The Landing Spot

Ночь шестая: 9:34 PM. Ещё до того, как дым рассеялся, Эмма почувствовала, как ей по голове бьёт сильная струя воды. Густое облако, что окружало плотным коконом, не спасло её от промокания. На мгновение подумалось, а не поимела ли её, наконец, магия; не решила ли утопить в местном озере. Но когда зрение прояснилось, она поняла, куда именно её занесло. Эмма во все глаза смотрела на обнаженную Реджину; потому что они обе находились в душевой кабине. Брюнетка завизжала во всё горло, выкрикнула: «убирайся!» Но Эмма, одурманенная представшей красотой, оставалась неподвижна. — Эмма! — Реджина ладонью закрыла блондинке глаза и прокричала: — Выметайся к чёртовой матери из моей душевой! Эмма, не сказав ни слова, выбралась из кабины. Схватила полотенце с тумбочки и вышла из ванной, не замечая, как вода стекает на безупречный ковёр мэра. Зато теперь она знала спальню Реджины не хуже своей собственной. Распахнув дверцы шкафа, она просмотрела вещи в поисках чего-нибудь сухого, чтобы переодеться. Выбор остановился на уже знакомой шёлковой синей пижаме. Эмма, всё ещё слегка ошеломлённая происходящим, переоделась и уселась на кровать. Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем в спальню ворвалась облачённая в халат Реджина. — Ты хоть представляешь, как выводит из себя, когда ты не можешь уединиться в собственном доме? Спасительница молчала. — Ой, очень мило, — продолжала она. — Я вижу, ты самолично надеваешь мои вещи. Вся эта ситуация выходит из-под контроля! Ради всего святого, Эмма, я просто пыталась принять душ. И снова Эмма ничего не ответила. — Что с тобой случилось? Разучилась говорить? — Реджина, — в конце концов, прошептала она: — дело не в доме. — Что? — Магия переносит меня не в дом… она приводит к тебе. Я всё время оказываюсь рядом с тобой. Совершенно очевидно, что Генри ни при чём. — Неправда, — скрестив руки на груди, твёрдо заявила королева. — У тебя есть другое объяснение? — На данный момент, нет, но какое-нибудь должно быть. Я в этом уверена. Эмма и сама была бы рада, если бы нашлось другое объяснение, во что с каждой секундой верилось всё меньше. Она вспомнила обеспокоенное выражение лица Мэри-Маргарет и не смогла удержаться от вопроса: — Реджина, я люблю тебя? — Нет, уверяю тебя, что это не так. — Ты уверена? Потому что доказательства, похоже, говорят об обратном. — Что ж, я искренне надеюсь, что дело не в этом. — Потому что ты меня не любишь, — заключила Эмма. — Потому что все, кто меня любит, умирают страшной и мучительной смертью. — Неправда. Генри тебя любит. — Не самый удачный пример, — Реджина поёжилась. — Учитывая, что он едва не умер от яда. — По крайней мере, я знаю, что ты не ненавидишь меня… хотя мы и шутили об этом. — Посмотри вокруг, Эмма. Ненавистные