики и коробки, стоящие поодаль, я вдруг прозрела. Ведь именно нам надо привести в порядок этот, считай, стадион. — Да не все так плохо, — выпалила вполне довольная всем Икар, видимо, прочитав все по моим глазам. — Как знаешь… — прошипела я. В одном конце зала несколько юношей спорили между собой. Раз не ушли, значит это помощники, — Эй вы! Меньше разговоров, больше дела! Тряпки в зубы и вперед! Они были явно удивлены такому наезду от какого-то по сравнению с ними клопа, но все же почти сразу принялись за дело. Уже более спокойно я предложила им начать мыть полы со стороны балконов, а нам с Икар вытирать пыль с другого конца зала. Все были согласны. Да так в почти гробовой тишине, не считая шуршания тряпок, и прошел следующий час. К нам раз зашла Мари, но, увидев кучу веников и тряпок, быстренько смоталась. К тому времени я уже добралась до статуй. С гордым и всея-ненавидящим видом я стояла на стремянке и убирала пыль с каменной тети. Периодически я уходила в свои мысли и замирала, но с той же невозмутимостью вскоре продолжала работу. Сонливость не уходила, и нехорошее предчувствие тоже. Пока я пребывала в тяжелых раздумьях, кто-то сзади аккуратно обнял меня за талию. — Хозяюшка ты моя, — буквально промурчал Невра, стягивая меня с лестницы. — Не мешай, — негромко прорычала я, вцепившись в голову статуи. — Ну-у-у. — Не нукай. Я занята. — Ты думаешь, меня это сильно волнует? — ухмыльнулся вампир и ловким движением столкнул меня со стремянки, легко словив на руки, — Я, может вот, соскучился. — Мы здесь не одни, — еле слышно сказала я, стараясь увернуться от поцелуя. И это мне давалось нелегко скорее в моральном плане… — А ну руки убрал от моего сокровища! — со стороны послышался визг Марианны, делая акцент на слове «моего». Закатив глаза, я снова вцепилась в статую. Как ни странно, Икар и половины всего происходящего не заметила. Вообще, она, Миико и Алайэя не знают о нас с Неврой. Ну, с последней-то все понятно, Миико на глаза мы просто стараемся не попадаться, а что с Икар — непонятно. — Что? — сказать, что вампир ошалел — ничего не сказать. — Что слышал! Вали столы носить! Валькиону помощь нужна, — продолжала возмущаться лиса, чуть ли не пинками выпихивая командира. Сдержать смех не получалось никак. — И что? Значит, ты помогать пришла? — все еще смеясь, спросила я подругу. — Не-а, — произнесла Мари, как только один хвост мелькнул в тени коридора, и лиса исчезла. — Не лиса, а коза… — прошипела я и вернулась к своей работе. А это даже к лучшему, что она не осталась помогать. Ибо это были бы танцы со шваброй, катание по залу на щетках, пролитая вода даже там, где ее в принципе быть не должно. А так мы закончили работу за час до ужина. Зал почти в прямом смысле сверкал от чистоты, а статуи будто говорили нам «спасибо», замерев в немой, вечной улыбке. Только сейчас я осознала, какие же они красивые. Как только мы закончили, в зал стали заносить столы, стулья и другие более тяжелые украшения. После всего этого мы все, облегченно вздохнув, отправились в столовую. Мари уже была там, за обе щеки уплетая свою порцию. Я же когда увидела, что нам сегодня подают, начала шипеть и плеваться «ядом» в сторону каши. Но зато у других после такой беготни аппетит разыгрался не на шутку. — Ну что, девки, готовы к балу? — спросил довольный Эзарель, подойдя к нашему столику. — Завтра и увидишь! — едва заметно ухмыльнулась в ответ лиса. — И все? Как-то тухленько. Где же эти женские разговоры о платьях, о прическах, макияже, да танцах сутками напролет? — Платья уже есть, а все остальное, опять же, завтра, — подруга продолжала с невозмутимым видом стоять на своем. Я как-то все равно не особо была вдохновлена этим праздником. Единственное, что мне нравилось в завтрашнем дне, так это то, что завтра какой-то праздник фамильяров, и можно было затарится кормом и прочими вещами почти на халяву. Завтра у Корко пир. Еще немного поковыряв ложкой