Всё включено

Весь день Габриэль ломал голову над своей быстрой регенерацией, он даже снова чиркнул себя травинкой, чтобы посмотреть, как затягивается рана, но на этот раз процесс, хоть и был действительно быстрее обычного, но всё же занял куда больше времени, чем в первый раз, пока они болтали с Сэмом. Гейб прокрутил в голове весь их разговор, все манипуляции и действия, которые делал он или Винчестер. Ну не пирожки же были волшебные, в самом деле! Он был уверен, что что-то волшебное если и произошло, то произошло именно во время их разговора, потому что ещё утром Габриэля укусил за ногу комар, и это место дико чесалось полдня, а сейчас на месте укуса была ровная и гладкая кожа, без красных точек и даже расчёсов. Если бы волшебство случилось раньше, он бы не мучился так долго. Раздумывая над чудесами, он почесал макушку и тут же замер, вспоминая то ощущение теплоты, которое он почувствовал, когда Сэм потянулся очистить его волосы от налипшей травы. Ощущение, которое, хоть и было мимолётным и еле уловимым, но тут же, словно молния, дало отголосок где-то внутри, где когда-то находилась благодать. Или находится до сих пор, только так сильно заблокирована после встречи с той злосчастной молнией, что до неё никак не добраться? С такими тяжёлыми мыслями Гейб и поплёлся собирать коров в кучу, чтобы согнать их в село. Дело близилось к вечеру, а это значило, что животных ждала вечерняя дойка. Как только Габриэль с Ромашкой вернулись домой, а остальные коровы были разведены по дворам, баба Нюра усадила всех ребят за стол, чтобы сытно накормить ужином, а сама отправилась доить корову. Сэм старался не смотреть на архангела после их разговора в поле, даже за столом стараясь сесть подальше от него. Кас с Дином, как обычно ничего не замечая, рассказывали Гейбу про то, что узнали на ярмарке про Кикимору, и какой выработали план. Всё это Габриэль уже слышал от Сэма днём, сейчас лишь прислушиваясь к деталям. Когда ужин был завершён, они помогли бабуле убрать со стола, и отправились на сеновал, где последнее время любили зависать. Здесь баба Нюра не могла их услышать, и они спокойно обсуждали все свои планы. Оказавшись на заднем дворе, где и был хлев с сеновалом, а так же поленница, парни расселись на деревянных скамейках, сделанных из половинок ствола дерева. Гейб долго думал, рассказывать ли ребятам о чудесах, случившихся с ним сегодня днём, или не стоит, но всё же решил поделиться, а заодно и спросить Кастиэля, не доводилось ли ему испытывать нечто подобное. - Касси, могу я тебя кое о чём спросить? – начал он. - Конечно, Габриэль, что ты хочешь узнать? - Да, собственно, меня интересует вот что: с тобой не случалось последнее время ничего странного или необычного? Что-то, что не присуще простому смертному. - Что ты имеешь в виду? – не понял Кас, щурясь и наклоняя в бок голову в своём излюбленном жесте. - Вот смотри, - Гейб выставил на всеобщее обозрение свой указательный палец. – Что ты видишь? - Палец? – решил ответить за ангела Дин, вздёрнув бровью. - Браво, капитан очевидность! Как ты догадался? – съязвил трикстер. - Сегодня днём я порезался о траву. Не сильно, но кровь была, и, по-хорошему, на месте пореза должна была остаться как минимум царапина. Но её здесь нет! - Ты смог залечиться? – спросил Сэм, вспоминая, как Гейб действительно полоснул себе о палец травинкой, а после смачно облизывал его, словно чупа-чупс. - Бинго! И знаете что ещё? Укус! Утром меня укусил чёртов комар! Прямо сюда, - архангел задрал брючину и указал на свою лодыжку. – Я весь день чесался из-за этого нано-вампира, а потом бац! И всё прошло! Даже следа не осталось! Ни расчёсов, и точки прокуса. - К