Дела семейные

      Голова у Тони болела нещадно. Тело ломило как после хорошенькой взбучки, однако последние несколько недель Железный человек ни с кем не дрался, оставаясь в Башне и работая вместе со Стью над новым программным обеспечением для Щ.И.Т.а. Сейчас же работа не шла совершенно, всё буквально валилось из рук, и Старк устало откинулся на спинку стула, потирая переносицу. Мир перед глазами начал кружиться и мигать зелёными точками, и Тони чувствовал себя пьяным. Хотя на самом деле уже и не помнил, когда нормально пил в последний раз — с появлением в его жизни маленького ребёнка гений начал вести почти что здоровый образ жизни.       Понимая, что так дело дальше не пойдёт, он свернул все голограммы графиков и расчётов, поднимаясь на ноги. Голова резко закружилась, и Тони вцепился до побеления костяшек в край стола, удерживая равновесие. Для того чтобы перестать шататься на ровном месте, ему потребовалось несколько долгих минут, и когда координация движений всё-таки немного восстановилась, Железный человек осторожно, держась за всё, что только можно, медленно пошёл в сторону выхода из лаборатории.       Голова варить отказывалась совершенно, мир всё больше и больше кружился, отчего к горлу подкатывал ком, Тони с трудом разбирал, куда он идёт, а потому несколько раз пребольно врезался в пару косяков, угол стены на повороте и декоративную полочку, на которой стояли разные мелкие сувениры Мстителей, привезённые ими на память из разных уголков мира. Чудом не сбив её, Тони продолжил свой путь, поднимая всё больше шума, который не мог быть проигнорирован Стивом. Кэп удачно выглянул в коридор, где пытался передвигаться Старк, ровно в тот момент, когда гениальные мозги Железного человека закипели окончательно, отказывая служить хозяину, и тот, в очередной раз покачнувшись, начал оседать на пол. Бравый Капитан Америка не позволяет другу заработать себе несколько синяков от встречи с полом, ловя его в полёте. Светлые брови Стива сходятся на переносице, когда тот даже через одежду чувствует, как горит тело гения. — Джарвис, что с Тони? — Кэп закидывает друга на спину, относя его в комнату, и попутно обращается к всезнающему ИИ. — Сложно сейчас сказать точно, — отвечает тот. — Все симптомы указывают на ОРВИ или грипп. — Странно, и где Тони могло так угораздить? — Стив хмыкает, укладывая гения в постель.       Руководствуясь указаниями Джарвиса, Роджерс оказал Старку посильную помощь, а затем, предусмотрительно поставив на прикроватной тумбочке стакан с водой, оставил его отдыхать. ***       Утро добрым не бывает, и в этом на собственной шкуре убеждаются все жители Башни.       Стив и Наташа мирно пьют кофе, обсуждая последние новости; рядом с ними уныло жуёт салат Брюс, который сел на очередную диету для закрепления своих результатов по усмирению Халка. Роджерс в ходе разговора упоминает о вчерашнем инциденте с Тони, переживая за состояние здоровья друга. — Пойду я, наверно, проверю, как он там, — он встаёт со своего места, и Брюс радостно отставляет тарелку с салатом в сторону, подходя к Кэпу: — Я с тобой. Надо посмотреть, что с Тони, а вдруг что-то серьёзное? — Да, ты прав, — Роджерс кивает, собираясь сделать шаг по направлению из кухни.       Но в этот момент к взрослым влетает Линна. В этом нет ничего необычного — девочка каждый день с самого утра начинает принимать активное участие в жизни Башни и её обитателей — теперь, когда ей уже почти два года, шило в одном месте и неуёмная тяга к приключениям доставляют бравым супергероям немало хлопот. Девочка широко улыбается, и всё бы ничего, если бы при этом её личико, шея и другие видимые части тела не были усыпаны мелкими красными пятнами.       Поначалу Стиву кажется, что это какая-то очередная забава ребёнка. Поэтому он трёт глаза, хмурится, присаживается напротив малышки и аккуратно пытается стереть особо крупное пятно на щеке. Пятно стираться не хочет, а девочка сначала непонимающе, а затем недовольно хмурит тонкие бровки, отталкивая от своего лица руку взрослого. — Аллергия? — Роджерс снизу-вверх недоумённо смотрит на такого же растерянного Брюса, и его вопрос тонет в крике: — ЧТО ЗА ФИГНЯ, МАТЬ ВАШУ?! КАКОГО ЧЕРТА Я СТАЛ В КРАПИНКУ?! — Наташа от неожиданности давится кофе, едва не расплескав его, а затем её изнутри начинает душить гомерический смех. Романофф прячет лицо в руках, и её плечи начинают дрожать от истерики. ***       Тони с трудом открыл глаза. Голова гудела, как после хорошей пьянки, тело по-прежнему ломило, хотя уже и не так сильно, а во рту было сухо, как в пустыне. Гений схватился рукой за голову, хмурясь, и чуть-чуть приподнялся, принимая полусидячее положение. Попытался вспомнить, что вчера произошло. Он гулял с Линной, потом, когда уложил дочь на дневной сон, ушёл в лабораторию, сидел и работал там. За работой ему стало плохо, и он попытался дойти до комнаты, а затем темнота.       