кашу, я попрощалась со всеми и ушла к себе в комнату. Настроение все было не очень. И Невру опять не видно. Провалившись в мысли, я шла по коридору до тех пор, пока в нормальное состояние меня не вернули непонятные и довольно громкие шорохи. Причем из моей комнаты. Распахнув дверь, передо мной предстала весьма интересная картина: Корко за хвост усердно тащил… Котенка? И ему это явно не нравилось. — Корко! Ну нельзя же так! — громко сказала я. Питомец, услышав мой голос, сразу оставил свою жертву и прильнул к моим ногам. Несчастный же пытался слиться со стеной, продолжая шипеть на обидчика. Я медленной начала подходить к котенку, — Хей, не бойся. Я не обижу тебя. А он больше так не будет. Но это не особо-таки успокаивало. Я стала метаться по комнате в поисках чего съестного, но кроме печенюшек и парочки яблок ничего не нашла. Ну, попытка не пытка. Положив несколько крекеров на пол недалеко от котенка, я чуть отошла и стала ждать, придерживая Корко. Долго ждать не пришлось, вскоре он начал выходить из тени угла. И тут я охнула. Котенок-то был очень даже необычный. Нет, это слишком мягко сказано. Жертвой моего фамильяра оказался черный двухголовый и двухвостый кот с ярко-желтыми глазами с голубой окантовкой вокруг них. И то ли это освещение такое, то ли он немного светился голубоватым светом. Родственник… Корко пристально наблюдал, будто бы снова собираясь куснуть бедолагу за хвост. — Так. Пока ты его еще раз до инфаркта не довел, иди дальше гуляй, — приказным тоном проговорила я. Немного поскулив, ящер все-таки выпрыгнул в окно. Котенок наконец осмелился отведать угощения. Съел он совсем немного, видимо, печенья ему не по душе, но понял, что я ему не враг. Он медленно подошел ко мне и стал тереться о ноги, мурлыкая с двукратным усилением. Гладить его было немного странно и жутковато. Пока я думала, что с ним делать и чем накормить, котенок с видом хозяина комнаты запрыгнул на кровать и, свернувшись клубочком, придремал. Неужели мне придется кормить теперь четыре рта, вместе со мной. Корко конкуренцию не одобрит. Но кот есть кот, и он уже решил все сам. Оставшийся вечер прошел уже спокойно. Я кое-как выпросила у Каруто кусок колбасы для кота с мыслью, что пока поест это, а потом уже буду узнавать кто это и чем питается. Когда я предъявила, что назову его Цербером, даже сам кот малость ошалел. Ну, а что? Это единственное, что у меня с ним ассоциируется. Остается смириться. Ближе к ночи мне захотелось перебрать вещи в шкафу. И тут я вспомнила про свое платье, которое не очень давно купила с Мари. Вот и пригодится завтра. Аккуратно повесив его на стул, чтобы к балу оно выпрямилось, я сложила остальные вещи и уже отправилась спать. С новым жильцом комнаты было как-то спокойно. Ведь кот — хранитель домашнего уюта. Две головы — в два раза больше добра.

* * *

Утро было довольно хорошее. Только вот разбудил топчущийся по мне кот. — Есть хочешь? Ну, придется подождать, — улыбнулась я, на что получила одобрительное «мяу». Корко сидел в стороне и жевал свой завтрак, всем своим видом показывая недовольство, — Не смотри так. Сам его привел ведь? Раздраженно фыркнув, питомец направился к окну и скрылся. Ох, надо ему купить что-нибудь в качестве извинения. Кстати об этом. Надо торопиться, пока меня Мари не спохватилась со своей «подготовкой к балу» и прочей ахинеей в этом духе. На часах было половина первого. Я быстро собралась и, ухватив свою сумку с кофтой, покинула комнату. В штабе было очень оживленно. Наверное, все старались уложиться с делами до начала праздника. Выйдя из башни, я заметила, что на улице тоже было много (не)людей. Вот сегодня настроение было праздничное. Я чуть ли не в припрыжку шагала вдоль улицы, заглядывая то в один магазин, то в другой. Приехала большая ярмарка в честь праздника фамильяров. Как раз покидающую ее, шла довольная Ланей, таща в руках большое голубоватое яйцо с нарисованными золотистыми