Истинный дом

Стив Роджерс никогда не был трусом. Даже в то время, когда он был тощим и слабым парнем из Бруклина, то всегда принимал бой (да, и неважно, что всегда проигрывал). Но самое главное, Стив всегда был смелым и никогда не сдавался, пасовать перед трудностями — точно не его стиль. До недавнего времени. Сейчас он немного нервно расхаживает по комнате, искоса бросая взгляды на Брюса и Наташу, которые стоят чуть поодаль и полностью поглощены беседой. Поза Наташи абсолютно расслаблена и на лице мягкая улыбка, которая появилась совсем недавно. Брюс напротив, кажется, немного напряжен и застенчив. С чего вдруг он вообще решил вернуться сейчас, в самый неподходящий момент? Мстители только что расправились с очередной угрозой в другом полушарии, получили очередной нагоняй от ЩИТа за то, что были как и всегда, довольно неаккуратны. И вот теперь, Тони, устроил небольшую вечеринку (или совсем не «небольшую»), и Стив… Стив Роджерс ну совсем не рад этому празднику с того самого момента, когда Брюс вдруг появился из ниоткуда и забрал у него Наташу. Они приехали вместе, Стив заехал за ней штаб-квартиру Щита и напарники отправились именно сюда… Будто бы они были парой?.. Нат. Ему нравится называть ее так, пробуя такое знакомое имя на вкус, да и вообще, представляя иногда, что только он имеет право называть ее так. Иногда. Совсем редко. Ну ладно, может быть, немного чаще, особенно в последнее время. Это началось давно, может быть, с момента их знакомства. Стив Роджерс был родом совершенно из другой эпохи, когда женщины и девушки были совсем иными: более мягкими, нежными, аккуратными, застенчивыми и довольно скромными. Можно было пригласить их на танцы, прогуляться, подарить цветы или несмело поцеловать в щеку. Конечно, война наложила свой отпечаток на молодых людей и того времени, люди стали более откровенными и торопливыми, но эпоха… эпоха была совершенно иной. Пэгги была его первой и, как он тогда думал, единственной любовью. Веселая, аккуратная, милая и естественная, чуть застенчивая, но в то же время сильная, стойкая и очень смелая. Это было по настоящему, и… И он проснулся через семьдесят лет. Проснулся в совершенно незнакомом и чужом мире, который казался полным хаосом и поначалу никак не поддавался пониманию. Интернет, технологии, новые изобретения, непонятная суетливость, быстрота и торопливость, хаос в жизни — все это было чуждо, непонятно и тяжело, тяжелым для понимания. Те, кого он знал, ушли и только он, Стив Роджерс, Капитан Америка, остался в этом новом и абсолютно непонятном мире, потому что не мог его оставить. У Капитана Америки была цель — защищать людей и помогать бороться со злом. Иначе он и не мог. Наташа Романофф была совсем другой, абсолютно иной девушкой, не такой, какими он привык их видеть. Сильная, никогда не показывающая своей слабости. Хитрая, никогда не показывающая своей глупости. Опасная, никогда не показывающая страха или сомнения. Замкнутая, никогда не говорящая, что у нее действительно на сердце. Абсолютно прямолинейна, часто идущая напролом, не знающая отказа, берущая то, что просто хочет здесь и сейчас. Такой сделали ее «создатели» много лет назад и такой она представала перед всеми, кто знал Наташу Романофф, Черную Вдову, элитную шпионку, одну из лучших на этой планете. Хотя, наверное, даже самую лучшую. Она интриговала, и поначалу Стив не понимал свою напарницу. Их знакомство произошло несколько лет назад, во время спасения мира (ну, а как иначе?). Со временем это переросло в нечто… непонятное. Они были близкими друзьями, товарищами по команде, Мстителями и очень, очень редко, были просто Стивом и Наташей, когда позволяли себе расслабится и поймать мгновение настоящей и реальной жизни, почувствовать, что они обычные люди… Стив не может опьянеть сильно, он давно и прекрасно это знает. Сейчас окидывает взглядом помещение и пытается найти безопасное и более-менее спокойное местечко, чтобы привести мысли в порядок. Наташа никогда особо не рассказывала ему о своей личной жизни, да и вообще, это не его дело. Или его? Стив уходит в сторону от бушующей толпы гостей на балкон, и теперь через стекло может наблюдать необъятный и завораживающий вид ночного города, его родного города. Странно, но несмотря на то, что сейчас Нью-Йорк имеет совершенно другой вид, чем десятилетия назад, Капитан Америка по-прежнему чувствует, что это его дом, и что город — его родной город. И Наташа… Его родной человек. Это глупо, это неправильная и опасная мысль, но ничего нельзя с ней поделать — в последние месяцы такие размышления посещают все чаще и чаще. Когда они возвращаются с миссии усталые и измученные, когда она сидит рядом и иногда чуть откидывается назад, устало разминая шею или пытаясь принять удобную позу. Когда они сидят вдвоем и иногда просто молчат, а иногда Наташа просто начинает смеяться над ним, насмехаясь над неумением самого Капитана Америки разблокировать