Not Gonna Die

Ненависть буквально застилающая глаза, не давала мне прийти в себя. Фрэнк ушел далеко вперед, я следовал за ним, избавляясь от хвоста мертвецов следующим следом. В голове это была не просто Линдси, это человек который связывал меня с прошлым, причем с его светлой частью. В моем сознание проносится параллель, что для хороших людей здесь нет места. В этом злом мире, места есть только для ублюдков, и это выводит меня из себя! Я не могу назвать себя ублюдком, но я постепенно становлюсь злее и черствее, а значит рано или поздно опущусь на дно. Впереди показалась спина Фрэнка, который расправлялся с представителем культа, тот отчаянно пытался воткнуть ему кость в глаз, но Фрэнк был намного быстрее. - Нам надо допросить этих ублюдков. - сказал я, отбиваясь от зомбаков вокруг. - О, поверь, мы допросим. - ответил он, даже не оборачиваясь. Добравшись наконец до вышки связи, мы связались с Капитолием и нашим городом. Подмогу обещали прислать в ближайшие часы, нам сказали найти главаря данного культа, а следующая группа уже будет спасать выживших. Правда меня такой расклад не устраивал совсем, нам сообщили координаты, где могут быть спасшиеся, поэтому я недолго думая помчался туда. Фрэнк даже не пытался меня окликнуть, лишь смотрел вслед моей удаляющейся фигуры. Я бежал, так быстро как мог, пробираясь сквозь уже мертвых и обратившихся, сторонники культа весьма филигранно лавировали между ходячими. На самом деле, я даже не удосужился узнать в чем суть культа, во времена еще первого нападения. Но видимо, раз ситуация повторилась, то этим не заинтересовалось даже правительство. Последователи культа будто не замечали меня, а я отчаянно бежал в укрытия, в надежде найти там Майка и вытащить из этого ада. Когда до убежищ оставалось буквально сотня метров, где-то справа я услышал истошный крик младенца. Мгновение, и вот я меняю направление в сторону крика, ходячие как по команде оборачиваются и начинают наступление на шум вместе со мной. Я стараюсь быть быстрее, по дороге приходится обороняться и буквально отталкивать от себя мертвецов, которые целеустремленно двигаются вместе со мной. В куче лежащих мертвых тел вижу руку, которая активно отбивается от ходячего, вторая рука прижимает младенца ближе к себе. Выстреливаю нападавшему прямо в голову и поднимаю тело с ребенком, в суматохе не сразу вижу, что это Майки. - Джи! - Майки? Боже! Я нашел тебя! Иди вместе со мной, отобьемся от них, надо отвести тебя в убежище! - немного приобнимая его, говорю я. - Нет больше убежищ, я вообще не уверен, что есть выжившие… - Значит идем к пункту связи, там наши ребята, мы сможем защитить тебя. - я немного оборачиваюсь, наблюдая за толпой, которая увязалась за мной. - Джи, я не пойду… - Ты из-за Алисии? Плевать, говори где видел ее, мы сможем ее найти, а затем вывезем вас из города и все будет… - но договорить он мне не дал. - Джи послушай… - Нет, это ты меня послушай, тащи свою тощую задницу за мной и тогда я смогу довести вас до безопасного места, тебе просто надо… - Джерард! Услышь меня! - крикнул он, привлекая еще больше ходячих. - Да что черт возьми такое? - отбиваясь от приближающихся ходячих, спросил я. А- лисии нет, уже давно! Она умерла при родах, и я скоро умру! Возьми Мелиссу и уходи, прошу, спаси ее! Я остановился как вкопанный и внимательно посмотрел на него. Он лишь слегка поднял свою кофту, на которой гордо красовался укус, с разорванными кусками кожи. Мое замешательство продлилось бы дольше, если бы не новая волная подступающих ходячих. В моменте, во мне поднялась такая ярость, что я просто не мог совладать с собой, я рубил направо и налево, лишь кровь, которая прилетала мне в лицо, заставляла хоть ненадолго прийти в себя. Нет! Этого просто не может быть! Это же Майки! Он самый везучий сукин сын на свете! Когда я остановился, чтобы перевести дыхание, меня окружала вереница мертвых тел и немного ошалевший Майк с дочкой на руках. - Тебе надо пойти со мной! Вдруг ассоциация как-то может помочь? - сказал я, внимательно разглядывая свои трясущиеся руки. - Нет, Джи. Я не пойду. Ты же знаешь, что они не могут мне помочь. - качая головой, ответил он. - Я не могу этого сделать… - тихо прошептал я. - Тебе придется. Пожалуйста! У меня только две просьбы к тебе, пообещай, что выполнишь их. - Майки, я… - Обещай Джерард! - Хорошо, я обещаю… - Ты должен спасти Мелиссу, заботься о ней как о своей дочери, пожалуйста. - со слезами на глазах сказал он. - Обещаю… И второе, обещай, что если увидишь мое обращенное тело, то без колебания убьешь меня. Я не хочу бродить по свету в таком состояние. - Я не могу… - Нет можешь. Это должен сделать ты. Я лишь кивнул, первая слеза стекла по моей щеке, размазывая кровь по лицу еще сильнее. Майки обнимал и целовал дочь, он пытался подарить ей всю любовь перед своей кончиной, он плакал и шептал ей как сильно он ее любит. А я плакал потому что знал, скоро моего брата не станет. Когда он закончил прощаться, то бережно передал ее мне, крепко обнимая меня на прощание. - Я всегда любил тебя, и буду любить, мой самый лучший старший брат. Прости меня за то, что я разрушил нашу связь, прости меня… - Майки, я не злюсь. Я тоже люблю тебя. Я дал ему один из своих мачете и он чмокнув дочь на прощание, побежал в толпу. Краем глаза я видел, как он пытается избавиться от толпы, которая вполне могла увязаться за нами. В какой-то момент я и вовсе потерял его очертания, он был полностью поглощен толпой. Смахивая такие лишние сейчас слезы, я собрался с силами и побежал, обратно к пункту связи. На пути мне продолжали встречаться как ходячие, так и последователи культа, я рубил без разбору, слезы застилали глаза и мешали нормально видеть. Легкие буквально горели, левая рука онемела от тяжести ответственности, легшей на нее таким неподъемным грузом. В очередной раз замахиваясь на очередное тело перед собой, меня буквально отрезвляют пронзительным криком. - Джи нет! Проморгавшись, вижу что я только что собирался сделать. Фрэнк буквально впечатался в стену, чтобы я его не убил, справа от меня стоит Патрик, который всеми силами удерживает мою руку, и Пит который держит последователя культа в заложниках. Мой крик разрезает пространство, я падаю на колени, отчаянно