Переплетая пальцы

      Вернон проснулся как обычно около девяти утра. Были каникулы, так что не было нужды подрываться и бежать занимать очередь в ванную, по пути надевая носки. Перевернувшись на спину, он взял телефон и открыл контакты, найдя номер Сынквана. Он минут пять просто смотрел на экран. «А вдруг он еще спит? Лучше не буду…» — решил он и стал одеваться. Он все поглядывал на телефон и периодически брал его в руки с мыслью: «Так давай. Сейчас. Пофиг, что он спит. Хватит спать вообще!» — но потом все равно кидал телефон на кровать. «Че я как девчонка вообще. С какой стати я ему звонить то буду? Мы ведь даже не друзья». Тем временем Сынкван не выпускал телефон из рук. Он ждал звонка. Каждые пять секунд он проверял включен ли звук, хватает ли зарядки, есть ли сеть и не пропустил ли он уже звонок. Но нет, ничего такого не было. «Почему я вообще так беспокоюсь об этом? Может это была просто вежливая форма? Типа как „хорошей жизни“ только „я позвоню завтра“? Возможно… Он же американец. Черт! Опаздываю на репетицию уже ведь!». Сынкван поспешил на кухню, а потом пулей вылетел из дома, забыв телефон на тумбочке.       Несколько часов Сынкван провел на занятии по вокалу, потом с несколькими парнями они пошли пообедать. В это время Вернон лежал на кровати в своей комнате и наконец решился. Но в ответ он слышал только гудки. Парень позвонил еще раз через некоторое время, но снова не было ответа. Вернон звонил весь день. Он переживал что что-то могло случиться, и одновременно ему было неловко оттого, что он беспокоился за едва знакомого парня.       Вернувшись довольно поздно домой, Сынкван взглянул на телефон, и что-то екнуло у него внутри. Он кинулся к нему и посмотрел на дисплей. Тринадцать пропущенных от Вернона. Руки Сынквана начало потряхивать, он не знал, радоваться или нет. «А вдруг с ним что-то случилось и ему нужна была помощь? Нужно перезвонить, или нет? А вдруг он спит?». И тут телефон Сынквана начал вибрировать, и заиграла знакомая мелодия. Бу вздрогнул и выронил телефон из рук так, что он упал и развалился на составляющие (крышка отлетела, и аккумулятор выпал). — Черт! — завопил Сынкван и судорожно начал реанимировать телефон. Но из-за нервозности получалось медленнее. — Что же делать, аааа!       Наконец-то он справился со всем и набрал номер Вернона. Даже первый гудок не успел прозвучать полностью, как на другом конце провода послышался голос Хансоля: — Ты чего трубку не брал, а??? А теперь еще и сбрасываешь? Что за манеры вообще? — П-прости я… Оставил телефон дома… — Я же сказал, что позвоню! — Да прости! Какое тебе вообще дело до меня? — уже спокойно, но с недоумением спросил Сынкван. — И правда. Никакого. Пока.       И Вернон бросил трубку. Он не хотел больше звонить ему, но и отпускать тоже. Он вспомнил, что Сынкван говорил что-то про выступление. Парень пришел в комнату Софии и как бы невзначай сказал: — Сестренка, а ты знаешь, что Сынкван скоро будет где-то выступать? Ты же хочешь его поддержать?       Эта новость явно привела девочку в восторг, поэтому она тут же написала ему и обо всем узнала. — Братик, а ты пойдешь со мной? — Ну я не знаю… София, у меня ведь и свои дела есть. — Ну, браа-ааатик! Ну, пожалуйста! — Ладно. Но только ради тебя. — Ты лучший, Хансоль!       Выступление должно было состояться через три дня. Целых три дня. Вернон не мог ждать так долго. Ему почему-то хотелось увидеть Сынквана прямо сейчас. Он жаждал узнать его получше. Он сам для себя решил, что они бы могли стать хорошими друзьями. «Наверное, он заботит меня так, потому что что-то внутри меня понимает, что из нас выйдут друзья. Да, это судьба. Только поэтому. Ведь мы одногодки. Друзья, да.»       На следующий день Сынкван сам позвонил ему ранним утром, когда Вернон еще спал. Бу про себя проговаривал слова, которые скажет парню.       «Привет, Вернон. Я хотел извиниться. Можно я угощу тебя японской едой? Ты любишь японскую еду? Или может в пиццерию…» — Ало? — послышался хрипловатый сонный голос Хансоля.       И тут же у Сынквана вылетело все из головы, а язык обмяк, и он словно разучился говорить. — Ало? Сынкван, ты что ли? — Да…яя… — Че в такую рань то звонишь? — Я спросить хотел… эм… Ты не хочешь поесть? — Поесть? Сейчас семь часов утра, Сынкван. Я хочу поспать. — А. ну ладно…       Сынкван положил трубку и уселся на кровати, уставившись в пол. После обеда ему пришло смс: Ver: «Я голоден» Sk: «Могу угостить» Ver: «Круто. Встретимся у моста?» Sk: « Ок»       Через сорок минут они встретились у моста. Была хорошая погода, но немного дул ветер. — Привет! — первым поздоровался Сынкван. — Ага. Ну, пошли?       Парни весело зашагали в сторону закусочной. — Ээ-эй, — заканючил Сынкван. — Я не пойду туда-аа. — Что? — приподняв бровь, спросил Хансоль. — Нормальное кафе. — Не буду я там есть, — надулся Сынкван. — Ты чего такая привереда? М? — Пойдем лучше в «Медовые ножки»? — Ты шутишь? Это девчачье кафе! — Ничего не девчачье! — надул пухлые розовые губки Сынкван.       Хансоль уставился на него, пытаясь сдержать смех, тогда Сынкван схватил его руку в свои две и начал подпрыгивать, как маленький ребенок и канючить. — Ну пойдее-еем! — Ах-ха-ха! — засмеялся Вернон. О, какой же фейерверк взорвал этот смех внутри Сынквана. Хансоль улыбался, обнажая все зубы, его верхняя губа поднималась, а глаза суживались. Он был так красив в этот момент. — Ладно, ладно, милашка! Только я подожду снаружи, — сказал Вернон, высвободив свою руку из аккуратных, почти девичьих ручек Бу.       Подойдя к кафе, Сынквана заметили группа каких-то девчонок. — О-о! Сынкванни! — нежным голоском, мило округлив ротик, протянула одна. — О-о-о! Привееет, оппа! — Привет, девочки!       Тут произошло нечто, что заставило Хансоля с недоумением уставиться на Бу и его подружек. Они станцевали небольшой приветственный танец. Девчачий приветственный танец. Его лицо немного вытянулось, и он прикрыл рот рукой, чтобы рассмеяться не очень сильно. Рассматривая девчонок, он заметил одну, с короткими крашеными в салатовый цвет волосами. Она ничего не говорила, только иногда смеялась вместе со всеми, но немного запоздало, как будто не сразу понимала в чем шутка. — Хансоль, подожди немного я сейчас! — крикнул Бу и скрылся в небольшом дверном проеме кафе.       Через несколько минут он вышел с двумя коробками курочки. — Ну все! Пока, девчонки! — Пока-пока, Бу! — Увидимся на репетиции, булочка-Бу! — крикнула девушка с зелеными волосами. — Кто эти девчонки? И что это было такое? Пирожок-Бу? Мне можно тебя так же звать? — сдерживая смех, сказал Хансоль. — Да ээээ, на свою курицу и пойдем сядем где-нибудь.       Они дошли до небольшого парка и устроились там. Они рассказывали друг другу истории и про жизнь в общем. — Значит, ты хочешь стать знаменитым? — спросил Вернон. — Ну. А ты не хочешь? — Я хочу, чтобы люди слышали меня и рэп… Рэп — это способ быть услышанным. — Оооо… Ты не похож на других, кого я знал. — Ты общаешься только с девчонками? — Нет. Я… Я общаюсь и с парнями тоже, но не часто. — У тебя ведь выступление скоро. Волнуешься? — Немного, если честно, — приподняв бровки, сказал Сынкван. — Немного? — Хансоль подвинулся и заглянул в глаза парню. — Ну ладно. Много, но это неважно. Я справлюсь. София, кстати, обещала прийти. Ох! — Сынкван немного поежился, от дунувшего холодного ветра. — Вот на, — Вернон снял в себя ветровку и протянул ее другу. — Ты чего? — Чего? Мне то недалеко домой идти. А ты простудишься прямо перед концертом. Так не годится. — Спасибо… — Да ничего. Ладно, — Хансоль поднялся со скамейки, — давай по домам, а то меня мама скоро потеряет, да и София, наверное, скучает. — Да-да. Спасибо еще раз, Вернон, — лучезарно улыбнувшись, сказал Сынкван.       