мне люди процветают. И ты должна надеяться, что я тебя ненавижу, ведь это — залог твоего счастливого конца. — Значит, ты собираешься ненавидеть меня, чтобы защитить? Или что? — В том и проблема. Я не могу заставить себя возненавидеть тебя… Надеюсь, ты подготовила последнюю волю. И если по какой-то причине ты не сможешь оставить Генри на попечение своих идиотов-родителей… — Хватит, это даже не смешно. — Смею тебя заверить, что я не шучу. Я — отравленная. Эмма вдруг поняла, что это вовсе не преувеличение и даже не жалость к себе; Реджина действительно считала себя таковой. — Ты же помнишь, что Кора не смогла вырвать моё сердце, правда? Не думаю, что ты должна защищать меня. Я довольно сильная и в ближайшем времени умирать не собираюсь. — Думаешь, Даниэл собирался? Или моя мать? Подобные вещи редко можно предвидеть. — Не со всеми людьми, о которых ты заботишься, происходят страшные вещи. — Я не хочу об этом говорить. — Даже если я не одна из них, ты должна об этом помнить. — Пожалуйста, замолчи. Я же сказала, что не хочу об этом говорить. — Хорошо, прости, — согласилась блондинка, почувствовав, что она достаточно далеко продвинулась для одного вечера. — Нам необязательно разговаривать. Но Эмме всё ещё казалось, что она должна что-то сделать. Поэтому она осторожно приблизилась к Реджине и заключила в объятия. И не сдержала улыбки, когда почувствовала, что королева прижалась щекой к её ключице. — Прости, что помешала тебе принять душ. — Всё нормально, — Реджина отстранилась. — Давай просто… просто пойдём спать. Эмма подчинилась и быстро устроилась на своей стороне кровати. — Слышала, ты накричала сегодня на Нила, м? — спросила Эмма, когда они обе легли. — Немного. Ты расстроилась? — Не очень… Вообще-то, я бы хотела это видеть. — Меня раздражает его физиономия. — Ну, — Эмма засмеялась: — он побежал жаловаться Мэри-Маргарет, словно двенадцатилетка… Наверное, ты его здорово напугала. — В таком случае, миссия выполнена. Наступило уютное молчание, во время которого Эмма отчаянно пыталась перестать думать об обнажённом теле Реджины, впрочем, на поверку это оказалось чрезвычайно непростой задачей. — У меня есть идея, — сообщила Реджина, прерывая далеко не непорочные мысли Спасительницы. — Завтра ночью меня не будет дома. — Куда ты отправишься? — Я тебе не скажу. В том-то и дело. — А, — поняла она. — Чтобы проверить, найдёт ли тебя моя магия? — Именно. — Довольно умно. — По крайней мере, мы должны получить хоть какой-то ответ. С тобой, с нами, так не может продолжаться вечно. — Нет. Наверное, нет. Не считая того, что по мнению Эммы очень даже может. Они могли заниматься этим вечно. И это тревожило меньше, чем то обстоятельство, что магия живёт в её теле. — Спокойной ночи, Эмма. — Спокойной ночи, Реджина.

