После нашего времени

      Колонна двигалась по древней автомагистрали на северо-запад. Первым ехал «танк» Шамана, уверенно держа сто десять километров в час, а за ним ехал чёрный зверь Глен. Только эти две машины оставляли едкий дымовой шлейф за собой, метров на сто, будто предупреждая о своей важности. Далее ехал на своём голубом багги, спокойно покуривая сигарету, Боб. За ним ехал на шестиколёсном красном квадроцикле Том, в своём респираторе.       — Через десять километров Чёртова гора, там устраиваем привал, — голос Шамана прошипел в рациях.       Солнце клонилось к горизонту. Отряд потратил на достаточно сложную дорогу чуть менее двенадцати часов и преодолел без особых проблем около девяти сотен километров.       — Скорее бы, а то уже силы на исходе… — Глен произнесла это едва слышимым, сонным голосом.       — Не спать! Мы же за тобой едем, — Боб и Том ответили почти синхронно, с опаской в голосе.       В вездеходе Шамана фоном работало с перебоями радио «Новости Пустошей». Шипящий голос репортёра произнёс следующее:       «Неизвестные преступники громят магазины по всей столице, будьте аккуратнее… Ну, а теперь о дорогах: порождения пустошей продолжают зверствовать»…       — Не сладко сейчас правительству… Бедный мэр… — проговорил Шаман, прикуривая сигарету. — Как справимся с заданием, можно поехать в столицу.       — Но там ведь опасно, — ответила Лидия полусонным голосом.       — Не для жителей. Всё это, своего рода, пропаганда. Анархисты граждан не трогают, — странник не смыкал глазу и был на удивление бодр.       — Ты не устал? — Лидия решила поднять спинку своего сидения.       — Ни на йоту. Я живу дорогой и она меня не утомляет, в отличии от других, — улыбался Шаман.       На встречке показалась длинная автоколонна. Очередной караван. Уже пятый за сегодня.       «Держимся правее» — прохрипел голос из рации.       Десять мощных вооружённых машин и три утеплённых бронированных грузовика, и каждая в знак встречи просигналила. Шаман настроил рацию на частоту торговцев.       — Куда путь держите, господа? — весело спросил путник.       — Да вот, в столицу. Товары забугорные с северного порта везём, — ответил басистый, но приятный слуху голос.       — По вам видно, что вы с северных пустошей. Объезжайте Червивый город, там штормовой ветер с градом, размером с яблоко, обещали. Удачной дороги! — проинформировал торговцев Шаман.       — Спасибо и тебе удачи! — радист ответил взаимной доброжелательностью.       Переключив частоту обратно, он врубил фары, ибо с каждой секундой тьма поглощала дорогу и отряд Шамана вместе с ней.       — Сбавляем скорость господа! Привал! — странник радостно оповестил колонну.       Прям под горой был огромный особняк. Заброшенный. Она была отвесной, со стороны поместье больше напоминало гигантскую зелёную стену, подле большого здания дорога расходилась дельтой. Та, что вела на восток, была убитой, да и дорогой это представить сложно. К тому же, шла она под углом в шестьдесят градусов. С дорогой на запад всё было иначе: по-меркам пустошей просто идеальная, вела в объезд Чёртовой горы.       Отряд сначала оставил машины в ста метрах от места ночлега и голосованием решили разведать. На разведку пошёл Боб и Шаман, а Том остался с дамами. Первый взял дробовик и пошёл за Шаманом, у которого был с собой маузер.       — Предлагаю следующее: ты заходишь с заднего хода и проверяешь первый этаж и подвал, а на мне третий и второй. Как тебе план? — странник со спокойствием параллельно достал маузер из кобуры.       — Годится, только делаем тихо. И прошу, будь на рации, — Боб ответил на такое предложение одобряюще.       Парадная была заперта и Шаману пришлось заходить через окно. Свет не горел на первом этаже и от чего-то был резкий неприятный запах, но он решил оставить это на Боба. Странник начал подниматься по скрипящей старой лестнице, стараясь не создавать лишнего шума. Пыли на удивление не было, как и паутины, что давало повод беспокойству.       