Всё включено

За завтраком следующим утром Габриэль с Сэмом сидели по разным углам, каждый думая о своём. Сэм всё ещё не понимал, что вчера произошло, и был немного обижен на Габриэля. Он не знал, как теперь вести себя с архангелом, после того, как его вчера довольно жёстко оттолкнули. Для младшего Винчестера все эти чувства и желания к собственному полу, коим и являлся трикстер, и так были в диковинку, которой он всё ещё немного опасался в себе. А после такой реакции на их проявления, Сэм и вовсе был готов замкнуться в себе, и идти искать все возможные и невозможные способы, чтобы избавиться от этой проказы, чем теперь казалось ему это нездоровое влечение. Хорошо хоть Дин не знает о том, каким на самом деле испорченным стал его брат. Он бы и вовсе не оценил этой голубизны. Габриэль же наоборот бросал на Сэма неопределённые взгляды, стараясь разобраться с тем бардаком, что творился у него в голове. С одной стороны, он сожалел, что так резко отреагировал вчера на попытку Винчестера его поцеловать. Вероятно, парнишке стоило рассказать всю правду об их «особой связи» и о последствиях некоторых действий на неё, а не убегать в дом, сверкая пятками, трусливо поджав хвост. Но Гейб ещё не был на это готов, хоть и понимал, что рано или поздно всё же придётся это сделать. С другой же стороны, он задавался вполне логичным вопросом: почему же у него в жизни последнее время всё так сложно? Почему они с Сэмом не могут просто пойти и оторваться по полной, устроив бурный секс-марафон где-нибудь в лесу, ведь они оба так этого хотят? У Габриэля давно уже никого не было, будучи человеком, это воздержание ощущалось ещё острей, а этот лось так и напрашивается. Но тут же Гейба интересовал и ещё один вопрос: что они опять сделали не так? У них был контакт, даже больше чем в прошлый раз, даже с лёгким эротическим уклоном. Как ещё Сэм должен «дёрнуть» за эту чёртову «нить»? Что же он всё-таки упустил в прошлый раз, и там, на пастбище? Шрам за ночь начал белеть, но это были такие крохи магии, по сравнению с теми спецэффектами, когда порез затягивался на глазах, искря благодатью. - Сэмми, чего приуныл? - поинтересовался Дин, когда за столом образовалась слишком долгая и непривычная тишина, которую обычно разбавлял трикстер своей неуёмной болтовнёй. - Всё нормально, Дин. Просто спалось плохо, - ответил Сэм, глубоко вздыхая. - И поэтому вы с нашим пернатым недоразумением сегодня с утра друг на друга дикими зверьми смотрите? – продолжил Дин. Кастиэль тоже сощурился, переводя взгляд с младшего Винчестера на своего брата. - Тебе показалось, Дино, - усмехнулся Габриэль. - Ну да, - не поверил старший Винчестер, но докапываться до причины разлада брата с трикстером не решился. Он был рад в какой-то степени, и тому, что Сэмми, наконец, перестал смотреть на архангела этими своими щенячьими преданными глазками. Дин был не дурак, и давно понял, что его младший имеет нездоровый интерес к фокуснику, вот только до конца надеялся, что это никак не связанно с чем-то физическим, и его брат не станет болеть за другую команду, особенно из-за этого несносного комка перьев. Хотя тот случай в бане и история с русалками просто кричали об обратном. *** После завтрака все отправились по делам. Дин с Сэмом полезли на крышу. Дел здесь было ещё много, но всё же, бóльшую часть работы они успели сделать ещё вчера. Сегодня предстояло пустить в дело заготовленные дощечки, после чего покрыть их сверху дёрном. С техникой пожарной безопасности в древней Руси было не слишком хорошо. Габриэль же, по велению бабы Нюры, снова отправился в поле, полоть ненавистную уже ему картошку. Вот только в этот раз бабуля впрягла к нему в помощнице младшего братца, объяснив это тем, что так работа пойдёт быстрее, да и Кузенька без дела сидеть не