тебе возвращается благодать? – с надеждой в голосе спросил Кастиэль, остальные тоже посмотрели на него во все глаза. - Я думаю, она никуда и не исчезала, просто чёртов разряд молнии заблокировал её где-то глубоко внутри. Я не знаю, что вдруг поспособствовало её проявлению, но хочу сказать, что рана была крохотной и затягивалась довольно медленно, но, в любом случае, в разы быстрее простой человеческой регенерации. С тобой не случалось ничего подобного? – снова обратился Гейб к брату. Кас отрицательно помотал головой, разглядывая свои руки в мелких царапинках и укусах насекомых. Пока ангелы пытались разобраться со свалившимся им на голову чудом, Дин достал из-за пояса один из кинжалов деда Тихона и полоснул Габриэля по левой руке чуть выше запястья. Гейб взвыл и подскочил на ноги. На месте пореза тут же стала выступать кровь, обильно покрывая рану и стекая по руке. - Ты вздурел, Винчестер? – взревел архангел. – Совсем что ли спятил? Больно же! Кастиэль тут же подскочил на месте и бросился к корзинке, стоящей в углу хлева с какими-то тряпками. Сюда бабка собирала грязную одежду, чтобы позже сходить на реку и постирать её. Вытащив оттуда более-менее приличное полотенце, он принёс его Габриэлю, чтобы тот замотал им рану. - Надо же как-то проверить, возвращаются к тебе силы или нет. Если к утру заживёт, значит, будем ждать, когда твоё моджо окончательно проснётся, и ты сможешь вернуть нас домой. - А если нет? У тебя бананы в ушах, идиот? Я же ясно объяснил, что царапина затягивалась долго. Подумай, пустая твоя башка, сколько будет затягиваться ЭТА рана! И я не знаю, что послужило всплеску в прошлый раз! Я полдня чесался от этого грёбаного укуса, ни намёка на облегчение, а потом всё вдруг стало исчезать, и кожа оказалась целой. - Так вспоминай, что ты делал и повтори всё снова, - как ни в чём не бывало, отозвался Дин. - Гейб, ты облизал палец с царапиной, помнишь? Может, всё дело в слюне? – аккуратно предположил Сэм. - Предлагаешь мне облизать теперь и руку? Думаешь, у меня волшебная супер-заживляющая слюна что ли? – рявкнул на младшего Винчестера Габриэль, но тут же осёкся и изменился в лице. – Ладно. Я попробую. Хотя ноги я себе не облизывал! – напомнил он про укус на лодыжке. Дин аж скривился от этого, представив такую картину. Гейб осторожно размотал тряпку, пропитанную кровью, некогда бывшую полотенцем бабы Нюры, и чуть не заплакал от ужасающего вида кровавого месива. Кажется, Дин перестарался, и резанул слишком глубоко. Собравшись с духом, в конце концов, это была его собственная рука и его собственная кровь, Габриэль всё же высунул язык и провёл вдоль всего разреза, морщась и шипя от боли. Рот сразу наполнился металлическим привкусом, а в ране защипало, но никаких чудес не произошло и всё осталось точно таким же, как и было. - Не сработало. Нужно что-то ещё. - У тебя будет вся ночь, чтобы подумать, - похлопал архангела по плечу Дин, натягивая на лицо улыбочку. - Я тебя ненавижу! – прошипел Гейб. - О, я тебя тоже обожаю, комок перьев… Поправочка! Бывший комок перьев! – усмехнулся старший Винчестер. – А теперь предлагаю разойтись и выспаться перед завтрашним походом в лес. - Я тебе этого не прощу, Дино! Как только ко мне вернутся силы… - Если! – выставил вперёд указательный палец Дин. – Если вернутся! - Вернутся! – выплюнул Габриэль и развернулся, быстро удаляясь в дом. Кастиэль, пожелав Винчестерам спокойной ночи, тоже поплёлся в дом, а братья полезли на сеновал, готовясь ко сну. *** Гейбу было больно и обидно. Он хотел подарить всем надежду на возвращение в родной мир, а в итоге получил ножом по руке. С одной стороны, он ненавидел Дина за его поступок, но