Открыть глаза

Я в невесомости застыну, Боясь спугнуть надежду страхом. Через секунду в бездне сгину Иль обернусь на солнце прахом. Сожмёшь в своих мои ладони И скажешь ,чтобы просыпалась… Ты рядом…значит мне приснилось, Что я совсем одна осталась… Стэфан сидел у камина, он взглядом следил за игрою пламенных языков. Лишь треск поленьев в тишине. Рядом, на журнальном столике из красного дерева, лежал его дневник, старый, потрепанный, в кожаной обложке, перетянутой жгутом. На секунду парень обратил на него внимание и снова отвернулся. Пламя в камине танцевало всё так же очаровывающе. Вдруг слух вампира уловил странный звук на дороге. «Скрип шин?» — удивился Стэфан. Он выглянул в окно – на подъезде к гаражу стояла машина Елены. Последовал стук в дверь. «Это она…» — Стэфан не мог понять, что привело её ночью, он чётко ощущал волнение. Слышал каждый удар её сердца. Казалось, что она только что пробежала стометровку с лучшим результатом. Вампир чувствовал скованность, панику, страх… боль…Стэфан открыл дверь. Перед ним стояла Елена…его Елена… Это всё чувствовала она. При виде парня глаза девушки наполнились слезами, а он всё никак не мог выйти из ступора. — Могу я зайти? – Елена как-то умоляюще произнесла эту фразу и посмотрела в пол. — Да… конечно – очнулся Стэфан – проходи, я разжег камин в зале – он открыл дверь шире, пропуская её в дом. Елена стянула шарф с шеи и повесила его на антикварную вешалку в холле. Сделав глубокий вдох, она направилась в гостиную. Комнату освещал лишь огонь камина. Было тепло, и девушка вдруг ощутила ещё что-то, от чего сердце неприятно кольнуло. Весь воздух был пропитан этим ароматом. «Виски и кофе с корицей… Дэймон….» — знакомое имя гулким эхом отозвалось в её сердце. Стэфан обошёл её и жестом пригласил сесть на диван. — Мне надо кое-что сказать… — произнесла Елена тихо и неуверенно. На лице вампира застыл немой вопрос. – Стэфан, то, что я сейчас скажу, очень важно. И решиться на этот разговор мне было не просто, поэтому дослушай до конца и, пожалуйста, не перебивай. — Конечно – парень едва коснулся кончиками музыкальных пальцев её плеча, но тут же отдёрнул руку, будто не имел права на этот жест. – Я тебя слушаю… Елена нервно заламывала пальцы. Она уже подумывала о побеге, но быстро отогнала эти мысли. Ей было неуютно в собственном теле. Она отвела взгляд. Стало так тихо, что в ушах появился противный звон, казалось, что даже огонь в камине боялся нарушить этот момент. Елена посмотрела на переплетающиеся языки пламени, стало уютнее и теплее. Дыхание изменилось – теперь было ровным и тихим, как у спящего младенца. Ещё этот запах… — Когда я встретила тебя, помнишь? – начала Елена. – Тогда я подумала, что ты самый красивый парень на свете. Когда заговорила с тобой, я поняла, что ты, наверное, самый умный, тактичный и начитанный из всех, кого я знаю. Я поняла, что люблю тебя, почти сразу. Ты оберегал меня, дарил радость, которая так была мне нужна, ты никогда не давал мне чувствовать себя одинокой. Я всегда знала, что ты любишь меня. Но вместе с твоим появлением появились и проблемы. – Елена остановилась, и давящая тишина снова повисла прозрачной дымкой в воздухе. Девушка посмотрела вампиру в глаза и нашла там лишь печаль и жалость. Она хотела заговорить о Дэймоне, но это оказалось сложнее, чем она думала. — Ты устала от этого? – Елена шумно вздохнула. — Ты же знаешь, как бы я хотела не знать всего этого. Не знать о вампирах, оборотнях, ведьмах – том мире, но даже если больше не станет «Елены и Стэфана», это знание никуда не уйдёт. Я уже никогда не буду той беззаботной девчонкой, как прежде… И это во многом благодаря Дэймону… — последние слова прозвучали как-то мучительно, доставляя почти физическую боль. Стэфан хотел что-то сказать, но Елена остановила его, слегка взмахнув рукой. — Пожалуйста – произнесла она тихо, затем опустила взгляд, выбрав объектом наблюдения среднюю пуговицу на рубашке Стэфана, и продолжила. – Твой брат всегда был проблемой, но я видела не только это. Когда он приехал в город, началась череда