Duende

Это было странное время, когда счастье перемешивалось с печалью: ведь счастье и печаль суть ипостаси одного и того же явления, имя которому – любовь. (Хуан Хосе Мильяс. «У тебя иное имя»)

Несколько месяцев я сомневался, Не позволяя себе плакать. Я так хочу, чтобы это закончилось, Но я знаю, что ты всё ещё нужен мне. (Sam Smith – I'm Not The Only One)

Starset – Let It Die Руки Антона нехило тряслись от переполняющей его злобы. Очень сильно хотелось заехать кулаком кое-кому в рожу, но, эй, Антон, джентльмены не бьют женщин. - Значит, хуевый из меня джентльмен,- прохрипел он и, закатывая рукава, двинулся в сторону Наташи. - Эй, стой, ты чего задумал? - Арсений тут же остановил его, хватая за плечо и разворачивая лицом к себе. - Надо же куда-то выплёскивать потенциальную энергию,- сам себе сказал Шастун и со всего маха заехал мужчине кулаком в челюсть,- Ауч,- простонал он, ибо не рассчитал, что его собственная конечность тоже пострадает. - Ты совсем блять разум потерял, придурок?!- Попов в неверии приложил ладонь к повреждённому лицу. - Блять! - Ты совсем охренел?!- к Антону буквально подлетела бывшая мадам Попова и залепила ему пощечину. - Только эти наманикюренные пальчики имеют право бить этого мужчину! - Нат, угомонись! - к троице тут же поспешил Сережа и, буквально заломав руки девушки за спину, увел Наташу со сцены. Ксюша прикрыла рот рукой, еле сдерживаясь, чтобы не отбросить костыли и не надавать обоим по ебалу. - Пойдем,- Дима схватил ее под локоть и потащил на себя. - Пойдем, сказал! - почти заорал он, и Суворовой на секунду стало страшно. - Пусть разберутся наконец. Уже через минуту сцена и зал опустели, оставляя двух бывших любовников наедине. Арсений все еще ощупывал свою скулу на предмет повреждений, а Антон тупо уставился в одну точку, пытаясь осмыслить все, что произошло за последние 10 минут. Бывшая жена Арсения только что залепила ему пощечину. Жена. Арсения. Он был женат. Женат. На женщине. У него были серьезные отношения. Были… - А если бы ты выбил мне зубы? - выкрикнул Попов, сплевывая кровь прямо на сцену. Во время удара он серьезно прикусил язык, и теперь каждое движение этого органа приносило ужасную боль. - Тогда бы вряд ли на тебя кто позарился,- не отводя взгляд от заинтересовавшего его куска стены, ответил Шастун. - Что? - Ничего. Наступила невыносимая тяжелая тишина, от которой сдавливало грудную клетку и разрывало на части сердце. - Господи, ты был женат! - наконец выпалил Антон, оборачиваясь к Попову и смотря ему прямо в глаза. - Это было несерьёзно,- махнул рукой Арсений, делая пару шагов навстречу парню. - Как брак может быть несерьезным? - Сережа позаботился,- тяжело вздохнул Попов, видимо, предвещая длинный рассказ. - Он сказал, что хватит мне по тебе страдать и пора найти кого-нибудь другого. Первый год был для меня легким. После того, как я втянулся в работу, у меня даже не было времени рассуждать об отношениях. Но спустя какое-то время репертуар нашего театра мне уже приелся, а выступления стали все реже и реже. И я снова вернулся к воспоминаниям о тебе. Но я знал, что тебя уже нет в Москве, и не знал, где тебя искать. И тогда Серега, как, блять, заботливый друг познакомил меня со своей подругой. Она была еще совсем молоденькая и невероятно милая. Не знаю, сейчас мне кажется это глупым, но она напомнила мне тебя. Хоть мы с ней и вечно стебали друг друга, но дружить с ней было весело,- Антону было противно слушать все это, но при этом он не мог просить Арсения остановиться. Он должен знать, что было дальше. - Однажды