На втором этаже было три комнаты, лестница наверх находилась напротив них. Шаман решил тихо проверить все помещения на этаже. Первой на очереди комната служила спальней с просторной кроватью и гардеробом. Стараясь не производить лишнего шума, он заглянул в шкаф и под кровати, то же самое он проделал и в детской, которая была следующей. Третьей комнатой была, по-видимому, гостевая, но и в ней снова не было чего-либо, вызывающего подозрения. Всё это время странника пожирала паранойя, он чувствовал слежку за собой, но каждый раз, оборачиваясь и стоя с взведённым маузером, наведённым на темноту, он слышал только биение своего сердца и видел только пустой, тёмный и мрачный коридор…       Каждый раз, когда он закрывал очередную дверь, ему казалось, что за его спиной кто-то есть. Что незнакомец выглядывает из-за угла и сверлит его своими жуткими глазами. Словно под каждой кроватью был кто-то ожидающий его с безумной улыбкой и пристальным, стеклянным взором. Будто он откроет дверь шкафа и его туда затянет бесформенное нечто с сотней чёрных рук…       Поднявшись на третий этаж, Шаман насторожился от шороха изнутри комнаты. Он остановился у тонкой деревянной двери, приложив ухо к хладной древесине, взявшись за дверную ручку и взведя курок… Только эта дверь его и неизвестность…       Но, открыв её и никого не увидев, странник смог выдохнуть, но паранойя продолжала пожирать его разум, так как он отчётливо слышал шаги. Его взгляду предстала просторная мансарда, с обширной библиотекой и столом из красного дерева. Тысячи книг предстали его взору, но странника напрягало одно… Он не видел признаков долгого отсутствия людей. Они будто пол часа назад ушли, хотя все знают это место и оно пользуется дурной славой. Тут не живут люди уже больше тридцати лет. Но и почему-то никто это место не обжил. Данные умозаключение вводило странника в некий внутренний парадокс. Словно здесь живёт кто-то, о ком не знают, или нечто, что не отпускает при случайной встрече. Будь то души мёртвых, или невиданные чудовища, которые не способен вообразить себе даже самый безумный человек.       — Шаман! Срочно в подвал! — приглушённый крик Боба по рации заставил путника, не обследовавшего до конца мансарду, выйти из размышлений и пулей ринуться к другу.       Но по пути в подвал он заметил то, что повергло его спустя некоторое время в дичайший ужас…       Он заметил, еду. Почти нетронутую и свежую. Тарелки с ещё тёплым на вид мясом и свежими овощами и фруктами. Всё бы ничего, но пробежавшая за окном тень навела его на мысль, что он либо сходит с ума из-за этой тяжкой атмосферы этого здания, либо нашёл того, кто живёт в этом доме. Войдя на лестницу, ведущую в подвал, его глаза уже привыкли ко тьме и странник ступал аккуратно. Свет фонарика его друга, будучи направленным Шаману в глаза, на время ослепил странника.       — Да это я, чёрт бы меня побрал! Не слепи! — вскликнул Шаман. — Зачем звал-то?!       — Т-тут… П-прости… — заикался Боб, что наводило на Шамана ещё большее недоумение и гнев.       Что заставило матёрого наёмника, видевшего множество ужасов этого мира, уподобиться маленькой девочке? Шаман уже потерял дар речи и готовился к самому жуткому, нащупывая электрощиток с дрожью в руках и включив рубильник.       Его взору открылась более чем ужасающая картина. Вдоль стен стояли клетки. Стальные новые клетки. Два на два метра. С живыми и не очень девушками. Подвал был в несколько раз больше площади дома. За лестницей находилась дверь, судя по-всему кладовка. У некоторых пленниц был зашит рот, у других глаза, у одной не хватало руки. Но всё это было проделано тем, кто не менее являлся хирургом и не более, чем мясником. Девушка с зашитым ртом начала мычать и указывать на лестницу, в этот момент, дверь за путниками захлопнулась и послышались шаги за спиной Шамана, который стоял на каменных, обагрённых кровью ступенях. Странник инстинктивно наставил маузер на людей, стоявших за его спиной. Ещё секунда и выяснилось, что вторым человеком был живой щит в виде Лидии.       — Здравствуйте, господа! Как вам моя коллекция? Это не все! Оставшиеся девушки одним и двумя уровнями ниже, — сказал хриплый и бодрый голос справа от Шамана, в сторону которого он повернул голову.       Его взору предстал мужчина средних лет, худой и с седыми волосами, в чёрном плаще, под которым виднелся белый халат с розоватыми, въевшимися от крови пятнами. Этот безумец приставил к голове Лидии обрез ружья.       — Хотите покажу Вам эту коллекцию? Только опустите оружие, господа! — улыбаясь, спрашивал психопат.       Другого выхода не было. Шаман указал Бобу движением руки снять с плеча и кинуть на каменный пол дробовик, что и сам проделал с маузером.       — А ты тут как очутилась? — В тоне голоса Шамана слышалась лишь досада. — Меня послали посмотреть, почему вас так долго нет… — Лидия ответила с дрожащими истерики и страха губами. Эти слова наполнили душу странника гневом.       — Ну что-же, господа, начнём экскурсию! — мужчина открыл дверь в помещение под лестницей.       