с другой… это действительно давало возможность поэкспериментировать, чтобы попытаться найти механизм, запускающий работу благодати хотя бы на элементарном уровне самосохранения. Возможно, в будущем, он смог бы усовершенствовать этот катализатор, а сейчас ему нужен был просто хороший старт. Габриэль был почти уверен, что слюна не поможет, и дело вовсе не в ней, но всё же не хотел окончательно потерять хоть какую-то надежду на светлое будущее. Его безумно угнетало быть человеком, и он готов был цепляться за любую, даже почти бесперспективную попытку вернуть себе хотя бы часть сил. Но рука болела. Непривычно, чертовски болела. Раньше Гейб редко испытывал неприятные или болезненные ощущения, ведь не так-то просто сделать больно архангелу, который, к тому же, умеет создавать кучу своих двойников, посылая на передовую их, а не себя истинного. Он был неуловим и неубиваем, ему удалось обдурить даже своего старшего брата и учителя всех его трюков – Люцифера. А теперь он вынужден терпеть боль, самую настоящую, человеческую боль. Это было ново и жутко неприятно для бывшего архангела. Забравшись на печку в полумраке избы, Габриэль попытался уснуть, но тянущее чувство в руке не позволяло ему толком это сделать. Проворочавшись пару часов, ныряя в сон, и вскоре снова выныривая из него от боли, он всё же сдался и решил попросить помощи. - Вась! – тихо позвал он шёпотом. – Ты здесь? - Тута я. Чаво шумишь? – отозвался домовой, зажигая свои «фары» в темноте. - А мы завтра к Кикиморе твоей в гости идём, - решил начать издалека Гейб. - Слыхал. Чаво не спится? - Да вот, не спиться, - вздохнул Габриэль. – Ди… Митя мне ножом по руке полоснул, болит теперь. - И чаво разнылся? Делов-то. Хочешь, подлатаю? - Не-не-не, - тут же замотал головой Гейб. – Я сам должен. - Ну, а ежели должен, то чаво меня позвал? - Ты меня обезболить можешь? - Чавой-та? – не понял Вася. - Эм… ну сделать так, чтобы рука не болела больше. Только боль снять, но не лечить. - Не можно так. Хочешь, усыплю тебя? Проспишь аки младенец до самого утра. – Гейб кивнул, надеясь, что домовой в темноте увидел этот жест. Тот сначала притих, а после продолжил: - Чудной ты. И брат твой чудной. Вроде и люди, а вроде и нет. И имена у вас у всех чудные, хоть и придумали себе простые, нашенские, да только слышу я, как вы друг друга кличите, когда бабка не слышит. Вы ведь и не внуки ейные, да только покуда худа не творите, и я вас не трону. А те двое к вам будто ниточками невидимыми привязаны. Вот за самое нутро, будто насмерть прикованы. Ты, ежели помощи хочешь, то не у меня проси, а у человека сваво. От него, поди, толку даже больше, чем от меня будет. - От какого человека? – не до конца понял Гейб, уловив только смысл сказанного домовым: он чует, что они с Касом не просто люди. Чует своим сверхъестественным чутьём, и видит больше, чем простой человеческий глаз видеть может. Это ещё раз даёт надежду на то, что благодать из них не исчезла, а внутри затаилась и часа своего ждёт. Иначе б Вася их ни за что не раскусил. - Вы сего Сэмом кличете, а в народе Семёном прозвали. От него к тебе нить золотая тянется, словно повязаны вы навечно. А его брат с твоим связан, говорю же. - Ну, про Касову «особую связь» с Дином я наслышан, - прыснул архангел. - Не думал я, что и у меня с Сэмом теперь такая есть. - Значит, есть, - припечатал домовой. – Хочешь суть свою пробудить – позволь ему за ту ниточку дёрнуть. - Дёрнуть? – усмехнулся Габриэль. - Не боись, не порвётся. А теперь спи давай. Завтра Кикимору встретите – привет ей от меня передавайте. Мы с ней старые друзья. Габриэль снова почувствовал, как на него наваливается тяжесть, но попытался