***

Ночь седьмая: 12:18 AM Реджина стояла в своём укрытии и нервно перебирала пальцами. Она прибыла сюда сразу после ужина, но довольно быстро заскучала. Часы тянулись болезненно медленно; здесь нечем было заняться, кроме как расхаживать из угла в угол, разглядывая напоминания о прошлой жизни. Она боялась закрыть глаза, она боялась даже моргать. Словно из-за этого могла пропустить что-нибудь важное, но в то же самое время понятия не имела, что именно, потому что не сомневалась — Эмма не сможет её здесь найти. Просто не должна. Потому что, если она найдёт, если появится здесь, разрушит последние иллюзии, за которые можно уцепиться. Но Эмма всегда была чертовски хороша в развенчивании её заблуждений. Спасительница преуспела в достижении успехов там, где королева была обречена на провал. Не прошло и часа, когда она в очередной раз доказала это. У Реджины едва сердце не остановилось, когда в шаге от неё в воздухе заклубилось облако дыма. — ХА! — Эмма возникла прямо перед ней. — Блин, так и знала, что дом ни при чём. Я победила. Интересно, у неё в лёгких остался воздух? По ощущениям не похоже. — Это не имеет смысла. Невозможно, чтобы ты была здесь. — И всё же я здесь, — торжественно заявила шериф, уперев руки в бока. — Кстати, что это за место? — Ты хоть представляешь, насколько сильной должна быть магия, чтобы перенести тебя в место, которое ты никогда раньше не видела? О существовании которого даже не подозревала? — Это что, ненормально? — Так не бывает, — испуганно сказала Реджина. — Ты намного могущественнее, чем думаешь… Неудивительно, что ты не можешь совладать со своей магией. — Мы намного могущественнее, чем мы думаем, — поправила Эмма. — Что ты несёшь? — Всё это вращается вокруг тебя. Ты для меня что-то вроде магнита. Без тебя моя магия вообще не работает. То есть, чтобы вот так… — Не говори так больше. — Хорошо, — насмешливо согласилась блондинка. — Пожалуйста, давай продолжим притворяться, что это ровным счётом ничего не значит. Сегодня настала очередь Реджины отмалчиваться. Предполагалось, что этой ночью сумасшествию, самому настоящему безумию придёт конец. Но всё только начиналось. — И ты даже не расскажешь, где мы находимся? — продолжила Эмма. — Я всё ещё в Сторибруке? — Да, мы под склепом. Мне нужно было место, где я могла бы хранить кое-какие вещи из сказочной страны. — Жуть какая. А все эти платья очень нелепые. — Это единственное место, о котором я думала, что ты меня не сможешь найти. — Ты действительно каждый день носила это дерьмо? — Разумеется… Тебе напомнить, что я была Королевой? — Ты не должна напоминать. Но мне кажется несправедливым, что ты ни с кем не поделилась этим удивительным секретным местом. — Если бы поделилась, оно бы перестало быть секретным. Разве нет? — Ну, теперь я о нём знаю, и придётся делиться. Я могу прятаться здесь от Мэри-Маргарет, когда она начнёт действовать мне на нервы. — И поэтому я должна просто отдать тебе ключ? — Пойдёт, — согласилась Эмма и, понизив голос, добавила: — Я по-прежнему люблю её, ты же знаешь… несмотря на то, какой приставучей она бывает. — Разумеется. Свою мать я любила до самого конца. — Я знаю. — Вообще-то именно здесь она нашла меня, когда появилась в Сторибруке. — Да? — Она притворилась Генри, поэтому я её впустила. А потом она попросила прощения за то, что заставила меня выйти замуж в семнадцать, — пояснила Реджина, не до конца понимая, с чего вдруг ей захотелось поделиться. — Она использовала против тебя Генри? — Да. Она всегда была хороша в использовании небезразличных мне людей против меня же. — Вот уж действительно срань. — Как и то, что она вырвала сердце у моего жениха, хотя и думала, что действует исключительно в моих интересах. — Надеюсь, ты понимаешь, что заслуживаешь лучшего и большего, чем дала тебе жизнь. Первый раз, когда кто-то говорит об этом вслух. Первый, когда откровение звучит при свете ламп. Первый, когда кто-то словами выражает чувство, которое все эти годы жило в ней. Первый, когда поверила, что это может быть правдой. — То же самое можно сказать и о тебе, дорогая. Эмма скользила взглядом по комнате, наслаждаясь всем, что находилось вокруг. Реджина скользила взглядом по лицу Эммы, наслаждаясь одним её присутствием. А потом их глаза встретились в откровенном, долгом взгляде. — Реджина, — снова попыталась Спасительница. — Что же значит то, что я нашла тебя здесь? — Не знаю. Но она знала. Знала. И Эмма тоже знала. — Как долго мы будем игнорировать это? Сколько будем ходить вокруг да около? — Ещё немного, — попросила Реджина. — Я не готова. — Хорошо, — не стала спорить Эмма. Они получили ответ. Впрочем, даже этого недостаточно, чтобы посмотреть правде в глаза. — Собираешься остаться здесь на ночь? Реджина кивнула. — Для меня найдётся место на диване? Реджина снова кивнула. Когда Эмма опустилась рядом с ней, Реджина вцепилась ей в руку. Потому что была недостаточно сильной для этого. И если не будет держаться за что-то, вне всяких сомнений ситуация в комнате выйдет из-под контроля. Потому что никогда не сможет быть достаточно сильной для этого. Только не снова. Эмма откинулась на спинку дивана, утягивая Реджину за собой. — Спокойной ночи, Реджина. — Спокойной ночи, Эмма.