мы очень сильно напились, все втроем, и, опять же, Матвиенко предложил нам пожениться. Мол, идеальная пара, чего вам тянуть. Мы гуляли по набережной до самого утра, продолжая пить и веселиться, и сами не заметили, как оказались возле ЗАГСа, а точнее, Дворца бракосочетаний №1. Матвиенко начал что-то заливать про судьбу, и в тот момент я ему поверил. Было раннее утро и мы слезно вымолили расписать нас первыми, что займет это у нас пару минут. Ну, добрая тетя согласилась, хотя от нас несло перегаром, я уверен. Это и свадьбой-то назвать нельзя. Серега был у нас единственным свидетелем. Мы развелись через 10 месяцев и за эти месяцы прожили вместе от силы недели две. - Очень… занимательная история,- скрещивая руки на груди, отозвался Антон. - Что ты хочешь еще услышать? - подходя почти вплотную, поинтересовался Попов. - Трахались ли мы? Конечно. Любил ли я ее? Ни секунды. - Ты был с кем-то, пока я страдал в одиночестве. Я, в отличии от тебя, был тебе верен. - Значит ты был идиотом,- они практически соприкасались лбами. От слов Арсения у парня пошли мурашки. - Ты вышвырнул меня из своей жизни, а потом «страдал». То, что ты не нашел себе никого еще не означает, что ты был верен мне. - Я…- начал Шастун, но Арсений не дал ему договорить. Он подался вперед, затыкая парня поцелуем. Но не успел он поцелуй углубить, как Антон жестко оттолкнул его, вытирая губы тыльной стороной ладони. - Уебок,- буквально выплюнул Шастун, разворачиваясь и уходя со сцены. - К черту! - заорал Попов, со всей дури ударяя ногой по тумбочке Воли, практически вырывая ее с корнем. - К черту вас всех! *** Fall Out Boy – 27 - Я уже и не помню, когда говорил с ним в последний раз. Если, конечно, перед этим не было: «Холостяк номер три!» - Арсений вздохнул, переводя взгляд на свою очаровательную собеседницу. - Это угнетает меня, но при этом я не знаю, что ему сказать. С того самого разговора после эпичного появления Наташи прошло много времени, и в это время они не разговаривали. Вообще. Не было ни сухих приветствий, ни ярких подколов, ни грустных прощаний. Как и не было совместных импровизаций. Таких, где бы они были только вдвоем. Настроение было преотвратительное, съемочные дни становились все короче, предвещая окончание эпопеи, название которой «Импровизация». Измененный график съёмок оставлял слишком много свободного времени, чтобы думать. И думать совсем не о том, о чем должны думать двое одиноких мужчины. Антон, видимо, стремился выиграть Оскар за лучшую пародию хмурой тучи, ибо его улыбка, да и то фальшивая, была видна только зрителям. Дома он хмурился и все больше пил, возвращаясь к старой привычке. В компании вечно отсиживался в стороне, стараясь держать весь алкогольный фонд под своим контролем. Работа больше не доставляла ему удовольствия, потому что больше не было стимула каждый день бежать на нее. По крайней мере, такого сильного стимула. Теперь, каждый раз, когда ему приходилось говорить с Поповым или дотрагиваться до него в рамках шоу, он чувствовал невероятную пустоту, от которой даже не было больно. Арсений стал для него декорацией. Бездушной картинкой. А может, он всегда ей был? Арсений старался больше улыбаться. Он ненавидел жалость от других так же, как ненавидел жалеть самого себя. Однажды он сделал выбор не в пользу Антона, и теперь, видимо, будет всю жизнь нести этот крест. Возможно, он делал это не столько потому, что ему было это нужно, а потому что до сих пор ощущал свою вину. Сейчас, возвращаясь к тем временам, когда он был обычным временным преподом, а Антон был обычным