будет, ведь Мите с Сёмой он сегодня ни к чему. Гейб на это только громко хохотнул, в душе порадовавшись тому, что у него появился отличный шанс оказаться наедине с Кастиэлем. Этот невинный цветочек провёл со своим человеком довольно много времени, отчего знает об этой «особой связи» куда больше него и, возможно, сможет помочь ему разобраться, как это всё вообще работает. - Как твоя рука, Габриэль? – спросил Кас. Они уже около часа торчали на грядках, на солнцепёке, укрытые плетёными соломенными шляпами, защищающие их от страшной участи получить солнечный удар. Габриэль долго подбирал слова, чтобы затеять интересующий его разговор, но его младший братик оказался быстрее, не заморачиваясь, начиная общение. - Эм, чуть получше, - соврал Гейб, радуясь, что его рубаха с длинными рукавами. Архангел не хотел рассказывать Дину или Касу об их с Сэмом «чудесах», дабы избежать лишних вопросов. Он расскажет обо всём позже, когда они, наконец, со всем разберутся, и он сможет вернуть себе благодать. В том, что это рано или поздно произойдёт, теперь Габриэль не сомневался. – Слушай, Касси, у тебя всё так же по нулям? Ничего необычного? Ты так и не чувствуешь свою благодать? - Нет, - покачал головой тот. – А ты? - И я нет, - вздохнул трикстер. - Думаю, то, что с тобой произошло, было случайностью. Мы теперь люди. Это очень неприятно и грустно. Этот мир… это время… не самое лучшее, где я хотел бы умереть от старости, будучи смертным, но у нас, кажется, нет выбора. - Ну, по крайней мере, мы здесь не одни. Сэм и Дин… - стал медленно подходить Габриэль к интересующей его теме. – Слушай, Кастиэль, Дин ведь твой человек, ты спас его из ада, у вас «особая связь», ты его ангел… Есть у вас какие-то особые фишки? То есть, я ведь никогда не был хранителем, мне просто интересно, как это работает? – не стал юлить Гейб. - Что ты имеешь в виду, Габриэль? – не понял Кас. - Ну, знаешь, я слышал, что ангелы могут как-то «подзаряжаться» от своих людей. Что-то вроде прикосновения к душе, только без лапанья внутренних органов. Может, твой Динчик делал что-то, после чего ты чувствовал прилив сил? – с надеждой, затаив дыхание, спросил архангел. - Да... Наверное… Мои крылья… - Крылья? - Они очень чувствительные к прикосновению подопечного. Сэм и Бобби тоже хлопали мне по спине, но только от Дина я чувствовал тепло. Это как прикосновение к благодати. Вот оно! Крылья! В них ведь и есть вся сила! В них и в… нимбе! Много народу трогало его спину и голову, но он никогда ничего не испытывал необычного. Потому что не было связи. Это были не те люди. Хм, это могло бы сработать. Может, он сейчас и человек, его крылья не доступны простому человеческому глазу, но это не значит, что их вовсе нет! Благодать не исчезла, в этом Гейб убедился лично, так, где ей ещё быть, как не в ангельских атрибутах? Сэм сможет их «нащупать», он избранный. А затем «дёрнуть», как и говорил Вася. - Касси, а ты не пробовал попросить Дина помять тебе спинку, после того, как мы оказались здесь? - Нет, - с ужасом уставился на Габриэля Кас, будто тот сказал что-то ужасное, но затем уже спокойнее добавил: - Это бессмысленно. Мы теперь простые смертные. - Рано ты сдался, братец, - хмыкнул Гейб, и пока тот не стал задавать ещё вопросов, решил немного сменить тему: - Кстати, а ты никогда не думал укрепить вашу «связь» и превратить её в нечто большее? - О чём ты? – снова сощурился Кастиэль, наклонив голову вбок. - Ну, знаешь, я не в восторге от твоей лысой обезьянки, но, кажется, он тебе слишком дорог, раз ты ради него бросил небеса и пошёл против братьев и сестёр. Было бы обидно лишиться причины всего этого через какие-то пару десятков лет. Ты мог бы подарить ему вечность рядом с собой, - подмигнул Габриэль брату. - Дину это не нужно, - наконец, понял