Бессмертное сердце

Проходили дни, шли уроки. Первокурсники очень полюбили меня, им нравилось, как я преподаю, с лёгким юмором и подковырками. Кроме того, я открыла в себе способность хорошо разъяснять материал. Очередной казус случился немногим позже, когда я зашла в гостиную Гриффиндора и встретила Гарри, который куда-то вёл Рона. - Привет, малёк, - поздоровалась я и нахмурилась, посмотрев на Уизли. – Не хило же его пришпилило, - оценила я. – Нет-нет, не подсказывай… - я подняла ладонь. – Ром? Нет?.. Тогда, пожалуй, водка. Страшная вещь. - Ева, поможешь мне довести его до Слизнорта? – шёпотом спросил меня Поттер. - Травка? - опять предприняла попытку Ева. - Нет, - вздохнул Гарри. - Ева, пожалуйста. Я с полминуты перебирала в голове все варианты и до меня дошло. - Любовный напиток? – догадавшись и щёлкнув пальцами, вторила я. - Он самый, - кивнул юноша и мы вышли из гостиной. - Ох уж эти бабы, что творят, - покачала я головой. – А кто ж его так? - Ромильда Вейн. - Ай, плохая девочка. - Ромильда… - пропел одурманенный Рон. - Вообще, конфеты предназначались мне… - признался Гарри. - А ты у нас популярен, - признала я, держа Рона за правую руку, а Гарри его за левую. – Помню, как однажды передержала напиток и убила объект своего обожания. Гарри ничего не ответил, отметив про себя, что варить зелье мне не доверит. Вместе мы дошли до Слизнорта. - Простите сер, - начал Гарри. – Я бы не стал вас беспокоить, не будь это необходимо… После этой фразы я поняла, что что-то с дознанием у Поттера не заладилось. Скорей всего, Слизнорт заупрямился. Рону дали противоядие, и он квадратными глазами посмотрел на нас. После этого глупая улыбочка сползла с лица Рона и он заявил, что ему плохо. - Сильный напиток, - признал Слизнорт. – Нужно опохмелиться, друг мой. - Это всегда пожалуйста, - с жаром подхватила я его идею. - Есть сливочное пиво, вино и превосходная выдержанная медовуха. У меня потекли слюни. Медовуха… - У меня были на неё другие планы, - продолжал преподаватель. – Но, учитывая обстоятельства… Послышался звук выскочившей пробки, и маг разлил напиток. Мы встали в круг и нам раздали бокалы. Я принюхалась к медовухе и пригубила её. - На здоровье, - произнёс Слизнорт тост. - Не пей!!! – воскликнула я, ударив Рона по руке. Стакан упал на ковёр и треснул, а медовуха выплеснулась. - В чём дело? – испуганно спросил Слизнорт. - Отравлено, - поморщилась я, сплюнув на пол. – Яд.

***

- Любопытно, - признал Даблдор, беря из дрожащих рук Слизнорта медовуху. – Бутылка похоже подарочная, не помнишь от кого она? Преподаватель покачал головой. Я, Слизнорт и Дамблдор был в кабинете директора. Альбус принюхался к горлышку бутылки. - Между прочим, дивный напиток с лёгким ароматом корицы, когда не осквернён ядом. - Если честно, я сам планировал её подарить… - признался Гораций. - Кому, если не секрет? – спросил Дамблдор и передал напиток Еве. Вампирша принюхалась и отпила немного. - Горчит, - сказала она. – Из-за яда. - Вам, директор, - ответил волшебник и с полным охреневанием на лице посмотрел на стригоя.

***

- Что ты об этом думаешь? – спросил Альбус, когда Слизнорт ушёл. Ева допивала медовуху. - Что кто-то уже второй раз на тебя покушается и всё никак, - ответила Евангелия, икнув. - Причём, в первом случае точно виноват соплежуй, а во втором… яд? Как-то мелковато. Поработал дилетант. Если бы я хотела тебя отравить, я бы привязала тебя к батарее, морила голодом неделю и только потом дала воды. Отравленной, естественно. - Думаешь… это пытается сделать кто-то из учеников?.. - Вероятнее всего, - кивнула она. – Преподаватели люди башковитые, он не будут идти на поводу у Волан-де-Морта. Слизнорт здесь сравнительно новенький, но и он не пойдёт против тебя, так как боится. - Тебя или меня? – уточнил Альбус. - Обоих, - махнула рукой вампирша, устраиваясь в кресле поудобнее, закинув ногу на ногу. – Ещё он понимает, что Хогвартс самая настоящая крепость, не так-то просто взять её. Соплежуй зубы обломает, если пойдёт лоб в лоб, вот он и засылает шпиёнов. - У тебя есть догадки, кто из студентов, возможно, на такое способен? – задумчиво спросил директор. - Да ты ведь и сам прекрасно знаешь, - пожала вампиресса плечами. – Дети, чьи родители, скорей всего, Пожиратели. В первых рядах стоят Малфои, потом Креббы и Гойлы… в общем, там ещё с дюжину кандидатов. - Кстати, что насчёт Малфоя старшего? - Я отправила его жить в Визжащую хижину, - Ева в пару глотков допила медовуху и Дамблдор заметил, как она слегка «поплыла». Евангелия слабо улыбнулась, отдаваясь хмелю и уже через минуту сидела с такой миной, будто готова расцеловать весь мир. - Тебе плохо не будет от яда? – спросил на всякий случай Альбус. - Вряд ли, - поморщилась Ева. – На меня вообще мало, что действует. Яд там сильный, чтобы его сделать нужны крайне редкие и дорогие ингредиенты, а чтобы сделать противоядие… с ног собьёшься, пока будешь искать перо с грифоновой жопы и молочный зуб лепрекона. Кстати… - вампирша посмотрела на Дамблдора сквозь бутылку, – те ещё маленькие ублюдки… в отличие от детей. Дети такие милые и хорошие… люблю детей… всегда мечтала иметь своих, да как-то… не… срослось… - её голос потихоньку затухал, как пламя свечи, в последнюю минуту она что-то бормотала себе под нос. Две минуты разговоров не было. Дамблдор задумчиво смотрел на документы на своём столе, а, когда перевёл взгляд на Еву оказалось, что та уже спит, случайно уронив бутылку на пол. Альбус встал из-за стола и сходил вглубь кабинета, принеся оттуда плед. Укрыв вампиршу, старик решил прогуляться по школе и проверить, всё ли в порядке.