учеником, становилось жутко. До потемнения в глазах и до трясущихся коленок. За каких-то жалких 5 лет они сумели проебать все. Все надежды, мечты и планы разбились, но была ли в том вина мужчины? Может быть, юный Антон слишком о многом мечтал? Может, Арсений просто не мог дать всего того, чего парень так жаждал? - Ты хочешь заговорить с ним? - Ксюша смотрела в упор, но говорила спокойно и мягко. - Я хочу просто знать, что у него все хорошо, понимаешь? - задумавшись на добрые 5 минут, ответил Попов. - У него не может быть все хорошо без тебя, понимаешь? - с издевкой выдала Суворова, отворачиваясь и вздергивая подбородок. Дальше они молчали. В принципе, они делали это постоянно в обществе друг друга. В последнее время Ксюша предпочитала общество Арсения обществу своего вечно хмурого друга. Мужчина ей нравился, но иногда его нытье доводило ее до нервной тряски. - Как нога? - Только успела привыкнуть к гипсу, как его уже сняли,- усмехнулась девушка. - Пока наступать больновато, но я стараюсь больше ходить, чтобы свыкнуться. Арсений протянул руку, переплетая пальцы с пальцами девушки. Ее улыбка вновь озарила комнату, и Попов был почти счастлив. - Вы оба полные мудаки, ты знаешь об этом? - Ксюша положила голову на плечо мужчины, прикрывая глаза. - Типа принятие – первый шаг, да? Ксюша пихнула Попова локтем, давая понять, что сейчас, вообще-то, серьезный разговор, а он тут шутки шутит. - Из вас двоих, придурков, ты более умный придурок. - Польщен. - Именно ты должен что-то сделать, если ты, конечно, хочешь что-то изменить. На секунду Арсений опешил от такой прямолинейности. Нет, уже поздно что-то менять. Вряд ли Антон вообще с ним заговорит, не то что возобновит общение. - Пора смириться, что ничего уже не вернуть,- то ли себе, то ли Суворовой ответил Попов, высвобождаясь из дружеской хватки девушки. - Вряд ли есть смысл обращаться к прошлому, чтобы творить в настоящем.* Арсений встал и вышел из помещения, даже не попрощавшись. Его очень задело, что, зная всю суть проблемы, Суворова так открыто напоминает ему об Антоне. Она считает, что все можно изменить? Она глупый и наивный ребенок. - Два чертовых идиота,- закатив глаза, произнесла девушка, доставая телефон и начиная строчить СМСки. *** Arctic Monkeys – Cigarette Smoke Был поздний вечер. Бар был прокурен настолько, что было сложно разглядеть сидящего рядом. Да и не только поэтому. Просто обитающая там компания пила уже очень давно и очень основательно. - Напомните мне, кто сегодня платит? - лениво спросил Позов, когда к ним подошла привлекательная официантка. Четыре указательных пальцев единовременно указали на хмурого Волю. - Тогда еще одну бутылочку того дорогого виски, милая,- закончил Дима, легонько ударяя официантку по заднице, от чего та пошло хихикнула. - Итак, первое и, надеюсь, последнее собрание «Как обратно свести этих уебанов» объявляется открытым,- поднимая свою стопку текилы торжественно, чуть ли не на весь бар, объявила Ксюша. Друзья, коллеги, шипперы, родственники и какая-то левая женщина собрались в очень странном баре на замызганной окраине Москвы, чтобы разработать план. Нет, не так. Чтобы разработать ГЕНИАЛЬНЫЙ ПЛАН, как помирить ничего не подозревающих Антона и Арсения. - Не чокаясь,- пафосно отозвалась Наташа и залпом осушила свой бокал. *Спустя n-ное количество часов* - Знаешь, почему ты такая вся из себя злая? - заплетающимся языком начал Позов, приобнимая Наташу. - Потому что у тебя мужика нормального не было! Муж и тот пидором оказался! - И не говори, чувак,- разглядывая содержимое своего бокала, ответила девушка. - Все мужики – козлы! - Ну почему все?!