Breathe, shout, love

      Кэтрин аккуратно залазит в черное Шевроле Камаро и в который раз закусывает губу. Она напряженно осматривает Дерека и отводит взгляд, нахмурившись. В горле застрял вопрос: почему Айзек так холодно отреагировал на нее? Конечно, она понимает, что совершила ужасный поступок и за такое не гладят по голове, но ведь она была маленькой. Она хотела как лучше. Но ведь погибла мать…       — Кэтрин, — голос выводит девушку из раздумий, и она переводит взгляд на Хейла, в непонимании заглядывая в его глаза. — Как долго ты находилась вдали от общества?       — Достаточно долго, чтобы сейчас косо смотреть на людей, — грустно усмехается девушка, продолжая неотрывно смотреть в зеленые глаза альфы.       — Тогда, возможно, не стоит находиться так близко к ним?       — Дерек, я три года прожила в лесу. Одна. Как думаешь, буду ли я рада человеческому обществу, а не обществу белок и волков? — вздох. — Ладно, я понимаю твое беспокойство, но не стоит, правда, — Кэт мягко улыбается, поджимая губы и отворачиваясь к окну.       — Хорошо, — сухо отвечает альфа и заводит двигатель машины. — Куда тебя везти?       — Знаешь, где дом шерифа Стилински?       — Да… Подожди, зачем тебе туда? — Дерек требовательно смотрит на Кэтрин, сведя брови, отчего между ними появляется складка.       — Ты лично знаком с ним? — отвечает вопросом на вопрос Диас и сощуривает глаза.       — Не совсем. Я лично знаком с его сыном, — Кэт испуганно поднимает на него взгляд, открывая рот в недоумении.       — Откуда… Точнее, как?.. — путалась Кэтрин.       В ответ послышалась лишь тишина, сопровождаемая приятным ревом двигателя машины. Они тронулись.       За окном начался дождь, а небо затянуло темно-серой пеленой туч. Капли дождя с грохотом барабанили по крыше и окнам машины, разбиваясь о металл и стекло. Вдалеке послышался грохот грома, отчего девушка машинально ёжится и несколько раз моргает, всматриваясь в серое небо.       — Хотя знаешь, Дерек, — глаза Кэт блуждают по машине, боясь встретиться взглядом с альфой. — Отвези меня по другому адресу, прошу.       Дерек сдержанно кивает, и Кэтрин называет адрес. Она едет к семье. На кладбище. ***       Утро встречает щебетанием птиц и легкой утренней дымкой. Диас сонно щурится и потягивается, продолжая лежать на кровати. Сегодня она переедет в свой дом. Подальше от Стайлза с его глупыми подколами, подальше от вечно хмурого шерифа Стилински… Куда-нибудь подальше от них всех.       Через полчаса Кэтрин стоит на пороге дома Стилински, держа рядом с собой небольшой чемоданчик на колесах. Она дружелюбно улыбается и пытается выдавить слезу, чтобы по ее поведению было видно, что она будет скучать по родственникам, ведь дом почти что на окраине города, а работа вообще у черта на куличиках.       — Удачи, — мягко улыбается Стайлз и обнимает сестру, хлопая по спине. — Не забывай хоть изредка звонить, хорошо?       — Так, кто тут старший? — ухмыляется Диас.       — Ладно-ладно…       — Так, похоже, за мной уже приехали, — Кэт сощуривает глаза и улыбается, выходя из дома.       У подъездной дороги стояло черное Шевроле Камаро, хищно рыча двигателем. Из приоткрытого окна на них смотрел Дерек, со своим хмурым лицом, но, по мнению Кэт, не менее привлекательным.       Хейл нетерпеливо показал пальцем на наручные часы и стал еще мрачнее тучи. Диас вздыхает и тащит чемодан к машине, закатывая глаза и ловя на себе непонимающий взгляд брата. Да что там непонимающий? Опешивший, офигевший взгляд, означающий, что Стайлз вообще никаким боком не понимает, почему его сестра идет к машине Дерека Хейла.       Дверь закрывается, а стекла подымаются. Теперь никто с улицы не поймет, что происходит в машине. Рев двигателя, рывок, и они едут по дороге к дому Кэтрин.       Воздух начинает постепенно холодеть — Дерек включил кондиционер. В салоне повисло неловкое молчание, прерываемое сообщениями от Стилински . Кэт с неохотой достает телефон и отвечает, глухо стукая пальцами по экрану. Потом так же телефон отправляется обратно в карман светлых джинс девушки.       — А где живешь ты? — не выдерживает Диас.       — Это имеет значение? — сухо отвечает Дерек, повернувшись лицом к девушке.       — Ага, я же как-то должна буду тебя искать, вдруг что.       — Вдруг что, то я сам тебя найду, — ухмыляется Хейл и вновь неотрывно смотрит на дорогу.       — Зайдешь на минутку? — Кэт волнуется, но старается не подавать виду, а уж тем более запаха. При жизни в стае ее прекрасно научили этому.       Дерек слегка кивает, а Кэтрин отворачивается к окну и, прикрывая ладонью рот, улыбается, будто только что ее пригласили на свидание.       Неожиданно Дерек тормозит машину и поворачивается к Диас всем корпусом, долго просто смотря в ее глаза. Кэт хочется отвести взгляд, но сделать это почти невозможно, ведь на нее смотрит альфа.       — Зачем ты делаешь это? — недовольно, но тем не менее спокойно говорит Хейл.       — Делаю что? — размеренно начинает девушка, выпучив глаза.       На мгновение повисла гробовая тишина. Сердце Диас билось в бешеном темпе, мешая сосредоточиться на происходящем даже Дереку. Кэт быстро отводит взгляд, но так же поворачивается к нему корпусом, уже желая высказать все, что думает по этому поводу, но… сухие губы альфы осторожно касаются губ оторопевшей Кэтрин. Она ощущала жар, исходящий от него, запах… Ощущала, как альфа проводит кончиком языка по ее нижней губе и слегка прикусывает ее, затем виновато зализывая. Это, признаться, манило. Хотелось большего, но Диас боялась что-либо делать, поэтому она всего-навсего чуток приоткрыла рот.       Так длилось всего несколько секунд. Потом он так же неожиданно отпрянул от девушки, и машина вновь тронулась. Вся романтика будто исчезла, испарилась. На место желания пришло понимание того, что это не должно было произойти. Но разве время вернешь вспять?       Дорога к дому была погружена в молчание. Как только машина остановилась, Кэт быстро кинула что-то вроде «пока» и шмыгнула в дом, волоча за собой чемоданчик.       Дверь закрылась, а Дерек шумно выдохнул, взъерошив волосы на голове. Послышался звук уезжающей машины.       Кэтрин будто окунули в холодную воду. Таких ощущений она не испытывала никогда. Ей казалось, что ту самую тонкую грань стерли, ее больше нет. Что-то явно пошло не так. И что он имел в виду, что он просил прекратить, что он ощущал в тот момент? Увы, но это осталось тайной, пожалуй, даже для самого Хейла.       Диас поглубже вдыхает воздух и быстрым шагом идет в комнату на втором этаже. Она думает, что белый цвет вернет рассудок и холодность мышления. Но белый цвет лишь вводит ее в состояние амебы, заставляя просто завалиться на белую кровать, уставившись в окно напротив.       — Только вот какого черта?.. — последнее, что произносят губы, прежде чем разум погрузится во тьму.