Преступление на бис

«Так, я – за чайный перерыв!» - наконец, сказала Джуди, хлопнув кипой бумаг по дивану. «Можно мне?» Сначала Ник не понял, чего она хотела. Но потом, когда она, опираясь ладонями о стоящий рядом столик, предприняла попытку встать, он тут же резко дернулся, но замер, чтобы убедиться, упадет она или нет. Джуди осторожно привстала, расправив в стороны лапы, будто собиралась пройти по канату, но Ник был наготове. Он всегда был наготове. Джуди судорожно выдохнула, кивнула ему, как бы говоря, что все в порядке. Осторожный маленький шаг. Джуди закусила губу и инстинктивно посмотрела на своего лиса. Тот, прижав уши к голове, внимательно следил за ее движениями, готовый при любом содрогании или вскрике схватить ее. Джуди очень удивило то, насколько он серьезен был в этот момент, что даже не посмотрел на нее, не одарил ни той привычной ухмылкой, ни взглядом, от которого у нее дрожали коленки. «Неужели он…», - уже подумала она, и тут же ее лапы подкосились, и она упала в его объятия. «Я же сказал: 2 дня постельного режима. Или мне тебе еще направление к ЛОРу прикажешь выписать», - недовольным тоном заговорил с ней Ник, перекинув одну ее лапу на плечо (второй она сама приобняла его) и подхватив ее под коленями, отнес на кухню. Пока он доставал и разрезал рыбу, Джуди задумалась. «Если бы он не любил меня, то не заботился бы так… Но что я могу ему дать? Он мне очень дорог, больше чем кто –либо. Но что это будет за пара такая: лис и кролик… хищник и жертва… Нет, нам нужно придерживаться установленных рамок! Я не прогоню его, не скажу «Нет», если он решится на большее… если он правда этого хочет… я предупрежу его об этом, скажу об опасности, которая ему может угрожать. Просто смирись с этим, Джуди! И не накручивай себе запретного романа. Друзья тоже могут заботиться друг о друге. Ты вспомни, как он посмеялся над твоим поцелуем! А когда ты его обнимала, разве не чувствовала, как он цепенеет? Да? Тогда просто оставайся для него маленькой крольчихой, за которой ему хочется заботиться. Наиграется – и перестанет, и вы снова будете прежними напарниками, которых связывает просто работа. Просто смирись с этим и позволь ему делать свое дело. Ну все, до встречи, если снова надумаешь фантазировать. А то он сейчас тебя позовет… » И ее совесть уплыла за горизонт сознания до следующей встречи. «Ты что приуныла?», - спросил ее Ник, накладывая себе рыбу, а Джуди – салат. «Мм?», - посмотрела на него Джуди потухшим взглядом, в то время когда у лиса глаза так и сияли от беспокойства за нее. «Да нет, просто… расстроилась что… что вынуждаю тебя…» Взгляд Ника уже не был таким встревоженным. Теперь он стал озлобленным. Не дав Джуди закончить свои объяснения, он со всей силы стукнул тарелкой с салатом по столу, чуть надколов ее, да так сильно, что Джуди вскрикнула. «Ни слова больше, Хоппс!!!», - закричал он, обойдя стол и подойдя к ней. Джуди попятилась назад, не отрываясь от его взгляда, который уже начал пугать ее: теперь она видела в них озлобленность настоящего хищника. «Зря я раскрыла рот, ох и зря!», - подумала она, трясясь от страха. Ник встал возле нее, закрыв своим телом путь, на случай, если она надумает сбежать. Одной лапой, согнутой в локте под прямым углом, он опирался о противоположную стенку, у самой оконной рамы, а второй – об угол стола, за которым сидела трясущаяся крольчиха. «Запомни одну вещь и больше никогда не напоминай мне о ней: ты меня НИКОГДА, НИКОГДА не вынуждаешь сделать что-либо просто так! Я делаю это ПОТОМУ, ЧТО Я ЭТОГО ХОЧУ! Не против воли, не по чьей-то прихоти. Я – САМ!!!» Он не кричал на нее: стараясь держать себя в лапах, он лишь негромко рычал, чтобы, как он думал, смягчить крик. Но вышло не совсем так, как он хотел. Джуди уже от страха едва не сползала со стула. Ник увидел, как нервно дрожит ее носик, и что так она стала похожа на маленькую зашуганную крольчишку. «Ну ты просто верх звериного совершенства, Уайлд! Ну не умеешь ты ладить с девушками, и все тут! Не каждому дано! Так хотя бы найти в себе силы все исправить, пока еще можешь!», - мысленно корил он себя. Стыдливо прикрыв ладонью, которой он опирался об оконную раму, правую часть лица, и медленно проведя пальцами по правой щеке, он опустился на оба колена перед все еще дрожащей