прижимая к себе малышку и буквально ору, разрывая глотку. Малышка испуганно прижимается ближе, немного дрожа, я даже не в силах взять себя в руки и успокоиться. Фрэнк аккуратно подходит ближе, опускаясь на колени, он кладет руки мне на лицо и приподнимает его. - Джи, ты в безопасности. Все позади… - Майки, его больше нет… - осипшим голосом, говорю я. - Мне очень жаль… - Это все что осталось от него, я готов отдать жизнь за нее… - как в бреду, продолжаю я. - Джи, мы скоро улетаем, мы нашли то что надо. - Нет, не могу. Я обещал Майки. - С малышкой все в порядке, мы позаботимся о ней… - Нет, не это. Я должен найти Майка, я обещал ему… - Что ты ему обещал? - спрашивает уже Патрик, понимая, что мои мозги сейчас будто кашица. - Я должен избавить его от страданий, он не должен ходить обращенный. Я обещал… Фрэнк аккуратно пытается взять у меня ребенка из рук, я слегка напрягаюсь, но потом мозг немного вспоминает кто передо мной. Аккуратно передав ему ребенка, я буквально срываясь с места в том направление, откуда только унес ноги. К счастью вернуться было несложно, следы из мертвых тел уже быстро привели меня туда. Кучка ходячих склонилась над чем-то и очень активно трапезничала, избавившись от них, я нагнулся и увидел его. Майки, который всегда был озорным мальчишкой, который делил со мной сникерс напополам, сейчас лежал с перекошенной гримасой боли и страха. Слезы уже не текли, они просто закончились. Приподняв его голову, я аккуратно положил ее себе на колени и гладил его по голове, старательно избегая отсутствующей щеки и разодранной шеи. В животе зияла дыра, из которой медленно вытекала кровь, протеза на отсутствующей руке не было, покусанная культя ниспадала вниз. Вокруг было тихо, лишь где-то вдалеке раздавались взрывы. Они пытались сместить ходячих в одно место, чтобы быстро избавиться от них. Это дало возможность в полной мере попрощаться с моим братом. Я раньше не замечал за собой излишней сентиментальности, но жизнь любит дарить вот такие сюрпризы, в виде смерти самого близкого человека. - Майки, я всегда любил тебя. Ты был буквально моей частичкой, часто раздражающей и бесящей, но моей кровью. Так хочется сказать, останься со мной! Нам не нужно бежать! Я убью всех, защищу тебя! Обрушу свой гнев на всех, но спасу тебя. - на последней фразе, брови Майка дернулись и тогда я понял, что он уже обратился. Первые рычания, первые движения, мыльные глаза и абсолютное желание убить меня. Смотреть на это было невозможно, взглянув последний раз, я воткнул ему нож в висок. Хотелось кричать, рвать, метать, уничтожать все вокруг. Этот мир не для меня, он слишком злой, слишком жестокий, я слаб для этого мира. В этом мире правят такие как Винсент и отец Фрэнка, а я лишь расходный материал, который в любой момент может умереть. Чтобы защитить Мелиссу, мне придется стать злее, жестче и кровожаднее. Мне придется поступиться принципами, но спасти жизнь малышке. Я бы еще долго так сидел, но услышал гул пролетающих вертолетов. Надо возвращаться, Фрэнк скорее всего даже не умеет обращаться с ребенком, но взял ее, чтобы я мог исполнить обещание. Обратная дорога заняла чуть дольше времени, силы буквально покинули мое тело и я еле передвигал конечностями. Возле пункта связи показалась светлая макушка, Боб внимательно смотрел на меня, а затем сгреб меня в объятия, долго и сильно обнимая меня. В суматохе, я не сразу заметил что Мелисса сидела на руках Эмили, которую внимательно осматривала Хейли. Трясучка за ребенка мгновенно прекратилась, сейчас она была в надежных руках. Хейли и волоску с ее головы не даст упасть, так что я слегка расслабился. Боб отпустил меня, пуская к девчонкам. Патрик и Пит сидели там же, внимательно рассматривая малышку, которую сейчас уже кормили. Фрэнка нигде не было, но его скорее всего вызвали главные. Я сел прямо на бетонный, возле ребят, хотя Хейли и пыталась заставить меня встать, чтобы проверить нет ли у меня увечий, ведь я был буквально с ног до головы покрыт кровью. Эмили укачивала малышку, а я невольно нырнул в воспоминания сегодняшнего дня. Смерть Линдси, смерть Майка, мне кажется это сломало меня почти полностью. Я пытался себя успокоить, что многие близкие люди еще живы, и вообще что мы так долго прожили в таком мире это буквально чудо. Почти каждый из нас не боец, кто-то оружие никогда даже не видел, до того как началась эта заварушка с зомби, а мы все пытаемся выжить. Может прекратить эту бессмысленную борьбу? Закончить все эти страдания одним разом? Нет. На мне теперь большая ответственность, племянница должна вырасти в лучшем мире, она не должна познать той боли, которая досталась нам всем. Малышка как самый ценный дар, передавалась из рук в руки, между ребятами, каждый обращался с ней с особой нежностью. Мои же эмоции было тяжело понять даже мне, каждый взгляд на Мелиссу, отдавал такой болью, что меня буквально выворачивало. Я не должен так относиться к ней, это все что осталось у меня от брата, но пока боль сильна, я не могу даже взглянуть на нее нормально. Я не знаю как пережить эту боль, как жить дальше, осознавая, что ее родители лишились жизней ради нее. Хотелось домой, просто полежать на кровати, поесть пиццу из местной лавки, нарисовать пейзаж за окном, в особо дождливый день. Просто хотелось жить как всегда. Но как всегда уже не будет никогда, на мне теперь ответственность, огромная, за жизнь крохотного существа, с которым я даже обращаться не умею. Страх, что это оттолкнет Фрэнка… Закрыв лицо руками, я пытался осознать все произошедшее. - Джи, надо уходить. - послышалось сбоку. Там стоял Фрэнк, прижимая малышку к себе. Он посмотрел на меня с такой болью, и в тот момент я понял, что его тоже много лишали с самого детства. В его глазах было столько невысказанной боли и обиды, однако я знал, что за его злобой и жестокостью скрывалась банальная защита от внешней угрозы. Он не хотел быть таким, ему просто пришлось. А значит придется и мне.

POV Фрэнк.

Джерард выглядел разбитым. Он выглядел таким несчастным и беззащитным. А я не знал как ему помочь. В нем я увидел себя, маленького, глупого и такого доверчивого. Воспоминания невольно вспыхнули перед глазами. День, который сломал меня, сделал из меня того, кем я являюсь сейчас.