Кас. – Он предпочитает женщин, а мой вессель мужского пола. К тому же, я сомневаюсь, что он согласится на долгую жизнь без своего брата, ведь Сэм рано или поздно состарится и умрёт. Дин потерял слишком многих, чтобы видеть, как уходит ещё и его брат. - А ты сам? Хотел бы этого? – хитро посмотрел на Кастиэля трикстер. - Это уже не важно. Не понимаю, почему ты интересуешься, ведь теперь мы тоже просто люди. - Да брось, Касси, мне просто интересно. Я же вижу, как ты смотришь на этого Винчестера, будто он для тебя давно утерянный Бог. Будь у тебя возможность, ты бы согласился превратить вашу с Дино «особую» связь в «брачную»? - Я был бы счастлив стать его супругом, но уверен, что Дин никогда бы не согласился на это, - не стал отпираться Кастиэль, признав, что испытывает к старшему Винчестеру далеко не дружеские чувства. Габриэль на это только загадочно улыбнулся. *** Они снова встречаются все вместе за ужином, уставшие, вымотанные за весь день, но довольные собой. Крыша была закончена, и потоп этой избушке не грозил теперь в ближайшие лет 20. Картошку Габриэль с Касом пропололи до самого конца, приползя домой с языком на плече и абсолютно не разгибающейся спиной от долгого ползанья раком по грядкам. Есть хотелось просто ужасно, поэтому на еду все накинулись с огромным аппетитом, не смотря на то, что на ужин баба Нюра сделала снова кашу, на этот раз пшённую. Ребятам это угощение показалось амброзией, после такого тяжёлого рабочего дня. Сэм всё ещё был обижен на трикстера, и сидел в уголке особняком, зато Гейб кидал на младшего Винчестера просто до жути многозначительные взгляды, от чего неловко оказалось даже Дину с Кастиэлем. Все понимали, что этим двоим обязательно нужно поговорить. Дину так и не удалось выпытать у Сэма причину их с Габриэлем ссоры, но от кислой мины младшего за весь день тот просто устал, поэтому очень надеялся, что сегодня после ужина они, наконец, поговорят, и выяснят всё, что там не смогли выяснить до этого. Хотя старший Винчестер с трудом представлял, какие вообще могут быть общие темы у его брата с этим пернатым. Баба Нюра, как всегда, расставив еду на столе, отправилась в свою опочивальню, оставляя ребят одних, дабы не совать свой нос в мужские разговоры. Как только она скрылась за дверью, Дин тут же напомнил о незавершённом деле о тёмном маге. - Когда идём к Кощею? - спросил он, кладя в рот румяный пирожок. - А ты знаешь, куда идти? – хмыкнул Гейб. - Чёрт, ярмарка только в воскресенье, не у бабки же спрашивать. - Я слышал у вас тёплые отношения с Бениславом, а, Винчестер? – подмигнул Дину трикстер. – Он нам в прошлый раз с Водяным помог. - Не хочешь сам к нему прогуляться? – зло выпалил Дин. - Прости, Бени не в моём вкусе, - прыснул Габриэль. - Габриэль, ты рассказывал, что имел честь общаться с духом этого дома. Он мог бы помочь нам снова, - высказал ещё одну версию Кастиэль. - Эм… - Помогу, помогу, - услышали все хриплый голос, а затем увидели, как из-за печки вылезает маленький старичок, размером не больше метра. Седые длинные волосы и борода почти до колен, серая заношенная рубаха, штаны с заплатками на коленях и лапти. Габриэль ни разу толком не видел домового, потому что общались они ночью, но сразу же узнал знакомые жёлтые глаза, которые и правда, будто светились, даже в полумраке горницы. - Ты ещё кто такой? – схватил нож Дин. Сэм с Кастиэлем насторожились. - Васей меня кличут, - как ни в чём не бывало, отмахнулся старичок. - Ребята, это и есть домовой, - сам рассматривал своего ночного гостя Гейб. - Ну, знакомы, что ли, будем. Я за вами давненько наблюдаю. - Вась, ты нам про Кощея расскажешь? - А чего ж не рассказать, расскажу. Не хороший он человек, да и не человек вовсе. Колдун он чёрный! Весь люд лихой застращал. Простых людей вроде