Дым и зеркала

      Тренировка, объединяющая в себе бой, мечи, езду на лошадях и стрельбу из лука, была самой любимой у Арьи и в то же время самой сложной. Она утомляла её в два раза сильнее и быстрее, чем обычная.       — Девочка слишком медленная…       Арья сузила глаза, стараясь двигаться быстрее. Она постаралась блокировать меч Якена своим, но ему удалось обойти блокировку и обезоружить её. Девочка гневно скрипнула зубами, но продолжила бой уже врукопашную.       — Бей сильнее, — сказал Якен. Он смотрел ей в глаза почти постоянно, но его движения всё равно были точны, как и всегда. Тренировались они ночью, человек был одет в чёрные одежды, что делали его менее заметным.       Арья хотела ударить его, но Якен перехватил её руку за запястье. Быстро вырвавшись из захвата, девочка нанесла ему удар предплечьем.       — Хорошо…       Арья тяжело дышала, пот стекал по её лицу. Она видела глаза Якена, мерцающие в лунном свете, и слышала биение собственного сердца.       — Хотя всё равно остаешься слишком медленной, — добавил человек, с лёгкостью отклонив её удар. Но девочка была не в состоянии двигаться быстрее. В теле её была слабость, и она начала слышать гудящие звуки в голове. — Следи за левым боком.       Он ударил её, и Арья задохнулась от боли. Картинка перед глазами была нечёткой, девочка медленно моргнула, протирая глаза. Она видела, как Якен стоял на месте, наблюдая за ней. В горле было сухо, как в пустыне.       — Я… странно себя чувствую, Якен… — пробормотала она.       — Устала?       Арья кивнула, хотя чувствовала она себя не просто уставшей, ей казалось, что может потерять сознание в любой момент. Должно быть, это было видно по её лицу, иначе Якен уже давно бы отпустил шутку по этому поводу. Он вообще выглядел обеспокоенным.       — Хватит на сегодня, — сказал человек. — Девочке следует отдохнуть.       Арья кивнула, решив не спорить.       Спала она довольно беспокойно, ей снились странные сны про говорящих драконов, странные корабли, темное море, темницы и цепи, и голос Якена, преследующий её. Девочка проснулась рано утром, чувствуя себя даже хуже, чем раньше. Она поднялась на кровати, вздыхая. Внезапно она почувствовала что-то подозрительное.       — О, нет…       Арья отбросила одеяло в сторону и широко раскрыла глаза. Кровь!       — Нет… — прошептала девочка. Она помнила, что её мать что-то говорила об этом, но это было так давно… Что ей делать? Что…       Кто-то постучал в дверь.       — Да! — громко крикнула она.       — Девочка уже встала?       — Нет! В смысле… да… — Арья прикусила нижнюю губу. Она бы лучше сразилась с десятью морскими чудовищами, чем объяснила Якену, что произошло. Девочка подошла к двери, но не стала открывать её.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Якен.       — Я… кое-что случилось… ну, это случается с… женщинами… моего возраста…. — Арья с трудом подбирала слова, чувствуя, как горят щёки от смущения.       — Хм… — хмыкнул Якен с другой стороны двери. — Я так и думал. Твоя мама говорила тебе что-нибудь?       — Вроде да, но я не помню, что именно, — разочарованно сказала Арья.       — Есть кое-кто, кто может помочь, — ответил человек.       — Кто?       — Твой гость, — сказал Якен, и Арья от удивления вздёрнула брови вверх, услышав голос Карин за дверью, прося впустить её. Немного поколебавшись, девочка сделала это.       — Привет, Брин, могу я сесть? — сказала Карин. Она была хозяйкой дома в Пентосе, где они остановились. Ей было лет сорок, она была темноволосой и пухлой. Арья кивнула, и женщина села к столу.       — Твой отец попросил меня поговорить с тобой о женском кровотечении. Ты ничего не знаешь об этом, да?       Арья покачала головой.       — Сколько тебе лет, Брин?       — Четырнадцать лет, семь месяцев, три дня.       — Обычный возраст… — заметила Карин и начала объяснять и давать советы. Арья слушала. — И если ты хочешь ребенка, то неделя кровотечения не время для зачатия, — добавила женщина, и девочка посмотрела на неё.       — Что?       — Теперь ты можешь забеременеть.       — Я не хочу никаких детей, — сказала Арья, нахмурившись. — Они всё время плачут, они грязные, и о них нужно постоянно заботиться.       Карин рассмеялась.       — Я уверена, что твой отец сказал бы нечто другое.       — Не сказал бы, потому что… — Арья резко замолчала. Карин посмотрела ей в глаза, но девочка отвела взгляд.       — Я так и думала, — тихо сказала Карин. — Он не твой отец, да? Нет, нет, вы двое определённо не отец и дочь. Откровенно говоря, Брин, меня не волнует, почему вы так сказали. Вы заботитесь друг о друге, а это гораздо важнее.       — Как вы узнали, что я не его дочь? — спросила Арья.       — По твоему взгляду на него, — ответила Карин. — Я знаю, что дочери восхищаются, любят и уважают своих отцов, но в твоих глазах есть нечто большее, когда ты смотришь на него.       Карин уже шла к двери, когда Арья решила задать ей еще один вопрос.       — А вы заметили, — кашлянув, начала она, — как он смотрит на меня?       Карин обернулась через плечо, и Арья подумала, что её вопрос настолько очевиден, что ей можно было даже не задавать его вслух.       — Я думаю, — сказала Карин, — он прекрасно знал, что раньше ты была лишь девочкой.       — Была? — переспросила Арья. — Я до сих пор девочка.       — Ты женщина, Брин, — покачала головой Карин и, улыбнувшись, вышла за дверь. Арья села на кровать, пытаясь понять слова женщины.       Позже, тем же днем, когда Арья чистила коней, Якен молча вошел, остановившись в паре шагов от девочки.       — Девочка поговорила с Карин? — спросил он, на что Арья кивнула, не оборачиваясь. — Она узнала всё, что нужно?       — О, да, — сказала девочка с лёгкой улыбкой.       — Хорошо… — ответил человек, собравшись уходить.       — Якен…       — Да?       Арья подошла к нему, глядя в глаза.       — Спасибо, — сказала она и поцеловала человека в щёку.