Сюрприз к Рождеству.

      Когда Лили вернулась вместе с Гарри, Люпин, о чем-то задумавшись, гипнотизировал стену, а Джеймс и Сириус о чём-то тихо переговаривались. — О чём болтаете? — спросила миссис Поттер, усаживаясь на диван вместе с сыном. — Обсуждаем прочитанные главы, -ответил её муж. — Продолжаем? — Да, — кивнула девушка, беря книгу. — «ХРАНИТЕЛЬ КЛЮЧЕЙ БУМ! — снова раздался грохот. Дадли вздрогнул и проснулся. — Где пушка? — с глупым видом спросил он.» — У него всегда глупый вид, — хмыкнул Блэк. — Кстати, что такое пушка? — Оружие такое, — ответила Лили. — «В дверном проеме стоял великан. Его лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, но зато были видны его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки.» — Хагрид? — удивился Поттер. — А ещё поглупее никого не нашли? — Этого следовало ожидать, — вздохнул оборотень. — Его и в ту ночь за Гарри послали, и в этот раз… Традиция, что ли… — « — Ну-ка подвинься, пузырь, — приказал незнакомец.» — Никаких манер, — фыркнул Сириус. _ « — Вы кто? Великан хохотнул. — А ведь точно, я и забыл представиться. Рубеус Хагрид, смотритель и хранитель ключей Хогвартса. Он протянул огромную ладонь и, обхватив руку Гарри, энергично потряс ее. — Ну так чего там с чаем? — спросил он, потирая руки. — Я… э-э… и от чего-нибудь покрепче не отказался бы, если… э-э… у вас есть.»— она остановилась. — Ему ребёнка доверить нельзя! Покрепче! Умнее никого не нашли?! — Лилс, успокойся, — попросил Сириус.       Вздохнув, девушка вернулась к прочтению книги. — « — Вы мне тут чего хотите сказать? — прорычал он, обращаясь к Дурслям. — Что этот мальчик — этот мальчик! — ничегошеньки и не знает о том, что… Ничего не знает ВООБЩЕ? Гарри решил, что великан зашел слишком далеко. В конце концов он ходил в школу и не так уж плохо учился. — Кое-что я знаю, — заявил он. — Математику, например, и всякие другие вещи.» — Это не то, — покачал головой Лунатик. — И, вообще, на что рассчитывал Хагрид? — Вопрос риторический, — усмехнулся Сохатый. — « — Так вы знали? — недоверчиво спросил Гарри. — Вы знали, что я… что я волшебник? — Знали ли мы?! — внезапно взвизгнула тетя Петунья. — Знали ли мы? Да, конечно, знали! Как мы могли не знать, когда мы знали, кем была моя чертова сестрица! О, она в свое время тоже получила такое письмо и исчезла, уехала в эту школу и каждое лето на каникулы приезжала домой, и ее карманы были полны лягушачьей икры, а сама она все время превращала чайные чашки в крыс. Я была единственной, кто знал ей цену, — она была чудовищем, настоящим чудовищем! Но не для наших родителей, они-то с ней сюсюкались — Лили то, Лили это! Они гордились, что в их семье есть своя ведьма!»       Книга выпала из рук бывшей Эванс, по её щекам катились слёзы. Люпин взял у неё ребёнка. Сириус пошёл за успокоительным, а Джеймс что-то шептал ей на ухо. — Держи, — Бродяга протянул ей зелье.       Поттер благодарно кивнула и одним глотком осушила склянку. Сириус подобрал книгу. — Я продолжу, — обратился он к Сохатому, и тот кивнул. — « — Нет… не знаю я, как оно пишется. Ну ладно… э-э… Волан-де-Морт, — выдавил наконец Хагрид, передернувшись. — И больше не проси меня, ни за что не повторю. В общем, этот волшебник лет так… э-э… двадцать назад начал себе приспешников искать. И нашел ведь. Одни пошли за ним, потому что испугались, другие подумали, что он властью с ними поделится. А власть у него была ого-го, и чем дальше, тем больше ее становилось. Темные были дни, да. Никому нельзя было верить. Жуткие вещи творились. Побеждал он, понимаешь. Нет, с ним, конечно, боролись, а он противников убивал. Ужасной смертью они умирали. Даже мест безопасных почти не осталось… разве что Хогвартс, да! Я так думаю, что Дамблдор был единственный, кого Ты-Знаешь-Кто боялся. Потому и на школу напасть не решился… э-э… тогда, по крайней мере. А твои мама и папа — они были лучшими волшебниками, которых я в своей жизни знал. Лучшими учениками школы были, первыми в выпуске. Не пойму, правда, чего Ты-Знаешь-Кто их раньше не попытался на свою