не трогает, а вот нам, духам, да божкам разным жизни от него нету. Этого и убить не жалко, да кто ж осилит, он же бессмертный, ирод окаянный. - Как это бессмертный? – переспросил Сэм. - А вот так. Говорю же, колдун он. Жизнь он свою от себя отделил, да в иглу заточил. Лежит она, родимая, в яйце… - Ага, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, а сундук неизвестно где. Слыхали эту сказку, - смотрел во все глаза на домового Дин. - И не сказка это вовсе, богатырь чудный. Явь чистая, вот те крест. - Впервые вижу, чтоб нечисть крестилась, - хмыкнул старший Винчестер. - Где же нам искать этот сундук? – спросил Кастиэль. - Есть далеко на севере, в океяне остров под названием Буян. Дуб растёт на нём. На дубу том цепь златая, ей к дубу и прикован тот сундук. - Эм… а мы от океана далеко вообще? – поинтересовался Сэм. - Сэмми, мы в часе езды на машине до будущей Москвы, - широко улыбнулся трикстер. - И как мы попадём на этот Буян? - Да никак! – выпалил Дин. – Так прихлопнуть попробуем, первый раз что ли? Где живёт этот ведьмак? – обратился он к домовому. - Не убьёте вы его так. Сгинете попусту, и поминай как звали. - Может, и не убьём, вот только чутьё мне подсказывает, что, к примеру, без головы, он будет куда менее шустрый. Ты лучше адрес скажи, а мы уж там разберёмся. - Так словами-то и не объяснить. Я вам клубочек дам волшебный, как оземь его бросите, так он вас к нему и выведет, - Вася крутанулся вокруг себя три раза, и в руках у него появился клубок жёлтой пряжи, который он тут же и протянул Дину. - Эм… просто бросить на землю? - Да, оземь бросите, и в тот же миг окажитесь у чертогов Кощеевых. Ежели пешим ходом туда добираться, то далече больно, тут вёрст сто, а то, поди, и ещё больше, - махнул рукой домовой. - Кас, а по-нашему это сколько? – шёпотом спросил у ангела младший Винчестер. - Больше шестидесяти шести миль, - ответил Кастиэль. Сэм на это только присвистнул. Да, пешком они долго топать будут. - А этот клубок нас сразу к дубу переместить не может? – спросил Габриэль. - Так далеко не могёт, - покачал головой Вася. - А чего этот бессмертный боится? Святая вода? Соль? Чеснок? Огонь? – перечислил Дин. - Считается, что Кощей и неживой вовсе, а словно мертвец ходячий, чувств любых лишённый. А чего ж покойнички боятся больше всего? Святого всего. - Значит, запасаемся святой водой, - сделал вывод старший Винчестер. - Искупаем этого лича. - Дин, давай сначала по-хорошему договориться попробуем? Может, он нам и отдаст Кикимору без боя. - Сэмми, вот ты вроде здоровый Лосик вырос, а всё в сказки веришь: в Санту, в зубную фею, в добрых чёрных волшебников, - рассмеялся Габриэль. - Но ведь попробовать-то можно, - насупился тот. - Мы попробуем, но готовым нужно быть ко всему, - поставил точку в вопросе Дин. – Итак, завтра идём к Кощею. - Спасибо вам, Василий, - поблагодарил Кастиэль домового, после чего тот обвёл всех крёстным знаменем и полез обратно за печку. - А теперь спать. Раньше ляжем - раньше встанем, - потянулся и зевнул Дин. Кастиэль повторил за ним зевок и смущённо отвернулся. Сэм подскочил с места, чтобы убрать со стола, а Гейб стал ему помогать. Увидев эту слаженность, старший Винчестер схватил за руку Каса и потащил на выход, желая оставшимся спокойной ночи. Кастиэль не сразу понял, что Дин хочет оставить их братьев наедине, чтобы они, наконец, помирились или что там у них за проблема. *** Оказавшись один на один с Сэмом, Габриэль, наконец, решился поговорить с ним обо всём, что творилось между ними. Но сначала следовало бы объяснить свой скоропостижный уход прошлой ночью. - Сэмми, прости меня, что я убежал вчера. Чёрт, чувствую себя невинной девицей, мнущейся на первом свидании, - улыбнулся самому себе архангел. - Ты и похож на неё, - улыбнулся в ответ Сэм, сразу же получив тычок в бок. – Ты тоже меня прости, я сам не знаю, зачем полез к тебе. - Думаю, я задолжал тебе объяснения… - растерянно облокотился на печь Гейб. Видимо, всё же придётся рассказать парню про виды «связи». - Было бы неплохо, - хмыкнул Сэм, садясь на скамью рядом. - Ты ни в чём не виноват, Сэмми. Я даже благодарен тебе, что ты не испугался попробовать и этот вариант, чтобы растолкать мою силу. К счастью или нет, но это действительно не сработало. И ты не должен думать, что мне не понравилось… Чёрт, да я заснуть потом не мог, у меня в штанах всё горело от твоих поцелуев! – взмахнул руками Габриэль. – Вот только… нам правда, наверное, не следует этим увлекаться. - Почему? – ничего не понял Сэм. Гейбу не было противно то, что он делал, но всё же он оттолкнул его в итоге. - Потому что у нас с тобой «особая связь»… Когда Габриэль закончил свой рассказ, Сэм сидел просто шокированный, пытаясь уложить всю информацию в голове. Выходит, любая близость с архангелом автоматически превращает его в полу-ангела, связывающая их с Гейбом навсегда как супругов. Теперь Сэм понимал, почему трикстер, со всей его похотливой натурой, не спешил залезать к нему в штаны. И дело было вовсе не в том, что Сэм тоже был мужчиной. Это-то как раз Габриэля интересовало в последнюю очередь. Дело было в том, что они оба не готовы разделить вечность друг с другом. Перспектива стать долгоживущим почти неубиваемым сукиным сыном, да ещё и со сверхспособностями, конечно была довольно привлекательным бонусом в этом деле, но в основе всё же лежал вполне себе полноценный брачный союз, который не заключался вот так, с бухты-барахты, из-за одного только желания удовлетворить свою похоть здесь и сейчас. Именно поэтому Сэм был в какой-то степени даже благодарен Габриэлю, что тот нашёл в себе силы оттолкнуть его и не позволить совершить глупость, о которой они оба, вероятно пожалели бы. - Чёрт. Прости меня, Гейб. Чувствую себя озабоченным засранцем. - Ты не знал, - успокоил Винчестера Габриэль. – Ты очень нравишься мне. Я воспылал к тебе совсем не дружескими намерениями ещё в Спрингфилде, в нашу первую встречу. Но ты тогда не был готов. Да и знаешь, как-то не до того было, в любом случае. Я был занят созданием оригинальных способов наказаний для непослушных мальчиков и девочек, а вы тыканьем в меня этой грязной деревяшкой. Кстати, это было не слишком приятно, а ещё глупо. Я был поражён. Вы, Винчестеры, великие охотники на сверхъестественное, зная о том, что в первый раз меня не убила ваша зубочистка, попытались убить меня ею же снова. Где логика, Сэмми? Ну, хорошо, во второй раз тоже не вышло. В третий? Серьёзно? - Мы пытались отследить твой истинный облик, а не копию, - смущённо сказал Сэм. Габриэль на это только закатил глаза. - Ты ведь понимаешь, что у вас не было шанса? - После того, как узнали, кто ты есть на самом деле – да. - Так что, дружба, жвачка, мир? – хлопнул в ладоши трикстер и широко улыбнулся. - Да. Только… что теперь? Мы ведь так и не выяснили, на что реагирует твоя благодать. То есть, мы исключили пару вариантов, но так и не узнали, за что мне там нужно подёргать, чтобы ты снова стал архангелом. - Боже, Сэмми, из твоих уст это не может звучать не пошло, - Габриэль на это залился смехом, прогибаясь в спине и чуть заваливаясь назад. – Ой… - Гейб? – Сэм обеспокоенно посмотрел на архангела, схватившегося за свою спину. - О нет… нет-нет-нет-нет-нет… Только не это, - застонал он. - Что случилось? - Моя спина. Кажется, она всё-таки не выдержала двухдневной нагрузки на грядках. - Тебе нужно лечь, - подскочил Сэм. - Ты прав, здоровяк. Поможешь? Винчестер помог Габриэлю забраться на печь, и улечься плашмя на живот, даже не замечая, как хитро тот при этом на него поглядывает. - Ладно, тебе