Притяжение

Несколько дней, которые Афина и Церес провели вдвоем в маленьком домике, могли быть практически идеальными - просыпаться вместе, завтракать вместе, бродить по городу вместе. Церес была почти счастлива, если бы не запахи улиц, от которых не спасали специальные фильтры, не оборванный вид людей, встречающихся им на улицах, не гнетущая атмосфера, царящая повсюду. Афина рассказывала, что на верхних уровнях люди ходят в дорогих одеждах и пьют чистую воду, дышат свежим воздухом. Это место построено на контрастах, впрочем, как и на втором материке. Только там уже табии-тонацин вместо императора, магия вместо техники, а в целом... Не так велика разница. За ними пришли утром, двое мужчин в красных камзолах и фильтрами, кланяясь так низко, что почти касались головами пыли земли. Церес знала, что они напуганы. Что знают, кто перед ними. Хозяйка их маленького убежища даже не пришла за ключами, Афина оставила их в заранее условленном месте с небольшой суммой денег, объяснив, что женщина может попасть в неприятности, если узнают о ее участии. А приносить проблемы немногим союзникам небесного народа Афина не любила. Император находился в тронном зале, в центре дворца, размерами едва ли не превышающего весь Верлассен. Церес старалась не рассматривать окружающее так явно, ступая шаг в шаг за Ниив, присоединившейся к ним уже во дворце. Сарасвати натягивала капюшон, старательно пряча лицо, и пыталась не выделяться, чтобы не нарушить множество правил, о которых Афина упомянула лишь вскользь, а Ниив пребольно дергала за руку каждый раз, стоило Церес сдвинуться от нее хоть немного в сторону. Что поделать, если вместо изучения правил этикета, они с Афиной резвились на кровати... Хотя все внимание многочисленных вельмож было приковано не к ней - Церес редко видела Великую такой, какой ее видит подавляющее большинство. Для девушки Афина была надежной опорой, верным другом, советницей, возлюбленной. Для остальных же... Церес видела, что многие непроизвольно склоняют головы и падают на колени - не только в знак уважения, скорее от слабости и накатывающего на сознание давления. Девушка помнила, что Афина ментал, для нее нет незащищенных сознаний - и пожалела любимую женщину, которой сейчас приходилось окунаться в болото чужих тайн, интриг и ненависти. Император сидел на троне, который показался Церес настоящим пыточным инструментом-слишком много железа, чтобы быть удобным. Мужчине модно было дать лет двадцать восемь, тридцать максимум. Густые черные волосы, почти не тронутая светилом бледная кожа, тонкие губы, черная с серебром военная форма- Церес видела перед собой жесткого и привыкшего править железной рукой человека. Почему? Когда Великая подошла к трону, стоять на ногах остался лишь аэр, стоящий возле императора - который поднялся с трона, и, к трепету Церес, тоже опустился на колени. Это выглядело почтительно, но оставило осадок издевки в душе девушки. - Рад приветствовать Глас божества в своих землях. Его голос был пуст, как обертка от конфеты. Интересно, какие чувства испытывала Великая под своей маской? -Я прибыла за Дарами, Верджил, - прошелестел голос Афины. -Нет чести большей, чем служить божеству. Фразы были столь же пусты. Император кивнул в сторону двери у трона, которую Церес не заметила сразу. -Дары ждут, Глас. Он встал с колен, как старик, или как несущий тяжкий груз, и направился в ту сторону первым, демонстрируя незащищенную спину. Церес и Ниив последовали за Афиной. В светлой комнате, которая могла служить залой для собраний, не было ничего, что могло бы служить комфорту ее обитателей - глухие стены без окон, чадящий свет масляных светильников, серые стены. В центре, сбившись в стайку, сидели вперемешку юноши и девушки, некоторые еще не вышедшие из возраста детства. При вошедших они тут же встали, чтобы выстроиться в ряд. Беззвучно, с пустыми лицами и будто приклеенными или нарисованными улыбками. Десять человек, три юноши и семь девушек, были одеты в праздничные платья и костюмы, будто собирались идти на бал или званный вечер-на некоторых девушках даже были украшения, а волосы собраны в элегантные прически и перевиты лентами или сверкающими в неровном свете комнаты камешками. Афина прошла вдоль этого ряда, указав лишь на одну: - Эту мы заберем сейчас. За остальными пришлю челноки к утру. - Мы собрали не тех? - Верджил сжал руки в замок.-Глас недовольна? - Вы с каждым годом пытаетесь провернуть эту аферу, когда четко указаны категории даров, Верджил. Наша Мать будет расстроена, узнав, что ваши вельможи выдают за своих детей сирот, забирают детей у своих же подчиненных, чтобы самим избежать чести предоставить Дар. -Она указала на выбранную девушку.- Этот бракованный материал даже не принадлежит вам, ее приготовили в лаборатории, как интересное блюдо. -Я не... -Надеюсь, вы разберетесь с подобным впредь, Верджил. -Непременно,- в голосе императора был подписанный приговор тем, кто нарушил его приказ, пожалев детей. Империя стоит благодаря благосклонности небесного народа, а не прорвавшихся к власти вельмож, думающих, что подмена не будет замечена и наказана.-Как нам загладить... -Тысяча. Одно слово упало в абсолютную тишину. Император стал бледнее, Ниив взяла Церес за руку, больно сжав, чтобы сарасвати вела себя все так же тихо. Только ряд Даров был все так же безучастен, словно их опоили. -Глас... -По сто юношей и девушек с каждого города. Здоровых и невинных. Я дам еще один день, к концу которого в центральных точках городов будут ждать челноки. -Начнутся восстания! Тысяча детей...это... Афина повернулась к нему всем корпусом, шипя не хуже чистокровных аэров, что выдавало Церес ее бешенство. -В этом Даре, - Великая дернула за руку выбранную девушку,-течет наша кровь. Наша! Кровь! А означает это... Император упал бы, если бы не тот самый беловолосый аэр, что стоял за его троном. -Это озссначает, что империю могут сссравнять сссс пессском. -Я разберусь.-Верджил оттолкнул руку советника.- Кровь небесного народа священна, и мы заплатим любую цену. Тысяча девственных Даров будет готова к назначенному сроку.-Он повернулся к советнику.- Собирай Большой совет. И пригласи карателей, чувствую, что без палачей мы не обойдемся. Глас, империя благодарит за отсрочку и милость. Мы клялись в верности, и заплатим за свою ошибку. -Это все, что я хотела услышать. -Афина развернулась к выходу, делая знак своей свите следовать за ней.