сторону перетянуть… Знал, наверное, что они близки с Дамблдором, потому на Темную сторону не пойдут. А потом подумал: может, что их убедит… А может, хотел их… э-э… с дороги убрать, чтоб не мешали. В общем, никто не знает. Знают только, что десять лет назад, в Хэллоуин, он появился в том городке, где вы жили. Тебе всего год был, а он пришел в ваш дом и… и…» — Сириус, читай дальше. Не останавливайся, — тихо произнёс Рем, видя желание друга остановиться. — « — Ты меня извини… плохой я рассказчик, Гарри, — виновато произнес Хагрид. — Но так грустно это… я ж твоих маму с папой знал, такие люди хорошие, лучше не найти, а тут… В общем, Ты-Знаешь-Кто их убил. А потом — вот этого вообще никто понять не может — он и тебя попытался убить. Хотел, чтобы следов не осталось, а может, ему просто нравилось людей убивать. Вот и тебя хотел, а не вышло, да! Ты не спрашивал никогда, откуда у тебя этот шрам на лбу? Это не порез никакой. Такое бывает, когда злой и очень сильный волшебник на тебя проклятие насылает. Так вот, родителей твоих он убил, даже дом разрушил, а тебя убить не смог. Поэтому ты и знаменит, Гарри. Он если кого хотел убить, так тот уже не жилец был, да! А с тобой вот не получилось. Он таких сильных волшебников убил — МакКиннонов, Боунзов, Прюэттов, а ты ребенком был, а выжил.» — Да, выжил. Но каково жить без родителей? — « — Хороший вопрос, Гарри. Исчез он. Растворился. В ту самую ночь, когда тебя пытался убить. Потому ты и стал еще знаменитее. Я тебе скажу, это самая что ни на есть настоящая загадка… Он все сильнее и сильнее становился и вдруг исчез, и… эта… непонятно почему. Кой-кто говорит, что умер он. А я считаю, чушь все это, да! Думаю, в нем ничего человеческого не осталось уже…, а ведь только человек может умереть. А кто-то говорит, что он все еще тут где-то, поблизости, просто прячется… э-э… своего часа ждет, но я так не думаю. Те, кто с ним был, — они на нашу сторону перешли. Раньше ведь они… эта… как заколдованные были, а тут проснулись. Вряд ли бы так вышло, будь он где-то рядом, да! Хотя большинство людей думают: он где-то тут, только силу свою потерял. Слишком слабый стал, чтоб дальше бороться и все завоевать. В тебе было что-то, Гарри, что его… э-э… сломало. Чтой-то приключилось той ночью, чего он не ждал, не знаю что, да и никто не знает…, но сломал ты его, это точно.» — Удивительное везение. Гарри выжил, а он исчез… — прошептала Лили, утирая слёзы. — Это не везение, дорогая, — сказал Джеймс. — Я не решаюсь сказать, кому повезло больше: нашему сыну или Тёмному Лорду… — Ты о чём? — Понимаешь, Лилс, — начал Бродяга, тщательно подбирая каждое слово. — Дело в том, что Тёмный Лорд нарушил договор… — Сириус, ты о чём? — оборотень был в том же недоумении, что и миссис Поттер. — Волан-де-Мор создал крестражи. Крестраж — это предмет, куда волшебник заключает часть своей души. Это своего рода гарантия его возвращения… — Когда Тёмный Лорд пришёл убить Гарри, ты закрыла сына собой, -продолжил за друга Джеймс, — тем самым призвав в свидетели древнюю магию. Она стала как бы свидетелем… Тёмный Лорд подписал договор, приняв твои правила игры. — Убив тебя, он не остановился. Когда его Авада полетела в Гарри, сработал твой неосознанный Обряд Жертвы и заклятие ударило по самому Волан-де-Морту, так как он нарушил договор…        Люпин и Лили были потрясены. Чтобы понять и принять всю полученную информацию, им потребовалось несколько минут. — Откуда вы это знаете? — спросил шокированный оборотень. — Мы — чистокровные волшебники из древних родов. Нам положено такое знать, — ответил Сохатый. — Джеймс, это правда? — спросила Лили. — Да. Но давайте этот разговор на потом… — Согласен, — поддержал друга Блэк и перелистнуть страницу. — « — Я НЕ БУДУ ПЛАТИТЬ ЗА ТО, ЧТОБЫ КАКОЙ-ТО ОПОЛОУМЕВШИЙ СТАРЫЙ ДУРАК УЧИЛ ЕГО ВСЯКИМ ФОКУСАМ! — прокричал дядя Вернон.» — На его одном учебном счету больше денег, чем на всех твоих вместе взятых, — фыркнул Поттер. — Это всё, — вздохнул Сириус. — Дальше ничего интересного нет. А то, что Хагрида исключили, мы и так знаем…