Истинный дом

— Ты же всерьез не думал, что я не смогу найти вас? Такой знакомый и родной голос звучит в темноте, Стив мгновенно расслабляется, отбросив щит в сторону. Нат. Нашла его. Она здесь. Наташа абсолютно тихо, с грацией пантеры, выныривает из темноты, и теперь лунный свет падает прямо на лицо женщины, которая сейчас выглядит очень довольной. Они в джунглях Ваканды, в сотнях тысяч миль от Нью-Йорка и найти их здесь было бы настоящим чудом. ТʼЧалла предоставил убежище на абсолютно неопределенный срок, и сейчас, по происшествии нескольких недель, Стив понимает, что по-прежнему просто топчется на месте. Он находился в надежном убежище, под отличной защитой, и… От кого ему нужно защищаться? От Наташи, по которой безумно скучает все это время? От Тони, который был его другом? От Ванды, которую начал воспринимать как младшую сестру? Этот чертов раскол между некогда единой командой заставил Стива потерять то, что он уже никогда и не надеялся обрести вновь — семью. Они были его семьей и его опорой, друзьями и союзниками. С ними он смог прийти в себя после длительной заморозки во льдах, приспособится к новому порядку, вновь начать понимать себя и свое место в этом немного безумном и хаотичном мире. Но Тони, чертов Тони не понимал, что и Баки был его семьей, что тот был его другом, которому нужна была помощь, а не смерть во имя мести. Месть застилала теперь разум Железного Человека, а это, пожалуй, был самый опасный советчик, заставляющий делать опасные и абсолютно ненужные вещи. Теперь и Баки оставил его, но Стив понимал друга и поддерживал это решение. Нельзя и представить каково это: жить под постоянным страхом и пониманием, что в любой момент твой мозг просто-напросто «выключится» и ты будешь делать то, что никогда не хотел. И вот теперь Стив был здесь, обдумывая свои дальнейшие действия и судьбу. Ната не пошла с ними. Это был тяжелый удар и осознание того, что она имеет право на это, имеет право на свое мнение и понимание ситуации. С ее прошлым она поддерживала Тони, думая, что так будет правильно. Но если в настоящий момент на Железного Человека Стив был зол, но по Наташе он скучал, слишком сильно и слишком долго. Осознание того, что она — его родной и самый близкий человек в этом мире — росло и крепко с каждым днем. Он был рядом, когда Брюс ушел и оставил ее, Черную Вдову, грустить от того, что она просто однажды решила стать счастливой и нормальной, обычной, дать себе шанс на счастье и некоторое умиротворение. Он помогал справиться со всем этим и ненавидел Брюса за трусость и желание сбежать от нее. Как можно было уйти от Наташи, когда та сама начала кому-то открывать свое сердце? Долгими вечерами они проводили время на базе Мстителей, тренируя новичков и находя в этом какой-то странный и немного изощренный смысл жизни. Связь становилась все сильнее и оба уже не представляли себя без другого, без напарника и друга. Со временем Ната оправилась, и ее поведение вновь стало обычным: задорным, нахальным и немного развязным. Смешно подумать, что когда-то ему это не нравилось или ее пошлые шуточки доставляли дискомфорт. Они были просто… ну… — Наташа, — говорит Стив всего одно слово и прежде чем может подумать, резко делает шаг вперед. Он хочет ее обнять и просто удостоверится, что та здесь… Что его удивляет еще сильнее, так это то, что Нат сама практически бросается его обнять. Под действием эмоций, под властью какого-то непонятного наваждения, оба одновременно делают по небольшому шагу друг к другу, а потом Кэп чувствует, как ее руки сомкнулись вокруг его шеи. Это объятие совсем другое. Они и раньше обнимались, она даже поцеловала его в качестве прикрытия (конечно, он постоянно помнил об этом), она обняла его после смерти Пэгги, там, в Лондоне. Но это… Это было совсем по-другому. Нечто совсем близкое, интимное и значимое. Ее тело кажется таким маленьким и худым в его больших объятиях, но Стив только еще крепче прижимает ее к себе. Чувствовать мягкий запах, исходящий от волос, слышать дыхание, медленное и неторопливое… И чувствовать, как всегда сильная и не показывающая своих эмоций Нат сейчас уткнулась лицом в его грудь и замирает, наслаждаясь моментом. Непонятно, сколько они там простояли, полностью потерявшись во времени и пространстве. Оба чувствуют немного странное и пока что немного непонятное умиротворение, спокойствие и тепло. Это странное чувство надежности и тепла немного пугает Наташу, особенно в последние месяцы. И она точно понимает, что это такое чуждое пока что для нее чувство она испытывает только рядом с ним, со Стивом, ее лучшим другом, напарником и вроде бы просто коллегой по работе… Но вот сейчас она преодолела тысячи миль и проделала огромную работу, чтобы найти Стива и попасть именно сюда, к нему. Потому что тоже очень скучала. Они медленно размыкают объятия, и она немного отстраняется, будто бы сама напугана своей непонятной открытостью и эмоциональностью. Она же Наташа Романофф, Черная Вдова, сильная, холодная и закрытая, всегда собранная и готовая к бою… — А ты здесь неплохо устроился, Кэп, — в голос возвращается небольшая ирония и подтекст издевки, — надо же, за тебя не стоит даже переживать. — А ты переживала, Нат? — с улыбкой, но в тон ей быстро отвечает Стив. — А почему думаешь, я забралась сюда? Тут жарко, душно, и слишком много противных насекомых! — он не может точно увидеть этого в темноте, но точно знает, что она поджала сейчас губы, — итак, чем