новейший современный смартфон, или над незнанием того или иного современного слова (да, да, ему еще очень и очень долго нужно изучать современный мир и осваиваться в нем). Когда Нат сосредоточенно поджимает губы и нахмуривается, слушая не очень приятные новости. Потом обычно они переглядываются и понимают друг друга без слов: так и должно быть, ведь они — команда, от действий которой зависит очень и очень многое. Или когда Нат смеется, что бывает очень и очень редко. У нее красивая улыбка, озорной смех и искрящийся светом взгляд в такие очень редкие мгновения. Стив Роджерс ловит себя на мысли о том, что все дольше задерживает взгляд на своем друге, пытаясь проводить с ней как можно дольше времени. Но она, кажется, и сама не против, потому что часто приходит к нему с коробкой пиццы (это новшество ему очень нравится в современном мире), парой бутылок холодного пива и они просто сидят на диване, смотря какой-нибудь очередной супергеройский фильм. Они точно, абсолютно точно, друзья на данный момент, хорошие друзья, и понемногу продолжают открываться друг другу. Проблема в том, что Стив хочет большего. Он хочет пригласить ее на свидание (да-да, он безумно старомоден и даже можно так сказать, скучноват). Наташа заслуживает к себе наилучшего отношения, заслуживает внимания, нежности и заботы, заслуживает долгих прогулок, цветов и ухаживаний. Заслуживает человека, который бы давал ей все самое лучшее и помогал ей открываться с разных сторон, помогал пережить тяжелое прошлое и верить в более счастливое будущее. Он бы хотел поцеловать ее сначала медленно и мягко, пытаясь прочувствовать каждое прикосновение и каждый ее вздох. Он бы хотел обнимать ее, когда они смотрят фильмы на диване, и чтобы каждый знал, что у нее есть мужчина. Как вот Брюс, к примеру. — Эй, Кэп, ты что здесь спрятался? — знакомый и самый приятный голос в мире звучит совсем рядом. Моргнув, Стив поворачивает голову и видит Нат, стоящую совсем рядом с бокалом шампанского в руке и смотрящую на него внимательным взглядом, — никак, Тони тебя уже утомил? Она сегодня особо потрясающе красива в светло-бежевом платье, с мягкими локонами и яркими пухлыми губами. И в этот самый момент Стив Роджерс может понять, что он… он влюблен в нее. Так просто и так ужасающе тяжело одновременно, но понятие обрушивается мгновенно, и затем следует безоговорочное принятие этого факта. — Я просто хотел немного передохнуть, Нат, — прозвище легко слетает с губ и он с удовольствием видит, что она чуть улыбается уголками губ после этого, — знаешь ведь, я не особо люблю такие мероприятия. Она просто встает рядом и некоторое время оба молчат, теперь уже вдвоем глядя на потрясающую панораму ночного города, которая открывается с такой высоты. Стив очень остро ощущает присутствие рядом, чувствуя, как ее плечо мягко касается его тела. — Что рассказывает Брюс? — он должен задать этот вопрос, иначе просто нельзя. — О, ничего особенного, — легко и быстро отвечает она, — работают с Тони над какой-то новой технологичной фигней. Они умные, оба, я бы даже сказала, слишком умные, — чуть усмехается в конце фразы и делает глоток из бокала. Внезапно ему кажется, что ей холодно стоять здесь, потому что они сейчас находятся на открытом балконе. — Эй, тебе холодно? — он ошарашивает Наташу своей активностью, когда быстро снимает с себя пиджак и накидывает ей на плечи. Она кажется такой худой и маленькой по сравнению с ним, поэтому мгновенно тонет в большой одежде, — вот, так тебе будет теплее, — а потом он задерживает свою руку на ее запястье слишком долго, чтобы можно было сказать, что это было просто… ну, по-дружески. На секунду она поднимает на него взгляд своих красивых и бездонных глаз, и что-то мелькает на лице женщины, стоящей прямо напротив него. Потом она опять улыбается (Стив гордится тем, что именно он опять смог заставить ее улыбнуться) и говорит немного нахальным голосом: — Джентльмен, капитан, ты настоящий джентльмен. В наше время сейчас такие и не водятся. — Ты достойна самого лучшего, Ната, — слова вырываются прежде чем Стив может обдумать фразу и он мысленно ругает себя. И да, у него немного горят уши. Оба одновременно поворачиваются и продолжают смотреть на ночной город. — Я тоже устала от этого праздника, Стив, — негромко говорит Ната через некоторое время, — может, лучше уехать? — Возьмем пиццу? — несмело предлагает он, — пиво? Посмотрим фильм? Оставим Тони почивать на лаврах, ведь он обожает такие зрелищные и масштабные вечеринки. Пусть всеобщее внимание достанется только ему одному. — Хорошая идея. Может быть, удастся спокойно провести пару дней дома, пока Фьюри не придумал очередную задачку… Сегодня удача благоволит к Стиву, потому что когда он предлагает ей руку, чтобы спустится по ступенькам, Ната мягко подает ему свою ладонь. Они всего лишь держатся за руки, уходя с шумного праздника, а Стиву уже кажется, что весь мир лежит у его ног.