Много лет назад…

- Папа, почему мама больше приходит домой? - слегка насупившись, и так по детски скрестив руки на груди, спросил я. - Не смей ее так называть. Больше она здесь не появится, а если попытается, то поплатиться за это. А если ты будешь задавать слишком часто вопросы, то придется тебя наказать, за чрезмерную любознательность! - последнюю фразу он буквально выкрикнул, а я испугавшись, выбежал из его кабинета. В тот день я понял, что маму я больше не увижу. Это единственное хорошее и светлое, что было в моей жизни. С того дня моя жизнь изменилась. Отец решил воспитывать из меня настоящего мужчину. Только в его понимании, настоящим мужчиной был только он, и никто более. Излишняя строгость породила во мне злобу, тогда впервые, будучи десятилетним мальчиком, я избил одноклассника. Тогда мне казалось это правильным, он оскорбил мою мать, и единственным верным решением было выбить ему зубы. Тогда же отца впервые вызвали в школу. Тогда же отец впервые похвалил меня за жестокость к другому человеку, назвав это мужским поступком. Только вот он не догадывался, что рано или поздно с таким воспитанием я просто уйду из под его контроля. В четырнадцать я первый раз попробовал наркоту. Отец избил меня так сильно, что я не мог ходить в школу около недели. Тогда ненависть к нему меня просто поглотила. Пролечившись от зависимости, а точнее просто полежав пару недель в стационаре, я решил во что бы то ни стало найти свою маму. Но она будто сквозь землю провалилась. Любые упоминание о ней тщательно подтерли задолго до моих поисков, я пытался найти ее по своей медкарте, но даже там любая информация о ней была качественно подтерта. Казалось, что я просто появился из ниоткуда, у меня есть только отец и какие-то далекие воспоминания о матери. За год я не продвинулся в поисках, но в один день все изменилось. Мне пришло загадочное послание, мне положили его в школьный шкафчик. Я бы мог подумать, что это шутка одного из моих одноклассников, да только они не рисковали на такие шутки и информация, которая там была, никому не известна. В записке мне предложили встретиться в парке, сразу после школы. Мне обещали информацию, а это все что было мне нужно. Правда где-то подсознательно, я боялся, что это проделки моего отца, но решил рискнуть. В парке, в самом темном углу, в тени деревьев сидел мужчина в костюме с небольшим дипломатом. Оглянувшись по сторонам, я быстро походкой направился к нему, тот не поднимая взгляда на меня лишь постучал по скамейке рядом с собой, приглашая присесть. Я присел, и мы еще какое-то время молча сидели и наблюдали за мимо проходящими людьми. Наверное мы выглядели как-то странно, неформального вида парень в строгой школьной форме и мужчина в костюме. - Значит ищешь свою маму, так? - спросил он, все-так же вглядываясь в прохожих. - Эм, да… - Я могу помочь тебе в этом. - Я согласен на любые условия! Сколько денег вы хотите? Я могу дать вам абсолютно любые деньги, только назовите цену. - я говорил очень быстро, от обуявших меня эмоций, я даже слегка подпрыгивал на скамейке. - Мне не нужны твои деньги. - Эм, а что тогда вы хотите? - немного помявшись спросил я. - Давай так, я покажу тебе имеющуюся информацию о твоей матери, чтобы ты не сомневался в намерениях дать то, что нужно мне. С этими словами он положил дипломат к себе на колени и открыл его. Там было много документов и какой-то конверт. Его он и достал, там были снимки. От осознания что я смогу увидеть свою маму хотя бы на снимках, у меня затряслись руки. Первый снимок который он мне дал был таким знакомым и в то же время нет, там был маленький я, такой радостный и счастливый ребенок, на мне был забавный полосатый комбинезон, мама на фото корчила рожицы, чтобы развеселить меня. Следующее фото было сделано незадолго до ее исчезновения, там я уже был постарше и с очень недовольным лицом ел брокколи, а мама целовала мою голову. Последние две фотографии заставили мое сердце биться в бешеном ритме, на третьем фото она значительно худая, в тюремной одежде явно находится на прогулке и ее лицо источает такую грусть и боль, что глядя на нее мне хотелось только разрыдаться. На последнем фото мама возле какого-то дома, она потеряла свою красоту, уголки ее губ опущены, неестественная худоба пугает как и весь ее внешний вид. - Где вы достали эти снимки… - смахивая непрошенные слезы, произнес я. - Это тебя не касается. Так что, ты согласен на все? - Я… Мне нужно увидеть ее! Тогда я сделаю все, что вы попросите! - Мальчик мой, условия здесь буду ставить я, а не ты. Ты сделаешь все что мне требуется, а я, в качестве награды, помогу увидеться с твоей дорогой мамочкой. - он ухмыльнулся, хотя было больше похоже на оскал. - Что от меня требуется? - со всей серьезностью спросил я. - Ты должен рассказать мне кое-какие секретики твоего отца…

Некоторое время спустя…

Время шло, я копал под своего отца, тот казалось не подозревал ни о чем, лишь радовался, что я стал более покладистым и послушным. Если бы он знал, что за этим кроется, он скорее всего убил бы меня. В его понимание предательство было худшим из всего, чтобы я мог сделать. Однако мысль о том, что я могу встретить свою мать, вдохновляла меня на такие поступки, да и отца мне было вовсе не жалко. Очередной день в школе. В новой частной школе я чувствовал себя как рыба в воде, мой отец был главным спонсором этой помойки, поэтому ко мне тут относились весьма и весьма хорошо, закрывая глаза на любую дичь которую я творил. Сбегая с очередного урока, я побежал на назначенную мне встречу мистером Филлсом. Что сделал ему мой отец, оставалось загадкой, но копал он под отца знатно. У него уже были практически все карты в рукаве, однако последняя папка, которая была прямо сейчас у меня в руках, буквально рушила империю моего отца. Именно сегодня тот день, когда я смогу встретить маму, с собой в рюкзаке у меня были небольшие пожитки, ведь возвращаться не планировал. Дорога заняла чуть больше времени чем обычно, отец куда-то улетел, поэтому мое отсутствие никто бы и не заметил. Наш дворецкий, наверное мечтает, чтобы я где-нибудь сдох от передоза, поэтому тоже вряд-ли сообщит отцу о моем отсутствие. Наконец я дошел до нашей лавочки, мужчина сидел в том же костюме, в котором мы встретились впервые, он слегка приспустил очки и посмотрел мне в глаза. - Достал? - Да. - Давай сюда. - он протянул мне руку, но я остановился, прижимая папку к своей груди. - Мне нужны гарантии. - стальным голосом сказал я, вновь взглянув на него. - Малец, какие такие гарантии? - Я знаю что может сделать эта папка с отцом, он останется буквально ни с чем. Я не глупый, как мог бы показаться. Все-таки Энтони мой отец, не забывайте об этом, во мне течет и его кровь. - продолжил я, смотря на него сверху вниз. - Хах, черт. Да, ты прав. Ладно, тогда поехали в аэропорт. Надеюсь такой умный пацан как ты захватил с собой паспорт? - поднимаясь, и буквально насмехаясь надо мной, сказал он. - О поверьте, я все взял. - будто плюясь ядом, ответил я. Поездка до аэропорта прошла достаточно спокойно, уже там я купил себе билеты в Мексику, где меня должны были встретить люди Филлса. Меня слегка трясло, столько всего навалилось, эмоционально тяжело предавать тирана с которым всю жизнь живешь, а еще долгожданная встреча с матерью. Уже во время регистрации