Хансоль хотел остановить этот момент. Невысокий, вежливый и немного женственный парень улыбался ему самой милой улыбкой, а в глазах столько теплоты и надежды, что ему самому стало хорошо и легко на душе. Он невольно улыбнулся, забывшись в своих мыслях. — Эй, ты чего? — Сынкван легонько толкнул его в плечо.       Хансоль тряхнул головой. — А? Да! Пока! — он развернулся и пошел в сторону дома.       Сынкван недолго постоял на месте, смотря ему в след, а потом пошел к остановке. Он все еще немного ежился от ветра, но застегнув ветровку ему стало теплее. Парень почувствовал запах владельца куртки и неосознанно улыбнулся, стараясь вдохнуть поглубже и как следует прочувствовать аромат.       «Почему он заставляет меня нервничать?.. Так не пойдет. Надо отвлечься… А та девчонка… девочка ничего. Надо бы узнать ее имя и kakaotalk» — подумал Вернон по пути домой.       В день концерта шел дождь. Несильный, но постоянный, мелкий, холодный. Небо было пасмурно и неприветливо. — М-м-м… Я не хочу выходить, — заканючила София. — Там дождь! — Но Сынкван ведь выступает сегодня. — Может концерт отменили? — Он бы сказал, верно? — Значит, ты намерен пойти? — спросила мама. — Конечно. Кто-то должен его поддержать, — наскоро одеваясь сказал Хансоль. — Одевайся тепло, братик! — сказал София, протянув ему свой маленький зонтик с котятами. — Вот возьми. — Ах-ха! Спасибо, София, думаю, мне это не поможет, — он нагнулся и поцеловал сестренку в щечку. — Пока-пока!       Вернон мчался к месту концерта со всех ног. Он волновался и боялся опоздать. Еще он беспокоился, что из-за дождливой погоды у Сынквана будет нехорошее настроение, и он плохо выступит и расстроится. Вернон был на месте. Это была небольшая площадка в сквере. Зрителей было совсем немного, видимо, — родители и друзья выступающих. Хансоль тяжело вздохнул, достал телефон, посмотрел на время. Начало через десять минут. Он решил сходить за горячими напитками. Он вернулся как раз, когда на сцену вышел Сынкван. В скромном костюме, стройный, а на лице улыбка, которая была солнцем в этот серый день. Увидев его, Хансоль сам улыбнулся и продвинулся поближе к сцене. Редкие аплодисменты, Хансоль в свою очередь не пожалел ладоней, хоть ему и пришлось сложить зонтик, чтобы похлопать. Когда Сынкван начал петь, Вернон заметил, как изменились в лице окружающие люди. Они словно просветлели. Его голос возносил куда-то выше, в облака, где уже нет дождя, есть только золотистое солнышко и эта холодящая свежесть и влажность воздуха, какая бывает после дождя. И радуга у которой четко видно все цвета, а не только семь. Наверное, это была радуга из десятков оттенков, которыми переливался голос этого парня. Такой чарующий, обволакивающий, заставляющий забыть о всех невзгодах, обо всем, что тревожит. Это голос, взывающий и трогающий самые потаенные уголки сердца. Когда Сынкван закончил петь, пару секунд была гробовая тишина. Такое бывает, когда людям нужно пережить в себе пару секунд то, что они сейчас увидели или услышали. Первым захлопал Вернон, а за ним и все остальные. Улыбка Сынквана сияла ярче обычного.       После, на сцене выступали какие-то другие дети, но переплюнуть Сынквана никому не удалось. — Эй! Это было нечто! Ты невероятно талантлив! — сказал Хансоль, увидев как Сынкван выходит из небольшой гримерки. — Омо! Вернон? Ты здесь? — А где же мне быть? — Ты пришел… — Конечно. Разве я мог не прийти? — Спасибо… Тебе и правда понравилось? — Шутишь? Ты должен петь на большой сцене! Я боялся, что погода смутит тебя… — А, погода? Я люблю дождь, на самом деле, так что она даже помогла мне.       «Солнце любит дождь?» — пронеслось в голове у Хансоля. — Пойдем ко мне? — вдруг сказал Сынкван. — Что? В гости? — Ага. У меня будет небольшая вечеринка… Только девчонок подождем, ладно? — Тех самых? — Да. Я тебя заодно познакомлю. Они тоже очень талантливые. — Поют? — Ну Сурин и Чанди поют, а Хэин, которая с зелеными волосами, танцует. — Хэин? — Ага… А что, понравилась? — Да… Не то чтобы… — Если пойдешь, то познакомлю. Она замечательная. И отлично готовит…       Немного помолчав, он еще добавил: — Только сильно ей не увлекайся. — А что? Ревнуешь? Ахаха!       