Безупречное послушание

То, почему одни люди нравятся другим — тайна, недоступная ни волшебникам, ни мудрецам, ни даже самаршанским рыночным торговцам.*

Как только я покинула келью, чтобы отправиться на утреннюю молитву, Патриция тут же преградила мне путь в коридоре. Я остановилась, услышав недовольный шёпот сестёр, которые шли позади меня и которым пришлось обходить нас с Патрицией. Я подняла на девушку недовольный взгляд. — Мы так опоздаем, — констатировала я, пытаясь обойти сестру, но та упрямо не пропускала меня. — Я задержу тебя на пару секунд, — её голос был на удивление мягким, — я хочу тебе показать кое-что. Пойдём после молитвы? — Что? Нет, нельзя, — возмутилась я, тихо шикнув и обойдя её, — мы не можем просто так уходить, когда нам вздумается. Я думала, Матушка объяснила тебе это. — я бросила на неё укоризненный взгляд, а затем поспешила, чтобы не опоздать. Ответа я не услышала.

***

Нет, мне, конечно, было интересно, что хотела показать Патриция, но я не собиралась из-за этого ослушаться установленных правил. К тому же, за непослушание всегда строго наказывают. Этого я точно не хотела. За весь день она больше не подошла ко мне, а от других сестёр я узнала, что Патриция ни разу ни с кем не говорила, если не было в этом нужды. Это было странным, учитывая, что все здесь старались держаться друг за друга. Как большая семья. Мы должны быть сёстрами. Возможно, Патриция сторонится других из-за недавней трагедии, но почему тогда она говорила со мной? Думаю, дело в возрасте — мы почти ровесницы. Мне стало грустно от того, как я поступила с ней. Она хотела с подружиться, а я буквально оттолкнула её от единственного шанса. Но вечером она вновь вернулась ко мне. Стук в дверь раздался примерно в то же время, что и вчера. Затаив дыхание, я отворила дверь и даже пропустила сестру в келью. — Прости, я была груба. — я поспешила извиниться, закрывая за девушкой дверь. Я сложила ладони замочком и опустила взгляд, как всегда делала, когда провинилась. Но, похоже, сестре это не слишком понравилось. — Смотри, что я принесла тебе. Девушка мягко улыбнулась и протянула мне набор нитей разных цветов. Признаться, я такие видела только на витринах специальных магазинов, но никак не могла их приобрести. Я удивлённо взглянула на Патрицию и хотела отказаться, но губы предательски растянулись в счастливой улыбке, а руки невольно потянулись за подарком. Девушка отдала мне нити, а сама присела на кровать, не спросив разрешения. — Спасибо. Тихо поблагодарив, я принялась рассматривать разноцветные нити для вышивания, и у меня даже дух захватило — уж очень я люблю подобные вещи. — Это подкуп, чтобы завтра ты согласилась на моё сегодняшнее предложение. — она мягко усмехнулась, оперившись руками о постель и рассматривая мою скромную обитель. — Что? — разочарованно произнесла я. — Я же сказала, что нам нельзя. Как ты вообще это сделать собираешься? Нет, не говори. Знать не хочу. Я тихо хмыкнула, но отдавать подарок не стремилась и, подойдя к столу, положила нити рядом с недоделанным рисунком на ткани. — Я спрошу, не нужно ли сходить за чем-нибудь. И если надо, то ты сможешь выбраться из этого... — она запнулась, а потом наигранно прокашлялась, продолжая, — отсюда. — А если ничего не надо? — Я тебя украду. — улыбнулась Патриция, а затем позволила себе лечь на мою кровать. Покачав головой, я лишь рассмеялась, а затем подошла к сестре и села рядом с ней на край постели. — Что же ты мне хочешь показать, раз пойдёшь на такой грех? — не могла сдержать улыбки я, внимательно рассматривая черты лица девушки. — О, тебе понравится. — заверила она, пристально смотря на меня, а после закрыла глаза и глубоко вдохнула. Я больше ничего не сказала. Глупая улыбка никак не хотела сходить с моего лица. Мы так просидели несколько минут. В полной тишине. Мне казалось, что я даже слышу её дыхание. Было уютно. Немного странно, но уютно. Однако дальше так продолжаться не могло, потому что за окном стремительно наступали сумерки. — Тебе пора уходить. — я опустила взгляд на Патрицию и слегка коснулась её руки. Она покачала головой и, приоткрыв глаза, посмотрела на меня и поднялась. — Не забудь про завтра. И помни, что ты обещала. — Нет! Я ничего не обещала. — широко улыбнувшись, я наигранно закатила глаза. Попрощавшись, Патриция покинула келью.

