Мир не такой, каким кажется

Мужчина неспешно расхаживал по комнате из стороны в сторону. Временами он останавливался перед панорамным окном, смотря на оживленный японский город. Хождение помогало лучше сосредоточиться на поставленной цели. — Мастер Шреддер, приготовление завершено, — на пороге появился один из приспешников. — Отлично, Такеши. Готовь армию, — он ухмыльнулся, надевая свой незаменимый, потрепаный временем шлем. На крыше небоскреба уже в полной готовности к отлёту, стоял личный самолёт. Саки усмехнулся, находясь в предвкушении. Ему не терпелось осуществить свой план по уничтожению столь ненавистного клана. Ему было мало той власти, которую он уже обрёл. Когда клан Хамато оказался запертым за стенами в Соединённых Штатах, клан Фут получил огромное влияние в Японии и стал ведущим кланом. Красный отпечаток ноги заставлял содрогнуться всю Японию, даже прожорливых мафиози и опасных головорезов. И ряды самого клана значительно пополнились. На его сторону перешли умелые и опытные бойцы, а также случился большой наплыв новичков. Но вторым прижиться в столь суровых условиях сложнее. Клан Фут жесток и беспощаден даже к своим. Шреддер уже представлял картину, как будет расправляться со своим заклятым врагом и родным братом — Хамато Йоши. От одной только мысли о нем сводит зубы. Он виноват во всех его бедах и неудачах. Это из-за него он не смог добиться триумфа в молодые годы. Это он увел у него любимую женщину. Это он забрал его дочь. И Саки отомстит. За все отомстит. Когда Стокман доложил о распространении вируса в Нью-Йорке, он ощущал радость и настоящее удовольствие. Уже тогда поставил точку на Йоши и его жалком клане. В планы не входило их выживание. Но они выжили. Сделали свой город, окружённый надёжными стенами. На этот город не распространялись указы и законы правительства Америки. Они сами вершили закон. В городе сложились свои порядки, своя политика. Он был отделен от внешнего мира. И это помогало выжить. Внутри закипала ненависть. В голове всплыли обрывки воспоминаний: Высокая молодая женщина с острыми, но изящными чертами лица стояла в парке, держа на руках младенца. Она медленно качала его на руках, мелодично пропевая колыбельную. Саки стоял за деревом, наблюдая. Он уже всем сердцем и душой ненавидел этого ребенка. Потому что он был не от него. Его любимая женщина вынашивала и теперь воспитывает ребенка его злейшего врага. Руки сжались в кулаки от нахлынувшей злобы. Где-то в стороне раздался приветливый, но столь ненавистный мужской голос. Йоши подбежал к женщине. Он протянул ей небольшой букет, мягко улыбаясь. Та удивилась такому подарку, ведь она каждый вечер встречает своего любимого здесь, в этом парке и не ожидала столь приятного жеста со стороны мужчины. Йоши оттачивал свои боевые навыки до самого позднего вечера и мало времени проводил дома. Тэнг Шен сначала открыто высказывала свое недовольство по этому поводу, но со временем привыкла. Все же Йоши делал все возможное, чтобы содержать их и она это понимала. Младенец на руках заёрзал, а после захныкал. — Тш-ш, все хорошо, — мягко успокаивала женщина, продолжая качать его на руках. — Мы с тобой, Леонардо, — Йоши аккуратно прикоснулся к кончику носа малыша. Тот замер на месте, вопросительно смотря на него и непонимающе хлопая глазами. Шен улыбнулась, поцеловав его в щеку и они направились вдоль парка. Позади раздался глухой стук кулака о ствол дерева. Саки скалил зубы, наблюдая за отдаляющимися силуэтами. — Мастер Шреддер? — из мира грёз вытащил знакомый голос и мужчина обернулся. Перед ним стоял Такеши, жестом приглашая в самолёт. Он кивнул, направившись к нему. Заняв свое почетное место у окна, Шреддер снял шлем. Лучи палящего утреннего солнца падали через окно самолета на лысую голову мужчины, покрытую шрамами от давних ожогов. Вот только сейчас душу скребли вовсе не они. Открылись старые, но не забытые душевные раны.