крольчихой. «Напомни мне… первое правило напарников?», - спросил он крольчиху уставшим и чуть охрипшим голосом, подняв виноватые глаза на свою подругу. Его глаза приобрели мягкий медовый оттенок, а зрачки расширились. Джуди, превозмогая чувство страха, сковавшего все ее тело, чуть расслабилась под действием такого взгляда. «Всегда… всегда быть рядом… что бы ни случилось», - нервно сглотнув, тихо сказала она. Ник не ожидал от нее такого ответа, и уже хотел поправить ее, но, прикинув в голове только что сказанное его подругой, на какое-то время отвел глаза в сторону. Осознав некую истину, он тихо усмехнулся, снова поднял на нее глаза, и Джуди увидела, как на его губах лениво просыпается и потягивается улыбка. «Я это усвоил!», - прошептал он, после чего осторожно положил лапы на колени Джуди. Та почувствовала исходящий от ладоней лиса жар. Не обжигающий, не причиняющий боль. От этого жара ей становилось по-настоящему легко на душе. Он исходил от самого его сердца, такого горячего, бездонного и любящего. «…А ты?», - закончил он, чуть потянувшись к ней, с такой опаской, что ему пришлось задержать дыхание, чтобы точно не спугнуть ее. Понимая, что он ей не страшен, Джуди с облегчением выдохнула, опустив плечи, наклонилась к нему, нежно обхватила его шею своими лапками и положила свою серую пушистую головку поверх его лба. Ник, чувствуя безмерную благодарность, повернул голову и крепко прижался левой щекой к ее голым бедрам. Джуди даже не заметила, что сиреневые шорты чуть-чуть задрались, а рукав белой туники у правого плеча чуть сполз, но ее не волновало это. Конечно, она смутилась, но не хотела портить этот примирительный момент. Одной лапкой она утешительно гладила лиса по макушке, второй – по спине. Она этого не заметила, но расстоянии между ними начало сокращаться, и его щеки от колен перебрались на ее живот, на грудь у самого горла. Но то ли только Джуди, то ли они оба, пребывали в таком экстазе от обоюдного прощения, что не заметили, как близко они сейчас друг к другу. «Я усвоила!», - шепотом сказала Джуди, обхватив его щеки. Ник лениво улыбнулся и так же лениво кивнул. Будто по команде, они закрыли глаза, словно каждый из них приготовился к чему-то, и на это нельзя было смотреть. Сама не зная, почему она рискнула сделать это, Джуди поцеловала его в лоб, немного задержав губы на его надбровной дуге. Как бы она потом себя утешила, это был поцелуй прощения. И Ник тоже совершил свой акт прощения, когда, чуть потянувшись к ней, коснулся губами ее правой скулы, и она услышала негромкий хлопающий звук. Она его так простила, он ее простил. Вроде бы ничего особенного. Но как тогда называется то, что произошло потом. На одном поцелуе Джуди не остановилась. Словно желая оставить «последнее слово» за собой (что особенно любят делать все представительницы женского пола!), она подушечками пальцев обеих лапок коснулась его скул и, чуть задрав его голову наверх, слегка прижалась губами основания его носа, в паре сантиметров от правого глаза. Она могла четко слышать биение его сердца. Или это было ее собственное? Точно нельзя было сказать: они бились одновременно. Но чего они так нервничают? Что должно сейчас произойти? Джуди не решилась открыть глаза и посмотреть на лиса, как близко он, что сейчас хочет сделать. Не решался и Ник. В одном лис был уверен: то, что он уже приготовился сделать, может их объединить, но, в то же время, это и разрушит все, что их связывало. Он сжал пересохшие губы. «Если то, что она сказала мне, правда, то я усвоил это. И я могу это доказать!», - подумал он и, неслышно сделав глубокий вдох, потянулся к крольчихе еще ближе и, чуть коснувшись пальцами правой лапы ее левой щеки, слегка выпустив коготки, пленил своими губами ее губы. Едва только они соприкоснулись, Джуди снова ощутила ту энергию, исходившую от его лап, но теперь она могла чувствовать ее у себя на губах. Она заполнила все тело, каждую клеточку. И Джуди приняла ее, не задумываясь, не колеблясь, и обхватила Ника за шею, приняла его поцелуй, и ответила на него. Он же, почувствовав, что крольчиха не сопротивляется, а наоборот, притянулась к нему ближе, еще сильнее прижал ее к себе. Он так хотел поделиться с ней всей любовью, которую испытывал от самого начала зарождения их дружбы, когда еще