Преступление на бис

Так прошла суббота, воскресенье. Ник ночевал у Джуди и помогал ей, пока лапы восстанавливались после пятничного случая на льду. В понедельник ему пришлось пойти на работу, но Джуди убедила его, что справится. Она уже вечером в воскресенье начала нормально ходить, но побегать она так и не рискнула, опасаясь, что старания Ника сойдут на нет. «Не хватало мне еще инвалидность выписывать», - сказала она перед сном, когда Ник, любезно подставив свое плечо, помог ей дошагать до кровати. «Если так, то я готов буду присматривать за тобой до конца своих лисьих лет!», - про себя подумал Ник, но ей он сказал следующие слова: «Всегда можно приделать новые лапы и с ними покорять новые вершины», - шутя заявил Ник, когда Джуди уже отпустила его плечи и улеглась, а он заботливо укрыл ее одеялом. «Ха-ха…», - иронично засмеялась Джуди. На следующее утро она попросила Ника перекинуть ей песни с диска на mp3 плейер, чтобы было не так скучно. «И мне хочется на неделе покататься на велосипеде по парку. Составишь мне компанию?» Ник задумчиво закатил глаза. «Я давно не катался на велосипеде. И не думаю, что у меня получится!» Он уже стоял одной лапой за порогом ее квартиры. Джуди прислонилась к дверному косяку, уже мечтая в тайне выпроводить назойливого напарника, да еще без году третий день - невольного соседа по квартире. «Если ты меня поставил на лапы, то я смогу посадить тебя на велосипед!», - сказала она, подобрав одну ножку и прислонив ее к дверному косяку. «Это предложение?», - шепотом спросил Ник, подойдя поближе и облокотившись о тот же косяк, возле которого стояла Джуди, чуть закрыв ее своим телом. «Это – угроза!», - ответила Джуди, потянувшись к его галстуку и чуть потянула его. От улыбки щеки лиса чуть вздулись, но он не отвел от нее глаз. «Я перепишу песни на плейер», - сказал он и ушел прочь, махнув на прощание хвостом. Пока Джуди разминала дома лапы и занималась уборкой, Нику предстояла грандиозная работа: навестить пострадавших и расспросить, что они делали перед тем, как их привезли в больницу. Почти никто из выживших не мог толком вспомнить, как все произошло. Последняя надежда была на того пожилого барсука, но он пока находился в реанимационном отделе, где врачи никого к нему не подпускали. «Я понимаю, что не должен волновать пациента, особенно в таком состоянии!», - заметил Ник, разговаривая с одним из лечащих кардиологов. «Когда он придет в себя, пусть позвонит по этому номеру». Он достал из кармана визитку. С недавних пор они с Джуди решили завести визитные карточки, где были указаны их телефонные номера и почта. Так было проще, быстрее и надежнее. В день, когда они навещали Викси, он забыл их в кармане рубашки. Ник также добавил, что зверь со здоровым сердцем ни с того ни с сего не мог заработать инфаркт. «И это уже не первый случай, вы как врач, должны понимать». Кардиолог-гепард понимал и одобрительно кивнул. «Разумеется, офицер! Мы переводим его в общую палату только через 2 дня, а потом, если его состояние стабилизируется окончательно, то к уикенду он сможет поехать домой». Получив необходимый ответ, Ник, обессиленный за весь день, собрался поехать домой. То есть, к Джуди. На выходе он вспомнил, что дежурная по отделению попросила его сдать всю электронику, и он оставил телефон и плейер в плотно запечатанном пакете. Так что ему пришлось вернуться на этаж, где находилось кардиологическое отделение, и забрать свои вещи. «О, а я уже боялась, что опять хозяева не заберут свои вещи!», - радостно воскликнула молодая медсестра-скунс, передавая ему пакет. Ник вопросительно посмотрел на нее. «Опять?» «Ну да! Тут до этого господина с инфарктом их столько побывало. Половина так и осталась