Это оказался спуск, а не кладовка, как предполагал Шаман. Путники были настолько дезориентированы, что не могли противодействовать психу. Ведь любое лишнее движение могло довести урода до нажатия на спуск.       Перед ними после спуска предстал коридор, даже скорее аллея… Да… Трофейная аллея. В ней росли деревья, за мраморной мозаичной дорожкой росла трава и стояли дубовые скамейки и даже протекал ручей. Какие-то дамы разыгрывали сценки. Хотя стоп… Это искусно сделанные чучела… Они будто были живыми. Такое мог сделать только поехавший на голову, но слишком талантливый таксидермист… Тусклый, мрачный свет этого помещения давил на психику казалось не меньше, чем вся эта ситуация. Психопат шёл за ними и рассказывал, где и как поймал ту или иную девушку. Как их звали. Это вгоняло в первобытный ужас. Хотелось бежать, но ноги были ватными. Хотелось кричать, но голосовые связки были парализованы.       Спустя, казалось, вечность, они спустились в морг, где этот неизвестный мужчина показывал камеры. Здесь у горе-разведчиков просто поехала крыша, ведь из ста камер только десять были пустыми. Они уже потеряли связь с реальностью и, словно контуженные, осунувшись смотрели на мёртвые, иногда обезображенные до неузнаваемости женские тела. Только немногим позже вернулось восприятие речи. Бедная Лидия, казалось, уже должна была раз десять потерять сознание, но держалась, правда, из последних сил. Из её глаз ручьём лились слёзы и было слышно, как она скулила, словно маленький бездомный щенок под проливным ливнем.       — Ну что, господа, тут наша экскурсия и вместе с ней ваш путь окончен… — сказал таксидермист, подведя парней к огромной кремационной печи. — Полезайте в печь!       — Но мы ведь ничего не сделали… — Шамана пробудила мысль о вполне вероятной смерти.       — Вы видели тайну этого места! — голос таксидермиста казался ещё более безумным.       — Но! — Шаман широко открыл глаза и указал взглядом Бобу на вентиль печи. После чего до сих пор дрожащий наёмник, медленно начал подходить к вентилю.       — Сука! Лезь в печь! — безумец откинул на шершавый каменный пол Лидию и взвёл курок.       — Только после вас! — с этими словами Шаман пнул психа в печь и закрыл за ним небольшие ворота. — Боб! Быстрее! Подай газ!       Пока бывший наёмник крутил вентиль подачи газа, псих успел два раза выстрелить в «ворота» печи. На удивление мелкая дробь их пробила и впивалась в тело Шамана, в этот же момент печь со взрывом зажглась. Пока странник пал на четвереньки от боли и пытался держаться в сознании, из печи доносились истошные ужасающие крики, словно вся преисподняя уместилась в одном крематории. Крики эти, то сменялись безумным будоражащим разум смехом, то снова сменялись ужасными воплями, но в конце-концов затихли…       Шаман из последних сил дрожащим голосом произнёс по рации:       «Паркуйте машины, но только не заходите в подвал»…       — Так точно! — в голосе Глен слышались только веселье. И только эта гнусная, весёлая нота в голосе зажгла в сердце Шамана искру безумия, а за ней и разума.       — Дайте покурить и пойдём, выпустим девушек, — сказал Шаман, подползая к печи и прикурив через пулевое отверстие в двери сигарету. — Не смотрите на меня так… Зажигалка в машине.       — Неплохая идея, — Боб прикурил сигарету тем же способом и закрутил вентиль.       — Дайте и мне что-ли сигарету… — сказала Лидия, улыбнувшись из последних сил, прикуривая от сигареты Боба. Все трое облокотились на горячую печь.       — Что молчим, будто в морге? — с сжатой улыбкой на бледном лице спросил Шаман. — Плащ жалко… Но, Бобби… Я тебе говорил, что он меня однажды спасёт.       Шаман вдыхал дым. Молча к страннику подошёл, держа в зубах сигарету, Боб и расстегнул дырявую рубашку Шамана. Изредка кашляла от крепких сигарет Лидия, посматривая на тело странника и действия наёмника. Боб, распахнув рубашку, увидел несколько кровоподтёков и множество застрявших в коже дробинок и осколков тонкой стальной двери.       — Вытащим из тебя всю эту дрянь, заштопаем глубокие ранения и забинтуем. Жить будешь, но советую не бегать ближайшее время, ибо швы могут разойтись, — говорил наёмник с зажатой в зубах сигаретой.       Когда Боб тащил Шамана обратно, они заметили, что что-то изменилось, вернее нехватку чего-то в «аллее ужаса», но списали всё на шок. Поднявшись на минус первый уровень, они начали помогать девушкам выбраться. Замки были хлипкие и удара рукояти ножа было вполне достаточно.       