нужно отдыхать. Я, пожалуй, пойду. - Не уходи, Сэм, - тихо позвал Винчестера Гейб голосом умирающего. – Мне так плохо. Моя спина… сделай мне массаж. - Эм… - замялся Сэм, не зная стоит ли соглашаться на такую просьбу. С одной стороны, это и правда может облегчить боль Габриэлю, но с другой – это довольно интимный контакт, который ни капельки не поможет ему держаться как можно дальше от архангела. Сэм боялся, что от своих действий, пусть даже в лечебных целях, он сможет снова сорваться и натворить глупостей. Ну и спать вторую ночь со стояком – не слишком весёлая вещь, а то, что от такой близости тот обязательно появиться, тут и к гадалке не ходи, особенно зная, как Гейб любит театрально постонать по поводу и без. - Пожалуйста… - мурлыкнул проказник, и все сомнения Сэма распались прахом под этой невинной просьбой. - Хех, ладно. Я делал как-то пару раз Дину массаж, когда он потягивал спину на охоте, - Винчестер забрался ногами на лавку, чтобы быть ещё выше над телом Габриэля, с которого тот сейчас медленно стягивал рубашку. Боже, если ты меня слышишь, дай мне сил. *** Прикосновение ладоней Сэма к спине тут же вызвало массу ощущений у Габриэля, одно другого приятнее. Здесь было тепло от рук и от их присутствия на коже архангела; нежность, которая заполняла Гейба целиком, окутывая, словно в тёплый кокон блаженства; прикосновения, будто к чему-то важному и в то же время личному; а ещё еле ощутимые вихры сонного, еле заметного холодка, которые невозможно было перепутать ни с чем. Всякий раз, когда руки Винчестера касались ямочки между лопатками, Габриэль вздрагивал и задерживал дыхание от переполняющих его ощущений. Энергия медленно наполняла его тело, струясь тонкими нитями благодати по всему телу. - У тебя так тепло вот здесь, - нажал Сэм ладонью в том месте, где по идее должны расти крылья, от чего Гейб застонал в голос, ощущая, как волна тепла разливается по телу, приливая к паху. Возбуждение. Сколько было у архангела партнёров, сколько людей касались его спины, но никогда никто не мог прикоснуться к его крыльям. Только подопечный может их ощутить, не увидеть, но почувствовать зону тепла в этой области. И Сэм сейчас чувствует её, самую чувствительную часть ангела. - Сэмми, я сейчас попрошу тебя кое-что сделать, прошу, выполни мою просьбу, - еле слышно прошептал Габриэль, задыхаясь от всех тех эмоций, что свалились на него разом. - Что ты хочешь? – услышал он такой же интимный шёпот Винчестера, от чего даже усмехнулся немного. Парень, конечно, тоже возбудился вместе с ним. - Дотронься до моей головы. До самой макушки. Это важно. Сэм даже не стал ничего спрашивать, просто молча уложил свою руку на голову архангела и провёл ею вверх, и здесь ощущая такое же тепло. - Ты будто горишь в этом месте, - удивлённо прошептал Сэм. - Это мой нимб, Сэмми. Ты трогаешь мой нимб… и крылья, - снова застонал Гейб, ощущая уже двойную дозу прикосновений к своим ангельским органам. - Что? – Сэм отпрянул от Габриэля, как от чумного. – О, Боже! Прости! Прости, я не знал! Габриэль на это только рассмеялся. - Ты хотел подёргать меня за что-то. Продолжай. Я чувствую её, Сэм! Мою благодать! - Но… - В тот вечер, когда моя рука чудесным образом затянулась… ты поцеловал меня в макушку, помнишь? Ты дотронулся до нимба. А на пастбище ты убрал травинку из моих волос. Кас был прав, это заряжает и… окрыляет! – рассмеялся Габриэль, садясь на печи. - Кас? - Да, я спросил у него сегодня днём про их «особую связь» с Дином, - сделал в воздухе кавычки Гейб. – Это он навёл меня на мысль об облапывании всего, что выпирает у ангелов. Сэм, пожалуйста. Ты мне нужен. Винчестер не был уверен, что стоит покупаться на этот жутко несчастный взгляд и такие просящие глазки, всё-таки это не просто по плечу похлопать, это святая