листьями вокруг. — Тоже пришла за покупками? — улыбнулась я подруге. — Доброго дня, — шатенка улыбнулась в ответ, — Ага. Хотела, вот, соувига купить пока скидки. — Так это же не он, — я вопросительно уставилась на яйцо в ее руках. — Именно. Я, кажись, так задолбала продавца, чтобы он не поскупился и сделал скидку больше, что он просто впихнул мне его и скинул аж девяносто пять процентов. Считай даром отдал. — Я теперь с тобой по магазинам ходить буду, — мы вместе рассмеялись, — А это кто тогда? — Полярная сова, если не путаю. Красавец будет! — Не сомневаюсь. Ну, я пойду, а то боюсь, скидки еще уберут. — Тогда торопись. Я не одна умею торговаться там, — махнула рукой джин, чуть не выронив нового фамильяра, и скрылась в толпе. К счастью, я успела закупиться. К несчастью, о своем коте я почти ничего не узнала. Только то, что это редкий детеныш сиралака. Вернувшись обратно ближе к четырем часам, я обнаружила, что моя комната оккупирована Мари. Сходу та начала орать на меня. — Ты же знаешь, что сегодня мероприятие! Надо же хоть чуть ответственной быть! Собираться ты когда будешь?! — Мари, милая, только ты так беспокоишься на этот счет, — спокойно сказала Ланей, которая уже нашла общий язык с котом на шкафу. Я ее сначала и не заметила. — Вот-вот. Не беспокойся, успеем, — мягко улыбнулась я, стараясь хоть как-то задобрить подругу. Ворча что-то под нос, лиса начала раскладывать мелочевку по типу косметики, расчесок, заколок и прочего на столе. — О, барахольщица, — усмехнулась джин, но была успешно проигнорирована лисой. — Сядь, — строго сказала Мари, что я сразу и сделала. Она начала аккуратно расчесывать мои волосы и проводить прочие обряды над ними. Кстати, сама же она была почти собрана. Какое-то время мы провели в тишине, лишь периодически мурлыканье Церба разбавляло обстановку. Когда Мари закончила я замерла. Белые локоны аккуратно лежали на плечах. Несколько передних прядей она убрала назад, закрепив их заколкой с голубой розой. — Я просто хотела, чтобы ты была красивой, — тихо произнесла лиса с нежной улыбкой. У нее в правду золотые руки. Пока она убеждала спуститься и провести ту же процедуру с Ланей (и она это сделала), я стала потихоньку одеваться и дополнять образ мелкими деталями. В конечном итоге я была в восторге. Осмотрев себя и подруг, я не могла сдержать улыбку. — Мари, мы как принцессы из детских сказок, — негромко сказала я. — Жаль только, что эта любовь к замкам и принцессам улетучилась довольно рано. Ланей стояла перед зеркалом в немом шоке, поворачиваясь то одним, то другим боком. Синее шикарное платье сидело на ее стройном теле прекрасно. — Давно такого не было… — прошептала шатенка, пытаясь оторваться от своего отражения. Лиса лишь довольно хмыкнула. Вскоре мы поняли, что опаздываем. Но коронная фраза Мари «Мы не опаздываем, а задерживаемся» немного успокоила. Да, с этой фразой она идет по жизни. Преодолеть такое количество ступенек в таких-то платьях было ой как не просто. И вот перед нами предстал бальный зал во всей своей красе. Кто-то стоял возле столов с закусками, кто-то стоял у окна и мило беседовал, кто-то уже кружил вокруг фонтана в вальсе. Меня охватила ностальгия. Краем глаза я заметила Мико. Даже она сейчас выглядела не так воинственно и сурово. Почти сразу Мари забрал Валькион. Он тоже сегодня не был в своем боевом одеянии, что было очень непривычно. После из виду я потеряла Ланей. Пришлось в одиночестве пастись у столов. Но недолго. — Могу ли я пригласить Вас на танец? — за спиной вдруг послышался родной голос. — Конечно, — поддерживая образ светской дамы, я обернулась и сделала приветственный реверанс. Расплывшись в улыбке, Невра взял меня за руку и, выйдя в центр зала, мы закружили в танце. Для меня было немного странным, что он так хорошо умеет танцевать. — Ты прекрасна, — после небольшой паузы негромко сказал командир, не сводя с меня своих серебристых глаз. — Спасибо. Ты тоже… — я