***

Ночь восьмая: 2:29 AM Реджина сидела в своём кабинете, прекрасно понимая, что пытаться спать бессмысленно. Теперь она проводила свои вечера в молчаливых спорах с собой о том, когда объявится Эмма. Сначала визиты раздражали. Потом доставляли удовольствие. Теперь заставляли слегка нервничать. Потому что Эмма оказалась очень настойчива в вопросе, которого касаться не хотелось. Спасительница появилась в клубах слишком знакомого фиолетового дыма. Сегодня она пришла в джинсах и майке; волосы были собраны в конский хвост. — У нас проблема, — отчаянно заявила Эмма. — Что случилось, дорогая? — она немедленно вскочила. — Я почти… Почти причинила боль… магией. — Как? Что произошло? — Я сцепилась с Нилом. Он выбесил меня и, клянусь тебе, я просто на него посмотрела, а моя магия отшвырнула его к стене. — Откровенно говоря, я не вижу никакой проблемы. Это не магия, а карма. — Я знаю, ясно? Но я не хочу никого ранить. Не хочу быть чем-то вроде магической бомбы замедленного действия. Жить, не зная, в какой момент я превращусь в живое оружие. Вдруг меня по работе кто-нибудь достанет, и я впечатаю их в стену? Какой тогда из меня шериф? Прямо сейчас для Эммы этот вопрос стоял очень остро. В своё время Реджина сама столкнулась с ним и, помнится, произнесла точно такие же слова. Я не хочу никого ранить.  Магия может быть доброй или злой. Эмма Свон несомненно была доброй. — Эмма, всё хорошо. Ты сможешь её контролировать. Я тебе помогу, ладно? — Как? — Мне кажется, твоя проблема в том, что ты паникуешь. Когда ты чувствуешь магию, ты — паникуешь. Ты не должна, иначе магия одержит над тобой верх. — Я не знаю, как не паниковать… меня это пугает. Реджина раздумывала, как помочь, и не придумала ничего лучше, чем показать наглядно. — Мне нужно, чтобы ты сделала кое-что для меня. — Что? — Я хочу, чтобы ты вспомнила момент из своей жизни, когда сильнее всего злилась. А потом, чтобы в красках представила его. Мне нужно, чтобы ты заново пережила эти чувства. Эмма крепко зажмурилась и сжала кулаки. — Чувствуешь искру? — спросила королева, наблюдая. — Магию? — Да, — втянула Эмма воздух через зубы. — Чувствую. — Теперь, не бойся; просто слушай мой голос. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Не позволяй ей взять над собой верх, возьми ситуацию в свои руки. Представь, что вся энергия физически перемещается в твою ладонь… — Окей, — Спасительница следовала инструкциям, и вскоре над её ладонью появился шар фиолетового дыма. — Хорошо, — похвалила она. — А теперь открой глаза и направь магию на меня, подними меня в воздух. — Нет, — возразила Эмма. — Что если я сделаю тебе больно? — Посмотри на меня. Обещаю, ты не сделаешь. — Откуда ты знаешь? — Просто сосредоточься на том, что ты хочешь сделать. Ты не собираешься причинять мне боль. Эмма открыла глаза и направила свою магию на Реджину; тело брюнетки мгновенно взмыло в воздух. Заметив шок на лице Эммы, она улыбнулась. Мгновением позже шериф опустила ладонь, и Реджина медленно коснулась ногами пола. — У меня получилось, — прошептала Эмма. — Видишь? Ты просто должна быть сильнее магии. Это не сложно, хотя в первое время сильно подавляет. Ты не привыкла и испугалась. Я тоже когда-то боялась. — По-твоему, у меня будет получаться каждый раз, когда взыграют эмоции? Я смогу просто заглушить магию? — Как бы странно не прозвучало, но сам процесс здорово похож на езду на велосипеде или на вождение машины. Когда ты осознаёшь своё влияние, всё становится намного проще. — Спасибо, — шериф расслабила плечи, отпуская напряжение и тревогу. — Ты хорошая учительница. — Полагаю, это значит, что ты снова сможешь спать в своей постели. — Наверное, — подтвердила Эмма. — Но, эм… Я думаю… Мне кажется… Реджина догадалась, что она делает: ищет предлог остаться. Она всей душой желала, чтобы нашёлся хоть один, потому что тоже не хотела, чтобы Эмма уходила. Не раздумывая ни секунды, она окутала Свон облаком дыма, магическим образом поменяв её наряд на более уместный. — Ты уже в пижаме, так что вполне можешь остаться на ночь. — Да, кажется, это единственное, что нам остаётся. Ещё одна шарада. Ещё одна ночь. Они перебрались в постель. Реджина выключила свет. Рука Эммы ещё один раз обвила талию королевы. — Спокойной ночи, Эмма. — Спокойной ночи, Реджина.