***

Год близился к концу. Все, кто был хоть немного знаком с Гарри, чувствовали, что что-то намечается, но каждый в глубине души надеялся, что хоть в этот раз пронесёт. По правде говоря, конец был ещё не так уж и близок, но уже виднелся из-за гор. Евангелия смотрела на сиреневые пики шотландских гор и затухающее понемногу красное марево за ними. В Визжащую хижину она так и не сходила. Насколько она могла чувствовать, Люциус был жив, а значит, до сих пор сидел там и охранял Северуса. Ева даже подумывала избавиться от неожиданно появившегося слуги, но решила повременить. В её видениях Люциуса не было… он вроде как должен был погибнуть, тогда, на кладбище, но по какой-то странной причине не только остался жив, но ещё и стал чем-то вроде полукровки. Пользы от него не шибко много, но и вреда как такового нет. Было ещё светло, хотя солнце садилось. Из окна Ева увидела спешащего куда-то Поттера, а за ним по пятам бежал Слизнорт. «Интересненько», - подумалось вампирше.

***

- Ну, за Арагога, - подняла стакан Ева, а Хагрид, Гораций и Гарри (и немножко Клык) поддержали её, выпив содержимое своих стаканов. Гарри правда, старался к бормотухе в своей чашке не прикасаться. Юноша наблюдал за Евангелией, которая усиленно спаивала двух мужчин, и сама не забывала отхлёбывать из стакана. К концу они вместе спели песню, а великан, наконец, уснул. Ева подмигнув Гарри, откинула голову назад, специально чуть стукнувшись затылком о стену и, притворившись, что отключилась. В полудрёме (алкоголь на неё всё ж немного действовал) вампиресса слышала разговор между Слизнортом и Гарри, вследствии которого Гораций согласился поделиться своими оригинальными воспоминаниями. Когда Гарри ушёл, Ева ничего не оставалось, как «проснуться» и трезвым, как стекло, взглядом посмотреть на Слизнорта. - Я знаю, зачем вы здесь, - вздохнул зельевар. – Неплохо вы всё подстроили. - Я здесь не причём, - честно призналась Ева, взяв со стола почти пустую бутылку и отпив ещё. – Я пришла, чтобы поговорить о неком интересном зелье и, как мне кажется, вы можете мне помочь. - И какое же зелье вас интересует? – не без любопытства спросил Гораций. - С помощью этого напитка можно обрести неуязвимость ко всем заклинаниям. На время, естественно. Слизнорт на секунду задумался, а потом его глаза расширились. - Вы говорите о Драконьей эссенции?! - Именно о ней, - кивнула Ева. – Чтобы её приготовить, нужно быть, как минимум Мастером зелий. Сварите мне эту эссенцию, а я достану ингредиенты. - Зачем же она вам? - Чтобы победить Волан-де-Морта. - Не произносите его имя, – побледнел маг. - А не то что? – усмехнулась Евангелия. – Вы сейчас беседуете с существом, которое намного страшнее этого соплежуя. В некоторых частях света, не то что имя моё произносить, обо мне боялись думать, - девушка коснулась пальцем своего виска. – А вы говорите… Так что? Вы сделаете для меня Драконью эссенцию? - Для этого нужны очень редкие ингредиенты… - Просто предоставьте мне список, - махнула девушка рукой и засобиралась. Евангелия встала из-за стола и направилась к выходу. Не громко хлопнув дверью, вампирша растворилась в ночи. Список ингредиентов для «Драконьей эссенции» был длинным и сложным. Например, некоторые растения нужно было выращивать в определённых условиях, а потом сорвать в конкретный момент. Такие вещи, как Туматагория и Дремоносное растение были сплошь и рядом, а готовить зелье нужно было в драконьих перчатках, чтоб ненароком не остаться без рук. Волшебнику, наверное, понабились бы годы, чтобы собрать все ингредиенты. Ева управилась за неделю с завидной скоростью. Большинство вещей она нашла в каморке Снейпа. Мужчина почти всю жизнь собирал здесь кучу редких вещичек. Немного подумав об этом, Ева пришла к выводу, что всё же у Снейпа была страсть и хобби, которое стало работой. К концу недели Евангелия притарабанила всё Слизнорту, и в классе зельеварения они начали готовить. Ещё неделя ушла только на подготовку всех ингредиентов, чистку нужных корнеплодов и отцеживание