на рейс, я наконец передал Филлсу оставшиеся документы, а он передал мне всю имеющуюся информацию по моей матери. В самолете мандраж не прекратился, а будто даже усилился. Я проделал такую грязную работу, только ради встречи с мамой. А вдруг она не будет рада меня видеть? А вдруг она меня прогонит? Какая-то детская обида сидела внутри меня, хотелось плакать, хотелось обратно к отцу, но я старался держаться и заламывая руки, нервно дышал. В иллюминаторе сменялся пейзаж, невольно мой взгляд приковался к этому, это довольно сильно расслабляло, спустя время полностью спокойный, я морально готовился к встречи. Самолет шел на снижение, а я буквально кусал ногти. В аэропорту меня действительно встретили с табличкой, какие-то два мужика в костюмах. Где-то внутри меня все перевернулось, я понял что влез в совсем недетские и игры, но отступать было некуда. Мы ехали довольно долго, останавливаясь лишь на заправках, чтобы отлить и купить воды. Жара была просто невыносимая, даже кондиционер в машине не спасал. Оставшись в одной школьной рубашке, я мысленно представлял как побегу навстречу к маме, она обнимет меня и весь этот ужас закончится. Только вот было как-то все по-другому. Мы приехали в какое-то захолустье, здесь было еще жарче, расстегнув верхние пуговицы на рубашке, я нервно сглатывал. Меня вывели из машины и подвели к двери, такая невзрачная и побитая жизнью, но я предвкушал, что за ней меня ждет счастье. Тихо постучав, я отошел на пару шагов назад и с замиранием сердца ждал, когда дверь откроется. Наконец ручка пустилась и дверь открылась, на меня смотрела замученная жизнью и временем женщина, сердце пропустило удар. Это моя мама, лицо ее было уже не так молодо, но глаза, их я узнал сразу. - Мам… - слезы полились по щекам, я шмыгал носом и просто стоял и плакал. - Фрэнк? - ее глаза округлились, она опешила и отошла назад. - Мам, это я. Твой Фрэнки… - хлюпая носом продолжил я, но не решился подойти. - Что ты здесь делаешь? - крикнула она, в панике озираясь по сторонам. - Как что! Я приехал к тебе… - я сделал шаг навстречу, но она будто ошпаренная отдернулась от меня. - Тебе нельзя быть здесь! Нам нельзя видеться… - Да что ты такое говоришь! Я искал тебя столько лет! Наконец нашел и что я слышу? Нам нельзя видеться… Неужели ты не рада видеть меня… - слезы перестали течь, голову наполнила ярость, такая сильная, всепоглощающая. - Фрэнк! Нам опасно находиться вместе! - Кажется отец был прав по поводу тебя. - я выплюнул эти слова, прожигая ее взглядом. - Фрэнки, нет! Я просто боюсь за тебя! Как ты не понимаешь, твой отец он чудовище… - прошептала она, прикрывая рот рукой. - Незачем переживать за меня. Я уже не маленький. Я смогу отомстить отцу, за то что он нас разлучил. - сжимая руки в кулаки, произнес я. - Ты так похож на него… - почти прошептала мама, а я дернулся от этих слов, словно от пощечины. - Скоро весь его бизнес падет. Я рыл под него и таскал обличающие документы уже несколько недель, так что я не думаю, что нам стоит переживать. - я злился, ух чертовски злился, надеялся на слезливую встречу, объятия, а получил порцию упреков. - Заходи в дом. - она открыла дверь шире, пропуская меня. Я молча зашел внутрь, она зашла следом, запирая дверь на несколько замков. Внутри было достаточно темно, почти все окна были закрыты шторами или забиты досками, со стороны улицы. Внутреннее убранство дома оставляло желать лучшего, потертая старая мебель, ковер на полу, в центре которого стерлись все ворсинки. Но все это было не важно, на журнальном столике стояла одна единственная рамка с фотографией. Мама как-то неуверенно сжимаясь, стояла на входе и не решалась заговорить со мной, а я же направился к рамке. На фото была моя мама, она была молода и счастлива, она держала на руках ребенка, а сбоку ее обнимал какой-то незнакомый мужчина. Слегка нахмурившись, я перевернул рамку и открыл ее, там на уголке была надпись. Джаред, Линда и малышка Мэлани. Нью-Джерси, Ньюарк. Дата стерлась, но это фотография буквально выбила у меня весь кислород из легких. Неужели мама правда бросила меня, построила семью и забыла обо мне. Хах. Нет. Этого просто не может быть. Это какой-то бред. Начиная закипать, я повернулся в сторону мамы и указал на рамку. - Кто это? - слишком агрессивно уточнил я. - Это твоя сестра. Не совсем родная. - Где она? - Она умерла, когда ты был совсем маленький. Фрэнк, это моя первая семья. - она отвечала словно робот, без эмоций, но в ее глазах отчетливо проступала боль. - Первая семья… - я не знал, насколько жалобно прозвучал мой голос, но из глаз предательски потекли слезы. - Твой отец купил меня. Он оплатил меня, чтобы я родила ему тебя. К счастью сразу получился мальчик, как он того желал, и мне не пришлось рожать снова. Когда тебе было три года, моя дочь умерла… - Купил… Получается я как товар, просто шел в комплекте с тобой… - О нет, товаром была здесь только я. Ты был настолько желанным, настолько похожим на него, что мне даже выплатили премию. - она слегка усмехнулась, качая головой. - Получается ты никогда меня не хотела и не любила? - подняв на нее свои полные слез глаза, я взглянул в ее глаза, надеюсь увидеть проблеск той любви. - Я не… Фрэнк, это была вынужденная мера, меня заставили родить тебя… - Кому ты врешь?! Тебе за это заплатили, а это не одно и тоже! Как ты вообще могла на такое согласиться? - кричал я, находясь в гневе. - Послушай же! У меня не было вариантов, Энтони оплачивал лечение Мэлани! У нее была серьезная генетическая болезнь, передалась по наследству от ее отца. Он даже не сказал, что у него в роду есть такая болезнь… - она стерла первые слезы. - И как же так получилось, что ты нашла отца? - не скрывая раздражение, спросил я. - Он сам меня нашел. Джаред тогда взял очередной кредит, но выходить на работу отказывался, нас уже искали в соседнем штате, меня никуда не брали потому что ребенок который вечно лежит в больнице создает определенные трудности. В один день в больнице я встретила твоего отца, я ему понравилась и казалось, будто он проникся моим горем и предложил помощь. Я тогда долго думала и спешила соглашаться, но на Джареда вновь вышли коллекторы, а значит рано или поздно из нас выбьют всю дурь. К сожалению кредит он взял не в банке, а у одной из банд, а те не прощают обмана. Спустя месяц, как я познакомилась с твоим отцом, Джареда убили, малышке становилось хуже и тогда я позвонила твоему отцу и дала согласие. Я сдала все анализы, и они подтвердили, что сломанный ген был у мужа, а не у меня. Согласившись родить твоему отцу ребенка, я таким образом продлевала жизнь своей дочери. - она замолчала всматриваясь в мое лицо. - Как ты могла! Ты знала что он за человек, неужели ты меня не любила никогда? Я же и твой сын тоже… - шмыгая носом, спросил я. - Энтони пугал меня, он был жестоким. Если бы я знала об этом раньше, ни за что бы не согласилась. Когда ты только родился, материнские чувства захлестнули меня вновь, но я всегда знала, что это просто работа. “Просто работа” эти слова камнем засели в моем сердце. Слезы текли не прекращая, лицо уже правда не выражало никаких эмоций. Неужели мой отец это единственный родной человек. Которого я предал. Осознание ударило под дых, глаза защипало сильнее. Вот так, я по собственной инициативе остался один. Матери я явно был не