***

Ночь девятая: 8:33 PM Эмма не виделась с Реджиной четыре дня. И это убивало. Ей столько всего нужно было рассказать. Она жаждала встречи с женщиной, ставшей ей лучшей подругой. Она жаждала встречи с любимой женщиной. Эмма понимала; она любит Реджину. Она смирилась с этим и приняла, хотя и не представляла, чем это обернётся для её жизни, семьи и сына. Но понимала — такова правда. Тем не менее, Реджина ясно дала понять, что она не готова, и Эмма считала, что лучше всего отнестись к этому решению с уважением. Учитывая отрывочные сведения и фрагменты, известные ей о прошлом Реджины, она не хотела давить на неё слишком сильно. Она просто хотела поступать правильно. Эмма вошла в собственную спальню, которая выглядела совсем маленькой в сравнении с комнатой мэра. Её внимание привлекла кровать, на которой она заметила коробку, украшенную золотым бантом. Уверенная, что родители решили сделать подарок, Эмма решительно открыла её. Однако внутри обнаружилась небезызвестная синяя шёлковая пижама. На самом верху покоилась крошечная записка: можешь оставить себе. Эмма выглянула из спальни. — Мэри-Маргарет, сегодня заходила Реджина? — Нет, — ответила мать. — А что? — Ничего. Она закрыла дверь и, вернувшись к постели, рассмеялась от осознания, что Реджина использовала магию, чтобы прошмыгнуть в квартиру. Пожалуй, это самое важное приглашение, которое она когда-либо получала. Эмма закрыла глаза и перехватила контроль над магией, как учила Реджина. Представила их воссоединение. Всё прошло без сучка и задоринки. Эмма переместилась и теперь стояла на верхней площадке лестницы. На том самом месте, где всё началось. В коридоре царила темнота, не считая тонкой полоски света, пробивающейся из-под двери ванной комнаты. Оттуда изредка доносились тихие всхлипывания. Сердце Эммы рухнуло вниз, когда она поняла; Реджина плакала в ванной комнате. Бросившись к двери, она решительно постучала. — Реджина? Ты в порядке? Плач прекратился, но ответа по-прежнему не последовало. — Впусти меня или я воспользуюсь магией и войду сама. Дверь тут же распахнулась, и перед ней появилась растрёпанная мэр. — Как посмотрю, я создала монстра, — дразнила Реджина, явно пытаясь приуменьшить своё нынешнее состояние. — В чём дело? Почему ты плачешь? — Я не плачу, — твердила своё королева, несмотря на влажные дорожки на щеках. — Ты считаешь меня идиоткой? — Мне ответить честно? — Эй! — предупредила Эмма. — Хватит пороть чушь, расскажи мне, что случилось. Реджина уставилась себе под ноги. Спасительница оцепенела в ожидании ответа. Она не знала, что произойдёт дальше, но по какой-то причине всегда ждала самого худшего. — Не знаю. Просто этот дом слишком большой для одного человека. — Реджина, — она улыбнулась и осторожно приподняла голову брюнетки за подбородок. — Я тоже скучаю. — Я больше не могу спать одна. — Поверь мне, я понимаю. — Ты всё время крутилась здесь, ты заставила меня привязаться к себе. А теперь слишком тихо. Ненавижу это. — Я тоже привязалась. — Ты во всём виновата. Ты и твоя дурацкая магия. — Значит, тебе просто надо накричать на меня? Это поможет? — Может быть, позже, да. — Ладно, хорошо… Предложение в силе столько, сколько тебе понадобится. Выражение лица Реджины смягчилось. — Ты скучала по мне? — спросила она, словно только сейчас сумела осознать сказанное. — Конечно. Именно поэтому я здесь. — Правда? — Ты ещё не готова? — Не знаю, к чему я готова, но понимаю, что не готова, чтобы это закончилось. — Мне кажется, ты была права… Даже если мой разум не знал, магия всегда понимала, чего хочет сердце. Я бы никогда не узнала тебя так, как знаю, если бы магия не приводила меня сюда. — Думаешь, ты знаешь меня? — Да… Думаю, мы обе знаем друг друга. — Ты ещё очень многого не знаешь. — Ты заботишься обо мне, мы заботимся друг о друге. — Я тебе ещё многого не рассказала. Оставались вещи, о существовании которых Эмма только подозревала. Об отношениях с Корой. О браке с королём Леопольдом. О том, что она делала, будучи Злой Королевой. И она хотела знать. Знать обо всём. — Я уверена, что нам предстоит ещё многому научиться. — В конце концов, ты сбежишь. — Я даже четыре дня не смогла без тебя прожить. — Ты скучаешь по мне, потому что считаешь, что так предсказала магия? Или потому что действительно скучаешь? — Честно? Заткнись уже. Больше никаких предлогов. — Что? — Просто… Игра окончена. Ясно? Я понимаю, что страшно. Я сама чертовски напугана. Но всё это похоже на то, что ты сказала мне про магию. Мы контролируем то, что с нами происходит. Я не знаю, привела меня сюда магия из-за того, что я уже хотела тебя полюбить, или из-за того, что магия даровала мне возможность влюбиться в тебя… на самом деле мне плевать. Я просто знаю, что люблю тебя. Тебя это устраивает или нет? — Хорошо, — Реджина мягко улыбнулась. — Я готова. И прежде чем Эмма поняла, что происходит, Реджина преодолела разделявшее их расстояние и поцеловала. Вся магия Спасительницы, которую она чувствовала в себе, оказалась ничем по сравнению с силой, дарованной поцелуем, когда их губы соединились. Она не хотела останавливаться. Не хотела, чтобы их магия когда-нибудь заканчивалась.