в запечатанных конвертах. Некому было забрать. Бедняжки, тут столько животных побывало, офицер, да еще с такими диагнозами, что вся больница покоя себе не знала!» Ник побледнел. «А может ли быть такое, что во всех этих смертельных исходах и тяжелых осложнениях виноваты телефоны?» «Мисс? Вы можете вспомнить, что это за телефоны? Модель? Марка? Что угодно?» Медсестра удивленно посмотрела на лиса. В ее взгляде читалось недоверие. «Мисс, я понимаю, моя просьба звучит глупо, и я понимаю ваше сомнение, но сейчас дело очень важное: десяток животных погибли по неизвестным причинам, кто-то потерял слух, и еще у здоровых граждан, не жалующихся на боли в сердце, вдруг наблюдаются серьезные болезни. Деталей мало, и, как офицер полиции Зверополиса, я обязан и вынужден обращать внимание даже на такие незначительные и мелкие детали. Все, что мне нужно – ваше разрешение, разрешение родственников погибших или разрешение выживших на временное изъятие телефонов или что там у них еще осталось, передать на экспертизу, чтобы удостоверится, все ли в порядке с ними!» На последнем слове Ник уже едва дышал. «Сэр, если это необходимо для следствия, то я могу лишь посоветовать вам написать заявление на имя главврача кардиоотделения. И необходимо разрешение от вашего начальства, потому что все же мы несем ответственность за вещи пациентов. Даже тех, кого уже нет в живых»,- ответила медсестра, распечатав бланк заявления и передала его Нику. «Заявление можете написать сейчас, а все остальное можете предоставить завтра. Думаю, главврач возражать не будет. Нас, конечно, больные кормят, но лишнее переедание – тоже вредно, простите за такой каламбур». И она выдала легкий смешок. Ник поблагодарил ее и быстро написал заявление. «Тогда завтра после обеда будем ждать. Я тогда заранее составлю опись оставленного имущества. Не знаю, поможет ли это, но почти вся электроника – компании «ZooPhonia», за исключением телефона старика с миокардом: старенькая модель ConnAct». По дороге Ник позвонил в участок и попросил дежурившего там Бена подготовить необходимые документы. «И мне нужна подробная информация о владельцах компании ZooPhonia: их адреса, телефоны – все, что можешь найти! Я буду минут через 15.» Он уже хотел положить телефон в карман рубашки, как кое-что привлекло его внимание. До этого он не обратил на это внимание. Но в свете новых событий... Стараясь сохранять умеренную скорость и следить за дорогой, он всмотрелся в свой смартфон. Он вспомнил, что на нем - значок компании ZooPhonia. «Медсестра сказала, что почти у всех пострадавших телефоны были от этой компании! Неужели происки конкурентов? Или компания начала сдавать обороты?» Решив не рисковать, он выключил телефон и положил подальше от себя. Проезжая мимо ратуши, он поднял глаза на башню с часами. 15:45. «Черт, я гоняю по всему городу и даже не пообедал!», - с досадой подумал он, побарабанив пальцами по рулю. «Думаю, в кафетерий я еще успею. Да, сначала компенсирую обеденное время, в потом составлю отчет о работе.» Он уже начал составлять обеденное меню в голове: картофельное пюре с соевой котлетой, немного теплого салата, и, если ему повезет, он отхватит кусочек «Наполеона». «Интересно, а Джуди умеет выпекать Наполеон? Если да, тут же покупаю ей кольцо», - подумал Ник и засмеялся. «Да ее саму инфаркт хватит, если я это сделаю. Хотя…» Он вспомнил, как она посмотрела на него, когда они были в парке, и как убегала домой. Или тогда, на кухне. «Странная она: сначала сама настаивает на том, что я ее поцеловал, а потом убегает. Тогда и вовсе взбесилась, да еще и укусила. Потом устроила приватный танец и теперь отнекивается. Да, тогда я сам ее поцеловал, но и она была не против. Я же