***

— Фух, ну и жара сегодня, — Микеланджело стёр со лба пот и вздохнул. Работа на полях так утомляет. А под лучами палящего солнца в знойный день хуже вдвойне. День только начался, а он уже успел устать. — Эй, не зевай! — раздался громкий бодрый голос Рафаэля. — Урожай сам себя не посеет! — в младшего прилетел пакет семян и Майки вздохнул, вновь схватившись за лопату. — Ты с каким-то отличительным задором работаешь сегодня. Неужто хорошую весть узнал? — Кейси усмехнулся, посмотрев на друга. — О, я понял! Та блондинка из госпиталя дала свой номерок? — Что?! — вскипел Раф, резко к тому обернувшись. — Никто мне ничего не давал! Просто... настроение хорошее. — он пробубнил последнюю фразу, взгляд опустив. — И вообще, что это ты про нее вспомнил? Сам влюбился что ли? — губы расплылись в привычной самодовольной ухмылке. — Ой, да ладно тебе. Я видел, как ты смотрел на нее в приемном отделении, — Джонс загнал лопату в землю, оперевшись на нее локтем. — Если вы не продолжите работать, то тогда посмотрю на вас я и вам это не понравится, — перед ними возник Леонардо, недовольно сложив руки на груди. — Ты уже на нас смотришь, Бесстрашный, — усмехнувшись, Раф вновь взялся за лопату. Леонардо лишь осуждающе покачал головой, но на лице играла легкая улыбка. В тот же миг по городу, подобно раскату грома, прокатился шум, заглушая разговоры. На горизонте замаячили военные истребители. Оборона на стенах начала бить тревогу. Люди разбегались в панике, кидая все свои дела. Напряжение нарастало. — Что за черт?! — Рафаэль наблюдал за приблиближающими летающими объектами, сжимая в руках лопату. — В укрытие! — крикнул Лео, зная, что добром это не кончится. Братья направились в сторону штаба. Истребители уже кружили над самой головой. Внезапно просвистел падающий боевой снаряд. Военные решительными шагами предпринимали меры по защите населения. На стенах устанавливались и заряжались пушки, мирных жителей эвакуировали в подземный бункер, который был рассчитан на такие случаи. Вокруг метались люди, охваченные паникой. Раздавались оглушающие взрывы бомб, заставляющие землю содрогаться. С глухим грохотом обваливались дома, обломки которых летели вниз, норовя задавить. Кто-то отчаянно кричал, по року судьбы оказавшись в эпицентре взрыва, или же придавленным чем-то тяжёлым. Где-то у обломков обрушенного здания плакал ребенок, лишившись родителей. Звенели пушки под четкие и громкие команды командиров. Под натиском атаки сверху, обваливались стены, что все это время служили верной и крепкой защитой от внешнего мира. Взрывались вражеские вертолеты под снарядами пушек. Языки пламени разгорались с новой мощью, увеличивая свои владения. Маленькая девочка вжалась в угол полуразрушенного здания. На ней лежало уже мертвое тело женщины. На лице той отпечатался страх. Пустые глаза испуганно смотрели куда-то вдаль, а приоткрытый рот онемел, так и не издав прощальных слов. Девочка протянула тоненькие ручонки к матери, толкая ту. В ней еще горела надежда, что ее мать жива. Просто она устала. Сейчас она встанет, обнимет ее и весь кошмар закончится. Но этого не происходило. Женщина лежала неподвижно. Девочка обняла ее тело, зарыдав. Она отчаянно всхлипывала, содрогаясь всем телом и прижимая труп матери к себе. Микеланджело промчался мимо, но взгляд остановился на обломках. Там кто-то двигался. Он крикнул впереди бежащим братьям, что после их догонит и побежал к обломкам, даже не заботясь о том, долетели ли до тех слова. Откидывая обломки в сторону, он заметил женское тело, а под ним, свернувшись в клубок, находилась еще живая девочка. Она билась в истерике, вжимаясь в тело матери. По щекам текли слезы. К горлу парня поступил ком. Уж он-то понимал, каково это, когда близкий человек умирает у тебя на глазах, а ты не в силах что-либо сделать. — Надо уходить. Твоя мама больше не проснется, — с болью в груди произнес Майки, поднимая девочку на руки. Она продолжала сдавленно вхлипывать, сжимая