Смерть-это только начало.

Идти было тяжело, ноги передвигала с трудом, почти полностью опираясь на руки ребят. Я могла позволить себе так двигаться только до столовой, а там никто не должен усомниться в моих силах. Надо пройти метров десять, вот так, теперь лифт, практически вишу на Бонмире. Он пахнет лесом, даже немного закружилась голова, как мне плохо. Двери лифта открываются и я уже вижу проход в столовую, еще позволяю себе повисеть на руках пару метров, останавливаюсь и перевожу дыхание. Ну, что Юленька, теперь надо сжать зубы и правильно сыграть свою роль. В столовую мы входили неспеша, улыбаясь и мило переговариваясь. Ребята поддержали мою игру и от этого на душе стало легче, знать, что есть кто-то рядом или подставит свое плечо. Жаль никто не оценил нашего появления, внимание всех было приковано к паре назгулов, дерущихся посередине помещения. И это было совсем непохоже тот учебный бой, этот был совсем другой. Оба были равны друг другу по силе, умению владеть оружием, у них и телосложение было одинаковое, хотя они же братья. Судя по кровавым порезам, порванным рубашкам, начали не только что. В правой руке каждого был меч, а левая - трансформирована до локтя. Вид этой руки заставил нервно сделать глоток, как будто снова почувствовала всю ее силу на своем горле. Я не отрываясь смотрела за дерущимися, как и все, кто был в столовой. За их движениями, то плавными, то резкими, удары мечом то скользящие, то колющие. В стали отражались то зеленые глаза, то карие. Не сразу заметила, что я вздрагивала стоило мечу или когтям Стронгвила коснуться тела брата. Каждый порез отзывался болью, мне хотелось броситься вперед и закрыть Гвилстрона, да что за бред со мной. Но моя нога уже поднялась, чтобы сделать первый шаг в их сторону. Но этот шаг я сделала в сторону автоматов, заказала кофе, омлет и бутерброд с колбасой. От вида еды потекли слюни и остальные мысли ушли на задний план. Сейчас мне нужны силы физические, а тем более моральные. Присутствие Гвилстрона отвлекало, будоражило, тянуло до боли, мое подсознание еще не к месту напомнило нежность его губ, которые дарили надежду, а он сам ее отобрал, отверг, бросил меня на растерзание брату. Злость, злость - это хорошо, это лучше, чем жалость. Злость заставляет жить назло всем козлам. Первый, кто отведал мою злость был омлет, с каким удовольствием я кромсала его ножом. Но на вкус он был великолепен, но даже этого не могло отвлечь от звуков боя. Я сидела с закрытыми глазами пыталась наслаждаться едой, пыталась не замечать дрожь от страха за него, пыталась не дать волю слезам, которые готовы ручьями течь по щекам. Меня спас Неостан: - Хватит! - о-го, такой крик и мертвого подымет из могилы, - Вы сделали свой выбор! Правильный он был или нет, покажет время! Силу найрили Юли почувствовал и я, прими мой поздравления, Стронгвил! - а вот от этих слов я подавилась, что-то мне подсказывает, что поздравлять пока не с чем. Откашлявшись, обнаружила, что внимание всех назгулов сосредоточено на мне, на лицах тоже выражение полного удивления и неверия как было у моих ребят. Я уже считаю их своими ребятами и как бы мне не хотелось увидеть реакцию Стронгвила и еще одного Назга, нашла Бонмира с братом и улыбнулась им. - Ю-л-я, - медленно сказал принц, присаживаясь напротив, - Как ты себя чувствуешь? - ну, что публика ждет: - Не плохо, а вот после кофе буду чувствовать себя намного лучше, - его зеленые глаза буравили меня, а я мило улыбалась. Он потянулся к моей руке, а мне на миг показалось, что сейчас когти оставят кровавый след на моей коже. Смотрела, как длинные пальцы смыкаются на запястье, во мне все заледенело от ужаса, ожидая, когда когти войдут в плоть, но я не выдала своего состояния. Милая улыбка так и осталось на моем лице: - Что проверяешь на сей раз? - Твой пульс, - удивление, - стучит размеренно, а должен - часто, - он замолчал, переходя на общение с ДЖИ, - не понимаю, как такое возможно. - Что ты не понимаешь? - Тебя! Ты должна лежать в покоях Стронгвила без сил передвигаться, а ты сидишь здесь кофе пьешь! - Стронгвил конечно, хорош, но лежать без сил, ты что-то путаешь? - ответила с лукавой улыбкой. - Я ничего не путаю и поверь секс здесь не причем, - похоже принца я немного допекла, его голос уже на так приятен. - А что кроме секса еще что-то было? - удивлению в моем голосе поверил бы и Станиславский. Я перевела взгляд на Стронгвила, в ответ получила угрозу. - Уже это не имеет значение, ДЖИ сбрось информацию девушкам и начинай посадку. Стронгвил, отец просил передать, что твое предложение принято, Неори станет твоей найрой, - от поднялся и я вместе с ним, и до меня стало доходить, что командор сделал предложение еще до вылета корабля с Назга. А мне он сразу отвел роль найрили, из-за того, что на меня так повлияли его глаза. Бред. Может не он, ведь всегда рядом был его брат, но ведь тянуло. Какая теперь разница, принц прав - это уже не имеет значение. Но почему теперь тянет к другому, к тому, кто стоит рядом, не сводит с меня своих карих глаз, которые хочется выцарапать, за то, что отказался, бросил. - Юля, вернись в мои покой и жди там, тебя позовут, - в голосе Стронгвила была сталь и угроза за неповиновение, но это в мои планы не входило: - Я еще кофе не допила, - поднесла кружку к губам, а кофе я похоже допила, пришлось сделать вид, что пью, ожидая дальнейших