ей сопротивляться, чтобы обдумать слова Васи. Вопросов было много, но самым главным стал тот, как же этот «свой человек» должен дёрнуть за эту самую «нить»? Вот только домовой оказался сильней, и не успел бывший архангел задуматься над «вопросом дня», как ощутил, что теряет связь с реальностью. А затем была спасительная темнота и никакой боли до самого утра. *** Разбудил Гейба снова стук посуды готовящегося завтрака. Что поделать, сам выбрал место для сна прямо в избе, рядом с кухней. Выспаться Габриэль всё же умудрился, больше действительно не просыпаясь ни от чего, а вот с утра рука снова дала о себе знать тянущей болью в порезанных мышцах. Натянув рукава на моток из полотенца, чтобы бабуля не задавала лишних вопросов, Гейб поспешил слезть с печи и умыться, дожидаясь остальных, чтобы сесть за стол. Завтрак прошёл почти в полной тишине. Габриэль пытался переварить информацию, которую вчера так и не дал ему усвоить домовой, и сейчас исподтишка наблюдал за Сэмом, с которым архангел был якобы связан. Гейб не отрицал, что этот факт, возможно, имеет место быть. Пути господни… Вот только как эту самую «связь» использовать, трикстер никак не мог понять. И почему «нить» должен дёргать именно Винчестер, а не он сам? Или это работает в обе стороны? И как сильно Сэм должен «дёрнуть»? Там что, пробка, как в ванной, которую нужно выдернуть, и благодать снова высвободится и разольётся в теле архангела? Ассоциации были поистине странные. Выходит, что тогда в поле, когда порез от травы затянулся сам собой, именно Сэм «дёрнул» или скорее «дотронулся» до этой самой «нити». Ведь до его прихода всё было неизменно. Додумать эту мысль ему, как обычно, не дали. На этот раз сами Винчестеры с Касом вместе, взяв его под белы ручки и вытолкав во двор, подальше от глаз бабы Нюры. Гейб знал, чего от него хотят, поэтому сам раскрутил полотенце на руке. Подсохшая к ткани корочка оторвалась, и ранка снова закровила, являя всем припухшие края и полное отсутствие сверхъестественной регенерации. - Доволен, садист? – зло бросил архангел Дину. - Значит, надежды нет? Это было одноразовое мелкое чудо? – расстроенно проговорил тот, глядя на рану Габриэля. - Ты даже времени мне не дал разобраться, полез на меня с ножом, а теперь строишь кислую мину, что ничего не получилось! Своего ангела тыкай в следующий раз, а я отказываюсь принимать участие в твоих экспериментах! – взъелся Гейб, уходя в хлев, надеясь стянуть у бабули ещё одну ненужную тряпку, чтобы на досуге простирнуть то полотенчико. Оно ему ещё пригодится для перевязки. Чистым. - Кончай ныть! Лучше собирай манатки, через 10 минут отправляемся на болота. В Лихолесье они вошли уже через полчаса. А затем почти 2 часа блуждали по чаще, и чуть не заблудились, успели устать и даже проголодаться. И тут они услышали кваканье. Оно было тихим и далёким, но определить, с какой стороны идёт звук, ребята смогли. Идти оказалось не так уж и далеко, и в итоге все четверо вышли к большому болоту, заросшему высокой травой почти по всему берегу. Прямо на воде плавали огромные лопухи, в центре которых на высоких стеблях располагались жёлтые шары кувшинок. Лягушек было много, они сидели на траве, лопухах или камнях у воды и квакали, громко и заливисто. В воздухе кружила мошкара и несколько разноцветных стрекоз. Зрелище было завораживающее, а не отталкивающее, каким его ожидали увидеть парни. Солнце своими яркими лучами предавало этому месту ещё больше красоты. - Ну и как нам добиться аудиенции у Кикиморы? Снова кидать в воду камни? – поинтересовался Сэм. - Думаю, нужно определить, какая лягушка – заколдованная Кикимора, поцеловать её и она превратится в