Переплетая пальцы

       Прошло полгода с тех пор, как Хансоль уехал в Нью-Йорк. Боль приутихла, но стала глубже, впиталась в кожу, забралась в самые далекие уголки души и засела там, став одним целым, начала разъедать существо изнутри. Настал тот отвратительный период в жизни, когда все делают вид, что все в норме и идет так, как должно. Мать Вернона каждый день улыбается детям, по ночам плача в подушку, а когда однажды ей позвонил ее бывший муж, она разбила телефон, со всей силы пустив его на свидание с кафельной плиткой. София нашла друзей, научилась лгать и лицемерить. Вернон стал ходить в школу, проводя все остальное время с Хэин и ее друзьями, в список развлечений которых входил алкоголь, шумные вечеринки и незапланированный секс. Хансоль и Хэин считались парой, но временами она куда-то исчезала, не физически, а как-то ментально. Она будто выпадала из этого мира. Она много выступала и все, кто с ней работал в один голос утверждали, что она станет звездой. - Хэин, мне не нравится всё это. Ты хорошо подумала? - А ты? Ты хорошо подумал? - О чем ты? - Ты знаешь, о чем я. Хэин тот тип людей, которые все чувствуют, даже то, что им не следует. Она гиперчувствительна и видит любого насквозь. Ей ничего не стоит разузнать слабое место человека, но она может сделать любого сильнее. Она знала, о чем думает Хансоль, что он чувствует, но не подавала виду, притворяясь, что не знает и не понимает, потому что любила его. Это ее пугало. Все летело в никуда, оба это понимали, но отказаться друг от друга не могли.

***

      А на другом конце земного шара группа парней усердно работала, чтобы в ближайшем будущем дебютировать и стать настоящей айдол-группой. - Если все сложится удачно, то через пять-шесть месяцев вы сможете дебютировать. Эти золотые слова директора стали огромной мотивацией для всех. Сынчоль был назначен лидером, с чем все были согласны, ведь этот парень и правда мог позаботиться обо всех и, если нужно, склеить по кусочкам и привести в чувства.       Сынкван и Сокмин по-прежнему были неразлучны. Бу не обременяли чувства Докема, он наоборот ощущал себя лучше от того, что кто-то вроде него дарит ему такое тепло. Но это все же было не то. И с каждым днем все становилось хуже, спасало только пение и желание стать лучше, найти в себе силы подняться выше, доказать, что парень с Чеджу способен на многое. Та песня, что они написали с Сокмином была очень личной для каждого и каждый пел лишь для одного человека. "Он должен услышать эту песню. Он все поймет" - пронеслось в голове у Сынквана, когда была записана демоверсия. Но нужно было дождаться дебюта, чтобы эта песня вошла в альбом и тогда... Возможно, тогда все встало бы на свои места. Это придавало Сынквану еще больше сил. Он должен был упорно работать, чтобы эта песня была услышана. Эта история в строчках, которая нашла бы отзыв тысячи сердец и одного, того самого главного сердца, которое бьется где-то совсем далеко, но тепло от которого Сынкван чувствовал по сей день. От того он и не унимался.

***

- Отличная работа, Хэин! - Спасибо! - Хэин, тебя ждут фанаты, выйдешь к ним? - Ох, не сегодня. Я так устала... О, Вернон! Девушка кинулась к парню, который держал длинную куртку. - Твои юбки с каждым выступлением все короче. Про декольте я вообще молчу. Вот оденься и пойдем уже. Девушка крепко обняла его, пока он надевал на нее куртку. - Ты так заботишься обо мне. - Разве это не естественно? Поехали домой. - Угу. Только вещи соберу... - Я собрал. В машине они ехали молча, пока Хэин не разорвала нить тишины. - Как в школе? - Через три месяца экзамены и свобода. Разве не странно, что ты спрашиваешь такое. - А что странного? - То, что мы встречаемся, но ты спрашиваешь о таких вещах. - Ну... - Я удивлен, как ты вообще помнишь о том, что я учусь. - Ну перестань. Никто же не виноват в этом. После этого она подвинулась и прижалась к парню. Все его напряжение ушло. - Я люблю тебя, Хансоль, - прошептала девушка. Дома они как обычно долго не ложились спать. Но не как раньше. С каждым днем какое-то тяжелое напряжение между ними возрастало и кололо сердце. - Так нельзя, Хансоль. - вдруг тяжело сказала Хэин. - Ты не лю... Она не успела закончить фразу, как вдруг Хансоль накрыл ее губы своими. Ему было страшно услышать эту фразу так же, как ей было невыносимо произносить ее. Поэтому он поцеловал ее. Впервые за все время. Девушка ответила на поцелуй, прижав парня ближе. Дыхание обоих стало тяжелее, Хансоль обхватил девушку за талию, пока та запустила руки ему под футболку. - Не делай этого, если не хочешь... - Это единственное, чего я хочу.       Оба знали, что это ложь, но оба приняли как правду. Парень осторожно опустил ее на кровать, покрывая изящное тело девушки многочисленными горячими поцелуями. Он целовал ее щеки, выступающие косточки на плечах, ребра, бедра. Она гуляла пальчиками по его спине, рукам, шее. Нежные, лживые стоны заполняли комнату, это было красиво, как в кино, но жизнь - не полотно экрана. Хэин и Хансоль отличные актеры. Это страшно, когда оба знают, что все не по настоящему. Но еще хуже, когда это по настоящему лишь для одного, а другой играет. По щекам Хэин текли слезы от того, что она получала то, что хотела. Он был с ней и только с ней. Такой красивый. Он заботился о ней, посвящал ей время, дарил подарки, забирал с концертов, крепко обнимал и целовал в шею, готовил завтраки и ужины, знал, сколько ложек сахара класть ей в чай, знал, какое мороженое она любит, знал, что она просыпается в пять утра и уже держал стакан воды и таблетку успокоительного наготове. Кто угодно сказал бы, что это любовь. И только двое знали, что это безысходность.

