Дела семейные

      Со дня появления малышки Линны в Башне Старка прошло три месяца. За это время все успели привыкнуть к девочке и проникнуться к ней самыми светлыми чувствами. Тони мастерски овладел наукой отцовства, и остальные Мстители уже воспринимали мелкую мисс Старк как часть своей семьи. И именно поэтому практически не спускали её с рук, всё время тиская, сюсюкаясь и таская мелочь везде, где только можно (в пределах Башни, разумеется) и рассказывая ей обо всём, что только встречалось на пути, начиная от сложных компьютеров — очередных разработок Тони — и заканчивая самим Старком или кем-то ещё, кто попадался на дороге. Девочка за всем всегда внимательно следила и всё внимательно слушала, как будто понимая, о чём там у неё над ухом бубнят взрослые, а видя кого-то из знакомых, тут же начинала вертеться на руках, готовясь к переходу на другие руки, тем самым давая Мстителям понять, что она узнаёт их всех и признаёт. Всех, кроме доктора Беннера. И дело было вовсе не в том, что Брюс не нравился Линне, или что она по какой-то причине невзлюбила его, или же из-за её детских капризов. Нет, причина была не в этом, а в кое-чём другом: доктор Брюс Беннер ужасно боялся брать Линну на руки. — Брюс, это всего лишь ребёнок! И он не настолько страшный! — усмехаясь, кивает на девочку на своих руках Наташа.       Доктор сокрушённо вздыхает, качает головой, машет рукой и подавленный уходит. И так происходит каждый раз, когда кто-то из друзей пытается передать ему маленькую и столь ценную ношу. Девочка смотрит на Брюса любопытным взглядом и сама тянет крохотные ручки к новому и неизвестному, но такому интересному взрослому, что сердце доктора Беннера непроизвольно сжимается. Но ответить на этот наивный и искренний порыв симпатии он не может, потому что его сразу же охватывает страх. А что, если он как-то навредит ребёнку? Что, если что-то не так сделает? Если как-то не так возьмёт это крошечное создание? Что, если от нахлынувших чувств в нём проснётся Халк, который в своих лапищах раздавит этот маленький комочек? Или что, если девочка расплачется? Что тогда делать? А что, если плач тоже разбудит Халка? Да, он, Брюс Беннер, этого всего просто банально не выдержит, ведь Линна ещё такая кроха! И она, конечно же, такая хрупкая! — Ну почему, скажи мне на милость, в тебе должен просыпаться Халк?! — закатывая глаза, спрашивает Тони. — Я не контролирую его! Мало ли что может произойти! — раздаётся один и тот же ответ.       Стив качает головой, Наташа расстроенно вздыхает, а Тони машет рукой, мол «делай, что хочешь». Брюс опускает голову, понимая, что так дальше продолжаться не может и с этим надо определённо что-то делать.       И он делает. Честно пытается преодолеть свой страх. Мысленно уговаривает себя, убеждает, что ничего страшного не произойдёт, часами стоит и смотрит на спящую Линну, настраиваясь, и каждый раз, когда кажется, что он готов, доктор Беннер в самый последний момент отступает. Страх, перерастающий в паранойю, не позволяет ему что-либо делать. И Брюс всерьёз подумывает над тем, а не создать ли себе какое-нибудь лекарство, помогающее при боязни маленьких детей.       Однако лекарство доктору всё же оказывается ненужным, ибо все проблемы, как всегда, решает, нет, на этот раз не Джарвис, а случай. ***       Хныканье Линны ещё не успевает стать громким и перерасти в полноценный плач, как Тони уже резко просыпается и тут же оказывается подле детской кроватки. Линна шебуршится, ворочается, шевелит ручками и ножками и хныкает, всё набирая и набирая громкость. Тони смотрит на часы — час ночи с копейками, до кормления ещё рано. Волнение начинает копошиться где-то на подкорке сознания, и Старк спешит скорее взять ребёнка на руки. — Ш-ш-ш, — покачивая малышку, шепчет мужчина, — тише. Что случилось? — девочка начинает беспокойно вертеться, выгибаться на руках, кряхтеть и наконец-то разражается громогласным плачем.       Тони честно пытается успокоить орущую дочь, попутно размышляя, что могло стать причиной её истерики. Однако все его попытки терпят крах, и в комнату вбегают сонные и разбуженные криком Наташа, Брюс и Стив. — Что случилось? — хмурясь, спрашивает Романофф, подходя к Тони. — Я не знаю, — честно и совершенно обескураженно отвечает Железный человек. — Я впервые сталкиваюсь с подобным. Обычно мне практически сразу удаётся её успокоить! — в голосе Старка проскальзывают панические нотки, а малышка Линна надрывается всё громче.       Наташа осторожно трогает её лобик и охает: — Да она вся горит!       Тони и сам начинает чувствовать через одежду ребёнка, как стремительно повышается его температура. — Брюс, ты же врач, сделай что-нибудь! — Чёрная Вдова поворачивается к совершенно обескураженному доктору Беннеру, и тот отчётливо понимает, что кроме него малышке сейчас никто не поможет.       Он кивает и решительно подходит к Старку, намереваясь забрать у него ребёнка. На мгновение страх подкатывает к горлу, а руки начинают предательски дрожать, но доктор тут же загоняет всё это в глубины своего сознания, выводя на первое место долг, и уверенно, но предельно осторожно, перехватывает девочку у отца. — Тони, принеси градусник, — тут же командует Беннер, и Старк молнией несётся к домашней аптечке. — А ты, Стив, сходи в аптеку и купи жаропонижающее для детей, — после осмотра и измерения температуры у всё ещё извивающегося, но уже затихающего, уставшего ребёнка, обращается к Роджерсу доктор и объясняет: — У неё обычная простуда и жар. Ничего серьёзного и ничего смертельного.       Стив кивает и уходит, а Тони облегчённо вздыхает. — Ну и напугала ты нас, принцесса, — улыбаясь притихнувшей дочери и забирая её себе на руки, произнёс Старк, а Наташа, хитро улыбаясь, шепнула на ухо Брюсу: — И ведь совсем не страшно держать ребёнка на руках, правда?       На что Беннер, улыбнувшись, ответил: — Да, не страшно… невероятно.       Так Линна Старк наконец-то познакомилась с Брюсом Беннером.