нужен, она проживала свое горе, отца скоро посадят, а больше не было никого. - Твой отец выгнал меня когда тебе тебе было пять лет. Выгнал не безосновательно конечно, тут с ним не поспоришь. Мэлани нужна была пересадка костного мозга и ты прекрасно подходил на роль донора. Твой отец узнал об этом быстрее, чем я успела тебя туда свозить, он избил меня, перекрыл все денежные пути и прекратил лечение Мэлани. Она скончалась через пару дней, Энтони дал мне похоронить ее как следует, а затем я сбежала, чтобы он никогда не смог найти меня, чтобы никогда не видеть тебя, ведь буквально все в тебе напоминает о нем. Я молчал, ей было плевать на меня. Я был ее работой и донором для дочери, не более. Все, о чем я мечтал так долго, рушилось сейчас прямо на глазах. Хотелось домой, к отцу, извиниться за все, что натворил и жить по его правилам. Что это было, если не забота, он защищал мои чувства от холода родной матери. Надо вернуться домой. Да! Я сейчас соберусь, поеду в аэропорт и полечу домой. Расскажу все отцу, он решит все проблемы и тогда все будет как прежде. Рукавом рубашки вытираю слезы, вновь пристально смотрю на мать, в надежде увидеть хоть какую-то теплоту. Ее взгляд сквозит безразличием и каким-то страхом, запрокидываю голову и глубоко вздыхаю. - Я сейчас же уеду. - Не получится… - У меня есть деньги! Я сейчас же вызову такси и поеду в аэропорт и больше ты меня не увидишь. - Фрэнк, ты не знаешь с кем связался… - Послушай, никто не сможет меня остановить. Я оставлю тебя в покое, будешь дальше жить свою жизнь, страдая о своей дочери! - выплевывая словно яд слова, я медленно приближался к двери. Она прикрыла рот рукой и с ужасом смотрела на меня, пока я медленно продвигался к двери. Я был полон решимости и отвращение к матери, голова болела от осознания насколько же я ей безразличен. Она видела во мне отца, а значит никогда бы не полюбила. Я был частью сделки, которую она выполнила. Возможно она смогла получить того, чего так желала, но у смерти зачастую иные планы. Перед тем как открыть дверь, я еще раз посмотрел на нее, в надежде увидеть хоть что-то, но она лишь прикрыла лицо руками и тихо плакала. Я не успел даже нажать на ручку двери, как дверь открылась и снося меня внутрь забежали мужчины, которые меня сюда привезли. Когда дуло холодного пистолета коснулось моего виска, по коже пробежал холодок, распахнув глаза в страхе я уставился на мужчину, который схватил маму. - Пацан, да ты здорово нас подставил! - Что? О чем вы говорите? - не понимая, ответил я. - Ты притащил не те бумаги, мы в полной жопе. - процедил тот, что угрожал мне пистолетом. - Но я же принес все документы, которые вы просили… - почти задыхаясь от страха, пробормотал я. - Твой отец будто ожидал подобного, он все подстроил, ты достал не те документы. А значит давить на него мы будем через тебя. - ужасная ухмылка коснулась губ мужчины, а я будто забыл как дышать. Нас с мамой связали и кинули на диван. К счастью я нужен был им живой, поэтому меня не забывали поить, но пару раз дали по лицу, для устрашения, чтобы отец понял, что они настроены серьезно. Время до ночи ползло слишком долго, у меня затекли руки и ноги, лицо болело от ударов, а губа кровоточила. Мама выглядела не лучше, ей тоже досталось, в том числе и по лицу. Филлс приехал глубокой ночью, выглядел он крайне раздраженным. Правда увидев меня, его настроение слегка поднялось. Поиздевавшись еще над моим лицом, буквально превращая его в кровавое месиво, он сделал пару фото и довольный ушел на улицу, с кем-то громко разговаривая по телефону. Мама плакала, громко и навзрыд, проклиная моего отца за все то, что ей пришлось пережить. - Твой папуля завтра приедет. В принципе и такой вариант сойдет. Конечно он более жесткий, но в случае чего, мы избавим мир сразу от двух Айеро. - усмехаясь надо мной, сказал Филлс, вновь войдя в комнату. Время тянулось слишком долго. Сон не шел абсолютно, истощенный подростковый мозг словил слишком большой прилив адреналина. Агрессия шла через край, пару раз, уже ближе к утру, я получил по лицу за то, что мой рот не закрывался, выкрикивая всевозможные проклятья. Еще несколько напряженных часов я вырубался от переутомления, но не надолго. Иногда меня приводили в чувство ударом по лицу, по уже сорвавшийся крик матери. - Прекратите, он же всего-лишь ребенок… - взмолилась она в очередной раз, за что мгновенно получила в нос. Кровь брызнула в стороны, украшая кровавыми узорами мои уже почти кроваво-красную рубашку, которая еще с утра была белой. В какой-то момент я подумал о том, что отец не приедет. А зачем? Я предал его, продал его за то, чтобы увидеть с матерью, которой тоже был не нужен. Хотелось домой, поваляться в ванной, погулять по парку, почитать. Вот кстати последнего хотелось больше всего. Лечь на кровати, укутаться теплым одеялком и читать. Дверь буквально слетела от удара, послышался грохот и крики. Сфокусировав зрение, я внимательно следил за тем, что происходит возле входа. Когда прозвучал первый выстрел, я мысленно попрощался с жизнью. Отец влетел в комнату словно коршун, пристрелив одного из приспешников Филлса. Второй успел сбежать, а отец тем временем старательно развязывал мои руки, на его лице была только одна эмоция, беспокойство. Глаза предательски защипали, хотелось извиниться, столько всего сказать, оправдаться. Папа пришел спасать меня. - Прости меня! Я был идиотом! Пап, умоляю, прости меня. - первые слезы потекли, смывая по чуть чуть запекшуюся кровь. - Замолчи! Просто замолчи! Я думал тебя убили! Идиота кусок! Поплелся за этой дурой! - Прости меня! Я не хотел! Я просто хочу домой, к тебе, она не нужна мне! - когда освободили руки, я начал быстро разминать их, но одна из них подозрительно плохо двигалась. - Черт, тебе еще и руку сломали… - пробормотал отец, снаружи комнаты доносились выстрелы. Когда я был полностью свободен, отец принялся развязывать Линду. Та плакала, благодарила его и бесконечно извинялась, но ни один мускул на лице отца не дрогнул. Мы уже собирались выходить, когда в комнату влетел Филлс со своим подельником. Подельник схватил отца, а мы с мамой отскочили назад. Было страшно, неужели отца убьют, и меня, и маму. Филлс наставил дуло пистолета на меня, я забыл как дышать, просто молча наблюдая, будто в замедленной съемке, как он жмет на курок. Закрыв глаза, я мысленно прощался со всеми. Видимо вот так оборвется моя жизнь, бездарно и глупо. А я ведь даже ничего в жизни сделать не успел. Но судьба распорядилась иначе. Звук выстрела оглушил меня, но смерти за ним не последовало. Приоткрыв один глаз, я увидел лишь мою мать, лежавшую возле моих ног зажимающую рану на животе, из которой хлестала кровь, глаза ее были широко распахнуты и направлены на меня. Послышались выстрелы, но я даже не дернулся, мой взгляд был направлен на маму, которая пожертвовала своей жизнью ради меня. Первая слеза скатилась по щеке, опустившись на колени, я аккуратно подвинулся ближе и положил ее голову на колени. Она тоже плакала, наши слезы смешивались на ее лице, стекая ниже по шее. Внутри была пустота. - Прости меня Фрэнки. Я так виновата перед тобой… - прошептала она. - Мам, пожалуйста, не умирай… - прошептал я в ответ, она лишь грустно улыбнулась и гримаса боли исказила ее лицо. - Фрэнки, ты такой красивый, так похож на меня… Прости