- искренне удивился Дима. - Я вот отменный мужик! - Да ну? - пьяно усмехнулась Наташа, окидывая мужчину странным взглядом. *Спустя 9 минут* - Так себе мужик,- поправляя юбку и стирая оставшуюся помаду рукой, высказалась Наташа. - Бармен, несите еще виски!! - У тебя такое красивые глаза, прям как у твоего братца,- наклоняясь к самому лицу Марины, проговорил Паша. - Не лучший комплимент девушке,- наливая себе еще текилы, ответила Марина. - Сейчас ребелатируюсь… ребелетируюсь… исправлюсь! - в стельку пьяный Воля никак не мог выговорить такое сложное слово. - У тебя такое ровные губы! Так и хочется их… - Эй, эй, вы, у вас же дети! - за секунду до поцелуя между ними вклинился Сережа, отодвигая их лица как можно дальше друг от друга. - Омерзительно! - Ребята,- рядом с Ксюшей сидел как-то парень и с упоением выцеловывал ей узоры на шее и плечах. - Мы тут вообще-то собрались… ммм, да… чтобы придумать… аккуратнее с рукой… план, чтобы…- парень заткнул ее, втягивая в громкий пошлый поцелуй. - Ладно, идем! - сдалась она, хватая парня здоровой рукой и уводя в сторону туалетов. - Зачем мы тут собрались? - поинтересовался Позов и помахал одной из стриптизёрш, которая вытанцовывала прямо на барной стойке. Но ответом ему было дружное молчание со стороны всех его собутыльников. - Хорошо, играем в «Правду»,- весело заключил Сережа, с громким стуком ставя свой стакан на столик. - Или Действие? - Просто в «Правду». Кто-то задает вопрос и каждый по кругу на него отвечает. - Ебанутая игра,- Наташа закурила, блаженно прикрывая глаза. - Но мне нравится. Начинай, малыш. - Кому вы первой или кто вам первый отсосал? И сколько Вам было лет? - Матвиенко оскалился, откидываясь на спинку дивана. - Мне было 15 и мне отсосала моя училка по географии, чтобы я не спалил директору, что я застал ее, пока она трахалась с 11-классником,- с разных концов стола послышались возгласы, и Дима широко улыбнулся сам себе. - Я в первый раз отсосала лучшему другу своего брата, просто так, никакой красивой истории не будет,- Наташа пожала плечами. - Мне было лет 14 или, может, 15. - Какие вы все развратные,- перекатывая льдинку на дне стакана, усмехнулась Марина. - Я в первый раз отсосала своему соседу по парте в универе. Прямо во время пары экономики. Мне было почти 19. - Мне в первый раз отсосала моя девушка, но я тогда был вусмерть пьян и понял это только на утро, когда увидел, что весь мой член в губной помаде,- все за столом заржали, включая и самого Пашу. - Мне тоже было где-то 15. - Ну а мне впервые отсосала девчонка, с которой я занимался репетиторством. Мне было 16. Следующий ход переходит к Паше, патамушта его история самая бомбическая. - Благодарю,- Воля встал и отвесил шутливый поклон под шумные аплодисменты его недоалкашей. - Когда у вас в последний раз был секс? - Ну че у вас одна пошлятина на уме, а? - простонала Марина, пытаясь высчитать, когда у нее, у матери двоих детей и сестры неугомонного Антона, в последний раз был секс. - 38 секунд назад! - проорала Ксюша, вальяжной походкой пробираясь к столику. - Этот чувак – просто огонь! Надо было взять у него телефончик… Ее появление ознаменовалось дружным смехом и новой порцией алкоголя. Сколько они так пили, никто сказать точно не может, но работники бара, который работает до последнего клиента, успели проклясть все, ибо уходили горе-алкаши уже с рассветом. Столько тайн и секретов было раскрыто этим вечером, что на утро (а точнее, на день) каждому было ужасно стыдно. Они рассказали