Я уже выбрал.

Элвин выплывал из марева сна, как из вязкого болота – вот уже и, казалось бы, все, выбрался на берег, но земля расползается под ногами раскисшим студнем, и ты опять в воде... Возможно, он бы махнул рукой и продолжил спать, но невнятный бубнеж цеплял сознание, не позволяя тому погрузиться в забытье полностью. – Бу, бу-бу-бу-бу, бу-бу-бу... Да что ж за безобразие? Кто там сам не спит и другим мешает? Прислушался... – Ты опять затеваешь скандал! Приличные омеги так себя не ведут! – Конечно! Приличные – это те, кто слова тебе поперек не скажет? Будет робко опускать глазки и терпеть твои выходки? Так? – Не так! Не нужно выставлять меня тираном и самодуром! – Конечно, выставлять не нужно – ты такой и есть. Зачем ты втянул Элвина в свои дела? Откуда он вообще взялся? Ты понимаешь, что подставляешь парня? – Подставляю его не я, – тяжелый вздох, – судьба его такая. – Какая, к демонам, судьба? Привез его, фактически насильно затащил в постель... – Но-но! Мне чужие лавры ни к чему. В постель затащил его ты. А я просто не стал, стоя в стороне, наблюдать, как мой любовник трахается с посторонним парнем... и присоединился. – Какая же ты сволочь, Дик. – Ничего подобного. Я его вообще не для того привез. – А то я не разобрался, для чего! Поделишься, может, что за цели были у тебя? – слова омеги просто сочились сарказмом. – Действительно, может, и меня просветите? – не открывая глаз, влез в беседу бета. – Ладно, – пошел на уступки альфа. – Но сперва следует встать, привести себя в порядок и поесть. Тогда расскажу, не раньше. – Хорошо, мамочка! – съехидничал Энжел. Откровенно говоря, из постели Элвин выбирался как старый проржавевший механизм – со скрипом и стоном. Все мышцы организма ныли и дрожали... хотя, если припомнить вчерашние "подвиги", удивляться нечему. Разве что тому, что они все вообще в состоянии шевелиться. Наконец выбравшись из ванной и кое-как одевшись, добрался до столовой, не без помощи заглянувшего к нему Энжела. Завтрак проходил в напряженной тишине. Дик о чем-то усиленно размышлял, омега так сосредоточенно пил кофе, словно ему предстояла сдача экзамена по умению потреблять этот напиток, а Элвин... Элвин просто бездумно жевал, не ощущая вкуса еды. В голове было совершенно пусто, ни единой мысли... – Что ж, – наконец подал голос альфа, – теперь можно и поговорить, я думаю. Это давняя история, которую начали еще наши отцы... Когда мой родитель еще только начинал свое дело... Энжел хихикнул над такой обтекаемой формулировкой, так как все знали, с чего начинал старший Блэквуд, и Дик поморщился, но продолжил: – Он был не один. С близкими друзьями они сложили имеющуюся наличность и создали свою... организацию или фирму, скажем... Омега вновь захихикал, и альфа недобро глянул в его сторону. Энжел сделал большие испуганные глаза и, зажав рот ладошкой, невнятно сказал: – Прости, я знаю, как трепетно ты относился к памяти родителя, – он вновь не удержался от пакостливого смешка, – но, как говорится, "из песни слов не выкинешь", все прекрасно знают, кем он был и чем занимался. Не сверкай так глазами, умолкаю. И омега засмеялся громче. – Ничего. Я посмотрю, как ты дальше будешь смеяться. Так вот, это были трое альф – мой отец, Рональд Кенди и Нед Смит... Ничего не напоминает, Энжел? Омега прекратил потешаться и пристально уставился на Блэквуда. – У каждого из них было свое дело, своя семья, свои интересы. Но для пользы дела они решили объединиться. Не стану посвящать вас в подробности дел минувших, скажу лишь, что альфы решили объединить капиталы окончательно. У моего отца уже был ребенок семи лет – я. У Кенди был беременный супруг. Смит же имел любовницу, но связывать себя узами брака не хотел. Поэтому Кенди и мой отец заключили контракт на брак будущего ребенка со мной, Смита же в расчет решили не брать. Он или обиделся, или еще по какой-то причине в самый ответственный момент изъял все свои средства из общего дела и сбежал. Его быстро нашли, но сдаваться на милость преследователей он не собирался. Случилась перестрелка, в которой Кенди был убит, а сам Смит тяжело ранен. Ни денег, ни ценных бумаг при нем не