Сюрприз к Рождеству.

      В фамильном поместье Поттера в первые за много лет кипела жизнь. Люпин и кузина Сириуса методично перерывали библиотеку. Лили укладывала сына спать, а Бродяга под присмотром Сохатого писал письмо матери. Когда Блэк и Поттеры покончили со своими делами, они направились в библиотеку. Андромеда, чтобы отвлечься от древних пыльных фолиантов, вызвалась прочитать следующую главу книги про Гарри Поттера. — «РАСПРЕДЕЛЯЮЩАЯ ШЛЯПА Гарри услышал какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная. Тетя Петунья сразу бы выкинула такую на помойку. „Интересно, зачем она здесь? — подумал Гарри. В голове его сразу запрыгали сотни мыслей. — Может быть, надо попытаться достать из нее кролика, как это делают фокусники в цирке?“» — Интересное предположение. Но неверное, — усмехнулся Сириус. — « — Значит, каждому из нас нужно будет всего лишь ее примерить? — прошептал Рон. — Я убью этого вруна Фреда, ведь он мне заливал, что нам придется бороться с троллем.» — Не стоило ему верить, — покачал головой Сохатый. — Близнецы — приколисты. — « — Гермиона Грэйнджер! Судя по всему, Гермиона, в отличие от Гарри, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу. — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа.» — Трудно ей там будет, — покачал головой Джеймс. — Ей бы лучше в Когтевран идти. — Не примут её, — согласился Сириус. — Но меня же приняли, — пожала плечами Лили. — Ты не выставляла свои знания на показ и не пыталась всех поучать, — отозвался её муж. — А Гриффы слишком безрассудны. Она будет для них зазнайкой и зубрилкой. — «„А что, если Шляпа решит, что я не подхожу ни для одного из факультетов?“ — подумал он.» — Тогда бы тебе не прислали письмо, — усмехнулся Лунатик. — «Когда вызвали Малфоя, он вышел из шеренги с ужасно важным видом, и его мечта осуществилась в мгновение ока — Шляпа, едва коснувшись его головы, тут же заорала: — СЛИЗЕРИН!» — Этого следовало ожидать, — хмыкнул Поттер — « — Гм-м-м, — задумчиво произнес прямо ему в ухо тихий голос. — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить? Гарри крепко вцепился обеими руками в сиденье табурета. „Только не в Слизерин, — подумал он. — Только не в Слизерин“.» Но почему? Очень достойный факультет. — Пропаганда «Слизерин плохой», — сказал Люпин. — Никому невыгодно, чтобы знаменитость там училась. — « — Ага, значит, не в Слизерин? — переспросил тихий голос. — Ты уверен? Знаешь ли, ты можешь стать великим, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно… Так что — не хочешь? Ну ладно, если ты так в этом уверен… Что ж, тогда… ГРИФФИНДОР!» Знаете, этого следовало ожидать… — Ты о чём? — не поняла Лили. — О Слизерине, — пояснила миссис Тонкс. — Многие поколения Блэков учились на этом факультете. Да, и Поттеры всегда были не так просты… — Поттеры? А они тут при чём? — Они никогда не выставляли свою жизнь на показ. Они всегда прекрасно знали на какие рычаги надавить, чтобы получить желаемое. А когда Карлус Поттер женился на Дорее Блэк, наследие обоих родов смешалось. Последующие поколения будут очень сильными. — Меда права. Поттеры всегда были осторожны, — кивнул Джеймс. — А когда моя мать вышла замуж за моего отца, осторожность Поттера и хитрость Блэка соединились. — Поэтому мы никогда не попадались, — улыбнулся Бродяга. — « — Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!»       Все рассмеялись. — « — Он… он немного ненормальный? — неуверенно спросил Гарри, обращаясь к сидевшему слева от него Перси. — Ненормальный? — рассеянно переспросил Перси, но тут же спохватился. — Он гений! Лучший волшебник в мире! Но, в общем, ты прав, он немного сумасшедший.» — Он, действительно, ненормальный, — кивнул Сохатый, — раз вытворяет такое с единственным наследником рода. — « — А ты, Невилл? — спросил Рон. — Я… Ну, меня вырастила бабушка, она волшебница, — начал Невилл. — Но вся моя семья была уверена, что я самый настоящий магл. Мой двоюродный дядя Элджи все время пытался застать меня врасплох, чтобы я сотворил какое-нибудь чудо. Он очень хотел, чтобы я оказался волшебником. Так, однажды он подкрался ко мне, когда я стоял на пирсе, и столкнул меня в воду. А я чуть не утонул. В общем, я был самым обычным — до восьми лет. Когда мне было восемь, Элджи зашел к нам на чай, поймал меня и высунул за окно. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. И тут моя двоюродная тетя Энид предложила ему пирожное, и он случайно разжал руки. Я полетел со второго этажа, но не разбился, — я словно превратился в мячик, отскочил от земли и попрыгал вниз по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья. Вы бы видели их лица, когда я получил письмо из Хогвартса, — они боялись, что мне его не пришлют, что я не совсем волшебник. Мой двоюродный дядя Элджи на радостях подарил мне жабу.» — Это жестоко! — воскликнула Лили. — Так нельзя. Его магия ещё не сформировалась, — прошептала Тонкс. — Меня другое волнует, — сказал Блэк. — Он ни слова не сказал о родителях… — Значит, они всё-таки пострадали, — вздохнул Сохатый. — « — А, ты уже знаешь Квиррелла? Не удивляюсь, почему он такой нервный — занервничаешь тут, когда рядом сидит профессор Снегг. Он учит тому, как надо смешивать волшебные зелья, но говорят, что это ему совсем не по душе. Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. Он большой специалист по Темным искусствам, этот Снегг.» — Северус, — прошептала бывшая Эванс. — Нюнчик стал профессором? -переспросил удивлённый Поттер. — Да он своим видом всех студентов распугает! — Джеймс, — одернул его Люпин. — Не начинай. — Ладно-ладно, не буду… — Так-то лучше. — «Наверное, странный сон, приснившийся Гарри, объяснялся тем, что он слишком много съел. Во сне он расхаживал в тюрбане профессора Квиррелла, а тюрбан беседовал с ним, убеждая его, что он должен перейти на факультет Слизерин, поскольку так ему предначертано судьбой. Гарри категорично заявил тюрбану, что он ни за что не перейдет в Слизерин. Тюрбан становился все тяжелее и тяжелее, и Гарри пытался его снять, а тот сжимался, больно сдавливая голову. Рядом стоял Малфой и смеялся над тщетностью предпринимаемых Гарри попыток. А затем Малфой превратился в крючконосого преподавателя по фамилии Снегг, который хохотал громким леденящим смехом. Потом ярко вспыхнул зеленый свет, и Гарри проснулся, обливаясь потом и содрогаясь. Гарри перевернулся на другой бок и снова заснул. А когда проснулся следующим утром, он даже не мог вспомнить, что ему приснилось.» — Странный сон, — нахмурился Бродяга. — Да, новый профессор Защиты не вызывает у меня доверия… Он же собственной тени боится.       Вдруг раздался стук в окно. Это был семейный филин Блэков.