Тони нахмурился ещё сильнее, и его взгляд мимовольно зацепился за стоящий на прикроватной тумбе стакан с водой. Мысленно поблагодарив того, кто его туда поставил, Старк в несколько больших глотков осушил его, прикладывая прохладное стекло к горячему лбу и непроизвольно глядя в размытое отражение в нём.       Поначалу Тони кажется, что на почве болезни у него начались галлюцинации — в отражении на его растянутом лице видны ярко-алые точки. Гений отстранил от себя стакан, до боли зажмурил глаза и снова посмотрел на себя. Точки никуда не делись, более того обнаружились ещё на шее и на руке, держащей стакан. Старк импульсивно отставил посуду в сторону, с ужасом глядя на свои руки. Смуглая кожа была щедро усыпана красными пятнами, которые, ко всему прочему, начинали неприятно зудеть. — Что за? — пробормотал под нос Железный человек, слезая с кровати и подходя к зеркалу. Теперь он подумал, что это кто-то из друзей решил так неудачно пошутить над ним.       Однако в зеркале он увидел прискорбную картину: сыпь обнаружилась не только на лице и руках, но и на всём остальном теле (Тони даже специально задрал футболку, убеждаясь, что и под ней полно этих странных красных точек). Глаз Энтони нервно дёрнулся. «Вот сейчас это было вообще не смешно», — мрачно подумал он, набирая в лёгкие побольше воздуха. ***       Наташа с трудом приходит в себя, вытирая проступившие на глазах слёзы — видеть всеми любимого красавца Тони Старка в красное пятнышко было просто незабываемо. А если учесть, что при этом на его лице такая печаль и страдание и нервно дёргается веко, то после этого Романофф с полной уверенностью может сказать, что видела всё. — Боже, Тони, что с тобой? — Стив ошалело смотрит на друга. — Это я у тебя хочу спросить? Кто меня так разукрасил?! — в ответ прорычал Старк, скрещивая руки на груди. — Природа, — давясь новым приступом хохота, отозвалась Наташа, игнорируя уничижительный взгляд гения. — Хм, — в это время Брюс задумчиво потирал подбородок, о чём-то усердно размышляя. — Похоже, это какое-то заболевание, — в конце концов, произнёс он и пояснил: — Вчера тебе стало плохо — вероятней всего, это был один из симптомов… — Но Джарвис сказал, что у Тони ОРВИ или грипп, — неуверенно перебил доктора Стив. — Я не был в этом уверен, сэр, — тут же оправдался ИИ. — Но посмотри на Линну, она ведь в такую же точечку, что и Тони, — Брюс поднял на руки ничего не понимающую девочку, и её родитель побледнел. — Брюс, просто скажи мне, что эта болезнь не опасна, — гений с мольбой посмотрел на друга, но тот виновато улыбнулся.       И в этот момент на кухню вышел зевающий Стью. — Доброе утро, — потирая глаза, поздоровался со всеми Ганн. Открыв их полностью, парень заметил импровизированное собрание и пятнистое семейство Старков. — О, ветрянка, — как ни в чём не бывало хмыкнул он, подходя к плите. — Ветрянка? — переспросил Стив, и Стью непонимающе посмотрел на него: — Ну да. Сыпь на Линне и мистере Старке, — три пары глаз всё также удивлённо продолжали смотреть на юношу, и тот неуверенно вжал голову в плечи: — Вы что никогда не слышали о ней? Все дети в детстве болеют ветрянкой, — он неопределённо повёл плечами, ловя на себе весёлый взгляд Наташи и понимая, что только она в курсе, о чём идёт речь. — Да ну? — Стив недоверчиво вскинул бровь. — А это не опасно? — Да нет, — Ганн чувствовал себя, мягко говоря, странно. — У детей она проходит всегда относительно быстро и безболезненно и один раз на всю жизнь — те, кто болеют в детстве, потом больше не могут заразиться. Но вот что касается взрослых, — парень скептично посмотрел на пятнистого Тони. — Там, вроде, и осложнения могут быть. — Кто бы сомневался, — недовольно буркнул Старк, остервенело чеша заднюю сторону шеи. — М-м-м, и я бы не советовал вам этого делать, — осторожно добавил Ганн, наблюдая за мучениями мужчины. — Если расчешите, потом поостаются шрамы на всю жизнь. Уж лучше потерпите — через какое-то время зуд сам пройдет.       Тони тихо выругался себе под нос, резко одёргивая руку, и страдальчески возвёл глаза к потолку.