одежду юноши и утыкаясь в его грудь. — Сюда! — раздался крик со стороны и Микеланджело обернулся. Неподалеку стоял солдат, махая рукой. В другой мирно покоялся автомат, дожидаясь своего часа. Юноша сорвался с места, что оказалось очень кстати. Туда, где они находились несколько секунд назад, упали обломки вражеского истребителя. Часть корпуса с красным агрессивным логотипом долетела до самых ног. — Чертовы снаряды! Что блять происходит?! — Рафаэль влетел в штаб, тяжело дыша. В главном зале суетились несколько солдат с автоматами в руках. — Некогда стоять, вниз! Штаб оснащен технологиями, но боюсь, против бомб не устоит! — кричала Пэрис, смотря на двух только что прибывших братьев. В спешке схватив свое оружие, они отворили дверь подвала. Тесное помещение переполнено людьми, от чего было сложно дышать. Подавляющая часть присутствующих — военные, выжидающие своего часа. Висевшая лампочка щелкала и мигала, озаряя все тусклым слабым светом. — А где Майки?... — задался тревожным вопросом Леонардо, не приметив среди окружающих людей младшего брата. Он отказывался верить, что они упустили его из виду на пути сюда. Рафаэль посмотрел на лидера, его глаза тоже в ужасе расширились. Лампа неприятно щелкнула, мигнув. Донателло бежал по больничному коридору, быстро и лихо управляясь с каталкой, на которой расположился тяжело раненый боец. Он вздрагивал и хрипел от каждого неаккуратного движения гения. Руки Донни тряслись в ужасе. Он держался изо всех сил, чтобы не дать панике завладеть разумом. Здание рушилось, потолки обваливались, вниз летели обломки и камни, поднимая пыль. — Быстрее! — впереди появился санитар, перехватывая у того каталку. Донателло благодарственно кивнул, следуя за ними. — Боже, Донни! — рыжеволосая девушка тут же кинулась ему на шею, стоило тому лишь переступить порог подвала. — Все хорошо, хорошо, — успокаивал он, обняв Эйприл в ответ. Руки до сих пор тряслись. Ему не удалось спасти всех. Многих беспощадно и безвозвратно придавило тяжелыми обломками. Кто-то, будучи охваченным паникой, подался в бега, но спаслись не все. Микеланджело приводил дыхание в норму, облокотившись спиной на стену убежища. Он выпустил из рук девочку, поставив ту на пол, но она прижалась к его ноге, не отходя ни на шаг. Печальные голубые глаза, залитые слезами, смотрели куда-то вниз. Майки печально улыбнулся, проведя рукой по волосам девочки. — Как тебя зовут? — спросил он, продолжая гладить ту по голове. — Мира, — тихо произнесла девочка, не поднимая взгляд. — А меня Майки, — юноша вздохнул, устремив задумчивый взгляд в потолок. На поверхности грохотали взрывы и доносились людские крики. Сердце сжималось от собственной беспомощности. Люди погибали практически на глазах, но всех не спасти, и эта мысль терзала. Леонардо сидел за огромным обломком стены, выжидающе наблюдая. Военная атака с воздуха сбавила обороты, уничтожив город. Везде царили хаос и разруха. Среди языков пламени, появился темный мужской силуэт. Его доспехи отливали красным цветом от бушующего огня вокруг. Лео поджал губы, разглядев на доспехах красный, похожий на пламя, знак. Шреддер?... В стороне раздался знакомый яростный крик и в поле зрения появился Рафаэль. Он стремительно приближался к врагу, крепко сжимая в руках остронаточенные саи. В зеленых глазах разгорался огонь гнева, сидящий в груди. — Раф, нет! — выкрикнул Лео, сдав свою позицию. Выругавшись, он встал в полный рост, обнажая катаны. Сосредоточенный взгляд синих глаз скользил по сопернику, судорожно придумывая новый план отступления. Рафаэль замахнулся сайем, грозясь нанести удар в живот, но ловким движением рук, столкнулся с крепким блоком. Сжав зубы, он повторил попытку, но сильный удар коленом в живот заставил отлететь. Быстро сократив расстояние между ними, Леонардо сделал выпад, но взмах катан отразили тэкко-каги, когти, напоминающие медвежью лапу. Послышался скрежет металла. Лео сжал губы, напирая на вражеское оружие и сжимая