не нашла лучших слов, но ему и этого было достаточно. Сливаясь с музыкой, мы плыли по залу вместе с другими парами. Постепенно мы разговорились. Я рассказала о новом жильце комнаты и спросила, знает ли Невра что-нибудь об этом виде. Ничего нового, кроме того, что раньше у нас такие не обитали, я не услышала. Постепенно зал все больше заполнялся. Неожиданно кто-то окликнул командира, и пришлось остановиться. — Я не надолго покину тебя. Не скучай, — улыбнулся он и, поцеловав меня в лоб, скрылся в толпе. Тяжело вздохнув, я стала плыть вдоль столика с закусками. Но и в этот раз мое одиночество не длилось долго. — Все ешь? — непонятно откуда появился Раф. — Ага. Будешь? — ухмыльнулась я, протянув ему бутерброд с большими капустными листьями. — По-моему, овечка здесь не я, — выпалил волк, довольствуясь моим раздражением. — Ой, как хочешь. — Да ладно тебе. Не обижайся, — уже более ласково улыбнулся он, поправив выбившуюся у меня из прически белую прядь, — Я пришел тебя на танец пригласить. — Ну… Я… — я начала запинаться, так как считала это… Неправильным. — Между прочим, нельзя весь бал проводить с одним партнером. Не положено. — Н-но… Л-ладно. Только исходя из этого правила, — я все-таки сдалась. С видом победителя он подал мне руку и повел в центр зала. Танцевал он, как ни странно, прекрасно. — Т-ты… Очень красивая, — вдруг прошептал голубоглазый. — Спасибо, — улыбнулась я. — Кира. Почему? — Что? — его неожиданно-непонятный вопрос застал меня врасплох, так как я уже успела провалиться в свои мысли. — Что ты увидела в нем? Что в нем такого, чего нет у меня? — его ярко-голубые глаза наполнились грустью и болью. Раф… — То, чего нет у меня. Что я не могу себе позволить. Я… Не смогу это объяснить. — Киара… Ты самое прекрасное и чистое в этом мире, в моей жизни. И я не могу смириться с тем, что все больше и больше упускаю тебя. И до сих пор с того дня… Что-то жрет меня изнутри. Я ненавижу себя за то, что когда-то хотел или даже причинил тебе боль. Но я верю, наша встреча ведь не была случайной. — Раф, ты, наверное, знаешь, что я в этом мире оказалась совсем случайно, хоть родом я и отсюда. Я часто задумываюсь. А ведь может это просто сон? Такого не должно было быть. Маленькая, но роковая случайность. И ее не могло было быть. Я могла бы не попадать сюда, не встречать всех вас, а жить своей обычной жизнью. Но если… Если это все-таки сон, я желаю никогда не просыпаться. Прости меня. За все. Но я нашла себя уже в другом человеке… — Я понимаю, — волк с трудом натянул улыбку, полную грусти. Прикрыв глаза, он крепко обнял меня, — Я рад что встретил тебя и буду ждать. И учти, если этот кровосос обидит тебя, я его размажу на месте. — Хорошо, — на глазах стали наворачиваться слезы, но я старалась сдерживать их как только могла. Ужасно больно за него. Но я не могу иначе… Еще раз улыбнувшись мне, он ушел. Его прекрасные глаза окутала пелена слез. Милый волчонок… Сердце разрывалось. Оперевшись на массивную колонну, я пыталась переварить все и успокоиться, но на душе было гадко. Надо было пойти… Не оставлять его одного сейчас. — О чем говорили? — неожиданно кто-то спросил меня. Невра стоял чуть поодаль, скрестив руки и как-то странно смотря на меня. — Ни о чем, — отрезала я. Командиру это очень не понравилось. — Правда? А мне так не кажется. — Тебе не обязательно знать обо всем. — Да? Тогда хотя бы ради приличия могла бы не крутиться вокруг этого волка! — он начал постепенно поднимать голос. — Я крутилась?! А ты ли не оборзел? Не знаешь, молчи! Так хоть умным показаться можешь! — прорычала я в ответ, стараясь не менять тон. — Я не слепой. И я знаю как он к тебе относится, — прошипел черноволосый, но после уже начал чуть ли не орать, — Да что там, ты и сама это знаешь, но все равно вьешься вокруг него! — Значит мне надо закрывать глаза на тебя в вечной компании девушек, а тебе надо пилить меня из-за одного друга, — вскрикнула я, выделив