После нашего времени

            Шаман проснулся на заре после беспокойного сна. Он ещё не отошёл от произошедшего на Ядерном Пике. Голова шла кругом, тело кололо, а в свете своих глаз он мог спокойно разглядеть близлежащие предметы в каюте.       После нескольких тщетных попыток уснуть, разбившихся о шум в его голове он сквозь боль поднялся и присел в кровати. Шум, терзавший его был больше похож на радиопомехи. Он надеялся, что это просто усталость и эмоциональное потрясение. Он снова задумался: не зря ли он отправил тех наёмников на верную смерть? Его терзали угрызения совести, которые он успешно держал в себе, ведь их бы просто застрелили и оставили гнить в том зелёном оазисе посреди трёх пустынь под огромной горой. Либо близкие ему люди, либо те, кто их за людей не считал. Хотя странно, что они не видели тел… Ни животных, ни людей, ни живых, ни мёртвых. И это пугало до мурашек и паники. Там просто никого, словно и никогда там людей и не было. Никаких их следов, кроме машин, да и тех было маловато, ведь храбрецы туда отправлялись веками. Но от них даже кровавых луж не осталось. Просто ничего… Может Горгона в этом виновна?       — Это какой-то бред… — прошептал севшим голосом странник, потерев лицо ладонями. — Чем больше думаешь — тем больше вопросов и ни одного ответа.       Шаман поднялся и направился в ванную. Ему казалось, что он может и не включать свет после новой дозы Горгоны, но всё-таки щёлкнул выключателем. Металлическая ванная озарилась холодным, ярким, бледным светом.       Ещё пару дней назад он был, как ему казалось, совершенно другим человеком. Даже внешне он изменился: стал бледнее, глаза горели ярче, прибавилось шрамов от ран, которые зарастали быстрее, чем на собаке, а в волосах прибавилось седины. Он решил не бриться и просто умылся в холодной, но казалось тяжёлой воде, после чего не упустил возможности и принял душ. Выйдя из ванной он посмотрел в иллюминатор и понял, что они уже близки к тому, чтобы пересечь стеклянную пустыню. Всё меньше стекла блестело в песке, лишь какие-то древние разрушенные здания были видны на линии горизонта. Он накинул рубаху и плащ, затем вышел из каюты и направился к столовой. По пути матросы при виде него прикладывали ладонь к виску, что его явно напрягало, но он не понимал почему. Когда Шаман зашёл в столовую, за раздаточным окном уже кипела работа. Повара готовили завтрак.       — Мужики, доброго утра, — сказал он, подойдя к раздатке.- Можно чего горячего.       — Ну раз доброго, то чего бы и не налить чаю, — предложил один из них, черпнув железной кружкой из большой парящей кастрюли горячий напиток и поставил на стойку. — Наслаждайся.       — Спасибо, — ответил странник и присел за стол, выкладывая блокнот из внутреннего кармана вместе с кусочком графита.       — О, брат, Атаман! — послышался со спины женский голос.       — Здравия желаю, товарищ капитан, — поприветствовал он её с улыбкой, не оборачиваясь и начав зарисовывать по памяти местность оазиса. — Обход совершаете?       — Да, как раз закончила, — сказала девушка, снимая плащ и вешая на вешалку. — Чего не спишь, пока есть прекрасная возможность?       — Только не смейся, — ухмыльнулся парень, нумеруя страницу. — Радиопомехи мерещатся и спать не дают.       — Не мудрено, ведь ты один из немногих, кого я знаю, кто выбрался из НИИ, — посмеялась Карина, усаживаясь напротив Шамана. — Но вообще думаю — это потому что твоя каюта возле радиорубки.       — Откуда? — спросил парень подняв голову и нахмурив брови.       — Ах, точно, прости. Ядерного Пика или оазиса, как там сейчас называют то место. — улыбнулась она, заглянув в блокнот Шамана. — Несколько веков тому назад там был научно-исследовательский институт. Передовой центр всей планеты. Именно благодаря тем ребятам люди смогли покорять планеты, разработать оружие, о котором ты наверное и не слышал, да и Ваши «Персей» и «Горгона» — оттуда же. Мы работали над теми технологиями, которые выходили за границы разума.       — «Мы»? — волосы Шамана встали дыбом. — Ты была там?       — Да, я там работала до катастрофы. Уже много веков прошло с той поры… — говорила Карина с грустью. — Я была… Как это называлось… Инженер по работе с регенерирующими металлами, отдел «Гамма».       — Я до сих пор не понимаю, как у таких старых прокажённых не проваливается память, — поражался Шаман, раскладывая взятую с форзаца карту и ставя номер страницы из блокнота на оазисе.       — Я не старая! Не смей меня так называть! — переходил на крик капитан.       — Прости, я имел ввиду… — Шаман запнулся.       — Да брось! Мне сотни лет, дай повеселиться, — рассмеявшись, сказала Карина. — Мир теперь совершенно иной. Мне нравится с ним иногда контактировать, просто многие боятся «Авроры».       — Да, чего тут боятся? Просто огромный бронепалубный крейсер, бороздящий пустыню при помощи огромных гусениц… — с сарказмом ответил Шаман, записывая данные, услышанные от Карины в блокнот. — Какой была жизнь раньше?       — Разрешите присоединиться? — поинтересовалась Виктория, зашедшая в столовую.       — Совершенно другой… — ответила Карина, посмотрев на рыжую девушку, — Ответь спутнице.       — Так, Вы же капитан корабля, — с недоумением посмотрел на апостола странник, но по взгляду всё понял. — Да, присаживайся.       — Товарищ Атаман, она — Ваш боец, а не мой, — уточнила с улыбкой черноволосая девушка, отойдя за чаем. — Тогда не было выживания. Люди перестали вести войны на земле, но начали биться за космос. Тогда ценились учёные, инженеры, робототехники, учёные-врачи… Да, таких у меня целое судно. Каждому, кто захотел жить пришлось вооружиться. Ну мы и поделились по рангам. Матросы, салютующие тебе были когда-то лаборантами, а старшины — допустим научными сотрудниками или младшими специалистами. Ну и так далее. У нас в радиорубке сидят администраторы сетевых и гиперчастотных беспроводных линий.       — И как же научный состав нашёл это судно? — поинтересовалась Вика.       — Мы его создали, — повернулась к ней Карина, величественно продолжив, — моя лаборатория располагалась под тем местом, которое Вы сейчас называете «Пресным морем». Оно стояло в одном из доков. После того, как я стала поневоле апостолом — вернулась в неё, нашла уцелевших сотрудников и мы решили, что нечего этому крейсеру гнить. Десяток лет мы его на траки ставили. Мои механики кстати, прости что без твоего ведома, товарищ Атаман, но слегка модернизировали Ваши машины, но об этом потом.       — Приму, как подарок… — искренне удивился странник, оторвавшись от записей.       — В принципе, твой вездеход мне и так искренне понравился, есть в нас нечто общее, — усмехнулась Карина, сделав глоток чая.       — Товарищ капитан, на нас буря движется! — ворвался матрос в столовую. — С Востока.       — Какой тип? — повернулась на него девушка.       — Первый! — ответил матрос.       — Вот же чёрт! — Карина молниеносно бросилась к плащу и фуражке. Взяла рацию и проговорила. — Протокол два. Стоп машина! Скинуть якорь, отключить гидравлику, включить защитные экраны и заслонки, перевернуть солнечные панели, всем покинуть палубу!       — Стеклянная что ли? — спросил Шаман, казалось сам у себя, продолжая вносить записи.       — Она самая, дорогой! Прошу прощения, но я Вас покину. Как она прекратится поднимайся в мой кабинет, есть личное дело, — сказала она, вылетая из столовой. и добавила на выходе. — А ещё, собери своих. Здесь сейчас безопаснее всего.       — Принял, товарищ капитан, — Шаман достал рацию. — Отряд встать, бегом в столовую, ситуация экстренная и закройте иллюминаторы в каютах!       Через пять минут весь отряд сидел перед Шаманом. Кто-то был более заспанный, кто-то был бодр, но все одинаково не понимали, что происходит.       — На нас движется буря. Карина попросила сидеть здесь, пока она не закончится, — Говорил он, заканчивая писать и прикуривая сигарету. По броне уже начала бить стеклянная крошка и что-то крупнее. — Все выспались?       — Да после такой недельки мне кажется можно вообще перестать спать, — ответила Бетси.       — Господа, может чтоб время не терять позавтракаете? — спросил кок, уже накладывая порции.       — Когда же мы откажемся от такого предложения? — с сарказмом ответил Боб. Через пару минут все уже ели какую-то простенькую кашу, запивая чаем. Все, кроме Шамана, который перечитывал записи.       — Ты бастуешь? — спросила Глен, поднося ложку ко рту.       — Нет, дорогая, — странник поднял голову. — Размышляю.       — А говорят мыслями нельзя насытиться, — сказала она, оттопырив мизинец.       — Говорят не лезть на рожон, ещё, — он пододвинул тарелку к себе.       — Да не злись ты, — буркнула она, вздохнув. — Знаю, что человек я — мерзкий.       — Оставь это в прошлом. Сейчас я вижу только верного боевого товарища, — Шаман облизнул ложку, — хотя выезжал с расфуфыренной буржуйской наёмницей. Что-то в тебе поменялось и очень сильно. Даже на мою фразу ты бы сорвалась пару дней назад. Я рад видеть каждого за этим столом и мне искренне печально понимать, что кто-то до него не доехал.       — Спасибо, атаман, — ответила Глен, относя тарелку.       — Всех нас поменяло это задание, — добавил Боб.       — Как минимум физически, — сказала Виктория, — а кого-то духовно, но всех уровнял этот отряд.       — Всех ровняет пустошь, она как смерть, — добавила Элизабет, унося тарелку вслед за Глен.       — Вспомни тех наёмников возле Пика, — неожиданно ворвалась Лидия, склонившаяся над тарелкой. — Они то выше всех и вся.       — Были выше… — дополнил с горечью Шаман. — И Глен была. Только вот к счастью она жива.       — А Лидия была ниже, — ответил Боб, прикуривая сигарету. — Ни ты, ни пустошь, ни отряд, ни смерть нас не ровняет. Это мы ровняемся друг на друга и правильно делаем. Мы все учимся друг у друга. При том нет кого-то выше-ниже, никого впереди или сзади. Все равны, а теперь ещё ближе с этой проказой.       — Да уж…- Вздохнула Глен. — Что теперь? Вечная жизнь?       — Да, если конечно сердцем или головой не поймаешь пулю, — Виктория взглянула в блокнот Шамана. — Может и на части разорвать каким-нибудь взрывом. Отсутствие старения и возможности от него умереть — не стало в нашем мире панацеей.       — Зато раньше, судя по всему — было, — усмехнулся Шаман, передавая блокнот историку.       Виктория взяла толстый, кожаный, потрёпанный блокнот с записями и принялась изучать под гул размышлений и стук стекла по броне. Он был не то дневником, не то заметками и пояснениями с зарисовками. Карта с цифрами и обозначениями страниц. Описание растений, оружия, вырезки из книг, выписанные диалоги, размышления. Знакомые и незнакомые имена. Списки и сводки, блоки координат. Казалось, это универсальный дневник, из которого любой мог бы подчерпнуть информацию для казалось почти любого ремесла. Одна из страниц делила этот дневник датой. До и после, как казалось. Почерк и стиль были другими.       — Это дневник дяди? — спросила Виктория, отрывая глаза от книжечки.       — Был… — ответил с грустью в голосе Шаман, допивая чай. — Одна из немногих вещей, что осталась в наследство. Оно обычно у странников скудное. Там есть пара записей про моих родителей, которых я не помню даже. То, что достаётся — умный старается преумножить, чем бы то ни было.       — Верная мысль, — подметила Виктория.       — Машину — улучшил и превратил в вездеход. А книга эта — багаж знаний, и его можно пополнять вечно, — Шаман докуривал сигарету.       — Даже плащ, наш атаман штопает с каждым пулевым, — улыбнулся Грин, — и не зря, как он и предсказал, плащ этот жизнь ему спас…       — Верно подметил, — улыбнулся Шаман. — Не знаю насколько различаются в моих эмоциях чутьё и аналитика.       Стук по бортам закончился и Шаман, как только начали опускаться щиты сказал отряду быть на связи и ушёл к кабинету Карины и постучав услышал «войдите». Кабинет был вымощен деревом и усыпан книжными полками, но это единственное богатство, что было в капитанском кабинете. Простой дубовый стол, простые кресла, простая кровать, обычная лампа. С кабинетом Гелберта — не сравнится, особенно учитывая, что по факту — это каюта.       — Дорогой мой странник, скажи мне кое-что, — Карина нажала на кнопку и заперла каюту, — раз уж, я рассказала тебе про прошлое этого мира, мне важно слышать о настоящем.       — Что именно Вас интересует, товарищ Капитан? — парень присел на стул перед девушкой.       — Отставьте формальности, товарищ атаман. Я знаю, что вы их не любите, — она расстегнула китель и кинула фуражку на стол. — Только без шуток и прочего, пожалуйста. Мне несколько сотен лет и для меня важно…       — Карина, ты очень красивая женщина. Поверь, немногие с тобой сравнятся, — странник опередил вопрос апостола, — а ещё ты очень интересная личность. Честно, как и в случае с Астрой, я бы не хотел уезжать, но не моя воля.       — Как ты?.. — бледное лицо девушки залилось краской.       — Я не думаю, что за закрытыми дверями и в неформальной обстановке ты могла спросить иного. Тем более, что ты несколько переживаешь из-за возраста. Хоть и скидываешь это на шутки, — Шаман откинулся в кресле. — Мне нравятся такие женщины, как ты.       — Спасибо, дорогой мой, — улыбнулась Карина, пока её глаза невольно засветились. — А хотел бы ты?..       — Шаман, срочно! — голос Боба разрывал рацию.       — Хотел бы, но, как ты видишь… — сказал Шаман с грустью в голосе, поднимая рацию и нажимая на тангетку. — Что стряслось? На связи!       — Бетси плохо, похоже на какой-то приступ, — разносилось эхом по каюте.       — Дай рацию! — с грустью в голосе сказала Карина, протягивая руку, от чего из-под кителя слегка оголилась её грудь. Шаман повиновался. — Несите в лазарет, он находится по коридору столовой — налево. Встретимся там.       — Прости… — глаза Шамана скользнули на секунду вниз, пока он поднимался.       — Да, ещё всё успеется. А вот если кто-то из Вас подохнет на моём корабле, я буду долго горевать, — улыбнулась Карина, быстро поднимаясь и застёгивая одежду. — Идём.       Дуэт быстрым шагом направился в лазарет, и минуя матросов в узких серых коридорах был там через несколько минут. Хотя атаману, у которого заходилось сердце от мысли потери бойца — это время показалось вечностью. Распахнув дверь они увидели отряд сидящий на металлических скамьях. И доктора, который склонился над Бетси. Зашумели двигатели и корабль тронулся.       — Бобби, что случилось? — Шаман кивнул в сторону койки с бледной девушки, тело которой дрожало и будто ломалось, а глаза закатывались.       — Сначала подумал, что это эпилепсия, — ответил крайне взволнованно старый друг.       — А оказалась передозировка, — сказал врач, вводя что-то в вену девушки. — Давайте-ка все Вы побудете на судне ещё денёк-другой. — А мы тут при чём? — спросила, резко наклонившись, Глен.       — Передозировка Персеем, — объяснил доктор, пока спазмы постепенно отпускали девушку. — Вы ведь все надышались этой мрази в НИИ. Подобная передозировка встречалась у трети нашего судна первые дни катастрофы. Тогда и судна то не было и не знали мы, как с этим бороться… Много людей полегло, пока разобрались.       — А почему она сразу не наступила? — спросила Глен со страхом в голосе.       — Ну, это не совсем передозировка. Иногда, если слегка переборщить с препаратом кора головного мозга или же спинной мозг — могут покрыться тончайшей металлической оболочкой, что начинает искажать нервные импульсы и организм попросту может сам себя изводить, — ответил врач, присаживаясь за стол.       — У меня такого не было…- удивился Шаман, — хотя я уже несколько лет прокажён.       — У тебя и не наступит, — объяснил врач. — Всё, что у тебя может быть так это пара дней галлюцинаций. Просто так или иначе каждый орган покрывается титановой оболочкой, но это не должно происходить слишком быстро и нельзя переборщить с препаратом. Иначе, в лучшем случае — вечное безумие. Думаю, вы таких встречали.       — А в худшем? — спросила Лидия.       — А какая разница? Вас ни то, ни другое не ждёт. Просто не думаю, что вы хотите того, чтобы кого-то из Вас, уважаемые схватил приступ за рулём, — сказал доктор, доставая шприцы. — А теперь, будьте добры, сдать немного крови на анализ.       — Окаменеешь, но будешь жить вечно, — прокомментировала Виктория, закатывая рукав. — Потому и «Горгона».       Отряд сдал по очереди кровь и понимал, что задержится на судне чуть дольше положенного. Тихим шёпотом обсуждалась тема страха.       — Отставить панику! — сказал Шаман. — Живы будем — не помрём!       — Да? А я как раз собиралась, — с сарказмом ответила Глен. — Доктор, через сколько Элизабет придёт в себя?       — Минимум к ночи, — седой мужчина в очках писал что-то в журнал. — Вы свободны, только будьте аккуратнее.       — Спасибо, доктор, — сказал Шаман, выходя из комнаты. — Тогда спать будем по двое. Боб с Лидией. Виктория с Глен.       — А ты? — спросила Лидия.       — А мне не…- начал Шаман, но его перебила Карина.       — А он со мной. Я как Капитан, обязуюсь лично ответить за сохранность Вашего атамана! — заявила она звонко со всей уверенностью в голосе.       — Но… — не успел договорить Шаман.       — Никаких «но»! — ответила капитан судна, пройдя чуть вперёд.       — Ладно… — ухмыльнулся Шаман. — Разойтись по каютам, я чуть позже навещу каждого.       — Хорошо, брат, — зевнул Боб и махнул рукой. — Дамы, за мной.       Шаман пошёл за капитаном в каюту и сел в кресло напротив Карины.       — Что скажешь? — спросил Шаман.       — Думаю, мы Вас довезём до ГЭС. Пора выбираться в люди, впервые за пару сотен лет! — усмехнулась девушка, кинув фуражку на стол. — Сможешь связаться с Астрой через рубку и сказать на чём ты будешь, чтобы по нам огонь не открыли?       — Конечно, — кивнул Шаман, — только блокнот надо забрать у Вики.       — Заберёшь на обходе, — сказала с улыбкой девушка, расстегнув верхнюю пуговицу. — Так на чём мы остановились?       — Кажется припоминаю… — ответил Шаман, поднявшись, и скинул плащ на спинку кресла.       Тем временем, Глен, Боб, Виктория и Лидия решили пока-что находиться вместе. Они уселись в одну каюту и за игрой в карты около двух часов обсуждали ситуацию с этой проказой, пока в каюту не заявились капитан с атаманом. Убедились, что все целы и снова пропали, только уже до ночи. Никто не спал, когда они вернулись и позвали их на верхнюю палубу.       — Ночь — лучшее время в пустыне, пусть и до жути холодное, но у меня от него для Вас есть лекарство, — сказала Карина, открывая дверь. На палубе стоял стол с ящиком, полным бутылок вина, и открывался вид на серую пустыню. На необычную пустыню, что их окружала.       — А Вы, товарищ капитан, знаете, как удивить и порадовать! — посмеялась Глен.       — Празднуйте, товарищи герои! — произнесла воодушевлённо Карина. — Вы заслужили. Отряд не упустил возможности расслабиться и принялся обсуждая различные истории из прошлого распивать старое вино: кто с бокалов, кто с горла. Когда дошло до пьяных песен только Шаман, Лидия и Виктория сохраняли рассудок и отошли на перекур к одному из бортов.       — Нас довезут до ГЭС, — сказал странник, подкуривая сигарету и выкидывая пустую бумажную пачку за борт. — Вик, дай пожалуйста блокнот.       — Держи, — Сказала девушка, последовав примеру Шамана прикурила сигарету и отдала дневник.- Многим лишь дай повод напиться.       — Сама знаешь в каком мире живём, — сказала икнув Лидия.       — Да, это понятно, я бы так же напивался. Только что-то в этой местности не так, — сказал настороженно странник. — Вы то расслабьтесь, оставьте удел дозорного мне.       — Как скажешь, конечно, но может с тобой побыть трезвенниками? — спросила Виктория, опираясь о перила. — Мне особо и не горит.       — Ну, раз настаивайте… Пошли в рубку, — сказал Шаман, открывая дверь. Дойдя до точки назначения странник постучал.       — Фамилия, звание, цель прибытия, — бросил стандартную директиву связист, открыв бойницу.       — Шаман, атаман. Приказ Карины: связаться с директором ГЭС, — Шаман продиктовал частоту, пока мужчина открывал дверь и приступил вбивать частоту, пока второй подавал трубку. — Астра, приём, как слышишь?       — Слышу на троечку, разбираю чётко, — донёсся сонный женский голос из динамика спустя минуту тишины. — Что случилось?       — Передай войскам, что я вместе с деталью прибуду на крейсере, — с улыбкой говорил Шаман чуть громче.       — Где ты тут пришвартуешься то?! — резко проснулась Астра.       — Мы по суше, — объяснил Шаман переходя на смех.       — Ты там напился что ли? — усмехнулась нервно девушка.       — Я на крейсере «Аврора», он на гусеницах. Думаю, ты слышала про апостола Карину. Она согласилась нас подбросить, — Шаман говорил в трубку.       — Что? Откуда? Как ты её нашёл? Я её видела сотни лет назад! — кричала от радости Астра. — Я передам войскам.       — Вообще, случайно, — усмехнулся Шаман, — так что жди нас. Доброй ночи, конец связи!       Шаман отдал трубку второму связисту и вернулся с девушками наверх. С серого неба сыпались белые хлопья. Отряд уже дошёл до стадии вопросов о том кто и кого уважает, хотя некоторые уже уснули.       — Какой красивый снег! — поразилась Лидия, пока Виктория поймала одну из снежинок и перетёрла в руке.       — Это не снег… — сказал Шаман, посмотрев на то, как снежинка в руках Вики превратилась в труху. — Это пепел…