Бедные, голые, голодные и измученные девушки порой не в силах были встать с ледяного бетонного пола. И, когда они освободили последнюю, то начали всей группой подниматься и тут встретились с отрядом.       — Ох, какие девочки! — синхронно сказали Глен с Томом. — Стоп! Откуда?! Что?!       — Всё потом. Это не особо приятная история, — держась друг за друга вместе с девушкой, у которой был зашит рот, ответил Шаман. — О, еда! Я такой голодный! — Том сразу же накинулся на стейк, лежавший в тарелке на кухне. Тут девушка с зашитым ртом замычала.       — Боб, отведи их на второй этаж, там есть гардероб. А ты, милочка, стой, — странник опустился вместе с дрожащей и плачущей девушкой на деревянный пол.       Том начал есть мясо. Её истерика усилилась. Шаман взял нож и аккуратно начал срезать нити, сковывающие её губы. Девушка сразу же обняла Шамана.       — Т-твой друг сейчас ест Лилит… — после этих слов Том выкинул кусок мяса и побежал на улицу. Его словно выворачивало наизнанку.       — Тише. Сейчас всё хорошо. Мы вам не желаем зла! Тише, — Шаман сам был на грани истерики. Он гладил тёплыми руками по её ледяной до жути спине.       — Спасибо! Мы все вам жизнью и не только ею обязаны. Спасибо… — она заплакала ещё сильнее, но это были уже другие слёзы, а именно слёзы счастья.       — Как тебя зовут? — странник также пустил слезу. Шок только начал спадать.       — Виктория… — девушка сильнее прижалась к груди парня.       — Вставай с пола, золотце, — сказал Шаман, поднявшись и опираясь друг на друга с девушкой. — Отряд, у меня для вас задание.       Шаман придерживал за обнажённую талию девушку, которая еле стояла на ногах.       — Том, ты с Бобом должен сжечь трупы и чучела. Поднимешься к нему за уточнением задания, — странник отчеканил указ только что вошедшему обратно в дом Тому. — Глен, выкинь пожалуйста, всё мясо. Лидия, проследуешь вместе с Томом за мной, но сначала мне нужно переговорить с двумя особами наедине. Глен, Лидия и Том, проследуем за мной в столовую…       Уединившись, они сели за большой стол друг напротив друга.       — Спасибо за помощь, Лидия… — он погладил бывшую рабыню по талии. — Будь добра, собери у наших спутников оружие и принеси его мне.       — Какого чёрта? — синхронно спросили Том и Глен.       — Дайте мне ваше оружие, — тихо сказала Лидия.       — С чего мы должны отдавать этой кашолке оружие? — усмехнулась наёмница, отвернувшись в сторону спутника.       — Лидия, ударь ей пощёчину… Такую, на которую хватит сил, — Шаман медленно достал маузер и направив его на двух своих людей, взведя курок. В его движениях чувствовалась ужасная тяжесть.       — Но… — не успела девушка ответить, как её сразу перебил Шаман.       — Либо я их пристрелю… Двоих… Сразу… — тяжело дыша говорил странник. — Очередь из восемнадцати патронов заденет всех.       Спустя несколько секунд последовал удар тыльной стороной ладони по лицу. Звук, скорее всего, разнёсся дальше этой комнаты.       — Слабовато, — Шаман прикурил сигарету своей счастливой зажигалкой, которую принесла по его просьбе Лидия. — Давай ещё! А ты, Глен, даже не замахивайся. Ты знаешь, чем это кончится для вас с Томом.       Лидия металась, но осуждающий взгляд Шамана заставил её ударить Глен ещё сильнее, даже скорее из жалости.       — Умница! А теперь отдайте ей оружие, — говорил Шаман с улыбкой, затягиваясь.       — Хорошо, — Глен прошипела и вместе с парнем повиновалась приказу. Девушка спокойно притащила два револьвера и обрез. Шаман, в свою очередь, отложил маузер.       — А знаете что? Люблю револьверы подобного типа, — он переломил один и высыпал патроны себе за спину. У второго выдвинул барабан и, раскрутив его, высыпал патроны на стол. — Они очень быстро заряжаются при помощи клип, но и так же быстро и красиво их можно разрядить.       Шаман докурил сигарету и затушил её о стол.       — А вот обрезы… В связи с последними событиями… Просто ненавижу! — странник переломил обрез и высыпал патроны на стол. За его действиями последовала ухмылка, после чего Шаман достал нож и разрезал посередине горизонтально оба патрона.       — А теперь, когда все формальности соблюдены… Лидия, присядь возле меня, — девушка покорно незамедлительно заняла место. — Ваш дуэт предстанет перед трибуналом…       — Что? За что?! — спрашивал, переходя на крик и разводя руками, Том.       — Будь добр, не перебивай, — Шаман вставил между зубов ещё одну сигарету. — Вот скажи, Том, когда отряд мародёров отправляют в потенциально опасную точку на раскопки… Допустим, в этом месте, предположительно, видели банду головорезов и вы отправляете разведку, а через долгий промежуток времени они не возвращаются, вы все идёте на проверку?       — Да, — подняв бровь, проговорил парень.       — А у вас, у наёмников, в схожей ситуации как? — спросил Шаман и, спустя несколько секунд не услышав ответа, грозно буркнул. — Ну?       — Так же… — злобно ответила наёмница.       — Тогда какого чёрта вы вместо того, чтобы выйти за нами вместе… — странник переходил на гневный крик и громко стукнул по столу, продолжая. — Отправляете человека, который первый день на пустоши! Чья это была идея?       Оба молчали. Шаман достал зажигалку и поджёг порох в обрезанном патроне. Запах пороха заполонил комнату.       — У вас есть ещё два шанса на ошибку, — он сказал это тихо, но так, чтобы его услышали. — Лидия, дорогая, скажи имя этого ублюдка…       — Глен… — ответила она едва слышно, пискнув.       — А что сказал Том? — Шаман переводил маузер с одного обвиняемого на другого.       — Чтобы я пошла, когда воспротивилась, — Лидия говорила всё тише. — Это парадокс… Одни из самых честных фракций нарушили законы чести, — Шаман потушил сигарету о второй заряд пороха, от чего тот зажёгся. — Знаете, что отправляя новичка на верную смерть, вы, представ пред трибуналом, получаете наказание в виде смерти? Глен, мне интересно лишь одно… Почему?       — Я ненавижу рабов! — крикнула наёмница.       — Она не раб, — странник лишь громко вздохнул. — За это тоже обычно смертный приговор. Ты предложила отправить новичка на смерть... Наверняка, ещё давила на Тома.       Дуэт начал рыдать.       — А ведь знаете, я из-за этого получил два заряда дроби в торс… — ухмылялся Шаман. — Ну что вы рыдаете, словно малые дети? Это всего-лишь смерть. Не более, чем обыденность для каждого из вас. Убивать — это работа Глен, а Том обычно обирает трупы и ползает по некрополям. Да и я ещё думаю, пристрелить вас или сжечь заживо. Как хотите?       — Пощади! — Глен выкрикнула заплаканным голосом. — Мы не достойны смерти!       — Ой! Я все эти уловки знаю. Я суд, а не ваш аморфный Бог, чтобы говорить это, — Шаман закатил глаза и подскочил с воодушевлением. — Знание, я придумал!       — Мы каемся! Мы хотим извиниться перед вами! Мы полные мудаки! Мы виноваты! Я говорю это и от лица Тома, — смиренно говорила Глен, раскаяние в её голосе чувствовалось. — Мы примем любое наказание. Я осознала, каждый человек — важен.       — Пусть он сам раскается… — странник ответил с полным спокойствием в голосе.       — Шаман, прости, что пошёл против законов чести и подставил под удар целостность нашего отряда, — запинался Том. — И прошу прощения перед Лидией, ибо подставил её сильнее всех…       — Что сделано, то сделано. Я рад, что вы признали свою вину. Признайте её и перед Богом! — Шаман поочерёдно посмотрел в глаза каждому обвиняемому.       Шаман зарядил револьверы и нацелил их на Глен и Тома.       — У нас — странников всё немного интереснее, — Шаман взвёл курки и медленно начал жать на спуск. — Самое время для молитвы…       Том и Глен начали умолять Шамана о пощаде, упав на колени. Том зажмурился, бормоча без конца молитву.       — Я их прощаю! Не стоит их убивать… — Лидия с жалостью в голосе начала отговаривать странника.       — Прости… Так положено в этом мире, — ответил Шаман.       Глен присоединилась к молитве. Она была длинной.       — Готовы?       — Да, — синхронно ответили Глен и Том, всплихнув.       — Ну тогда до скорой встречи… — Шаман с горечью вздохнул, после чего одновременно нажал на спуск револьверов… Послышался звонкий звук, разорвавший тишину… Звук удара курка о пустую камору, — в вашей новой жизни, друзья!       — Но?! — воскликнули обвиняемые. — У вас… Странников?!       — Этим и отличаемся. Мы умеем прощать… Лидия была милосердна к вам. Заберите своё оружие и прошу такой чуши больше не делать! — Шаман толкнул им через стол их револьвер. — А теперь предлагаю разбрестись каждому по своим делам…       — Вот ты сука! — Том улыбнулся, стирая пот и слёзы с лица.       — Томми прав… — ухмыльнулась Глен.       — Ну не убивать же вас! — улыбнулся Шаман в ответ. Странник, подойдя к лестнице, увидел сидящую на ней Викторию.       — Почему ты не наверху? — удивлённо спросил Шаман. — Накрылась бы чем, прохладно ведь.       Шаман накинул на девушку свой плащ и помог встать. Они стали подниматься по лестнице, всё также опираясь друг о друга, но после каждой второй ступени Виктория спотыкалась. Он не давал ей упасть и так они дошли до спальни, в которой был гардероб.       — Боб, у меня к тебе с Томом важное задание, он тебе все аспекты расскажет, — сказал странник, посадив девушку на кровать.       Мужчины удалились из довольно просторной комнаты, в которую вместилось двадцать девушек. Две девушки с сшитыми веками сидели рядом. Они походили, как две капли воды друг на друга.       — Дамы, не дёргайтесь, — сказал Шаман, приглядевшись к их векам.       Глазные яблоки тот психопат не проколол. И это ещё страшнее. Из него получился бы отличный хирург. Шаман достал нож. И надрезал швы, затаив дыхание.       — Откроете глаза по команде, — Шаман уже убирал нити, на столько аккуратно, на сколько мог себе позволить. — Открывайте, только не смотрите на яркий свет.       Перед ним засияли две пары бездонно синих глаз, которые прелестно смотрелись с найденными синими платьями.       — Вы прекрасны… — проговорил странник двум девушкам. — Подберите Виктории одежду, я доверяю вашему вкусу. Лидия, за мной.       Почти выйдя за дверь, он услышал:       — Стой! — звук отразился десятью голосами. — Мы должны, хотя бы знать твоё имя! Виктория вышла вперёд, пытаясь остановить путника. Он на секунду остановился.       — Зовите меня просто Шаман.       После этих слов, он с Лидией спустился в гараж за оружием, алкоголем и едой. Сначала они вдвоем отнесли в столовую всю еду и алкоголь, которые только были в машинах. Там же он заметил несколько древних автомобилей.       — Глен, не жалей запасов, еды должно хватить на четверть сотни человек, — улыбаясь, сказал Шаман.       — Без проблем. Ты заценил задницу, той рыженькой, а? — Глен с этими словами подмигнула.       — Веришь или нет, но мне не до этого было, — ответил странник, резко перемениашись.       — Ой, да ладно тебе! — наёмница легонько его толкнул локтем. — Чувствую, у нашего отряда будет бурная ночка!       — Лидия, ты проведёшь операцию своего рода. Возьми бутылку спирта и сходи в вездеход за аптечкой. Я буду в гостевой. — скомандовал странник, поднимаясь по лестнице.       Он снял рубаху и постелил её на пол. Кровь уже запеклась, а раны ныли. Он дождался девушки.       — Выковыривай пинцетом весь металл. Полей раны спиртом, потом возьми иглу и сшей кровоточащие раны. В самом конце забинтуй. — Шаман указывал на инструменты.       — Но… Я… — сомнение и страх послышались в голосе Лидии.       — Никаких «но»! Я тебе доверяю. Этот навык тебе пригодится в будущем. Бери и делай, — говорил странник, переполненный уверенностью в своей спутнице. С первыми двумя пунктами у неё всё вышло шикарно, однако швы получились не особо качественными, хотя было видно, что делала она это максимально бережно. А то, с какой заботой девушка его перебинтовывала, можно было сказать, что она делала это с нежностью… После чего Шаман дружески поцеловал спутницу в лоб.       — Каждый день проходит так в этом мире? — Спросила Лидия, почти засыпая от бессилия.       — Нет. Это, скорее, приятное исключение из правил, — на лице Шамана появилась улыбка, но затем он помутнел, — но день ещё не закончился. Отдохни немного.       Шаман пошёл перетаскивать оружие на третий этаж. На восточном и западном окне стояли две снайперских винтовки, на южном — пулемёт. И только тут Шаман заметил три вещи. Первое — это туман, который был почти вплотную к дому. Второе — это кровавое полнолуние. И третье — одно чучело стояло возле двери, хотя раньше его, вроде бы, там не было. В этот момент странник мог поклясться, что чучело в том месте не стояло… Он, полный первобытного страха, подошёл к чучелу темноволосой девушки в костюме горничной. Он потрогал кожу и она была тёплой. Он открыл её рот и потрогал язык. Он был влажным. Он нащупал очень слабый пульс и проверил, что она дышит!       — Чёрт меня побери! Ты живая?! — но девушка не отвечала. И стояла, как вкопаная. Шаман пулей ринулся в крематорий.       — Вы не жгли чучела?! — крикнул он парням.       — Только последнее чучело кинули, одно из десятка чучел маленьких девочек, — Том гордился скоростью проделанной работы.       Шаман выкрутил вентиль подачи газа на нет и ринулся вытаскивать юную девочку с наполовину сгоревшей одеждой и припёкшейся с одной стороны кожей. Обжигая ещё и себя, судорожно проверил пульс и дыхание, вроде ещё жива…       — Понимаете?.. — спросил Шаман.       — Нет… — ответили ошарашенные парни.       — Вы про паралитические яды не слышали? Нужно найти здесь лабораторию! — Шаман переходил на крик.       И тут всех накрыли ужасные чувства печали, досады и ужаса от содеянного. Они подошли к таинственному лазу в стене коридора. Удача. За ней располагалась лаборатория со столом, на котором лежала девушка, стойкой с ампулами и шприцами, холодными металлическими тумбами, столами и холодильниками.       — Ищите записи! — крик Шамана раздался эхом по помещению.       После этих слов Боб взял бумаги и начал читать их, нашёл шифр противоядия, озвучил его и все судорожно начали искать подписанные им шприцы. Как только в тумбочке были найдены запасы, Боб сразу ввёл дозу антидота в вену девушке, лежащей на столе. Та начала активнее дышать и даже тихо села.       — Кто вы? — эо был первый её вопрос. — Спасители, — ответил Том. — Вы знаете, что делать, — утвердительно произнёс странник, взяв два шприца, и отправился в крематорий.       Дорога ему казалась вечностью, но он дошёл и вколол противоядие девочке в вену. Она задышала и через некоторое время её крик разошёлся по подвалу… Она жива. Шаман помог ей подняться на ноги. За ним вместе с той девушкой пришли и парни.       — Вы понимаете, что совершили? — говорил странник. — Это я отдал этот чёртов приказ.       По щекам Шамана полились слёзы.       — Мы виновны не менее твоего… — в голосе Боба послышалась досада.       — Мы все унесём это в могилу, — Том начал запинаться.       — Девушки, мы просим прощения. Мы не знали… — говорил Шаман в припадке истерики.       — Только помогите… — девочка ответила хриплым голосом.       — Если вы её спасёте, я умолчу, — ответила вторая дама.       — Том, Боб. Её жизнь в ваших руках. — успокаивался Шаман. — Мне нужно срочно в мансарду.       Шаман старался не переходить на бег. И вечностью тянулась дорога на третий этаж.       — Так, золотце, ты очень милая. Если будет больно, то потерпи немного… — Шаман ввёл в вену «горничной» антидот.       — Ах! — она почти рухнула на пол. — Спасибо! Кто ты?       — Спускайся в спальню, девушки всё расскажут, — ответил Шаман.       — Может, я тебе отплачу? — спросила она со странным, полным похоти, взглядом.       — Может, потом… — странник замялся, прочитав её намёк. — Иди к своим.       За стенами дома раздался вой. Громкий, полный голода и жуткого замогильного мрака.       — Нет... — промолвил Шаман.       Он спустился этажом ниже. По второму этажу ходили девушки, которых было уже порядка дюжины.       — Все на второй этаж! — прохрипели рации от крематория, до кухни. — Срочно!       Спустя две минуты все стояли, в ожидании речи Шамана.       — Господа и, прежде всего, дамы! Я предлагаю отложить все наши дела! И… — Глен перебила Шамана. — Оттянуться? — с улыбкой произнесла она.       — Не время, отдыхать! И прошу выслушайте! Это важно, — странник был серьёзен, как никогда. — Сейчас кровавое полнолуние и знаете, учитывая вой за окнами, это дурной знак! Снаружи не просто туман, а молоко! Видимость нулевая, если не меньше. Во время кровавого полнолуния, мутанты и прочая нежить просто нутром чуят, где люди. И по-этому наша задача забаррикадировать все окна и двери, иметь на каждом этаже минимум три огневых точки. Все, кто хоть раз держали в руках оружие, за мной, остальные баррикадировать.       После этих слов за странником в гараж пошли десять человек, в их числе был отряд Шамана целиком, а так же близняшки, Виктория, служанка и ещё две симпатичных особы. Взяв всё оружие, которое только было, Шаман отправил Боба и близняшек с дробовиками на первый этаж. Глен, «служанку», Тома с огнемётом и ещё одну особу на второй. А сам с Лидией, Викторией и девушкой занял мансарду. На каждом этаже было по тепловизору, взятых из подвала.       Дом превратился в своего рода неприступную крепость. В доме воцарилось молчание. Час после строительства баррикад, было слышно только, как открывались бутылки рома. Это было затишье перед бурей. Эта тишина была мёртвой. Ледяная луна вселяла ужас. Шаман смотрел в тепловизор. Было видно, как орды огромных волков окружали дом. В этот момент он вспомнил старые байки про оборотней, но это не убавляло ужаса.       — Лидия, за пулемёт. Виктория, держи тепловизор и ползи к винтовке, — скомандовал шёпотом Шаман.       К волкам присоединялись одичавшие прокажённые. К ним огромные мутировавшие крысы. Все они были до ужаса голодными. Отряд не видел их глаз, но был готов поспорить, что они светились в темноте. Их были сотни, если не тысячи. Каждый молил богов о том, чтобы хватило боеприпасов. Раздался вой… Этот вой был слишком громким. Он будто умножался тысячекратно туманом.       — Начинаем… — с опаской и грустью в голосе сказал Шаман по рации. — Лидия, просто жми на спуск.             Со второго этажа послышался крик Глен. «Ну что сучки! Погнали!». Первый выстрел пренадлежал Виктории. Он прострелил насквозь двух прокажённых. И сейчас наружный двор дома превратился в светошоу. Через раз стреляли трассирующие с зажигательными, а огнемёт придавал этому фатальную изюминку. Том в респираторе и с огнемётом выглядел ужасающе и наводил страх даже на союзников. Глен стреляла с древней американской винтовки под слишком уж весёлые крики. Для неё это был просто тир. Шаман пытался держать спокойствие и бить зажигательными волков, которые, после того, как загорались, бежали на своим и поджигали их. Боб стрелял вслепую и старался чаще перезаряжать свой дробовик. Уже начинало вонять палёным мясом и шерстью. Шипение и треск пламени, оглушающие выстрелы патронов разного калибра и вой вперемешку с криками и смехом — это всё напоминало игру оркестра. Враг подобрался слишком близко. Но страшнее всего выглядели Том и Лидия.       Хрупкая девушка с пулемётом, в котором стоят трассирующе-зажигательные. Каждый выстрел будто рассекал пелену тумана. Виктория всё также стреляла по прокажённым, тоже стараясь сохранять спокойствие на пару с Шаманом. К Глен в бойницу кинулся с диким рёвом одичавший бедолага и она с криками про то, какой этот прокажённый ублюдок и к чьей матери ему идти, просто лёгким движением отрубила ему голову своим мачете, следом выстрелив из подствольного гранатомёта в скопление несчастных. У отряда начали заканчиваться патроны, у кого-то были частые осечки… Теперь, даже те, кто не особо умел владеть оружием, брали у отряда пистолеты и вели огонь по врагу. И вот последнее чудовище легло от меткого выстрела Виктории. И тишина… Победная тишина. Долгожданная тишина. Запах, конечно, стоял отвратный. Палёной кожи, шерсти и гнилого мяса составляли дикую смесь.       — Кто хочет на ужин жаренную волчатинку? — весело спросил Том. Но его слова прервал громкий топот. Будто нечто огромных размеров и весом в пару десятков тон шло с юга.       Шаман посмотрел через тепловизор на юг. Это был паук высотой как половина дома. Его хелицеры были размером с грузовик. Хитин был будто отлит из оникса. Неизвестно, откуда он вылез, но его размеры ужасали.       — Потом полакомимся, а сейчас все на оборону! Южная стена, огонь! — крик Шамана разлетелся по рациям.       Горящие трупы давали хоть какую-то видимость. Пулемётная очередь и даже снайперские винтовки не давали результата, а только злили паука-переростка…       — Все, прощайте… С вами приятно было иметь дело… — крикнула однорукая светловолосая девушка в красном платье со связкой гранат через плечо и подведённой ниткой к каждой чике.       После своего прощального крика, она перелезла через подоконник. Девушка не спеша пошла смерти в объятья. Паук уже почти зажал её между хелицер, как она дёрнула за нити.       Три…       Сущность её сжала между клыков, да так, что её платье окрасилось в тёмно-бордовые тона.       Два…       Он начал её пережёвывать.       Один…       Паук её проглотил. Раздался взрыв, после чего внутренности паука разбросало в радиусе ста метров, а его исполинская туша с ужасающим грохотом пала на дорогу.       В этот раз тишина действительно победная, но ни одной улыбки не было. Все стояли и смотрели на горящие трупы и полыхающие внутренности паука, лапы которого дёргались в конвульсиях. Казалось, тишина была вечной.       — Мы будем помнить её и её поступок… А теперь можем отдохнуть… — прервал тишину голос Шамана, раздавшийся хриплым эхом через рации на каждом этаже. — Перекусим, выпьем и развлечёмся.       Люди начали ходить, о чём-то беседовать, есть, слушать музыку через старый радиоприёмник и пить алкоголь. И только на мансарде было тихо. Никто из троих не выходил.       — Шаманочка! Пошли с близняшками оттянемся! — жизнерадостный голос Глен разорвал тишину по ту сторону двери.       Шаман не отвечал на зов. Минуту, пять, десять. Глен решила, что тут что-то неладное и на пару с Томом и ломом открыли забаррикадированную дверь. Они увидели спящих Лидию и Викторию, а между ними, собственно, странника. Шаман и девушки сидели, облокотившись на книжный шкаф, плотно прижавшись друг к другу. В их ногах было море гильз и три пустых бутылки рома. Дуэт удалился, прикрыв за собой дверь и выключив свет.