последнее слово. — Эй! Может успокоитесь? У нас тут праздник вообще-то, — к нам обратился Эзарель, немного рассерженный таким поведением. Мы совсем забыли о том, что находились в общественном месте. — Засохни, гербарий, — зло выпалила я, не отрывая гневного взгляда от Невры. Но эльфа это сразило. Да и я сама удивилась тому, откуда вообще могла выдрать эту фразу. — Если он тебе так важен, можешь идти к своему спасителю! Знаешь, может лучше было бы оставить тебя в Лирии с этим жалким волчком? Может твое спасение — моя ошибка? — Невра выдал это на одном дыхании, не задумываясь о своих словах. — Может быть, — прошептала я, едва сдерживая слезы, — Моей главной ошибкой был ты. Обойдя командира, я направилась к выходу, напоследок добавив: «И то, что я сразу выбрала тебя. Зря?» Я долго неслась по коридорам, спотыкаясь и путаясь в платье. Везде было много людей. Везде. Слишком много. Решив, что на улице будет еще больше, я свернула в сторону лестницы. И только когда свет стал более приглушенным, шум стих, а обстановка сменилась цветущим подвалом, я остановилась и дала волю чувствам. Я разрыдалась, упав на колени возле пышной клумбы. Прости, Мари. Я испортила твои труды. Я никак не могла сдержать ту бурю, что бушует внутри. Помещение наполнилось моими всхлипами и криками. Я долго не могла остановиться. Прохладный ветерок, созданный сквозняком, приятно скользил по разгоряченным щекам, проплывая по цветам и колыхая водную гладь небольшого пруда, после чего возвращался обратно. Снова воцарилась тишина. Эмоции ушли, а на их место пришли легкость и пустота. Я сидела на холодном полу, уставившись пустым взглядом куда-то в потолок. До этого у меня никогда не было времени рассмотреть эти необычные светящиеся цветочки и грибы. Это место было не менее красивее сада возле штаба. Я так засмотрелась, что не сразу услышала легкие шаги позади себя. Я не хотела знать кто это, но все же обернулась. Крик буквально застрял у меня в глотке от обессилия. Все с той же безумной улыбкой у воды стоял шут, качаясь из стороны в сторону. — Что ты здесь делаешь?! — первое, что я все-таки смогла произнести. Он молчал, — Тебе нельзя здесь находиться! То ли это говорила гордость, мол, во второй раз я не облажаюсь, то ли дурь. Ибо инстинкт самосохранения куда-то убежал. А черноволосый все не реагировал. — Я с тобой говорю! Уходи немедленно! Мико устроит, что ты будешь упрятан в темницу надолго! — Демону нельзя смотреть в глаза, иль станет кровавою красной роса, — он так внезапно заговорил, что я сначала даже потерялась. Он опять о своем… Прошу, просто уйди. Но шут продолжил, резко обернувшись, — Не веришь мне? А ты лучше поверь. И не избечь этому миру потерь. Да начнется наш карнавал! Я не осмелилась его перебивать, поэтому молча стала отходить назад. Но пока продумывала план побега, парень уже каким-то образом оказался в метре от меня, стоя на каменной клумбе. — Последний свой стон синий зверь издавал, но не закончим на этом мы бал, — с хищной улыбкой прошипел шут. Синий зверь. Я где-то уже слышала это. На пару секунд замерев, он продолжил, но уже тише, — Отец, что не спас своих первых детей, устроит свой собственный здесь колизей. Мимо меня вдруг что-то пролетело, и это что-то явно было острым. — Уходи… — прошептала я. Страх снова сковывал меня изнутри. — Закончилось время судьбы клоунад, однажды погиб — не вернешься назад, — его звонкий голос словно гром раздавался по помещению, но после перешел на шепот. Голубоватый свет, исходящий от необычных растений, придавал ему мрачность и ужас, — Отец, что не спас своих юных детей падет пред рукою, что снега белей, лицом, что стало камня вмиг холодней. В голосе шута теперь играла не жестокость и безумие, а боль и горечь. Но мне от этого становилось еще хуже. Волна панического страха снова начала накатывать. И он будто заметил это. Одним рывком соскользнув с места, где стоял, черноволосый оказался прямо передо