ужасных событий, и почти всегда причиной был именно он. И всё было ради Кэтрин. И мне кажется, именно поэтому я понимала Дэймона. Просто не могла винить его. Он вёл себя как обиженный ребёнок, и … он так отчаянно любил. Всегда говорил, что у нас с ним особая связь… мы понимали друг друга. И я знала, что кроме меня он больше никому не может доверять. Вместе с тобой, Стэфан, мы прошли через многое и, наконец, смогли достучаться до его сердца… и то, что я там увидела было прекрасным. – Стэфан заметил, что щёки Елены тронул румянец – Я поняла, что люблю его… и тебя тоже люблю… Вы такие разные и вы оба были мне нужны. – Елена снова замолчала и её лицо стало угрожающе серьёзным. – Вечером, на кануне отъезда, он пришёл ко мне попрощаться. Я не знаю как это произошло, но в тот момент я просто не могла сопротивляться… Мы занимались любовью ,Стэфан… — девушка сдавленно всхлипнула, и прозрачная капелька скатилась по её щеке. – Я ничего не жду, я понимаю, что сделала… ты всегда был со мной честен и… прости меня, если сможешь… — Елена быстро поднялась и хотела направиться к выходу. Стэфан поймал её за руку и посмотрел девушке в глаза. — Не уходи… я тоже хочу сказать… — Начал вампир. – Я всегда знал это, Елена… Возможно это наше с Дэймоном проклятие – делить одну девушку, а твоё – любить нас обоих. Я был очень рад, когда узнал, что брат уезжает. Рад тому, что у тебя больше не будет соблазна… — Парень встал и принялся расхаживать туда-сюда по комнате. – Я всегда боялся, что это произойдёт… Но Дэймон держал себя в руках. В тот день, мне кажется, я чувствовал, что происходит, поэтому был так расстроен. Когда утром ты не пришла в школу, а позже не стала со мной говорить, я понял, что мои опасения были не случайны… — Стэфан остановился около Елены, сел на одно колена и взял её ладони в свои. – Без тебя мне нечего делать здесь… Хочешь ли ты, чтобы я остался? – девушка посмотрела в зелёные глаза младшего Сальватора и заплакала. — Я не заслужила, Стэфан… — Я спросил не об этом – вампир улыбнулся. — Да – кивнула она – Очень хочу… — Ну тогда, Елена Гилберт, я предлагаю тебе начать всё сначала – веди себя хорошо – он поднял её на ноги и прижал к себе. Елена заливала слезами плечо его футболки. — Спасибо… — произнесла она шёпотом и закрыла глаза. Целую ночь они говорили обо всём на свете. Говорили живо и непринуждённо, как будто не виделись целую вечность. А где-то далеко Дэймон Сальватор снял номер в дешёвом отеле и уговорил охранника подарить ему все запасы виски в этом захолустье. Страницы дневника Дневник Елены 20 октября Дорогой дневник, прошла неделя с того момента, как я помирилась со Стэфаном. И кажется уже несколько лет со дня, когда уехал Дэймон. Бонни и Кэролайн делают вид, что ничего не произошло, а Стэфан вообще запретил мне говорить об этом. Хотя вообще-то с ним я бы и не заговорила о брате. Наверное, больше никогда не смогу… Мне так тяжело. И очень стыдно перед Стэфаном, возможно из-за того, что он так просто принял эту правду. Но ещё хуже от того, что я скучаю по этому эгоистичному, самоуверенному идиоту…. Прихожу домой и жду, что он там – напевая какую-то джазовую мелодию, готовит мне ужин, чтобы снова за что-то извиниться. Я почувствую вкусный запах и пойду на кухню, думая, что это Джена. Испугаюсь, а он улыбнётся и скажет, что его спагетти совсем не страшные… Дневник Стэфана 20 октября Кэтрин приходит каждый день. Говорит, что скучает и хочет видеть меня чаще. Я угрожаю ей, но видимо выгляжу слишком неубедительно. Радует лишь то, что она больше не трогает Елену – узнала о той ночи с Дэймоном. Я не думал, что простить её будет так просто. Почему так? Тени прошлого? Я люблю Елену. Я говорю себе, что люблю Елену, но знаю, что не забыл Кэтрин. Кого я обманываю? Ведь я, как 145 лет назад, каждый вечер жду, когда она бесшумно появится рядом и опустит голову мне на плечо. Она ничего не скажет, будет слушать моё дыхание, а потом начнёт мурлыкать колыбельную себе под нос. Я улыбнусь и скоро засну под эти звуки… Почему же я до сих пор сопротивляюсь этому?