слишком много того, чего им не стоило произносить в слух. Тем более, в такой компании. Конечно же, никакого плана они не придумали. А ведь осталось всего две недели, на которых будет всего 3 съемочных дня и пара мероприятий. Две недели и импровизация разъедется на неопределенный срок. *** Our Last Night – Sunrise Последний съемочный день. Антон был хмур, как никогда. Еще пара импровизаций – и все. Зал был еще пуст, хотя последний день предвещал аншлаг. Все те, кто уже успел побывать на съемках или насладиться материалами, проскользнувшими в Интернет, спешили записаться на последний день и притащить с собой всех своих знакомых. Пока зал был пуст за исключением одной темной фигурки, притаившейся на первом ряду. Ксюша молча сверлила взглядом сцену, явно о чем-то размышляя. На ней лица не было, а глаза были будто стеклянные. - Привет,- подал голос Антон, и девушка ощутимо вздрогнула. - Ты чего? - Привет,- Суворова поднялась со своего места и вышла на сцену, становясь прямо напротив парня. - Где все? - Меня загримировали первым,- Шастун пожал плечами, пристально рассматривая свою подругу. Что-то было явно не так. - Ясно,- девушка отвела взгляд, с увлечением рассматривая напольное покрытие. - Прости, что я вел себя так отвратительно последние недели,- Антон поднял голову девушки за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. - Больше такое не повторится. Ксюша кивнула, не в силах хоть что-нибудь ответить. - Я… хотел поговорить с тобой кое о чем,- переминаясь с ноги на ногу, как провинившийся школьник, начал Шастун. - Ты уверен, что сейчас подходящее время? Просто я… - Тшшш,- успокоил подругу Антон, беря ее за руку. - Я должен сказать сейчас. Пожалуйста, выслушай меня. - Антон… - Я собираюсь вернуться в Воронеж,- выпалил парень, сильнее сжимая руку подруги. Та, кажется, опешила, мгновенно забывая, что хотела сказать секунду назад. - В Воронеж? - Да. Съемки закончатся, и будем ли снимать дальше – неизвестно. Пока это неизвестно не станет известно мне надо чем-то заниматься. Мне нечего делать здесь, Ксю. Это место уже давно перестало быть моим домом. - И… что ты хочешь от меня? - Я знаю, что тебе нравится здесь, что ты нашла здесь работу по душе, и я совершенно не тяну тебя с собой… - Антон, подожди… - Не перебивай, пожалуйста. Так вот, но когда-то я пообещал заботиться о тебе и… - Тош, остановись… - И если ты сможешь прожить тут одна, я конечно же не тяну тебя за… - Я беременна… Повисла тишина. Было настолько тихо, что Антон слышал стук собственного сердца, которое, почему-то, стало биться в два раза быстрее. Шок с примесью безысходности и обреченности овладел парнем настолько, что он не мог даже вздохнуть. Он перевел взгляд на Ксюшу, чья нижняя губа начала подрагивать, а глаза наполнялись слезами. - От… кого? - наконец выдавил из себя Шастун, хотя это более походило на хрип. - Я не знаю,- голос девушки начал подрагивать. - Как это ты не знаешь? - Я не знаю! Мы были в баре и… много выпили… он был так мил со мной и… мне так жаль,- она разрыдалась в полную силу, всхлипывая и размазывая тушь по раскрасневшимся щекам. Уже через секунду она уткнулась в грудь Шастуна, хватая его за футболку и прижимаясь как можно ближе. - Мне очень жаль… - Тихо, успокойся,- Антон провел рукой по волосам подруги, успокаивая ее, а заодно, и самого себя. В голове было миллион мыслей, но одна из них была самой яркой. - Не волнуйся, я найду деньги на аборт. Я обещаю. - Что? *** Nickelback – Never Gonna Be Alone (Обязательна к прослушиванию эта песня! И обязательно почитайте ее текст!)