эта любовь была на ранней стадии созревания, и тогда называлась просто «привязанностью» - до самой последней, которая, как яблоко в августе, назрела в нем и уже готова была вот-вот взорваться с оглушительной силой и заполонить все. Но он не знал, как удержать это чувство, которое по своей силе не уступало мощному стихийному бедствию. Джуди же, забыв о своем внутреннем монологе с самой собой, представила себя стоящей по колени в реке и просто позволяла потоку воды протекать через нее, но поток этот был настолько сильный, что едва не сбивал ее. И если бы она упала, то ничего страшного бы не произошло. Ей было на кого рассчитывать. Он бы схватил ее и не дал уплыть прочь. Он был бы ее опорой. И неизвестно, как долго бы длился их и без того затянувшийся поцелуй, если бы Ник случайно не задел ее больные лодыжки, когда попытался еще ближе подобраться к ней. Приступ резкой боли разбудил Джуди, и она, застонав от боли, отпрянула назад, чтобы отдышаться. Связь между ними распалась, и они снова вернулись в реальность. Их виноватые взгляды встретились. «Прости!», - сказал Ник, опустив голову. «Этого больше не повторится!». Встав с колен, он отошел от нее, повернулся лицом к кухонному гарнитуру, где уже начала остывать рыба. Словно пытаясь уложить в голове все то, что сейчас произошло, он провел ладонями по вискам, затем по макушке. «Ты меня прости!», - шепотом сказала Джуди, подняв глаза и задержав свой взгляд на его затылке. Она слышала, как он вздохнул. «Слишком часто мы просим друг у друга прощение, не находишь?», - спросила она его, стараясь, чтобы голос ее звучал чуть веселее. Ник промолчал. Лишь нервно мотнул пушистым рыжим хвостом из стороны в сторону. Джуди видела, как его черный конец прошелся по полу, подняв вверх клуб пыли. «Так…», - выдохнул Ник, повернувшись к ней. Ладони его уже спустились ему на шею и продолжали оставаться там, будто приклеенные. «Тебе чего побольше положить: помидоров или огурцов?» Джуди подняла на него глаза. Он улыбался ей. «Так будет лучше: сделать вид, что ничего такого не произошло. Просто мы простили друг друга и все. Пусть так не все делают, но мы простили друг друга. И все, прежде сказанные обидные слова – не имеют значения: они исчезли. Испарились. А жизнь - продолжается». «Я люблю с помидорами!», - ответила она, усевшись поудобнее, ожидая, когда ее покормят. Ник взял уже и так просящуюся в мусорное ведро тарелку, переложил ее содержимое в новую. «Я тебе задолжал целый посудный сервис», - усмехнулся он. «Сначала кружка, теперь еще тарелка. Потом сходим в супермаркет, когда лапки окрепнут, и ты сама выберешь себе, какой тебе по душе.». Он начал шарить большой пластиковой вилкой по миске с салатом, выискивая симпатичные помидоринки. «Только, когда у них будет акция!», - добавил он, повернувшись к ней, состроив гримасу безразличия. «Жмот!», - прищурив глазки, шикнула на него Джуди. Тот засмеялся и уже понес вилку и тарелку с салатом на стол. Едва тарелка коснулась поверхности стола, и Джуди собралась принять вилку из лисьих лап, как эта самая лапа, в которой была вилка, в мгновение ока зацепила одну помидорину и отправила ее в лисий рот. «Куда! Это мое!!!», - недовольно завыла Джуди, но Ник уже успел отскочить от нее на приличное расстояние и, довольно ухмыляясь, начал разжевывать красную ягоду. Томатный сок маленькими струйками стекал из правого уголка его рта. «А мне тоже нравятся помидоры», - пробормотал он, не удосужившись проглотить еду. «Лисье ты бескультурье!», - улыбнувшись, заметила Джуди. «Мог бы себе сам положить, сколько хочешь. Зачем из моей тарелки воровать?» «На чужом огороде все вкуснее!», - пожав плечами, ответил лис и хитро ухмыльнулся. Потом он взял тарелку с рыбой и собирался пойти в гостиную. «Ты куда?», - крикнула ему вслед Джуди, собираясь привстать, но тут же вернулась на место, боясь упасть на пол, пока он стоял к ней спиной. «Я не смогу спокойно есть, пока ты будешь меня пилить за помидоры!», - нараспев произнес он, даже не повернувшись к ней. «И если надумаешь встать, я тебя поднимать не буду». И, рассмеявшись, быстрым шагом ушел в соседнюю комнату. «Ну ты и лис!», - полушепотом сказала Джуди. «Я все слышал!», - раздался его голос из комнаты. Все, что оставалось Джуди, сидеть смирно и доедать свой салат.