Ночь Гоблинов

      Гарри лениво пнул мыском кроссовки небольшой камушек, и устало проводил его недалёкий полёт взглядом. Питер шёл рядом. Непривычно было идти в тишине, обычно прерываемой легко-подхваченными фразами со стороны каждого из друзей. Ближе к асфальту разлился туман. Негустой, чуть подёрнувший дымкой тротуар, он казался предвестником чего-то страшного и загадочного. Как в фильмах ужасов. Было бы у Гарри настроение, решил он, непременно стоило бы поделиться таким забавным сравнением с Питером. Наверняка завязался бы интересный разговор. Но парню даже слышать ничего не хотелось, его устраивал этот необычно-холодный для апреля день.       Питер, поравнявшись с камнем, который три секунды назад толкнул Гарри, легко зацепил его ногой. Раздался тихий шлепок об асфальт, и Паркер, поддавшись каким-то детским инстинктам, несильно пнул камешек обратно другу. Гарри вытащил руки из карманов и поправил лямку портфеля. Питер с лёгкой улыбкой заглядывал ему в глаза. Озборн поддался и шлёпнул по камню, отшвырнув его на несколько метров вперёд. Кусочек гравия затерялся в травяных лужайках.       Питер вновь притих. Ему не нравилось, когда Гарри шёл в школу с заведомо испорченным настроением. И особенно ему не нравилось, что он никак не может помочь своему лучшему другу справиться с его проблемами.       — Какие планы на сегодня? — с улыбкой поинтересовался Питер, собираясь начать хоть какой-то разговор. Гарри дёрнул бровью.       — Никаких, — хмуро отозвался он. Заметив смятение на лице друга, парень спешно поправился. — Думал сходить погулять, наверное, — Питер понимающе кивнул. Гарри не нравилось обижать Паркера, готового помочь каждым своим словом. Но, в конце концов, иногда жалость с его стороны не вызывала ничего, кроме раздражения. «Конечно, в твоей-то семье не принято посылать друг друга», — с неудовольствием думал Гарри, но тут же отгонял эти мысли. Он не мог обижаться на Питера просто потому, что тому повезло с роднёй больше.       — Здорово! — просиял парень. — Может, вместе сходим? Возьмём ЭмДжей, погуляем, как раньше… — Гарри улыбнулся, и внутри у Питера стало тепло. Впервые за утро лицо его друга отражало что-то, кроме каменного безразличия.       Гулять со старыми друзьями, бывшими рядом на протяжении долгих лет, было действительно приятно. Кроме того, не без удовольствия припомнил Гарри, у них с ЭмДжей отношения перерастали во что-то более привлекательное, нежели обычная дружба. Парню не хотелось бы, чтобы Питер знал. Ничего ещё не понятно, да и нечего портить другу настроение.       — Да, знаешь, было бы неплохо, — уклончиво отозвался Гарри, склонив голову набок и опустив взгляд вниз. — Может, завтра, — уточнил парень. — Я сегодня собирался… пройтись по ближайшим клубам, — решил Гарри. — Столько хорошей музыки с приятными девушками вокруг, почему бы и не попробовать, — парень объяснял скорее себе, чем Питеру. — Средства есть, нашлось бы желание, — Гарри улыбнулся, не поднимая взгляда и не перестав хмурить брови.       — Если ты хочешь, мы могли бы погулять подольше… — Озборн мысленно выругался. Питер точно угадал, что Гарри просто не хочется идти домой после школы. — Или ты мог бы зайти в гости, — улыбнулся парень. — Мы с тётей Мэй всегда рады тебя видеть, — Гарри кивнул.       — Нет, — отозвался он, неловко поправляя рюкзак. В последнее время он и так часто наведывался к Питеру. Провести ещё один вечер в уже привычной обстановке не хотелось. — Если не познаю прелести клубов сегодня, то когда, верно? — Гарри подмигнул другу, мысленно упрашивая его перевести тему. Впереди были ещё утомительные уроки, так что подумать о том, где провести вечер (лучше, конечно, ночь) время было.       — Есть и то, чего не надо познавать, — легко ответил Питер, даже не осознав, видимо, как красиво прозвучали его слова. Слишком красиво для такой обыденной жизни. — Знаешь, наркотики… Сейчас только там и продают, по-моему, — Гарри громко усмехнулся.       — У нас их и в школе продают, можно теперь не ходить? — Питер непонимающе приподнял брови. — Я дня два назад слышал, как у нас их какому-то парню предлагали. Я так понял, не особо тяжёлые, — зачем-то уточнил Гарри. Питер торопливо остановился.       — Не особо тяжёлые отличаются только тем, что убивать будут дольше, — Озборн встал на месте. Слова друга почему-то так разозлили его, что он невольно нахмурился.       — А лекцию мне не прочитаешь? — Гарри и сам не понял, почему обычные истины вызвали у него столько эмоций. — Давай, можно на всю улицу, чтоб все поняли, как плохо колоться! — раздражённо пророкотал парень, рывком подтягивая сползающий с плеч рюкзак. Ему хотелось говорить так много, что наверняка Питер бы потом ещё недели две боялся подойти к другу. — Ты так красиво начал, можешь подробнее объяснить!       Питер удивлённо вскинул брови, не находя слов, чтобы успокоить разбушевавшегося друга.       — Гарри…       — Всё нормально, — выдохнул он, нервно вцепляясь в лямку рюкзака и уставляясь взглядом вперёд. Озборн прибавил шагу. — Проехали, — Питер чуть ускорился, пытаясь догнать Гарри. Меньше всего он ожидал такой реакции на обычное замечание. Паркер скосил взгляд на голые до локтя руки друга. Закатанные вверх рукава его серой рубашки обнажали чуть вздутые вены. Питер спокойно перевёл дух. Ни следа от уколов. О возможности другого потребления наркотиков парень даже не подумал, слишком поражённый происходящим.       До школьных ворот они дошли в тишине, прерываемой только громким обиженным сопением раздражённого Гарри. Видимо, с горечью подумалось Питеру, в этот раз его друг поругался со своим отцом сильнее обычного. Парень не знал, что сказать, надо ли за что-то извиняться, надо ли о чём-то договариваться. Гарри, судя по всему, устраивала сложившаяся обстановка.       — Я просто хотел сказать, что и я, и ЭмДжей, и мистер Озборн места бы себе не находили, если бы ты связался с чем-то подобным, — наконец, сказал Питер как можно более спокойным тоном. Гарри раздражённо закатил глаза и резко кивнул.       Парни зашли в здание школы.       — Нет, — отозвался Озборн, забирая из шкафа потрёпанную толстую тетрадку. — Он бы вряд ли заметил изменения и списал бы всё на «дурацкий» возраст, — в голосе Гарри не было обиды, как раньше, подумалось Питеру. Если ещё год назад парень готов был подавленно сетовать на отца, пытаясь услужить ему, то сейчас он просто злился. Паркер раскрыл рот, чтобы что-то возразить, но Гарри, обернувшись по сторонам, оборвал его. — Послушай, меня абсолютно устраивают наши с папой отношения. Как ты привык к любви тёти Мэй, так я привык к своему отцу. Не надо переубеждать меня, ладно? — как заученный текст, произнёс Гарри, хлопая дверцей шкафчика. — Увидимся, — он махнул рукой и ушёл в сторону лестницы, оставив Питера в одиночестве.       На уроках было не интереснее, чем в тот день, когда Озборн подслушал разговор о наркотиках. Ему было абсолютно всё равно, чем закончилась эта история. Гарри было интересно, на самом ли деле одна доза ничего не сделает. Он не понимал, зачем думает об этом, но всё интереснее, чем вникать в заунывные речи учителя, в сотый раз рассказывающего что-то о получении электрических реакций. Осознавать, что нужны проводники и прочие заумные вещицы было совершенно неинтересно.       И лучше бы уж, с нетерпением подумал Гарри, старшеклассникам действительно провели речь о вреде веществ, масштаб которого, как сейчас казалось парню, слишком уж надуман. Сколько шедевров было создано именно наркоманами, которые не только дожил до солидного возраста, но ещё и прочно вошли в историю. Было бы всё так плохо, как рассказывают старики из специальных центров, вряд ли бы такое произошло.       