оказалось. Стали искать. Удалось найти вклад в банке. Но по завещанию Неда Смита, забрать вклад может лишь его сын. И никто более. Но у Смита не было детей. Пришлось моему отцу отступиться, хотя многие... скажем, акционеры были недовольны. Пытались трясти любовницу Неда, но женщина была далека от его дел, ребенка не ждала, и от нее отстали. Я по желанию отца продолжил раскапывать это дело, хотя это и казалось безнадежным. И вот не так давно я узнаю, что у любовницы Смита была кузина, некая Амелия Уайт. Знаешь такую, Элвин? Бета почувствовал, как пересохло во рту и задрожали пальцы. Он прекрасно понимал, что у такого человека как Блэквуд хватает других дел, кроме как рассказывать нелепые сказки, а значит, вся эта история имеет отношение к нему. И вот теперь становилось понятно, какое. Значит, все поступки Дика не простая прихоть. Сказать, что это не нравилось Элвину, – значит сильно преуменьшить. Но поделать он ничего не мог. – Так ты знаешь Амелию Уайт? – повторил Дик, прерывая затянувшееся молчание. – Это... – с трудом выговорил пересохшими губами парень, – это моя мать... – Замечательно, – оскалился Дик. – У Амелии была короткая связь с Недом, а ровно через девять месяцев родился мальчик, бета, некий Элвин Уайт, которого мы и имеем честь лицезреть перед собой. Или просто имеем. От наглого заявления Элвин покраснел, но промолчал. Что ответить, если и правда поимели? И, похоже, собираются иметь и дальше. – И вот теперь мы в сборе – Ричард Блэквуд, Энжел Кенди и Элвин Уайт или Смит, кому как удобней. – Это, конечно, замечательно, – тонко улыбнулся Энжел. Хоть история и произвела на него впечатление, он быстро пришел в себя. – Но что дальше? Собрал ты нас и?.. Элвин тоже хотел узнать ответ на этот вопрос. Все откровения Дика, казались какой-то дикой чепухой. Выдумкой. Такое могло бы произойти в каком-нибудь криминальном романе, но не в реальной жизни с обычными людьми, к которым бета себя без малейшего сомнения причислял. И вот теперь ему заявляют подобное... Бред больного разума! – Дальше? – переспросил Дик. – Дальше мы пойдем в банк, предъявим нашего бету как наследника Неда Смита. Там возьмут анализ ДНК, чтобы убедиться в их родстве, и Элвин вступит в права наследства. После этого мы заберем ценные бумаги из хранилища и заключим тройственный союз. – З-зачем? – поразился такому заявлению Элвин. Омега тоже смотрел на Дика с недоумением. – По завещанию, оставленному моим отцом и мистером Кенди. Наши семьи слишком многое связывает: деньги, бизнес, прошлое, даже грязные секретики – общие. И так должно оставаться. Голос говорившего альфы был ровный и спокойный, словно он обсуждал погоду и связанные с ней виды на урожай. И именно это равнодушное спокойствие убедило Элвина в реальности происходящего. В том, что он действительно сын этого Смита, с которым у его матери был... нет, не роман. Как там выразился Дик... короткая связь? Вряд ли даже связью назвать подобное можно. Будучи подростком, Элвин расспрашивал родительницу об отце, но она сказала лишь, что он плод единственной ночи, которая ничего не значила. Он тогда впал в депрессию – не слишком приятно сознавать, что ты ошибка молодости и результат беспечности. Но позже оправился и предпочел не думать об этом... И вот эту рану вновь расковыряли. Да и вообще, какого лешего этот гребаный самец решил, что может распоряжаться его судьбой? – Я отказываюсь... – заявил Элвин. – Мне такое наследство ни к чему. Пусть и дальше себе в банке лежит. А на союз тем более! С чего ты вообще решил, что я соглашусь? С этими словами расстроенный бета ушел в выделенную комнату. Энжел, явно забавляясь, посмотрел на невозмутимого Блэквуда и насмешливо выгнул бровь. – Слышал? Он не согласен. Твои действия? Альфа фыркнул. – Не МОИ действия, а НАШИ! – не менее насмешливо поправил он омегу. – Не согласен он! Уговорим! Он и трахаться с нами был не согласен, а что в итоге? – Не с НАМИ, а с ТОБОЙ! – спародировал Дика омега. – Но идея тройственного союза мне нравится. Так что пойдем! – Куда? – несколько опешил от такого энтузиазма альфа. – Как куда?! – картинно всплеснул руками омега. – Уговаривать!