святых каждого ангела, а Габриэль так просто просит ему их потискать? - Эм… я думал крылья и нимб – это что-то личное, интимное для ангела, чего они не показывают первому встречному, и уж тем более не просят дотронуться до них. - Но ты не первый встречный, - наклонил голову на бок Гейб, от чего напомнил Кастиэля. – К тому же, я не смогу тебе их показать, но ты единственный, кто может их ощутить. Ты же чувствовал тепло. Коснись их снова, Сэээм… - взмолился Габриэль. Сэм снова подошёл к архангелу, который заметно оживился и повернулся спиной к Винчестеру. - Ты ведь соврал, да? У тебя не болела спина, ты просто хотел, чтобы я дотронулся до тебя? – спросил Сэм, снова касаясь спины трикстера, проводя по ней ладонью и задерживаясь в области лопаток. - Я не был уверен на 100%, что это сработает. Не хотел давать тебе очередную надежду, которая могла не оправдатьсяааа, - заверещал Гейб, когда рука Сэма, лежащая на крыльях, сжалась в кулак, а вторая накрыла голову, так же сжимаясь. - Больно? – сразу же отпустил Винчестер, переходя на нежные поглаживания. - Нет, о Боже, нет. Сделай так ещё раз! Габриэль чувствовал, как благодать в нём пробуждается всё ярче, и разливается по телу, заполняя его, и давая привычное тепло и силу. Вместе с благодатью поднималось и крепло и ещё кое-что, о чём архангел старался не думать, но это было всё трудней и трудней игнорировать. Нежные руки бродили по его спине и голове, заставляя рвано дышать и стонать от этих прикосновений, покруче, чем при обычных сексуальных ласках. Дыхание Сэма ощущалось на его шее и спине, но Гейб видел, что Винчестер держится из последних сил, чтобы не наброситься, и не вжать трикстера в разноцветное покрывало, на котором обычно спал Гейб. Эрекция Сэма ощутимо упиралась в задницу Габриэля, он даже пару раз ловил себя на том, что начинает ритмично двигаться, но тут же останавливался и отстранялся, боясь всё испортить. Как же Гейбу хотелось сейчас послать к чёрту весь свой самоконтроль и выдержку, а вместе с ними и Отца небесного, за такие испытания, посланные на голову его, пусть и несносного, но всё-таки сына. У Габриэля было много партнёров. Нереально много, за столько-то лет! Девочки и мальчики, полубоги и богини. Он испробовал, наверное, всё, что только можно испробовать в сексе: от приторного, ванильного секса, до того, что выходит далеко за рамки самого смелого варианта БДСМ, побывал и снизу, и сверху, да он, в своё время, помогал Ватьсьяяне писать «Камасутру»! Но то, что делал с ним Сэм, было чем-то новым, неизведанным доселе, и приятным настолько, что не хотелось останавливаться ещё очень и очень долго. И это был ещё не секс! И даже не предполагалось, как прелюдия к нему! Гейб боялся даже представить, что бы произошло, случись это всё же им. Неужели все хранители испытывают ТАКОЕ со своими подопечными? Габриэль понимал, что если сейчас они не остановятся, то он отпустит последние тормоза и позволит Сэму трахнуть себя, или возьмёт его сам прямо здесь и сейчас. К тому же благодать, похоже, активировалась на полную мощность, что позволяла ей эта извращённая стимуляция, но Гейб ощущал, что это не всё. Только половина, но большего он не сможет пока получить. Нужно попробовать снова. Завтра, или может через пару дней. Быть может, придётся искать что-то ещё, что поможет вернуть благодать окончательно, но на сегодня было достаточно. - Сэм… Сэмми, прекрати. - Почему? – простонал Винчестер, которого уже начинало слегка потряхивать от нереализованных потребностей. - Она застряла. Ты сделал всё, что смог, большой мальчик. Ты молодец, малыш. - Но ты не полный? - Нет. Нужно что-то ещё. Может, отдых. Но это половина. Я даже смогу летать, хоть и не слишком далеко. И всё благодаря тебе, - Габриэля переполняли благодарность и