прекрасную деву, - хихикнул Габриэль. - Хочешь этим заняться? – спросил Дин. - Ки-ки-мо-рааа! – закричал Кас прямо на водную гладь болота. - Ну да, так она и отозвалась, - прыснул Гейб. - Пожалуйста, покажись нам! – продолжил кричать Кастиэль. - Думаю, «пожалуйста» должно сработать лучше обряда вызова, ага, - всё ещё прикалывался над ситуацией архангел и тут же решил подыграть брату: - Тебе Вася, домовой бабки Нюры, привет передавал! Вылезай, милая, дело есть, - Винчестеры на пару уставились на Габриэля, безмолвно спрашивая «когда успел?». Гейб на это лишь пожал плечами. Рассказывать о своём ночном разговоре с Васей он не хотел, а уж делиться информацией, что тот ему поведал, после прошлого раза, и вовсе опасался. А ну Дин снова на него кинется с чем-нибудь, стремясь маниакально защищать брата от пернатой угрозы, полезет эту самую незримую «нить» рвать… Ещё отрежет чего важного, и уж точно не Сэму. - Кто пожаловал в моё царство, да шумит так громко, воду баламутит, лягушек моих пугает? – раздался голос за их спинами. Ребята резко развернулись, разом замерев. На них смотрела очень красивая молодая девушка: голубые, почти синие глаза, волосы светлые, почти белые, в косу заплетённые, что через плечо перекинута, на голове венок из ромашек. Сарафан зелёный до пола с красной тесьмой. Сама девушка румяная, кожа гладкая, улыбка шикарная, голос завораживающий. - Воу! – выдохнул Дин. - Здравствуйте, вы, наверное, Кикимора, - решил поздороваться Кастиэль. Остальные только головной кивнули в приветствии. – Меня зовут Кузьмою, это брат мой Гавриил, и наши друзья Митя и Семён. - И вы здравы будьте, добры молодцы, видеть меня хотели, так вот она я, глядите, - девушка подошла к ребятам поближе и медленно перевела взгляд с одного на другого, останавливаясь на Дине. – Хорош! А глаза какие зелёные. Люблю этот цвет, - подмигнула она Винчестеру. Дин стоял заворожённый красотой неземной, смотрел, и глаз от девушки отвести не мог. - Кхм-кхм, - прокашлялся рядом Гейб. – Это морок такой или ты и правда красивая? Мы тебя, знаешь, как-то иначе представляли, - усмехнулся тот, тоже залипая взглядом на писаной красавице. - Хотите, покажу кое-что? Вам понравится, обещаю, - проигнорировав вопрос архангела пропела девушка ласковым голоском, обещающим поистине что-то хорошее и приятное. - Хотим. Покажи, - почти не мигая ответили старший Винчестер с Габриэлем, оба улыбаясь до ушей. - Дин, - предупредительно окликнул Кастиэль, но девушка только мимолётно взглянула на ангела и притихшего Сэма, как те, словно по команде, синхронно стали зевать. - Отдохните тут немного, а мы сейчас вернёмся, правда, мальчики? – улыбаясь просто неземной улыбкой, посмотрела она на околдованных парней, те в ответ энергично закивали головами. - Дин! Гейб! – на этот раз попытался Сэм, чувствуя, как его ноги подкашиваются, а глаза закрываются сами собой. Названые ребята его будто не услышали, делая шаг навстречу медленно отходящей в сторону болота красотке. Кастиэль, поняв, что происходит, потянулся к своему поясу и отвязал от него небольшой мешочек, борясь с давящим на него желанием лечь на траву и немедленно уснуть. Собрав последнюю волю в кулак, чтобы не упасть, он быстро сделал несколько шагов по направлению к блондинке и резко дёрнул руку с зажатым в ней мешочком. Белый порошок высыпался из него и попал девушке прямо в лицо, на голову и плечи. Она взвизгнула и начала шипеть, рефлекторно закрываясь руками, перестав этим самым прямо смотреть на Дина и Габриэля. Всех резко отпустило, и Сэм с Касом смогли, наконец, выпрямиться и перестать бороться со сном. Дин с Гейбом стояли у самой кромки воды, в которой почти по пояс