действий командора. Он смотрел пристально, голос звучал хлестко: - Миргон... - Стронгвил, оставь ее, посадка скоро, тебе надо приготовиться, отец будет встречать нас, - после этих слов командор кивнул Миргону и стремительно вышел, Неостан остановился в дверях и посмотрел на меня с жалостью, затем стремительно направился прочь. - Что ты сделала? - раздалось рядом с ухом. Я ни на секунду не забыла о его присутствии рядом, но почувствовать его дыхание своей кожей было неожиданно и чертовски приятно. А его голос проникал глубоко, будоражил, волновал. - Не твое дело, - попыталась его игнорировать, но, повернув голову, коснулась щекой его щеки. Это было, даже не знаю, не могу подобрать слов я просто закрыла глаза, наслаждаясь таким легким прикосновением. Его кожа оказалась гладкой и ластилась, чувствуя радость просто от возможности касаться. - Что ты сделала, малышка? - Гвилстрон присел на корточки, я все еще чувствовала его дыхание на моем лице. Медленно открыла глаза. Его лицо было так близко и могла рассмотреть, запомнить, впитать в себя. Рассерженный взгляд карих глаз, брови, сведенные вместе и морщинки между ними, примой нос, высокие скулы, небольшой кровавый прорез на щеке. Натянула рукав на ладошку и аккуратно вытерла кровь, стараясь не задеть рану. Медленно провела пальцами по щеке, по волевому подбородку. Гвилстрон хрипло втянул воздух, привлекая мое внимание к губам. Осторожно коснулась пальцем, мягкие с четким контуром, обвела. Моей руки коснулось рваное дыхание назгула. А потом я сделала глупость. Медленно наклонилась и коснулась губами его рта. Мягкие, немного шероховатые, но стоила его губам открыться, до меня дошло, что я делаю. Я целую того, кому не нужна, я хочу запомнить лицо того, кто позволил совершиться ужасу прошедшей ночи, слабость от которой наваливается на меня каждую минуту все больше. Резко села ровно и, набрав воздуха, смотря в глаза, со всей возможной ненавистью сказала: - Тебя. Это. Не касается. Малыш. Назгул поднялся, не переставая смотреть на меня, он рассержен, наклоняется ко мне: - Касается, - целует лоб и быстро идет к выходу, бросая какой-то знак назгулам. Следом за ним уходят Бонмир и Мирбон и другие назгулы, бросая на меня заинтересованные взгляды. Я оглядываюсь вокруг, в столовой остались только девушки. Они смотрят на меня, друг на друга, растеряны, испуганы, на меня же навалилась усталость. Могу ли я рассказать о том, что их ждет, надо бы и мне ознакомится с информацией, сколько там правды. 'Девушки, следуйте на свои места, смените одежду и ожидайте дальнейших указаний' Не решительно со своего место поднялась Оксана, она смотрела на меня и я улыбнулась, подбадривая, давая надежду, зная, что ее нет, что повезет единицам. Скоро я осталась одна, подняться на ноги стоило последних сил, слезы навернулись на глаза, как мне дойти. 'Похоже, Юля, тебе поможет только это' На столе появился стакан с густой, темной жидкостью. Дрожащей рукой поднесла стакан к носу, запаха нет, быстро прогладила содержимое. Что-то вроде горько-кисло-сладкого киселя. Первый шаг дался с трудом, следующий был более уверенным. С каждым шагом силы наполняли мышцы и идти было легче. 'Спасибо, ДЖИ. На сколько его хватит?' 'От нескольких часов до суток, в зависимости от потраченной энергии. Зная, что тебя ожидает, на длительное время не надейся. Удачи, Юля' Странно, такое я ожидала скорее от ДЖИСа со станции, но не как не от ДЖИ. 'Зная, что тебя ожидает...' мне не нравиться, хотя, что со мной может случиться хуже того, что уже случилось. Теперь я не доверяю ни кому, а своим чувствам особенно. Сначала тянуло к Стронгвилу, теперь к его брату. Нет, к его брату тянет сильнее, до сих пор чувствую радость от ощущения его кожи к щеку и губы на лбу. А если не много сосредоточиться, уверенна, я с закрытыми глазами найду его на корабле за считанные минуты. Его губы нежные, мягкие. Если бы вместо командора я провела ночь с ним, какая она была бы. - Юля, почему не переодеваешься? - за своими размышлениями, я не заметила как дошла до каюты, девчонки уже переоделись. На каждой было платье одинакового покроя, каплеобразный вырез, длинные рукава, расширяющиеся к кистям, облегающее грудь, талию и бедра и свободно спадающее книзу. А вот цвет был разный, для каждой свой, подчеркивающий что-то в каждой девушке, глаза, волосы, цвет кожи. Это платье было таким же, как в моем сне про Назг, на мне тогда было цвета струящегося серебра. Руки дрожали, когда я открывала свой ящик, увидела серое нечто и вздохнула, не то. Легкая ткань приятно скользило по телу, но увиденное в зеркале не обрадовало. Если платья девушек украшали их, то мое сделало меня тусклее, но подумав решила, что так даже лучше. Мне надо как можно дольше находиться в тени и не высовываться. Обувь нам не предложили и когда все были готовы, мы двинулись вперед. В коридоре наш ожидал Бормир и указал в каком направлении нам двигаться. Я поняла, что он хочет оказаться радом со мной, но Далила и Оксана крепко держали меня за руки и отпускать похоже не собирались. Мне осталось только улыбаться и подбадривать их, ну и себя. К нам постепенно присоединялись остальные, также ведомы назгулами. Похожего платья не было и от обилия красок в глазах не рябило, цвета нежно переходили от одного оттенка в другому. Серых мышек как я было еще три. Несколько ступенек и вот мы на поверхности планеты.