чувствовал! А теперь ведет себя так, будто ей проще видеть во мне только напарника.» Погруженный в свои мысли, он не заметил как выехал на Пальмовый проспект и попал в пробку. «Твою ж кочарыжку!», - ругнулся он, со всей силы хлопнув ладонями по рулю, будто он был в этом виноват. И как если бы этого было мало, он резко опустил голову, задел носом клаксон. «Теперь точно опоздаю до закрытия столовой. Плакало мое пюре и «Наполеон»!» На одном месте он простоял минут пять, но и они показались ему томительными часами. «Ладно, времени у тебя полно. Давай вернемся к Джуди…», - стараясь мыслить рассудительно, заговорил он с собой. Разумеется, про себя. Иначе бы его «товарищи по затору» тут же обратили на него внимание и посчитали, что у лиса не все в порядке с головой. «С головой – порядок, меня совершенно другое сейчас волнует!» Ник выключил двигатель: следующие 10 минут движение все равно бы не нормализовалось. «Сделаем так: проведем небольшое исследование, вспомним все моменты, когда она проявляла просто дружеское отношение, а когда – не совсем обычное, если можно так сказать. Так, где там ручка…» Он пошарил по карманам, посмотрел в бардачке. Там он нашел ручку, которая уже была на издыхании. В качестве бумажки пришлось взять визитку. На оборотной стороне, по середине он провел прямую линию. Слева нарисовал звездочку, знак партнерства и статус полицейского, а справа – сердечко, что, соответственно, означало нечто большее. «За последний месяц… что произошло… Она позвала на концерт – второй пункт… но предложила загнать один билет – первый пункт… настаивала на танце – второй пункт… сильно смущается… второй пункт… постоянно смущается… кусает… секретничает… но сознается в своих ошибках… это все первый… за ту розочку поцеловала – второй пункт. Но это был поцелуй благодарности… так что еще один пункт в левую колонку… Так, если кусается, то это минус все то, что было связано с концертом…Остается поцелуй, смущение… пока что 1:1 в пользу партнерских отношений». Ник вообразил себя футбольным судьей, который добавляет очки, аннулирует в случае «нарушений». И того вышло что в левой, дружеской колонке оказалось 2 пункта, и в сердечной тоже 2 пункта. «Стоит запатентовать эту игру. Я бы заработал миллионы!» , - усмехнулся он. Впереди машины уже отъехали на приличное расстояние, поэтому ему пришлось завести машину и проехать чуть дальше, пока его место не заняли. «Второй период! Игроки выходят на поле», - сказал он себе под нос, вернувшись к подсчетам. «Спасла меня, рискуя своим здоровьем… первый пункт… но умеет слушать… второй пункт. Поцеловала, хотя я этого не просил… затем демонстрирует своим умения в пластике…второй пункт. Плюс легко поддается на мои уговоры и сама в этом участвует – 2 очка. Но опять убегает от ответа – минус 3 очка. Но поскольку она умет слушать – плюс одно очко. Итого 1:3, что означает 1:2 в пользу правой стороны. Теперь третий период: она позволяет за собой ухаживать, значит одно очко в правый пункт, строит из себя беспомощного ребенка… скорее правый пункт. Позволила себя поцеловать – 1 очко, и сама поцеловала – 1 очко. Но опять постаралась свести все на нет – минус 3 очка… Но все еще позволяет жить у себя – 1 очко. Но опять сводит все на нет. 2:2, и в конечном итоге – 1:2» Из своих расчетов он понял, что небезразличен ей, но она все же пытается сохранить прежний статус. «Боится, что такая пара вызовет у всех шок? Если так, я бы тоже переживал. Но когда это я слушал мнение общества?» Ник не выдержал и засмеялся. Так громко, что сидящие в машине по правую от него сторону хрюшки с подозрением посмотрели на него. Ник не обратил на них внимание: или не заметил, или ему действительно было наплевать даже на то, как