зашла влёкшая их за собой красавица, и растеряно смотрели по сторонам и друг на друга, синхронно делая шаг назад от воды. Когда все посмотрели на виновницу всего этого балагана, то увидели, что от прекрасной девы не осталось и следа. Перед ними стояла невысокая худая женщина, на вид лет за 40, если вообще у этой особы можно возраст определить. Острый нос, скулы и, как иголочки, зубы. Кожа серо-зелёного оттенка, а волосы длинные, ниже пояса, распущенные, висят словно водоросли, и цвета такого же. Платье на незнакомке всё из листьев и коры сшито, кое-где лопухами украшено, а на голове венок из кувшинок вместо ромашек. Она стояла чуть сгорбленная и жутко злая. - Кто вы такие, что смогли моё волшебство развеять? Откуда вам про соль известно? – голос Кикиморы - а теперь уже никто не сомневался, что перед ними именно она - не был и близко схож с тем обволакивающим нежным голоском, что был пятью минутами ранее. Теперь это был противный квакающий звук, по недоразумению складывающийся в слова. Да и сама хозяйка сего звучания была похожа на большую человекоподобную лягушку. - Ах ты, ведьма! – рявкнул Дин, наконец, сообразив, что происходит, и хватаясь за свой меч. - Тихо, тихо, Митяй, не кипишуй! – остановил его Гейб. - Да я ей сейчас глаза повыколю, чтоб не могла больше колдовать, и честных людей на своё поганое болото завлекать! - Дин, перестань, Водяной нам за это «спасибо» не скажет! – вмешался Сэм. - Водяной? – тут же заинтересовалась Кикимора. – Неужто, это он вас ко мне прислал? – ахнула она. - Мы пришли, чтобы сосватать тебя за него, - сказал Кастиэль. - За Водяного? – снова ахнула женщина, шокировано прикладывая руку к сердцу. – Ох, батюшки, да неужто созрел, родненький мой. Ох, как же это… - Гражданочка, вы тут только в обмороки не падайте, мы вам искусственное дыхание делать как-то не горим желанием, - поёжился Гейб, видя, что дамочка запаниковала не на шутку. - Слушай, Кики, расклад такой: ты сейчас собираешь свои пожитки и топаешь с нами к мельнице, мы тебя сдаём Водяному, а дальше сами разберётесь, - решил прояснить ситуацию Дин. - Нет, - испуганно замотала головой женщина. - Что??? – хором спросили все. - Я бы с радостью, соколы вы мои ясные, сваты ненаглядные, люблю я его, ирода подводного, замуж за него хочу, мочи нету! Да вот только братец мой меня не пустит, он меня силою за другого выдать желает. Всю молодость мою загубить собирается, страдать в замужестве обрекает, - уже рыдала вовсю Кикимора. - Так, стоп. Что ещё за брат? – не понял Дин. - Леший. Леший его звать. Тута в лесу живёт со мною вместе. Я болотом заведую, а он всем лесом вокруг. - Леший? – Переспросил Сэм. – Опять Пэрис Хилтон? - Ты же её убил в прошлый раз, - тоже удивился Дин. - Какая ещё Пэрис Хилтон? Вы что, бредите? – усмехнулся Гейб. - Да была у нас одна… в Огайо. Та ещё сучка. - Я считаю, что Леший этого мира отличается от того, с кем вы встречались ранее, - заявил Кастиэль. - О чём вы толкуете, не пойму, - включилась в разговор Кикимора. - Да это мы так, не обращай внимания, - усмехнулся Дин. - Вы какие-то странные… Особенно вот вы двое, - посмотрела она на Каса с Гейбом. - Так что там с твоим братом? Может поговорить с ним, да объяснить всю ситуацию? – решил отвлечь женщину от разглядывания архангел, боясь повторения разговора с Васей. То, что она выдаст Винчестерам про сверхъестественное зрение – это полбеды, а вот если тоже начнёт про «связь» разглагольствовать, то может плохо кончиться. - А вот я вам его сейчас позову, вы и поговорите. Ежели уговорите его отпустить меня к Водяному, я вам так благодарна буду! – почти радостно сквозь слёзы проговорила Кикимора. Дин посмотрел