***

       Время летело, как ошпаренное. И вот до дебюта всего месяц. PledisBoys давно забыли, что такое здоровый сон и спокойный прием пищи. Работа заменяла всю жизнь, больше ничего не было. - Давайте, ребята! Осталось совсем немного. Скоро все будет хорошо. Слова поддержки уже не помогали. Все бились из последних сил или остатков этих сил. Главное - не сломаться. А если сломался, то будь добр встань, подбери то, что от тебя отвалилось и продолжи, в каком бы состоянии ты ни был. По другому никак.        Say Yes не стала частью предстоящего альбома, но уже была выложена в Интернет, как подтверждение и вызов. Тысячи людей уже знали и говорили о группе, которая должна была дебютировать в скором времени. Эти новости дошли и до Америки. - Куда-то собираешься? - А? Да... - Интересно. Ты ведь не забыл, что через месяц дебют? - Нет. Это уже неважно. - В смысле? Лидер не понимал, что происходит. - Столько усилий и... - Это неважно для меня. Есть вещи поважнее. - Что может быть важнее? Ты убил себя на этом. У тебя больше ничего нет... - Ты знаешь, что ты неправ. Сынчоль усмехнулся. - Ну и куда ты отправишься? - За ним.. - В Нью-Йорк? Ты знаешь его адрес? - Нет. - Интересно. Как ты его найдешь? - Я справлюсь. Не маленький. Сынчоль покачал головой, а затем остановил руку Сынквана, когда тот стал закрывать чемодан. - Подумай еще раз. Ведь ты так этого хотел. Ты станешь знаменит, получишь много денег, ты исполнишь свою мечту, сможешь обеспечить маму. Ты ведь так много работал для этого. К нему ты можешь поехать позже, он никуда не денется. Просто начни мыслить здраво. Ты знаешь, что я прав. Сынкван улыбнулся и кивнул. - Да, ты прав. Но я поеду. Прости, что бросаю вас. Ведь мы команда, но ... Ведь если бы Джонхан был на другом конце света, ты бы бросил все и поехал за ним? Сынчоль улыбнулся и отпустил руку Бу. - Хорошо. Удачи тебе. - Спасибо, ты прекрасный лидер. Позаботься обо всех. И присматривай за Докемом. - Без проблем. "Пассажиров на рейс B45734 Сеул - Нью-Йорк просим пройти на посадку" Невысокий паренек выдохнул, сжал покрепче свою сумку и улыбнувшись прошептал "Я найду тебя, где бы ты ни был".

***

      В Нью-Йорке было 6:32, когда Хэин открыла глаза. Ветерок поднимал вверх легкие светлые шторы, было рано, но город уже ожил. В этом городе некогда спать. Она посмотрела на Хансоля и улыбнулась. Она уже знала, что видит его в последний раз. Несколько дней назад она наткнулась на одну песню, которая дала ей сил. Теперь она была готова отпустить его. Она наклеила пластырь с кроликами в область сердца Хансоля и поцеловала его в лоб. "Прощай" 9:12 утра. Хансоль проснулся, когда Хэин уже не было. Он удивился, не найдя ее рядом, ведь в этот день у нее был выходной. На ее месте лежал ее плеер и конверт с билетом на самолет. На конверте записка. "Доброе утро, Хансоль. Сейчас наверное, около 9 утра, я права? Видишь, я знаю тебя не хуже, чем ты меня. Прости, что так и не смогла заменить его. Я знаю, что я не тот человек, поэтому не раздумывай и не тяни время. Я люблю тебя, Чхве Вернон Хансоль, навечно. P.S. Если у тебя все еще остались сомнения на счет чего-то, послушай эту песню, а затем незамедлительно отправляйся в аэропорт, твой рейс в 12:10"        В полном смятении Вернон вдел в уши наушники и включил единственную песню. С первых нот все его естество перевернулось. Все начало мелькать перед глазами. Ничего больше не имело значения. Он быстро встал, собрал какие-то вещи и пулей вылетел из квартиры. - Такси!       Он спешил на свой рейс. Он был охвачен непонятным ощущением, он чувствовал, как близко его счастье, что уже скоро он сможет увидеть его. Хансоль даже не знает, как близко было его счастье, ведь в это время, в этом же аэропорту его счастье получало багаж, и чувствовало то же самое.