различных веществ. Помимо этого, подельники успевали вести свои уроки, проверять домашку, сидеть дополнительно с некоторыми студентами, а Слизнорту даже удавалось поспать. Ева не спала вообще, в свободное время следя за зельем. Всю работу делал Гораций, вампирша лишь была на подхвате. Один раз котёл взорвался с почти готовым зельем и Евангелия успела толкнуть Горация в сторону. Её снесло взрывом, а Слизнорт ещё долго жаловался, что вампирша уж слишком сильно приложила его об дальнюю стену комнаты, однако признавал, что уж лучше так, чем остаться с дыркой вместо головы. Но в конце всех мучений, в конце всего, зелье было готово. Пот капельками стекал по лбу Горация, когда тот аккуратно выливал содержимое котла в маленький флакончик, наподобие того, в котором был Феликс Фелицис. Со стороны это даже не было похоже на жидкость. Драконья эссенция была скорее ярко-оранжевой, с жёлтыми прожилками дымкой. Она плавно опустилась в сосуд и, соприкоснувшись с дном, пошла вверх. Прежде, чем язычки этого своеобразного пламени успели выбраться наружу, Гораций плотно закупорил склянку пробкой и вручил его Еве. - Теперь меня по праву можно считать магистром зелий, - усмехнулся Слизнорт. – Мало, кому удавалось сварить Драконью эссенцию. - Ещё меньше тех, кто её выпил и совсем по пальцам пересчитать, кто после этого выжил, - задумчиво ответила вампирша, поднеся флакончик близко к глазам и рассматривая дымку внутри. - Скажите честно… зачем она вам? – осторожно поинтересовался Слизнорт. – Как конкретно вы будете её использовать? - Эта штука на тот случай, если Пожиратели по главе с соплежуем догадаются использовать одно заклинание, - она прервала зрительный контакт с флакончиком и перевела взгляд на Горация. – Когда-то очень давно оно использовалось древними магам, чтобы справиться с моим Мастером. Вообще заклинание это очень мощное и маг, который его хочет его использовать, должен быть силён. Произнеся слова, ты вырубаешь всю нечисть в округе, лишая её сознания. При этом, ты сам теряешь сознание, такова плата. - Никогда о таком не слышал… - признался Слизнорт. - Да, - кивнула Ева, пряча флакон во внутренний карман плаща. – Я постаралась, чтобы последний, кто знал это заклятье, подох. Гораций перевёл дух только, когда Евангелия ушла. М-да… древние маги были очень сильны. Особенно в Англии. Тогда, во времена короля Артура и Мерлина сам воздух был пропитан магией. Учениками Мерлина и самим великим магом было изобретено множество заклинаний, мощных и опасных, но тут история даёт осечку. Начиная с какого-то момента… сведения о множестве заклятий попросту исчезают, будто кто-то намеренно уничтожал их. Ходили даже легенды о неком трактате Мерлина, в котором великий колдун собрал все свои самые мощные заклятия, но это считается мифом. Якобы, когда-то великий маг написал не менее великую книгу. Конечно её многие искали, но поиски успехом не обвенчались. Именно за эту книжку и вспомнила Евангелия. Ей повезло сдружиться с Мерлином. Если бы стригой и великий маг начали войну, добром бы это точно не кончилось. На смертном одре волшебник отдал ей свою книгу, взяв с неё обещание, что она позаботиться о всех знаниях, что хранили ставшие жёлтыми от времени страницы. И Ева обещание выполнила, запрятав книгу в один из потайных отсеков своей ячейки в банке. Драконья эссенция была на тот крайний случай, если Волан-де-Морт догадается сунуть нос в Гринготс. Сила, заключённая в этой книге не должна была попасть ни в чьи руки. Уничтожить трактат у Евангелии не хватило сил, рука не поднялась на такое сокровище. Идущая в свою комнату по коридору вампиресса замедлила шаг и в глазах её блеснула искра. Что, если соплежуй всё же… за время пребывания её в плену, особенно, когда Тёмный лорд нащупал её слабое место, Ева успела многое выболтать лорду, в том числе и о сейфе. Чтобы забрать из сейфа все мало мальски могущественные артеакты понадобиться по крайней мере день. Плюс время, чтобы всё это спрятать или передать в другие руки на хранение.