Уже ближе к концу завершающего урока вместе со словами Питера об отце пришло желание проверить их. Мимолётное, ненавязчивое, не больше, чем детское любопытство. Но почему-то Гарри подумалось, что, подсядь на дурь Питер, его тётя непременно собрала бы невозможную сумму денег и отвела племянника к самому лучшему врачу. Думать о своём отце парень не стал.       Последний урок тянулся, кажется, дольше всех предыдущих, и стоило учителю объявить о перемене, Гарри немедленно вышел из кабинета, засунув руки в карманы и недовольно разглядывая собственные дорогие кроссовки. Есть, как обычно бывало после школы, не хотелось. Парень остановился у своего шкафчика, увешенного изнутри парой-тройкой стикеров с разного рода напоминаниями. Если уж он собрался в крутое заведение, надо и выглядеть соответствующе. Гарри нетерпеливо выложил все учебники и тетради, оставив в рюкзаке только небольшую бутылку воды и толстенький кошелёк, расшитый лилиями.       Послонявшись какое-то время по улице, пока не прошло обеденное время, Гарри завернул за угол. Здание ночного клуба, что странно, сверкало своими зазывающими красно-жёлтыми огнями всего лишь в нескольких остановках от солидной школы. Особо незаметное, отличающееся только сверкающей вывеской с названием, здание, вбирающее в себя не только сам кабак, но ещё и несколько неавторитетных магазинчиков с малобюджетными кафе, заслоняло собой дорогу к району, в который лучше не ходить без кастета или хотя бы элементарных знаний самообороны. Гарри почему-то решил, что именно оттуда мода на наркотики перекочевала сначала в подобные клубы, а потом и разбежалась по школам.       Несмотря на светлое время суток, только-только заходящее солнце и тёплую погоду, внутри было темно, необыкновенно-громко играла музыка, а прохлада заползала под футболку. Гарри расслабленно улыбнулся и прибавил звук на телефоне, запрятав его в задний карман новых джинс. Нападающая со всех сторон непонятная музыка казалась тише, чем кряхтенье дотошного учителя, всё вокруг успокаивало и заставляло Гарри улыбнуться. В толпе ему подмигнуло пара девушек, одетых в непозволительно-короткие юбки и ещё более откровенные майки. Парень удостоил их снисходительной улыбкой и двинулся к ярко-подсвеченной барной стойке.       Всё-таки однажды Гарри действительно гулял в подобном месте, но тогда он приходил не больше, чем на тридцать минут и не попробовал ни одну из тех прелестей, какими славились ночные клубы. Сейчас же он решил максимально расслабиться. В конце концов, он не маленький мальчик и прекрасно видит во всём меру. Может, стоит одну ночь провести вне дома, и отец перестанет ругаться на пустом месте. Гарри нахально улыбнулся, представив, как под утро довольный приходит домой и спокойно запирается в собственной комнате, игнорируя папины замечания.       — Мартини, — Гарри небрежно кинул на отполированную барную стойку крупную купюру. — Без сдачи, — подмигнул он. Ему показалось необыкновенно приятным, что бармен даже не уточнил, есть ли его клиенту восемнадцать. В конце концов, за такие деньги он должен даже шестилетнему коньяк продать. Гарри застучал пальцами по столешнице в такт музыке. Его негромкие удары затерялись в громе музыки и хохоте подвыпивших подростков. Озборн широко улыбнулся сам себе. Кажется, он тут свой.       — Мартини, — изысканно сообщил бармен, лёгким движением ставя перед Гарри небольшой треугольный стаканчик с кусочком лайма. Парень чуть кивнул и приложился губами к принесённому угощению. Не то, чтобы раньше он баловался подобным, но несколько раз он всё-таки брал недопитую отцом бутылку. Не больше стаканчика, как обычно, напомнил сам себе Гарри.       