на него смотрят. «На меня всегда смотрели искоса, так что плевать я на вас хотел!». – Ник сдержался, чтобы не сказать это вслух. «1:2 – хороший результат, и мне этого достаточно. Просто оставим как есть, и будем плыть по течению. Может, к чему-нибудь и приплывем! Но от своего я не отступлюсь!» Чтобы хоть как-то скрасить свое одиночество, он включил радио. Там как раз передавали об обстановке на дорогах и просили водителей выбирать правильный маршрут. Ник усмехнулся: «Где вы были, когда я ехал в участок?», - спросил он у радио. «Что у нас сегодня из музыки, ребят? У меня и так был тяжелый день!» И будто услышав его просьбу, диджей радио поставил одну из песен Газелле «Я не твоя мама».Ник прислушался к битам, к мелодии, к ее голосу. Как всегда, Газелле была бесподобна. Он начал ритмично постукивать коготками по рулю, мотать головой как китайский болванчик, подпевать певице. Настроение улучшилось, и даже впереди стоящие машины начали разгоняться, и пока играла музыка, а Ник тихо напевал ее себе под нос, он уже выбрался из этого дорожного плена. Песня перенесла его в субботний день, когда он соврал Джуди про детей, а потом, как ему показалось, немного жестоко с ней пошутил. «Интересно, а то, о чем поет Газелле, она мне то же самое будет говорить, когда я сломаю лапу или вроде того? Что она не будет мне весь день готовить или стирать только потому, что она мне не мамочка?» (Ник цитирует слова из песни Газелле). Он представил себе такую картину: он – беспомощный лежит на диване, просит принести что-нибудь покушать, а Джуди, такая все в блестках, прыгает перед ним с микрофоном в правой лапке и поет «Я тебе не мама, я тебе не мама». Ник истерично засмеялся, едва не столкнувшись с затормозившим впереди водителем. Минуты через 3 он уже подъехал к участку, раскрасневший от наполнивших его эмоций после той песни. Чуть успокоившись, он зашел в департамент. Сотрудники лениво ходили из стороны в сторону. Возле стойки дежурного стояли белый медведь и лев и о чем-то болтали. Заметив Ника, они чуть притихли. «Ну-ну, как что-то интересное происходит, лис всегда остается в сторонке!», - подумал он. С одной стороны, ему было и обидно, что его до сих пор не воспринимают всерьез, но с другой, ему от этого было спокойнее. «Мнение остальных, знаете ли!». – И ухмыльнулся. «Привет, Бен!», - поздоровался он с Когтяузером. «Извини, попал в пробку. Не получилось приехать раньше». «Все нормально!», - отмахнулся Бен и выдал ему документы, упакованные в файл. «Там все, что удалось раздобыть.» «Разрешение на временное изъятия телефонов там тоже?», - спросил Ник, поблагодарив Бена. «Если только завтра! Шеф сейчас в отъезде, проверяет тех фанаток. Ну, насчет дела Milkshake.» Ник кивнул. «Я и забыл, что благодаря Джуди им удалось хоть немного продвинуться в деле об отравлении Викси. А где Кэл? Я не помню, чтобы он навещал свою подругу в последнее время…». Но, возможно, он был занят своим концертным графиков. В конце концов, они теперь были независимыми друг от друга артистами. Дружба дружбой, но на жизнь зарабатывать тоже надо. «Хорошо. А кафетерий уже закрыт?» - спросил он еще раз, перед тем как уйти. Бросив взгляд на висевшие над Когтяузером часы, он понял, что ответ Бена ему не понадобится: и так было ясно, что пообедать он не успеет. «Увы…», - виновато пожал плечами гепард. Ник развернулся и пошел в их с Джуди кабинет. Но Джуди сегодня не будет, так что он посидит себе в одиночестве, доделает отчет, просмотрит документы насчет компании и будет мирно ждать конца рабочего дня. Один плюс был в этом – он поедет домой к своей зайке. Уход за ней еще требовался. «И кто еще так вкусно покормит, как не она?», - подумал он, заходя в кабинет.