миллионы разноцветных огней.

Зал пустует, танцы закончились почти час назад. Столики еще не сдвинули в привычном порядке обычного ресторана. Черно-белую плитку только протерли от следов пыльной обуви шумной толпы. Джеймс о чем-то беседует с хозяином небольшого заведения, каждую пятницу устраивающего танцевальные вечера. Стив стоит, прислонившись к дверному косяку. Сегодня особенно не повезло — обычно девушки хотя бы из вежливости задерживаются до конца «двойного свидания», пока Баки вовсю увлекает за собой их подруг, и завистливо смотрят в их сторону. Но в этот раз Марго — кажется, так звали синеглазую блондинку — не выдержала и десяти минут, сославшись на внезапную мигрень. Стив предложил довести ее до дома, но та натянуто улыбнулась и выскользнула на прохладную улицу. Баки старался уделять внимание и своей спутнице, и другу, но вскоре девушка утащила его в центр зала, и Барнс лишь метнул в его сторону немного печальный взгляд и извиняющуюся улыбку. В конце концов Стив даже задремал под монотонные звуки последнего медленного танца, а потом Баки вернулся, пихнув его плечом, и растрепал ему волосы. - Эй, - сказал он, мечтательно уставившись под потолок, - тебе вообще удалось хоть раз станцевать с кем-то? Стив на самом деле засмеялся, это была даже не саркастичная усмешка или грустная ухмылка, он чуть ли не хихикал, как девчонка, словно Джеймс рассказал шутку века. - Ладно, понял, сопляк, - вздохнул тот, поднимаясь и направляясь почему-то к владельцу, помогающему своей дочери, работающей с ним, прибираться после веселого вечера. - Подождешь? - кинул он через плечо, не слушая ответ — знал же, что Роджерс будет ждать. - Придурок, - только и буркнул он. Стив наблюдает, как Баки завешивает комплиментами краснеющую и запинающуюся на ходу дочку хозяина, как о чем-то говорит с ним, по ходу разговора кивая в сторону друга, и тот почему-то смущается, устремляя взгляд в пол. Он похож на шахматную доску. Шахматы — единственный спорт, в котором Стив силен. Наконец Баки возвращается, триумфально улыбаясь, из уголков глаз будто брызжут солнечные лучи. Роджерс качает головой и поворачивается к двери, собираясь уходить, но чужая ладонь ложится поверх его на деревянной ручке и мягко снимает ее. - Разувайся, - вдруг говорит Джеймс. Стив исподлобья смотрит на него, пытаясь прикинуть, в какой момент тот мог сойти с ума. - Давай, разувайся, - повторяет он, а сам скидывает пиджак и наклоняется, чтобы стянуть ботинки с носками. Стив молча следит за его действиями, продумывая план побега от поехавшего товарища. Вдруг он улавливает первые ноты...танго? - Что за черт, Баки? - шепчет он, наконец решив хотя бы постараться получить объяснение. - Ну знаешь, - вдруг отвечает Барнс, - вдруг тебя призовут в армию, а ты так и не станцуешь. Точно с ума сошел, думает Стив, но губы зачем-то растягиваются в идиотской улыбке, а сам он тоже избавляется от обуви. - Босиком? - Фрэнсис попросила не пачкать вновь пол. Стив не помнит, чтобы видел Баки, танцующего танго. Но его позиция уверенная, и он помогает другу сориентироваться в постановке ног и рук. Они ловят ритм и делают первые движения. Баки ведет, Стив следует за ним, ступая босыми ступнями на блестящую плитку. Наверняка застудится, чувствуется сквозняк по полу, но сейчас совсем плевать. Рука Баки давит на поясницу, тянет за собой, и Стив лишь поддается течению четких шагов. Танго загорается в солнечном сплетении жарким опьянением, в голове что-то перемыкает, лбом Стив прижимается к прохладной ткани рубашки Баки. Движения становятся тверже и в то же время плавнее, страсть, подначиваемая жгучей музыкой, кружит вихрем вокруг них. Стив поднимает голову, сталкивается взглядом с глазами Баки, и они темные-темные, голодные, и у Стива сердце ухает куда-то вниз, дыхание становится рваным. Пальцы Баки сильнее сжимают хрупкое тело, тянут ближе, музыка достигает апогея, как и электрическое напряжение между ними... И взрывается салютом громкой тишины. Раздаются восторженные аплодисменты наблюдавших Фрэнсис с отцом. Момент отступает, откатывается морской волной, обнажая холодный песок, неприятно липнущий к обуви. - Эм... - Стив заминается, хватает ботинки и вылетает из ресторана, кинув «до свидания» хозяину. Он бежит по остывшему ночному асфальту босиком, камешки больно врезаются в ступни, но лишь отбежав достаточно далеко, он останавливается, чтобы обуться. Это было так странно и обжигающе-опасно, что он теперь не знает, как и смотреть Баки в глаза. Избегать его получается аж два с половиной часа, пока они не ложатся спать в их общей (черт побери Стив, кто из вас еще придурок, конечно ты бы не мог его долго игнорировать) квартирке, неловкая тишина служит плотным одеялом. Но на утро Баки ведет себя так, будто ничего не случилось, и Стив тоже решает забыть о произошедшем.