Полуприятный вкус оцарапал горло, во рту разлился горячий аромат, в нос ударил лёгкий огонёк. Гарри сделал ещё пару глотков и укусил лайм. Так отдыхать ему было приятнее, чем в компании Питера и тёти Мэй. Во всяком случае, сейчас у него не было ощущения ненужности и лёгкой зависти. Сейчас ему просто было хорошо.       Услышав знакомые звуки, эту песню Гарри точно где-то слышал, парень легко развернулся на стуле и подал руку какой-то одиноко-танцующей девушке с большим вырезом на коротком платье. Несложные движения, которые хотелось делать от души, вкладывая в них всё то, что ты сейчас чувствовал. Вот что ему нравилось, а не отточенные движения в старых частных школах! Симпатичная подружка, которую он покинет уже через несколько минут, а не очкастая зануда-девушка за одной партой! И, что самое главное, никаких упрёков по поводу внешнего вида или грамотности. Гарри позволил себе выпустить дорогую рубашку, расстёгнутую на несколько пуговиц, позволил себе не прятать шнурки кроссовок внутрь. В конце концов, он за полчаса стал тем, кем мечтал быть последние несколько лет.       Может, подумал Гарри, снова приближаясь к барной стойке и приказывая бармену повторить заказ, стоит заходить сюда почаще. И оставаться здесь дольше.       — Не угостишь девочек? — напротив Гарри села, закинув ногу на ногу, симпатичного вида брюнетка в полупрозрачной футболке и коротких шортах. Сзади неё стояла, смущённо озираясь, девушка, ещё более приятная. Гарри нагло улыбнулся. Та скромная, кажется, не привыкшая к подобной остановке, девчонка нравилась ему гораздо больше.       — Я бы твою подругу угостил, — двусмысленно дёрнул бровью парень, двумя пальцами подманивая бармену. — Чего-нибудь покрепче, — попросил он, кивая на девушку. Гарри критично обвёл глазами сидящую брюнетку. — Два раза, — наконец, кивнул он. Мысли об ЭмДжей даже в голову не приходили. Ни об ЭмДжей, ни о Питере, ни об отце.       — Я не… — попыталась возразить скромная девушка, отнекиваясь от поданного ей стакана. — Мне, наверное, уже пора… — брюнетка ухватила её за запястье.       — Меня Лиз зовут, — прервала она, наклоняясь ближе к Гарри и подпирая худую щёку рукой. — А это Джули, — представила она, заглядывая в глаза парню. Озборн почему-то решил, будто бы эта самая Лиз надеется на серьёзное знакомство. Что ж, неплохо, про себя усмехнулся парень.       — Гарри, — весело махнул головой Озборн, стряхивая со лба чёлку. — Ну что, Джули, — проговорил он, включая весь свой шарм. Девушка стыдливо опустила глаза и вытащила из-за уха прядь тёмных волос. — может, потанцуем? — не дождавшись ответа, Гарри грубо потянул её за запястье, не дав отложить стакан, и увёл в толпу танцующих людей. Заметив недовольный обиженный взгляд Лиз, парень хищно подмигнул ей и скрылся в потоке подростков.       Уже после одного стакана «чего-нибудь покрепче» Джули двигалась свободно и раскрепощённо, сейчас же позабыв о том, что где-то за стойкой сидит разозлившаяся подруга. В конце песни Гарри милостиво одарил её недолгим поцелуем и тут же растворился в толпе. Разглядев, что обиженной Лиз за барной стойкой не наблюдается, Озборн легко залез обратно на свой стул и снова попросил стакан.       На него, кажется, алкоголь совсем не действовал. А может, три порции просто слишком мало.       — Эй, Озборн! — с трудом расслышал Гарри у себя над ухом. На соседний стул забрались двое парней, которых он встречал в школе. Это от них, кажется, приходилось защищать Питера, которого пытались закрыть в шкафчике. Крепкого телосложения знакомый, которого, кажется, звали Джек, дружелюбно улыбался. — Ты и такие места посещаешь? — ехидно поинтересовался он. Гарри демонстративно сделал ещё один глоток и приподнял бровь.       — Это я спросить должен, — небрежно заметил парень. — Не думал, что денег хоть на что-то хватит, — Джек и его дружок недовольно нахмурились. — Во всяком случае, — лениво потянулся Гарри, перебрасывая ногу на ногу, — вам тут явно ничего не светит, — Джек тут же усмехнулся.       — Здесь самая работа, Озборн, — подмигнул он, собираясь продолжить. Гарри почувствовал, как что-то неприятно вибрирует в кармане и отдаёт в ногу. Он развернулся на стуле. Звонил отец.       — Одну минуту, — важно сообщил Гарри, вновь встретившись глазами со знакомыми. — ЭмДжей звонит, — не без намёка сообщил он и, заглушив звонок телефона, поспешил протиснуться в туалет. Краем глаза Гарри уточнил время, близившееся к часу ночи. Он чуть заметно улыбнулся. Казалось, прошло не больше сорока минут. В тесном неуютном помещении туалета музыку было почти не слышно, за исключением особо громких нот. Гарри снял трубку и небрежно поздоровался.       Отец в очередной раз принялся, повышая голос с каждым словом, сетовать на позднее время.       — Я с Питером, — коротко сообщил Гарри, делая ещё один глоток из принесённого с собой стакана. Шумели какие-то люди, балующиеся водой в раковине и, видимо, находящиеся совсем в нетрезвом состоянии.       — У Питера хватает мозгов не гулять в такое время, — грубо оборвал Норман. — Что у тебя там шумит? Если ты сейчас же не придёшь домой, то будешь сидеть в своей комнате и учить уроки столько, сколько я скажу, — Гарри закатил глаза.       — Да не приду я домой! — огрызнулся он. — Я отдыхаю. Как буду рядом, отправлю тебе сообщение, — Норман что-то неразборчиво проворчал на том конце.       — Я надеюсь, что был внятен, Гарри, — строго сказал он тем самым голосом, когда вот-вот готов был сорваться. — Где ты сейчас находишься? Я отправлю за тобой водителя.       — Питеру отправь, — прошипел Гарри в телефон и оборвал связь. Он немного подумал и отключил мобильный. Не хватало ему сейчас отца. Никогда не даст пожить спокойно. Когда помощь нужна, будет сидеть в своём «Оскорпе» до самого утра, а когда лучше, чтобы его вообще не было, объявляется.       Гарри хмуро толкнул дверь и раздражённо протиснулся между людьми, грубо задев локтями несколько парней. Джек со своим другом всё ещё ждали за барной стойкой. Знакомый тут же принялся о чём-то громко рассказывать, стараясь перекричать музыку, но Гарри особо не слушал его, нервно сжимая кулаки и думая о своём. Было бы в сто раз лучше, если бы у отца отобрали его паршивую компанию, и он пил бы целыми днями.       — Так вот вообще никого не слушай! Наркотики не только бизнес, но ещё и лекарство, понял? — с бешеным энтузиазмом уверил Джек. Гарри расслышал только эту фразу. Он с любопытством повернул голову и вопросительно изогнул бровь. — Да брось, тут все об этом знают. Копов если кто и вызовет, у нас прикрытие, тут перец надёжно запрятан, — хвастливо сообщил Джек.       — Перец?.. — непонимающе уточнил Гарри.       — Ну, героин, Озборн, — снисходительно объяснил парень. — Будешь брать? У тебя денег-то хватит, — сладко напомнил Джек. — И на иглу нормальную, и на дозу. Я тебя потом познакомлю с крупным поставщиком, надёжней будет. А спалишь — тебя в переулке подкараулят, — тут же предупредил парень.       Гарри молчал.       — Ну, и что за наркотик? — уточнил он, начиная пятый стакан мартини. Сознание чуть плыло, затапливая посторонними мыслями необоримый гнев и раздражение, бьющие в мозг.       — Говорю же, герыч, — улыбнулся Джек. — Есть ещё метамфетамин. Летать дольше будешь, — со знанием дела сообщил парень.       — А потом бухать, — усмехнулся его друг, вылезая из-за спины. — Догоняться некоторым мазохистам нравится больше, чем колоться, — важно сказал парень. Гарри опустил глаза вниз.       Ему опять вспомнились слова Питера по поводу отца.       — А правду говорят, что с одной дозы ничего не будет? — недоверчиво поинтересовался Гарри. Джек весело переглянулся с другом.       — Ничего не будет, — кивнул он. — Полетаешь чуть, потом часа денёк кости ломить будет, а так нормально, — Гарри понимающе закивал, разглядывая свой стакан. — У некоторых и с тремя дозами ломки не бывает, — улыбнулся Джек. Его друг за спиной тихо засмеялся, с жалостью глядя на Озборна. — Я тебе отвечаю, у нас половина школы уже подсело. Даже твой друг-неудачник почти согласился, — Гарри поднял взгляд. Надо было заступиться за Питера. Но последнее, что сейчас волновало Озборна — проблемы его друга, о которых он даже не узнает.       — Сильно заметно, что под кайфом? — наконец, спросил Гарри, уже открывая кошелёк.       — Пока под кайфом да, потом скрыть даже первоклашка сможет, — победно сообщил Джек. Гарри, всё ещё колеблясь, достал несколько крупных купюр и, стараясь не светиться, отдал их знакомому. Тот с важным видом пересчитал. — Накинь ещё. Я тебе всё-таки качественный собираюсь отдать, — Гарри, никак эмоционально не реагируя, протянул ещё бумажку.       Хуже точно не будет.       Один раз можно, ничего страшного не произойдёт.       Заодно посмотрит, так ли его отец невнимателен. Или ему плевать конкретно на Гарри.       Джек повёл Озборна через толпы людей, подходя к длинному коридору, в котором, по идее, должны быть служебные комнаты. Гарри безучастно оглядывался по сторонам, стараясь запомнить, куда его ведут.       Трое парней зашли в небольшую комнатку с диваном и какими-то инструментами. Видимо, для ди-джея. Джек, хорошо осмотревшись, достал из-под очередного нагромождённого шкафчика небольшой пакетик с совсем уж крохотной порцией белого крупного порошка. Гарри внимательно смотрел перед собой, борясь с последними сомнениями.       Он точно не помнил, что конкретно сделал Джек, как ввёл в только что распакованный чистый шприц наркотик. Парень с горячей улыбкой подал его Гарри.       — Как всё сделаешь, придёшь обратно, мы за барной стойкой, — по-дружески сообщил Джек. Он поманил за собой друга, и парни скрылись в коридоре.       Гарри облокотился на спинку дивана и с недоверием посмотрел на шприц. Чистый. Наркотик вроде тоже хороший. Первый раз не вызывает привыкания. Ломка не сильная. Потом можно скрыть. Гарри с ненавистью нащупал в кармане телефон. Если он не сделает сейчас, то не сможет избавиться от такой жизни никогда.       Он легко нажал на шприц. Место укола неприятно защипало, и Гарри нахмурился.       Парень отложил шприц в сторону и внимательно осмотрел свою руку. Ничего, вроде как, и не произошло. Никаких ощущений. Ничего плохого. Джек не соврал. Но идти к нему не хотелось. Может, это Гарри что-то неправильно сделал? Или надо подождать?       Прошло не больше пяти минут, прежде чем парень почувствовать неприятный зуд в руках и шее. Он поскрёб по тёплой коже. Видимо, с непривычки перебрал с мартини, во рту стало сухо и неприятно. Гарри встал с дивана и пошёл по коридору.       Музыка стала чуть громче, и парень довольно улыбнулся. Джек, заметив его, хотел подойти, но Гарри лениво отмахнулся и, отчего-то засмеявшись своим мыслям, прошёл в центр зала. Он легко обнимал каждую девушку, которую встречал, заводил с ними непринуждённые разговоры об их занятиях этой ночью, громко шутил и ещё громче смеялся над своими же шутками.       Руки всё ещё чесались, и это была самая большая проблема. Отец — не отец, какая разница, если он всё равно не вечен. Гарри сладко потянулся и с удовольствием прижался к очередной встречной на своём пути. Она ответила ему каким-то непонятным писком, понять который парень не смог. Он только легко улыбнулся.       Было слишком хорошо. И Гарри хотел поделиться своим счастьем со всеми.