Сынкван лишь посмеялся в ответ, но честно говоря, он не до конца понимал, что на самом деле да. Он ревновал.       После выступления девочки вышли из гримерки. Хэин задержалась дольше других. — А где Хэин? — Ох, она копуша, — сказала милая девочка с длинными черными волосами, которую звали Сурин.       Вернон поглядывал на дверь гримерки, с нетерпением ожидая девушку. Ему не терпелось посмотреть на нее вблизи. На сцене она была восхитительна, как казалось Вернону. Только после ее выступления аплодисменты были совсем скудные. — Ва! Наконец-то!       Из гримерки вышла невысокая девушка с худыми коленками и салатово-мятными волосами, которые немного лезли в лицо, по пути она застегивала большую, и по-видимому, тяжелую сумку, немного пыхтя. — Эй, давай помогу! — подскочил тут же Хансоль.       Девушка подняла глаза, немного испугавшись. У нее были небольшие карие глаза, но было в них что-то особенное. Они были как крепко заваренный чай. — Это Хансоль, — немного резко сказал Сынкван. — Можно Вернон, — улыбнувшись, сказал парень. — А, — девушка одной рукой убрала прядь мешающий волос за ухо. — Я Хэин, — поклонившись, сказала она и расслабила хватку, чтобы Вернон мог помочь ей. — Ну пойдем? — ободрила всех Чанди — девушка с челкой и в очень короткой юбке. — Да. Только по пути купим чего-нибудь вкусненького, — весело отреагировала Сурин, немного подпрыгнув на месте, и прихлопнув в ладоши.       По пути к общежитию, где жил Сынкван, громче всех разговаривали Сынкван и Сурин. Они наперебой что-то рассказывали и шутили. Чанди иногда вклинивалась и колотила Сынквана в шутку по плечу. Хансоль нес сумку молчаливой Хэин. Она молчала, пока ее о чем-нибудь не спрашивали, и скромно улыбалась, убирая пряди зеленых волос за ухо.       В магазине Сурин захотела покататься в тележке, а громкий Сынкван и веселая Чанди ей в этом оказали полную поддержку. Хансоль и Хэин в свою очередь набирали всякой еды.       Выйдя из магазина, все заметили, что Хэин идет позади. — Эй, что-то не так? — спросила ее Сурин. — А? Нет, я просто устала. Ноги болят… — Давай я понесу тебя? — отозвался Хансоль. — Что? — Запрыгивай говорю, — с улыбкой сказал парень и подсадил девушку. — Эй, Сурин! У меня что-то ножки разболелись… И голова… Я не могу идти, Сурин! — заныл как ребенок Сынкван. — Ахаха! Ну давай я тебя понесу, булочка-Бу!       Девочка подсадила парня себе на спину, но смогла пройти только два шага, после чего упала, уронив и Сынквана. Все разразились веселым, здоровым смехом, после чего продолжили путь до общежития. Когда они добрались было около одиннадцати вечера. Все громко завалились в комнату Сынквана. Девчонки включили песни Apink, 2ne1 и 4minute и начали танцевать. К ним присоединился и Сынкван, а Хэин заметно оживилась. Она лучше всех знала эти танцы. — Эй! Смотрите, как танцует Сынкван! — засмеялась Чанди. — Ты просто потерянный участник любой женской группы, булочка-Бу! — Ахаха! — засмеялась наконец-то Хэин.       Хансоль веселился со всеми. Он был очарован Хэин. Она обладала каким-то непонятным ему шармом, девушка была похожа на дуновение ветра в жаркий день, на легкий океанский бриз. Она была как мятное мороженое.       Сынкван все это видел. Весь вечер он провел в напряжении, хоть никак этого и не выказывал. — Эй! Хэин, давай устроим баттл! — предложил Сынкван. — Чего? — удивилась девочка. — Ну, кто лучше танцует женские танцы! — Ах вот как! Давай! Вернон, включи нам музыку!       Хансоль немного опешил, но ему было интересно понаблюдать за этими двумя. — Итак! Дамы и госпада! — начала Сурин. — С вами МС Чанди и… — Сурин-милашка! — Почему милашка? — спросила Чанди — Не спрашивай. Итак! Это будет самый жаркий баттл всех времен! Мы начинаем!