***

Ночь пятьсот шестьдесят пятая: 2:04 AM Измученная сюрреалистичными событиями вечера, Реджина вошла в спальню. — Генри заснул? — спросила Эмма. — Пожалуйста, скажи, что да? — Думаю, да, — подтвердила она. — Но он явно не должен был пить четыре стакана газировки подряд. — Ага, мой косяк. Он чувствовал себя лишним из-за тостов, поэтому я вместо шампанского подсовывала ему газировку. — Полагаю, для сегодняшнего вечера это приемлемо. — Тебе было весело? — Больше, чем я ожидала, — призналась Реджина, когда забралась под одеяло. — Да. — Спасибо, что отстрадала вечеринку по случаю помолвки, которую ты даже не хотела. — Что-то мне подсказывает, что это не последнее мероприятие, которое мне придётся отстрадать из-за твоей семьи. — Посмотри на себя; ты же маленький кавалерист. — Тебе необязательно напоминать мне, дорогая. Удивительно, что я всё ещё люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — ответила Спасительница, прежде чем наклониться и поцеловать свою невесту. — Спокойной ночи, Эмма. — Спокойной ночи, Реджина.

***

Королева посмотрела на кольцо с бриллиантом, идеально сидевшее на пальце, которое она никогда не снимала. Она знала, что готова пройти через всё и перетерпеть всё ради Эммы Свон. И они смогут, несомненно: бороться и терпеть. Они уже смогли. Они боролись, рассказывая Чармингам про свои отношения. Они терпели осуждающие взгляды жителей Сторибрука. Они боролись, объясняя всё их сыну. В их отношениях нет ничего простого, но это и неважно. Для них всё изменилось, и в то же самое время многое осталось неизменным. Эмма по-прежнему находилась там, где и должна была. На своей стороне кровати. Своей посадочной полосе. В середине их счастливого конца.