Ты никогда не будешь одинок! С этого момента, когда бы ты ни ощутил безразличие, Я поддержу тебя… Когда остатки надежды умрут, я знаю, ты выдержишь. Мы встретим мир вместе, Я буду рядом, пока не затянется эта рана. (Надеюсь, вы сможете представить все, что было в "Импровизации", но в два раза страшнее?) Арсений сидел на своем пуфе и в упор смотрел на Антона, который корчился от мук, участвуя в ненавистных всем импровизаторам шокерах. Взгляд его был отсутствующим, словно тело Попова сейчас сидело здесь, в студии, а сам Арсений находился где-то далеко, где его жизнь все еще текла мирно и спокойно. Не было скандалов, ругани, расставаний, моря алкоголя. А главное, рядом был самый нужный человек. Из-за вранья, глупых ссор и ненужной работы они проводили так мало времени вместе, что все счастливые моменты мужчина мог пересчитать на пальцах рук. «Если бы у меня был шанс все исправить,- грустно подумал Арсений. - Я бы освободил тысячи лишних минут, чтобы как можно дольше наслаждаться его улыбкой…» - Десерт! - резко вывел Попова из его далеких воспоминаний Дима, и Арсений вернулся в реальность. Он осмотрел сцену, которая превратилась в подобие поля боя, и в его душе почему-то зародилось какое-то противное липкое чувство волнения и даже страха. - А может макарошки? - тело Антона пронзает очередной удар, и парень в очередной раз поскальзывается, упираясь ладонью в пол и уберегая свое тело от падения. «Вот оно!..» - успело пронестись в голове у Арсения, прежде чем мужчина вскочил на ноги и буквально побежал к Шастуну. - Доктора! - послышался отдаленный голос Паши, но Попов был уже не в состоянии воспринимать хоть что-то. - Господи…- прошептал он, когда увидел окровавленную руку Антона и побледневшего Позова, который стоял рядом со своим другом. Не говоря больше ни слова, Арсений притянул парня к себе и сжал его худое тельце с такой силой, что казалось, все органы сейчас вылезут из Шастуна. И было уже плевать, что зал переполнен зрителями, что вокруг камеры, было плевать на все. Имел значение лишь тот, кого Арсений со всей своей силой сжимал в руках, пытаясь запомнить этот момент на всю свою жизнь. - Господи, прости меня пожалуйста…- наконец зашептал он, все еще не отпуская Антона. - Я был идиотом, полным мудаком! Я заслужил все… Все, что скажешь! Мне стыдно, ужасно стыдно! Но…- Арсений наконец поднял глаза и встретился взглядом с Шастуном. - Я больше не могу тебя потерять. Ни за что! - Твоя рубашка…- выдавил из себя Антон, сдерживая улыбку. - Рубашка будет вся в крови…- кажется, парень был на грани истерики. - Господи, у тебя же кровь! - вдруг опомнился Попов, но Антон не дал ему отодвинуться от себя. Он стиснул его плечи, сильнее прижимая к себе здоровой рукой. - Плевать! - отмахнулся он, хотя кровь все еще продолжала капать, а осколки все еще торчали из покалеченной руки. - Я готов на все, правда! - теперь уже Арсений начинал истерить, улыбаясь сквозь слезы, которые непонятно откуда взялись на его раскрасневшихся щеках. - Я, черт возьми, даже готов переехать в Воронеж! Хоть в палатке жить, лишь бы никогда больше не отпускать тебя! - Это было бы мило и ужасно ванильно, если бы все вокруг не было бы в моей крови,- Шастун засмеялся, утыкаясь в плечо своего любимого импровизатора. - И не надо в Воронеж, меня вполне устроит твоя квартира в Питере… - Ага, если ее, конечно, не отсудит Наташа,- теперь Попова тоже пробрало на смех, и они стояли посреди декорации, как два совершенно поехавших идиота, содрогаясь от смеха и размазывая по щекам бесполезные слезы. Два поехавших влюбленных идиота. - И плана никакого не надо было,- сама себе весело сказала Ксюша, наблюдая за ситуацией на сцене. - Все вышло само собой! К Антону подошел врач, требуя осмотра повреждённой конечности, но импровизаторы, прибывая в общей эйфорической истерике, никак не хотели отпускать друг друга. Ксюша засмеялась и перевела взгляд на Пашу, который выглядел еще счастливее обычного. И тут девушка кое-что поняла, отчего ее улыбка стала еще шире, а смех еще громче. Она поняла, что у этого мужчины точно все бьется на счастье. И уж точно не само собой. *- Чак Паланик. «Фантастичнее вымысла»