за мои поступки, за все, что я сделала тебе. - голос ее слабел, а я буквально задыхался от того что не мог сделать абсолютно ничего. - Мам, я тебя люблю… Что бы ты не сделала… - она вздохнула, последний раз, слабо улыбаясь и обмякла в моих руках. Мне казалось будто она уснула. Просто надо ее разбудить и она проснется. Но в глубине души, осколки боли буквально разрезали мое сердце. Когда меня начали оттаскивать от нее, я даже не слышал насколько сильно кричал. Я брыкался, кусался и всеми силами пытался вернуться обратно. Звонкая пощечина привела меня в чувства. На меня смотрел отец и в его глазах я впервые увидел страх. - Бегом! Нам нужно уходить! - Но мама… - Я сказал живо уходим! Забудь! Она мертва! - проорал он, вновь дав мне по лицу. Он тащил меня словно куклу, я двигался безвольно, переживая случившиеся. Подростковый мозг, не готовый к такому стрессу сделал то. что смог, полностью отключился. Я не понимал куда меня ведут, не слышал что мне говорят, просто бежал. В себя я пришел уже в самолете. Мне сунули ватку с нашатырем, что несомненно привело меня в чувства. Проморгавшись, я резко отпрянул от ватки, и отпихнул руку подальше. - Наконец-то. - выдыхая, произнес отец. Только сейчас я заметил, что его костюм был разорван и весь в крови, на себя я смотреть боялся. Моя рубашка никогда больше не будет белой, яркий цвет крови навсегда засел в ткань. А в моей памяти она навсегда будет ассоциироваться со смертью, но выкидывать ее я не планировал, ведь это последняя ниточка, связывающая меня с моей покойной мамой. Я внимательно посмотрел на отца, выглядел он неважно, кажется пара седых прядей добавило ему возраста, а глаза полные страха и отчаяния навсегда остануться в памяти. - Какого черта это было Фрэнк? - расчесывая пряди пальцами, спросил отец. - Я просто хотел найти ее. - Нашел? - Да… На этом наш диалог закончился. Кажется отец не знал, что я под него рою и прибыл туда только из-за назначенного выкупа. Сегодня был день, когда я смирился, что матери у меня не будет, уже никогда. Но ее жертва ради меня, заставила помнить о ней всю жизнь. Мне казалось, что именно так, она показала мне свою любовь. И этого было достаточно. Но моя злость росла, с каждым днем все сильнее и сильнее.

Настоящее время…

- Джи. Нам надо кое-что обсудить. - Мне сейчас не до этого… - даже не поднимая головы ответил он. - Джерард, нам надо поговорить наедине! - Какого хуя? Думаешь я хочу сейчас разговаривать, а? Я блять потерял своего брата, потому что не смог защитить его! - он встал и угрожающе близко подошел ко мне, буквально выплевывая последние слова. - Заткнись и иди за мной! - прошипел я, буквально ему в лицо. Он хотел было возмутиться, но я схватил его за руку и потащил подальше от остальных людей. То, что я узнал должно остаться между нами, как бы я не доверял нашей группе, узнают они об этом или нет, было только волей Джи. Он брыкался и выкрикивал проклятья, пока я тащил его, буквально силой утаскивая все дальше и дальше. - Ты блять решил избавиться от меня? - выдергивая руку, произнес Джер, когда мы наконец отошли на приличное расстояние. - Да заткнись ты! Я понимаю как тебе сейчас тяжело, но засунь свою боль немного поглубже! - Да откуда ты можешь знать, что я сейчас чувствую? Твой отец чертов маньяк! - Только ты забываешь что у меня была и мама. - мое лицо стало каменным, даже спустя столько лет тема матери вызывали во мне бурю эмоций. - Оу… - слегка стушевавшись, ответил он, буквально теряя весь свой негативный запал. - Она умерла когда я был подростком. Пожертвовала своей жизнью, ради меня. - я чувствовал, что глаза начинают щипать, от подступающих слез, но старательно взял себя в руки. - Я не знал… На самом деле я так мало знаю о тебе… - Когда-нибудь, когда не придется спасать кого-то или спасаться самим, мы обязательно обсудим наши прекрасные семьи. Но сейчас не об этом. Мы в глубокой заднице… - Что случилось? - Девочка. Все здесь началось из-за дочки Майки и Алисии. - Что? - его лицо вытянулось в удивление. - Майки не рассказывал тебе о том, как родилась Мелисса? - Он сказал только, что Алисия умерла при родах… - Хах, ну он не всю правду тебе рассказал. - горько усмехаясь, произнес я. - О чем ты? - Алисия умерла за день до родов. Она обратилась будучи беременной, наши ученые решили провести эксперимент и попробовать спасти ребенка. Как видишь с ребенком все в порядке, но тут появилась новая проблема. Ты же слышал про проблемы с культистами? Их главный, предсказал рождение особенного ребенка, который сможет спасти всех верующих. - О нет… - он прикрыл рот рукой, удивленно раскрывая глаза. - Да, к сожалению один из ученых был последователем этого культа и рассказал все их главному. Тот сказал, что они должны уничтожить город и забрать ребенка. Они собирались вырастить ее и проверить ее предназначение. - Проверить? Это каким образом? - Они хотели, чтобы ее укусили. Якобы она не должна обратиться, ведь ее родила уже обращенная мать. - Они сделали из ребенка Мессию? - Да. Я не стал говорить это при всех, потому что никто не доложил о том, что ребенок выжил, и я боялся, что ее захотят забрать в Капитолий, для проведения экспериментов. - Мы никому не скажем. - Ты же понимаешь, что некоторые из наших уже знают… - Они ничего не скажут. Остальным скажем, что я просто нашел ребенка. - он выглядел нервным, постоянно кусая губы и нервно озираясь по сторонам. - Джи. Успокойся. Я сделаю все, чтоб малышка выжила. - Ты не должен. Это моя обязанность. Я пообещал Майки. - Нет я должен. Мы справимся, потому что вместе мы сильнее. - я подошел чуть поближе, собираясь аккуратно его приобнять, но он буквально упал в мои объятия. - Почему это все так тяжело дается. Я просто хотел жить свою жизнь, но весь этот пиздец в мире, буквально перевернул все с ног на голову. - он тихо всхлипывал, где-то в районе моей шеи, а я лишь нежно гладил его по голове. - А я, возможно где-то глубоко в душе рад, что все это произошло. Ведь я встретил тебя. - он слегка отстранился, посмотрел на меня заплаканными глазами и поцеловал. Это был не поцелуй страсти. Нет, совсем не он. Поцелуй любви. И мне хотелось, чтобы он длился вечно. Он был настолько нежным, а боялся сделать лишнее движение, чтобы этот прекрасный момент никогда не заканчивался. По телу прошлись мурашки, а где-то в районе груди, что-то согревало меня. Никаких бабочек в животе не было, о которых так часто писали, было тепло. Казалось, что оно согреет тебя в самую холодную зиму, согреет твою душу когда ты находишься на дне. Джи первым разорвал поцелуй, он смотрел на меня своими блестящими глазами, а я лишь нежно провел рукой по его щеке. Вернулись обратно мы молча, малышка была теперь у Боба. Джер был молчалив, но казалось, будто немного пришел в себя. Пит взглядом спросил что случилось, но я лишь качнул головой. Говорить об этом или нет, было решением Джерарда. Да и вероятно стоило вернуться домой, чтобы обсудить это все. Только сейчас я почувствовал усталость, но отдыхать было рано. Следовало вернуться домой и доложить о произошедшем здесь, и убедить, что ребенок не имеет никакого отношения к культу. Работы предстояло много, поэтому решив не задерживаться, я вернулся в штаб, чтоб урегулировать все вопросы. Самое главное, чтоб с нашей семьей все было в порядке. Если придется, мы сбежим.