угостишь гостью? Через некоторое время оба сидят на полу, прислонившись спинами к дивану, и пьют пиво. Совсем как там, дома, в Нью-Йорке, давным-давно. — Как держишься? — на этот раз в ее голосе только искренний интерес и забота. За это он ее и любит, за то, что рядом с ним Наташа открывается и позволяет ему иногда видеть ее настоящую. — Хорошо, — честно отвечает Стив, делая небольшой глоток из бутылки, — честно говоря, я застыл на месте и не знаю, куда двигаться дальше. Баки попросил пока изолировать его, потому что его мозг не принадлежит только ему. — Тони настроен серьезно, — женский голос звучит по-настоящему озабоченно, — я пытаюсь на него воздействовать, потому что мы начали не с того, абсолютно не с того. Но он… Ты же знаешь Старка. — Знаю. А ты знаешь и меня — я никогда не отступлюсь от дела, которое считаю праведным. — Это мне в тебе и нравится, — чуть усмехается Ната в ответ и тоже отпивает немного пива. Сегодня необычный вечер и Кэп чувствует, что может сказать все, что угодно. Их окружает странная и неестественная тишина, которой никогда не бывает в шумном мегаполисе. Но сейчас тишину джунглей Ваканды нарушают только редкие звуки ночного леса, да крики птиц. — Тяжело было найти меня? — Нет. Проблема была в том, захочешь ли ты меня увидеть, — нарочито небрежным тоном говорит Наташа, чуть пожимая плечами рядом с ним. — Что? Как тебе вообще такое в голову пришло, Нат? Они поворачиваются друг к другу лицами, и теперь Стив видит в ее глазах то, что видел только однажды, после разговора с Брюсом за барной стойкой — уязвимость. Уязвимость, позволяющую раскрыться хоть немного и дать волю своим чувствам, иногда все же пробивающимся сквозь броню. — Ты же Капитан Америка. Умный, сильный и до ужаса справедливый. Сам только что сказал, что не отступишься от дела, которое считаешь правым. А я на другой стороне и… — Наташа, — его голос звучит хрипло и немного отрывисто, когда Стив просто протягивает руки и берет ее ладонь, заставляя Черную Вдову широко открыть глаза и уставиться на него, — я всегда буду с тобой, поверь. Не смотря ни на какие стороны в этом мире, ты — моя семья. Даже не думай, что я был бы не рад тебя увидеть. Всегда. Абсолютно точно. Она смотрит на него, не отрываясь, пытаясь найти в этих словах фальшь или издевку? Но видит только честность и искренность, а также эмоции, настоящие эмоции. Взгляд Стива излучает поддержку и полное доверие, и… И невозможно не заметить, как его глаза несколько раз останавливаются на ее губах. Мысль, приходящая в голову, ошарашивает Наташу, но буквально через секунду кажется абсолютно логичной и правильной. Почему? Да потому что… Потому что это Стив. Стив, который, кажется, хочет ее поцеловать. Ее. Стив и Наташа. Звучит так странно и одновременно дико. И она не против. Потом будет разбираться в том, что это значит, или не значит, или могло бы значить. А может, и не будет разбираться, а вычеркнет или забудет, или сделает вид, что ничего и не было, так ведь проще и привычнее, и легче жить дальше. И сейчас есть только Стив рядом, который просит разрешение своим взглядом, медленно наклоняясь к ее губам. И в чьих глазах она видит чувства, чувства и эмоции, направленные только на нее и для нее, то, чего как кажется, она никогда и не видела… А потом есть только его губы, мягко целующие ее. Слишком нежное и аккуратное прикосновение губ, неторопливое, будто бы он пробует ее на вкус и пытается привыкнуть, пытается принять то, что это, наконец-то произошло. И Наташа отвечает, в глубине души внезапно ужасно начиная нервничать и боятся, что сделает что-то не так… Ее никто так не целовал. Так нежно, аккуратно и неторопливо, будто бы боясь, что она может рассыпаться на тысячу мелких осколков. Обычно все просто пользовались ею, или сама Наташа пользовалась кем-то, ища физическое удовлетворение и облегчение от проблем или стресса. И вообще, мало кто мог бы похвастаться тем, что целовал Наташу Романофф… Но Стив есть здесь и сейчас и он просто… Он точно нечто большее… Когда они отрываются друг от друга, то его ладонь мягко опускается на щеку, нежно поглаживая большим пальцем по лицу. Наташа видит в его глазах нежность и мягкость, определенный намек на что-то огромное и сильное, но на то она и Черная Вдова, поэтому сразу же говорит немного резковатым тоном: — Я не останусь, даже не прости, Стив. Мне нужно уйти через несколько часов. — Я знаю, Нат. Просто, побудешь еще, окей? — Конечно, Стив. Они сидят там еще несколько часов, просто разговаривая и пытаясь хоть немного понять, куда вообще может привести этот длинный, непонятный и очень тернистый путь. Все зашло в какой-то ужасный тупик, из которого пока не видится никакого выхода. Но сейчас только они, вдвоем, сидящие здесь, в джунглях Ваканды и имеющие небольшой и краткий момент покоя. Когда она уходит, то больше не обнимет его, будто бы боясь, что внезапно может передумать и вдруг остаться, бросить все и скрываться в бегах, исчезнуть? Как когда-то давным-давно думала сделать это с Брюсом (боже, какая наивность!). В глубине души Наташа знает, что это абсолютно неправильно, и она так не сделает. Но Стив… Стив чуть пожимает ее руку и говорит на прощание: — Будь осторожна, Нат. Ты знаешь, на что способны эти люди. — Взаимно, Кэп. Она уходит, точно зная, что еще вернется. Он провожает ее взглядом и думает о том, что это похоже на быстрый и такой чудесный сон. И ему так не хотелось бы просыпаться.