мной, одной рукой схватив за шею. Но в следующее мгновение я снова была свободна, совершенно не понимая, что происходит. Шут замолчал. — Ты тогда не понял что ли?! — надо мной пронесся чей-то рев. И шут исчез. Но на лице его перед этим был не тот сумасшедший оскал, а грустная и легкая улыбка. Последнее, что он сказал: «Он вновь потерял своих милых детей.» В подвале снова воцарилась тишина. Ко мне спиной стоял запыхавшийся Раф. — Ты как хочешь, конечно, но я молчать не буду, — серьезно сказал тот и зашагал прочь. — И куда ты? — произнес второй голос. — К Мико. Посмотри, не ранена ли она. Непонимающий взглядом я проводила волка, и тут увидела Невру. Тяжело вздохнув, он направился ко мне. Вампир только нагнулся, чтобы помочь мне встать, как я резким рывком оттолкнула его руку. — Не трогай меня, — сказала я с таким холодом в голосе, что сама испугалась. — Не выдел… — Я сказала, не трогай меня! — не дав ему договорить, закричала я. Не долго думая, я понеслась к выходу. Наверху было все также много людей, но меня, к счастью, никто не заметил. С грохотом я ворвалась в свою комнату, снова рухнула на пол и зарыдала. Как же гадко на душе сейчас было. Из-за своих же всхлипов я не сразу услышала вопросительное мяуканье Церба. Глаза котенка будто светились в темноте. Но две пары глаз, конечно, смотрелись еще внушительнее. Кое-как улыбнувшись ему, я встала с пола. Ужаснувшись своего отражения, я стала переодеваться. Корсет сделал свое дело. Только когда платье упало вниз, я наконец смогла вздохнуть полной грудью. Полотенцем я вытерла размазанный макияж и распустила волосы. Присев на кровать, я застыла. Ветерок, гуляющий по комнате из-за приоткрытого окна, приятно холодил кожу. Я хотела провалиться сквозь землю и больше не видеть никого и ничего. Из прострации меня вывел шорох. На подоконнике сидел довольный Корко, держа в зубах очередную безделушку. Наградив того хорошим ужином, я снова увалилась на кровать и вернулась к угнетающим мыслям. Глаза неприятно жгло и ужасно хотелось спать. Но как бы я сейчас не старалась, уснуть не получится долго. Праздник превратился в хаос, хоть и далеко не для всех. Чтобы хоть как-то отвлечься, я достала канцелярию и села рисовать. Первые штук пять листов я благополучно выбросила, а на шестом стали появляться неплохие наброски Церба. А он очень даже хорошая модель. Прошло немало времени, и вот на листе во всей своей красе предстал кот. Редко у меня получались животные, но и в правду, этот кот особенный. На часах уже была половина второго. Как и куда бы я не ложилась — уснуть не получалось. Навернув пару кругов по комнате, в моем мозге что-то щелкнуло. Натянув для приличия футболку, я вышла из комнаты. Все уже затихло, и не было ни единой души. Перебирая все возможные ругательства и обзывательства, я шла по коридору и остановилась у комнаты Невры. Как к себе домой, я с важным, но малость убитым видом зашла, осмотрелась, подошла к кровати и легла к вампиру, уткнувшись носом в его спину. И я как знала, что он не спит. — Чего ж к волчонку спать не пошла? — проворчал черноволосый, даже не повернувшись. Собрав всю волю и силы в кучу, я поднатужилась, приложилась, и рывком спихнула вампира с кровати с глухим, но громким стуком. Зевая, я подобрала под себя одеяло и перевернулась на другой бок. — Ну одеяло-то отдай, — прошипел он после того, как встал и закончил ворчать. — Нет. Тишина. И долгая такая. Еще что-то сказав себе под нос, Невра лег на кровать и, крепко обняв меня, прижал к себе, зарывшись носом в волосы. В итоге я сжалилась и пожертвовала кусок одеяла. — Я не хочу терять то, что так важно мне тупо из-за какой-то гордости и упертости, — прошептала я, сама того не ожидая. Командир долго молчал. — Поумнела что ли, — едва слышно сказал он. — Я ведь не поленюсь вытолкать тебя снова. Невра тихо рассмеялся. Наконец я начала засыпать. День был невероятно тяжелый, и надеюсь, он останется в прошлом.