на Габриэля, как на умалишённого. К встрече с ещё одним сверхъестественным существом они готовы абсолютно не были, по крайней мере, сегодня, поэтому Гейб был уверен, что вечером его ждёт нагоняй от старшего Винчестера за его длинный язык. Кикимора засунула в рот два пальца и, что есть мочи, свистнула. Охотники с ангелами переглянулись. Сначала ничего не происходило, а потом все почувствовали, как поднялся ветер, поднимающий с земли сухие травинки и листики, а по ногам всех четверых парней что-то поползло. Дёрнувшись с места, ребята чуть дружно не упали, еле удержавшись на месте, так как их ноги до самых колен были оплетены корешками, стремительно растущими из-под земли, поднимающимися вверх, и сплетая их в ветвистые коконы. Буйство природы закончилось примерно на уровне груди мужчин, сковывая их движения приплетёнными к туловищам руками. - Ааа, пришельцы снова пожаловали в мой лес, - напротив них, рядом с Кикиморой стоял низенький старичок в большой шляпе, напоминающий всем своим видом большой гриб. Одежда, как у сестры, была сделана из листьев и древесной коры, только на ногах были лапти. Волосы серо-белого цвета, скорей будто грязные, чем седые. Глаза старичка-лесовичка, с большими мешками под ними, были янтарными, нос как большая картофелина, а расщелина между густых усов и бороды, напоминающих мочалку, зияла единственным зубом, торчащим немного вперёд. На плечах Лешего росли самые настоящие мухоморы, прямо из тела. – Помню, помню, как вы откуда ни возьмись появились, смешные такие, ехехе, - дедок залился старческим смехом. - Да уж, не Пэрис Хилтон, - усмехнулся Дин, тщетно пытаясь вырваться из оков. - Чаво надо, чуда-юда иноземные? Ежели домой запроситься пришли, дык енто мне не по силам, да и знать я не знаю, откель вы взялись такие. А ежели чаво другое, так молвите, не молчите. - Уважаемый Леший, мы пришли просить руки твоей сестры… - Все четверо что ль? – перебил Сэма старик и рассмеялся над собственной шуткой. - Для Водяного, - закончил тот. - Вот те на! Ух, шустёр, хмырь, - хмыкнул Леший, и парни почувствовали, как путы из корней стали слабее. - Вот и я говорю, что поздновато ему жениться, - хихикнул Габриэль. - О чём это ты молвишь? - переспросил его старик. - Седина в бороду, бес в ребро – слышал о таком? - Уж не хочешь ли ты сказать, что Водяной наш старый? – вылупил глаза от удивления Леший. - А то нет, что ли? – хохотнул Гейб. - Окстись, парень, Водяной у нас в самом соку! Ему только шестая сотня пошла, самый расцвет лет! - Ну так и отдай ему свою сестру в жёны, раз так, - решил напомнить о главной их цели Сэм. - Не могу, - отмахнулся Леший. – Я её уже Кощею обещал. - Кому? – застонали парни. - Эко вы чудаки, с Водяным общались, про Кикимору знаете, к Лешему пришли, а про Кощея и слыхом не слыхивали? Все четверо отрицательно замотали головами. Старик сначала удивился, а потом махнул рукой и отвернулся к Кикиморе. С ребят сразу же спали путы, и корни снова втянулись в землю, освобождая ангелов и охотников. - Лешинька, братик рОдный, отпусти меня под венец с Водяным, дай благословение, сердце моё по нему уж давно болит, жить не могу без него, как люблю, - сразу же запричитала Кикимора. - Не знал я про это, не думал, что всё серьёзно так, а оно вона как обернулось. Что же мне теперь делать, коли самому Кощею тебя обещал? – сжалился Леший. - А пущай наши красавцы-богатыри за нас пред ним словечко замолвят, авось он и не против будет меня отпустить. Коли любовь-то творится, чего б не отпустить-то? - А и правда. Ступайте-ка вы к Кощею, - обратился старик к парням. – Вы, вроде, умишком-то не обделены, авось, и правда сможете Кощея уболтать отпустить