в руках ручки катан. Шреддер с интересом разглядывал лицо юноши. Эти глубокие синие глаза он запомнил надолго. Именно этот человек сломал все его надежды на то, что Тэнг Шен вернется к нему. Старая душевная рана вновь дала о себе знать и к горлу подкатывал ком. Саки выстоял натиск, отшвырнув Лео в сторону. Угодив в обломки, Леонардо сдавленно промычал, жмуря глаза от тупой боли в области спины. Шреддер с каждым шагом становился ближе. Разглядеть выражение лица за маской не предоставлялось возможным, но мечник всем нутром чувствовал, что над ним насмехаются. Грозный и надменный взгляд свысока кричал об этом. Хоть правый глаз и был залит белой пеленой, говоря о том, что его обладатель едва ли может что-то им видеть. — И это сын Хамато Йоши? Я разочарован, — бросил он, замахнувшись оружием, но удар отразили лезвия сай. Рафаэль, будто взявшись из неоткуда, прикрывал собой старшего брата. — Катись обратно в свою Японию, здесь тебе не рады, — процедил сквозь зубы Темпераментный. Ему было больно от всего того, что натворил этот человек. Места, которые они называли своим домом, больше нет. Рафаэль был готов убивать. — Раф... — Леонардо поднялся на ноги, с напряжением наблюдая. Надо было уходить немедленно, пока гнев не погубил его целиком. Иначе они поубивают друг друга. Раф не остановится, пока не убьет. Или пока не убьют его. Грудь Рафаэля непрерывно вздымалась. Он пилил взглядом противника, нанося новые и новые атаки, но каждый раз оборачивался провалом. Шреддер обладал большим опытом, был быстрее и хитрее. Это выводило из себя. — Надо уходить! — кричал лидер, понимая, что им двоим не справиться. Леонардо с трудом отражал его атаки, не говоря уже о победе. Но Рафаэль уже не слышал. Его взор и разум затуманил гнев. Темперамент пропустил удар, из-за чего когти прошлись по плечу, разрывая плоть вместе с одеждой. Из раны сочилась кровь, стекая вниз по руке и капая на землю. — Ложись! — раздался знакомый голос со стороны и Леонардо толкнул брата в сторону, нависнув над тем. Прогремели выстрелы и Джонс чуть опустил оружие, смотря на темную фигуру. Закрывая уши, Лео тоже поднял взгляд на Шреддера. Тот стоял неподвижно, отразив пули. — Да что ж ты за человек такой?.. — голос Кейси дрогнул и он открыл повторный огонь, но картина повторилась. — Уходим! — скомандовал мечник, отползая. От выстрелов поднялась пыль, что сейчас играло на руку. Раф еще рвался в бой, подрываясь с места. Казалось, что боли для него сейчас не существовало, хотя плечо саеносца было ранено, а тело покрывали ушибы. Леонардо с трудом сдерживал его пыл. — Кейси, быстрее! — махнул в сторону Лео и Джонс постепенно отступал назад, не переставая стрелять. После он скрылся из поля видимости вместе с остальными. Саки дал им уйти, провожая самодовольным взглядом. Трое фигур бежали по лесу. Остановившись, они тяжело дышали. Кейси облокотился спиной на ствол дерева, переводя дыхание. Рафаэль держался за раненое плечо, нервно кусая губу. Боль дала о себе знать. — Это из-за тебя мы его упустили! У нас был шанс покончить с ним прямо там! — сорвался он, испепеляя старшего брата взглядом. — Раф, у нас нет ни единого шанса против него! Посмотри на себя, до чего тебя довел гнев, — отстаивал свою позицию Леонардо, тяжко вздохнув. — Он был, но теперь благодаря тебе, его уже нет, — мрачно бросив фразу, Раф прошел мимо него, небрежно толкнув плечом. — Раф, стой! Куда ты? — Леонардо последовал за ним, но столкнулся с блеском лезвия холодного оружия прямо перед носом. — Не ходи за мной, — темперамент повесил сай на пояс, продолжив свой путь. — Гнев — опасный союзник! — кричал Леонардо вслед, но тот уже затерялся среди деревьев. — Твою мать! — не выдержал лидер, досадно пнув ствол дерева. — Может, стоит пойти за ним? — подал голос Кейси, который до этого времени не встревал в разборки, молча наблюдая. — Сам разберется, это его выбор, — нахмурившись, Лео пошел в другую сторону, оставляя Джонса одного на распутье.