POV Джерард

Фрэнк действовал на меня как успокоительное. Нет, не так. Как наркотик. Ты примешь его, и на душе появляется легкость, хочется горы свернуть. Определенно я чувствовал себя дерьмово и опустошенно из-за потери брата, но Фрэнк дал мне стимул не расслабляться. Малышка должна выжить, чего бы мне этого не стоило. Я уверен с этим культом мы встретимся еще не раз, а значит происхождение ребенка должно быть тайной. Фрэнк снова ушел, вероятно отчитываясь о том, что ребенок умер и делать нам здесь нечего. Мысленно я прокручивал слова Фрэнка по кругу, все, кто знает о ребенке в опасности. А значит в опасности вся наша семья. Я хотел было обсудить с ними все, но решил повременить до возвращения домой. Осторожность никогда не будет лишней. Почему-то мне казалось, что они все будут стоять горой за малышку, все что произошло с нами ранее, сплотило сильнее чем мы думали. Мы действительно были семьей, каждый помогал друг другу, все заботились друг о друге, и я знал, что они помогут нам с ребенком, чего бы им этого не стоило. Особенно Патрик, с ним у нас была особая связь, мы могли не общаться неделями, находясь на различных вылазках, но каждый из нас беспокоился о другом. Благодаря ассоциации мы стали более сплоченными, какие-то хитросплетения и козни, не могли нас разругать и это было весьма ценно в данной ситуации. Фрэнк вернулся спустя час, он был слегка раздраженным, но уверил, что ребенка никто искать не будет. Он дал показания о том, что лично видел гибель ребенка. От оставшись из культа было решено избавиться, вся нужная информация у них имелась, а значит содержать их не было никакого смысла. На обратную дорогу вертолет нам не выделили, а значит придется добираться на машинах, а это почти день поездки. Фрэнк распорядился, чтобы нам пригнали минивэн со всем необходимым для ребенка. К сожалению ожидать мы его будем в течение суток, а значит мы останемся здесь на ночевку одни из немногих. Боб вызвался ехать первым, кажется его сильнее всех потрясла смерть Майки, и он хотел как можно скорее оказаться поближе к Анне. После непродолжительных обсуждений, было решено что с нами поедут Пит, Патрик и Хейли, небольшая подстраховка для ребенка в виде врача никогда не помешает. Тело гудело от перенапряжения, каждая мышца будто пылала, организм буквально ощущался истощенным, но к сожалению уснуть не вышло. Нас распределили в военном блоке, там было чисто и в случае атаки ходячих, мы были бы в полной безопасности. К ночи ребята уехали, пожелав нам удачи, Фрэнк аккуратно намекнул им, что о ребенке распространяться не стоит, а я заверил о том, что мы обязательно поговорим об этом дома. Хейли укачала малышку и заснула вместе с ней, на одной из кроватей. Мы с ребятами разложили спальники вокруг ее кровати, чтобы в случае опасности защитить их. Но сон так и не пришел ко мне, Пит и Патрик тихо сопели в спальниках, да и Фрэнк спал беспробудным сном, лишь меня терзали мысли. Похоронить брата мне не дадут, это стало понятно сразу и эта мысль не давала мне покоя. Мы вроде как не были с ним верующими ребятами, но мне все равно казалось, что это неправильно. От стресса, усталости и перенесенной потери, мозг сам рисовал картинки моих будущих снов. Кричащая Линдси, которую все бросили и даже не попытались спасти, Майки, который тянет ко мне свою культю и просит спасти его, а в этот момент его разрывают на части мертвецы. Дернув головой, пытаясь избавиться от этих образов в голове, я встал из своего спальника и подошел к рюкзаку Фрэнка. У него всегда были сигареты, он мог найти их везде, впрочем как и книги. Тихо открыв дверь, я сел прямо на входе, поджигая сигарету. Кончик сигареты вспыхивал ярко красным каждый раз, когда я делал очередную затяжку. Прикрыв глаза и сделав очередную затяжку, я не услышал как дверь сзади открылась и мне на плечо легла рука. Кожа покрылась мурашками, я инстинктивно подался вперед, пытаясь скинуть с себя руку. Падая на землю, я уронил сигарету, чертыхнувшись, я сгруппировался и перевернулся лицом к двери. Там стоял Фрэнк, прикрывающий рот в беззвучном смеха и держащийся за живот. - Какой ты смешной. - успокоившись, произнес он. - А ты идиот! Ты бы мог сказать что это ты! - Я сказал… - Оу… - это слегка смутило меня, поэтому я просто продолжил сидеть на земле, внимательно рассматривая свои ботинки. - Давай, поднимайся. - он протянул мне руку, я немного глупо улыбаясь схватился за нее и поднялся. - Спасибо. Я был слишком погружен в свои мысли. - Да ничего воришка, я все понимаю. - Воришка? - возмутился я. - Ну да, кто стащил мои сигареты? - хихикая ответил он, отбирая у меня пачку с зажигалкой. - Не стащил, а одолжил… - Да, конечно. Как скажешь. - хихикая, ответил он, поджигая сразу две сигареты и одну отдавая мне. Так мы и сидели, до самого утра. Курили, болтали и абсолютно не желали идти спать. Над зачисткой постарались на славу, за всю ночь ни один ходячий к нам даже не приблизился. Наступило утро, и мы с Фрэнком сильно пожалели, что не дали себе шанса поспать. Солнце буквально обжигало наши глаза, пока мы шли по улице к машине. Зато остальные ребята, были свежи и полны сил. Дорога заняла чуть больше суток, стаи мертвецов часто попадались на пути, поэтому приходилось ехать в объезд, что никак не способствовало увеличению нашей скорости. Большую часть пути мы с Фрэнком проспали, но потом нам пришлось разбираться с завалами на дорогах. Ближе к вечеру следующего дня мы добрались до города. Нас встречала Хоуп и Мика с Рэем, они должна были проверить здоровье наше и ребенка, а Рэй просто за компашку решил присоединиться к ним. Малышка была спокойна всю дорогу, что даже слегка напугало меня. Из-за маленького опыта общения с младенцами, мои познания в них буквально равнялись нулю, поэтому малейшее расхождение с придуманной мной же действительностью, ужасно пугало. Хоуп буквально руками отбивалась от меня, с моим глупыми вопросами. Только когда к ней присоединилась Мика и дала мне смачного подзатыльника, я немного успокоился и доверился их мнению. Все сошлись на мнение, что мне повезло и ребенок крайне спокойный, а меня это слегка пугало. Хотя, если вспомнить Майка, когда он был ребенком, то они даже чем-то похожи. Тот пухлощекий малыш никогда почти не плакал, всегда сам находил себе занятия, и мог часами не отвлекаясь играть с игрушками. Майки… Кажется теперь больно будет всегда, надо спросить у Микаэлы как