Кикимору. Тогда и свадебку на Ивана Купалу сыграем. - Да вы шутите, что ли? – не выдержал Дин. – Мы вам что тут, мальчики на побегушках? Сюда сходи, туда сбегай! Мы на все эти клубы знакомств не подписывались! Всё это на какой-то мыльный сериал похоже, или тупое шоу, где парочек выбирают. - А ты чаво это расшумелся в моём лесу? Голос на меня повышаешь? – взъелся Леший. – Наш товар, ваш купец! Пришли сватать мою сестру, так не кривляйтесь тут! Думали, так просто её отдам, накось выкусите! - Да сдалась нам твоя сестра! Я не собираюсь участвовать в этом фарсе! Пошлите отсюда! – бросил он остальным. - А заблудиться не боитесь? – ухмыльнулся в спину удаляющемуся Винчестеру старик. - У меня нет топографического кретинизма, без тебя дорогу найду! – рявкнул Дин и двинулся дальше вглубь леса. Остальные молча последовали за ним. *** - Ох, зря ты с ним так, Дино. Он же Леший, - решил начать первый Габриэль после долгого молчания и блуждания по лесной чаще. - И что? - Дух леса, вот что. Захочет – сделает так, что мы отсюда никогда не выберемся. Запутает, будем по кругу ходить, сами того не подозревая. - Боишься, что ли, его? – прыснул Винчестер. - Он прав, Дин. Лешие славятся своими чарами, заставляющими путников в лесу безвести пропадать. А если сильно разозлить, то и диких зверей напустить может. В этом лесу наверняка водятся, как минимум, волки. - И что вы предлагаете? Под их дудку танцевать? Да они запарили уже все! Что, этот Леший сам не может пойти и договориться с этим Кощеем? Кстати, кто это вообще такой? - Если мне не изменяет память, что-то вроде тёмного колдуна, - проговорил Сэм. - А когда это колдуны были светлыми? – хмыкнул на это Дин. - Вероятно, Леший боится Кощея, раз попросил нас пойти и поговорить с ним. К тому же, нам в любом случае нужно привести Водяному Кикимору, чтобы прекратить в селе суицид. - Что ещё за колдун такой, сильней лесного божка, что тот его боится? - Это только предположение, Дин. - Где найти, как убить? - О, Винчестер, мы всё-таки в деле? – улыбнулся Гейб. - Я ещё не решил, собираю информацию. - Кощея также называют Бессмертным, - начал Кастиэль. – Есть поверье, что смерть его на кончике иглы. Игла та в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке заперт под семью замками, а сундук тот на высоком дубе, который растёт на необитаемом острове посреди океана. - Воооу! Попридержи коней, Кас! Откуда весь этот бред? - Из сказок, Дин, - ответил за ангела Сэм. - Значит, убить его, выходит, нельзя? - Баланс, Дино. Не забывай про баланс. Каждая тварь тут на особом счету. - Какой прок от тёмного колдуна? Ладно. Водяной - он дух реки. Леший – дух леса. Кикимора… не знаю, но тоже за что-то отвечает, наверное. А этот Бессмертный какую пользу миру приносит? - Не знаю, но, видимо, приносит какую-то. - А что ещё за Ивана Купала? Это ещё кто такой? – вспомнил Сэм, решив сменить тему. - Ооо! Это такой праздник у славян. Что-то вроде дня святого Валентина, - мечтательно задумался Габриэль. – В этот день признаются в любви, делают предложения и играют свадьбы. Плетут венки, прыгают через костёр и ищут цветущий папоротник, который по приданию цветёт всего один раз в году, именно в эту ночь. - Откуда ты столько знаешь? - Да как-то зависал со славянами одно время. Отсюда и знаю кое-что об этом мире. В нашем всё то же самое было в это время, только без сверхъестественного. Или оно тоже было, только никому дела не было до них. - Ты и со скандинавами успел потусоваться, и со славянами, и с индийскими богами и с ангелами… - Наш пострел везде поспел! – хохотнул Гейб. – На Земле во все времена было весело, главное было знать, где это веселье искать.