безграничная нежность. А это оказалось не так уж и плохо, иметь собственного человека, особенно такого шикарного, как этот Бэмби, который сейчас смотрит на него нереально грустными глазками из-за того, что всё так быстро закончилось. – Спасибо тебе, Сэм. Иди ко мне. - Что ты…? - Тссс. Я просто хочу помочь. Архангел провёл ладонью вверх по груди подошедшего к нему вплотную Винчестера, оглаживая его шею и щёку, смотря прямо в его глаза, казавшиеся сейчас абсолютно чёрными, как у демона, в этой темноте. По всему телу, лёгкой прохладой, клубилась благодать. Габриэль, наконец, мог почувствовать свои крылья. Слабо, еле ощутимо, но они были за спиной, все три пары, растущие, казалось бы, одна из другой. А ещё он ощущал что-то лёгкое и медленно копошащееся внутри его живота, которое начинало шевелиться активнее при взгляде на Сэма, превращаясь из подобия крыльев бабочек в настоящий желудочных птеродактилей. Габриэль любил в своей жизни всего дважды, не считаю любви к отцу. Его первая любовь была до жути неправильной, и поначалу испугала архангела своей силой и зависимостью от объекта своих чувств. Он тогда поделился своими ощущениями с братом, и был счастлив оттого, что его не просто не оттолкнули, но ещё и приняли. Люцифер научил его всему: фокусам, хитростям, возможностям и любви. Гейб был в жутком раздрае, когда Отец изгнал его брата и возлюбленного из рая, но он также видел, каким стал Люц жестоким и злым. Оставаться на Небесах без любимого не было смысла, но и присоединиться к брату в его злодеяниях Габриэль не решился, как бы тот его ни пытался переманить на свою сторону. Тогда было пролито немало слёз, когда Михаил собственной рукой заточил брата в клеть. Габриэль так и не вернулся домой. Потом была Кали. О, она была прекрасна, горяча, гибка и у неё было целых 6 рук! Что они вытворяли с ним! Именно в этих паучьих объятья Гейб смог, наконец, забыть Люцифера и окунуться с головой в новые чувства, которые без остатка дарила ему эта индийская богиня. Несколько сотен лет они шли по жизни рука об руку, пока не появился этот Балдур. Но Габриэль и сам был отчасти виноват, увлёкшись скандинавами, и посвятив себя почти целиком своему новому образу хитреца и проказника Локи. Их с Кали любовь просто остыла с годами, превратившись в некое подобие крепкой дружбы. Но ни с Кали, ни с Люцифером архангел не был связан так, как с этим смертным, стоящим сейчас перед ним и доверчиво ластящимся к тёплой ладони. Никто не дарил ему столько душевного тепла, никто не мог подарить тех ощущений, что мог подарить только он – его человек. Никто и никогда не дарил Габриэлю крылья! Это был слишком щедрый подарок, чтобы оставаться без ответа в глубине закаменевшего со временем сердца трикстера. Но делать последний шаг всё же было рано, хоть Гейб и понимал, что уже вряд ли сможет жить без этих ореховых щенячьих глаз и практически двух метров обаяния и нежности. Он подумает обо всём этом завтра, а сейчас им обоим уже давно пора спать. По крайней мере, Сэму, ведь архангелу теперь сон снова не так уж необходим, хоть благодать и пробудилась не полностью. - Прости, но пока что так будет лучше, - прошептал он в приоткрытые губы Винчестера, едва дотрагиваясь своей второй рукой до его ширинки. Сэм глубоко вдохнул и почувствовал, как его тело будто отпускает от невидимых пут похоти и нестерпимого желания. Розовая пелена будто спала с глаз, и он ощутил, что в штанах стало намного свободнее. – Спокойной ночи, Сэмми. Спасибо тебе за всё. Габриэль оттолкнул парня от себя и залез глубже на печь, прижимаясь спиной к стене и прикрывая глаза. Ему нужно было подумать слишком о многом. Он только услышал тихое сэмово «спасибо», после чего почувствовал, как тот вышел из горницы, направляясь в сени. Как же хотелось пойти за ним…