она это пережила и вообще возможно ли это как-то пережить. - Сегодня вечером надо встретиться всем нашим, у нас с Фрэнком дома. - сказал я. - О нет, давайте у Хоуп и Джо. Ваш крохотный скворечник всех не вместит… - надув губы, произнесла Мика. - Ладнооо… - Малышку мы заберем с собой. Надо взять анализы крови, чтобы понимать что с ее здоровьем. Она полежит в больничке пару дней, как раз, вы сможете приобрести все необходимое для младенца. - сказала Хоуп. - Ох, да. Точно. Тогда встречаемся у Хоуп и Джо в восемь вечера. - ребята кивнули и стали разбредаться. Мы же нашей компашкой пошли по домам. Все мы выглядели крайне ужасно, расцарапанные, с синяками, все в кровище мертвецов. Хотелось скорее избавиться от этой грязной одежды и принять душ. Фрэнк даже не успел дойти до квартиры, как его попросили прийти в штаб. Его отец был крайне чем-то недоволен и требовал позвать Фрэнка. Грустно вздохнув, я с ребятами пошел дальше к нашему дому. Это было трехэтажное здание, которое построили незадолго до апокалипсиса, поэтому выглядело он весьма свежо. Там жили в основном по одному, либо же парами, у которых нет детей. Квартиры здесь были маленькими, небольшая кухня гостиная, крохотная ванная и маленькая спальня. Нам этого было более чем достаточно, но хватит ли нам теперь места, когда нас стало трое. Ребята попрощались со мной на втором этаже, а я поднялся на третий и в самом конце коридора меня встретила наша дверь. Под ней было несколько писем, разбираться откуда они не было ни желания, ни времени. Кинув их на журнальный столик, я постепенно скидывал с себя всю одежду, подойдя к ванной полностью обнаженным. Хотелось принять ванну с пеной, но времени на это не было, в любой момент мог прийти Фрэнк. Прохладные струйки стекали по телу, ванна постепенно приобретала грязно кровавый оттенок. Вспенивая мыло, я аккуратно распределял его по телу, чувствуя, что порезов и ссадин было намного больше чем я думал. Замотавшись в полотенце, я вышел в гостинную, где меня уже ждал обнаженный Фрэнк, за ним, как и за мной ранее, тянулась вереница грязной формы. - Ммм, уже искупался. Как я тебе завидую. - пытаясь обнять меня, произнес он. - А ну убери свои грязные руки. - я слегка шлепнул его по рукам и отскочил назад. Он хихикая пошел в душ, а я неторопливо собирал грязные вещи по всей квартире. Время встречи неумолимо приближалось, а голод все нарастал. Открыв холодильник я увидел пустые полки и со смачным хлопком закрыл его, слегка причитая о нашей с Фрэнком недальновидности. Надежда поесть была только у Хоуп. Вздохнув разочарованно, я поплелся в комнату, чтобы одеться. Фрэнк не заставил себя долго ждать и гордо щеголяя с голой задницей, искал чистые вещи. Когда мы собрались, Пит и Патрик ждали нас уже на лестнице. Дорога заняла меньше времени и вот мы уже стояли на пороге дома ребят. Смайли открыв двери, радостно бросилась в объятия, затем проводив на кухню. - Ну наконец. Только вас и ждем. - сказала сидящая за большим столом Хоуп. Он уже был накрыт, разнообразие еды заставило буквально давиться слюной. Мы сели и все дружно приступили к трапезе. Все молчали и ждали, пока я начну говорить, а я боялся, что все это может перестать существовать из-за нашей тайны. Желание есть резко пропало, ком в горле не давал проглотить то, что уже было во рту. Глаза слегка заслезились, когда я осмотрел всех вновь. - Есть кое-что очень важное. - наконец проглотив еду, начал я, все резко прекратили есть и уставились на меня. - Джи, мы поддержим тебя… - подбадривая меня, произнес Патрик. - В общем. Ребенок, которого мы привезли это дочь Майки и Алисии. Алисия обратилась за день до родов, и малышку вытащили уже из обращенной Алисии. Культисты верят в то что этот ребенок мессия, мы как могли замели следы, придумав историю о том, что я этого ребенка просто нашел, а дочь Майки погибла. Но, среди культистов есть люди, которые живут и работают среди нас. Они не должны знать об этом. Я не хочу подвергать вас опасности, которую несут эти культисты, но сама Ассоциация тоже несовсем безопасна. Они заходят проводить на ней опыты… - К черту их всех! Они не смеют проводить опыты на ребенке! - возмутилась Мика. - Да! Существует медицинская этика, поэтому к черту их всех! - поддержала ее Хоуп. - В больнице все странно отреагировали на младенца, но я сказала, что мы нашли его под завалами и все немного успокоились… - продолжила Хейли, замолкая на полуслове и о чем-то задумываясь. - Ребят, я не имею права просить вас об этом. Но я попрошу. Как свою семью, как самых близких мне людей. Помогите спасти ее, я хочу чтобы память о брате жила со мной всегда… - на последних словах, одинокая слеза скатилась по щеке,все взоры были устремлены на меня, а Фрэнк аккуратно схватил меня за руку под столом. - Я хочу кое-что сказать. Не от лица всех конечно, но думаю от лица меня и Пита точно. Только благодаря вам с Фрэнком мы встретились, ты спас меня в тот день, а Фрэнк спас Пита от людоедов, и мы несмотря на все опасности поможем вам. - сказал Патрик. - Я соглашусь с Патриком, Фрэнк не раз спасал мою шкуру и только благодаря ему, я сейчас здесь. Я смог найти найти Анну, а значит я сделаю все, чтобы вы ребята оставались в целости и сохранности. - произнес Боб. - Я не буду многословной, думаю вы все знаете, что я полностью согласна с ребятами. Мы спасли мальчишек, а значит сможем спасти и этого ребенка. - сказала Хоуп, Джо активно закивал согласно головой, а я чувствовал подступающие слезы. - Хоуп права, вы спасли меня от обращения. Отсутствие руки это такая хрень, по сравнению со смертью. - сказал Энди, выглядя при этом немного смущенным. - Я рада что воссоединилась с тобой Фрэнк, рада что познакомилась с вами ребят, но больше всего рада, что у меня появился Брэндон. Я готова защищать эту тайну, ценой своей жизни, как вы спасли меня от сумасшествия. - произнесла Элли. - Вы тащили меня в убежище, истекающего кровью, со сломанными конечностями. Вы вернули меня к жизни, вы подарили мне смысл жить, когда казалось все уже было решено. Я уверен, что Сиара наблюдает за мной, и искренне радуется, что я не совершил глупость и не убил себя… - произнес Бен. Мне искренне хотелось плакать, остальные тоже высказывались и никто из них не отказался. Даже Эмили и Хизер высказали свое согласие, а я в который раз убедился, что наша компания не просто группа выживших, мы самая настоящая и крепкая семья.