***

К счастью, Матушке действительно надобно было сходить в деревню за чем-то, но ей показалась странной инициатива Патриции. Всем Патриция казалось странной. Даже мне. Как только мы вышли на улицу, меня обдало прохладным воздухом, который нёс весть о наступающей осени. За ночь стало слишком холодно. Я слегка поёжилась и посмотрела на сестру Патрицию, которой, казалось, совсем не было холодно. Я шла за ней и видела только её спину, но, признаться, так было даже лучше. — Так... — задумчиво произнесла сестра, останавливаясь и упираясь руками в свои бока. — Что? Нам туда. — пройдя мимо неё, я указала на тропинку, которая, собственно, была единственной. Патриция недовольно покачала головой, а затем вовсе отмахнулась, оглядываясь по сторонам. Простояв так некоторое время, сестра наконец указала рукой куда-то в поле и, победно улыбнувшись, покосилась на меня. — Зачем нам туда? — недоуменно спросила я, поймав её взгляд, который снова устремился вдаль. — Сюрприз, — она вздохнула, разочарованно взглянув на меня, — ты что, уже забыла, зачем мы вообще пошли? Я отрицательно покачала головой. Как такое можно забыть? Девушка кивнула в сторону неизведанного, и я послушно пошла за ней, также рассматривая спину сестры. Я волновалась. Но больше от того, что мы свернули в какое-то неизвестное поле сразу после выхода из монастыря. А если нас увидят? Скажут Матушке? Или сама Матушка увидит? Боже, я и представить не могла, что бы нас ждало. Моё тело даже покрылось мелкой дрожью из-за страха. — Ну вот. — мелодичный голос вырвал меня из не слишком радостных размышлений. Я подняла глаза и увидела дом, который раскинулся между полем и лесом. Выглядело магически. Дом на вид был старенький: деревянный, с разбитыми окнами и полной темнотой внутри. А сзади него простирался густой лес. Будто из какой-то сказки. Я невольно улыбнулась. — И что это? — тихо спросила я, понимая, насколько глупый это вопрос. — Мой сюрприз. Патриция взяла меня за руку и повела внутрь. Открыв старую скрипящую дверь, она медленно вошла, ведя меня за собой, будто хотела, чтобы я всё внимательно рассмотрела. Я так и сделала. Дом состоял всего лишь из одной комнаты. Всё было в пыли, а некоторые предметы были накрыты белой тканью, которая давно стала серой. Половицы скрипели, из-за углов доносились какие-то звуки (наверное, мыши или какие-то другие грызуны), но это меня совсем не пугало. Прямо напротив двери стоял большой диван с декоративными подушками, а рядом с ним — нечто неизвестное под тканью. Я выжидающе посмотрела на Патрицию, ожидая её объяснения, но увидела лишь слабую улыбку. — Смотри! — вдруг взбодрилась она, кратко посмотрев на меня, чтобы убедиться, что я действительно смотрю. Сестра подошла к чему-то, что стояло рядом с диваном, и сорвала с него пыльную ткань. На небольшой тумбе стоял граммофон. — Боже, — восторженно произнесла я, немедля подходя и проводя пальцем по какой-то пластинке, которая уже стояла там, — я не видела такие с самого детства. — А ну-ка. — вдруг посерьёзнела Патриция, несильно шлёпнув меня по ладони. Я убрал руку от граммофона, широко улыбнувшись. — Только не говори, что он ещё работает. Девушка самодовольно закивала, и я не заметила, как начал идти звук. Я даже задержала дыхание, чтобы лучше слышать музыку, которая с каждой секундой нравилась мне всё больше. — Ты ещё идти не хотела. — пробубнила Патриция, но тут же взяла меня за руки, выведя в некий центр дома. Я наградила девушку извиняющимся взглядом, но тут же сменилась в лице, прикрывая глаза и пытаясь танцевать. Но, по правде говоря, у меня получалось не очень, но это всё компенсировали движения Патриции. Она будто знала эту песню наизусть. Девушка то закрывала глаза, то пристально смотрела на меня; закидывала голову назад или плавно поворачивала ей в разные стороны; движения были изящные и красивы. Как всегда. Она меня вдохновляла. Я отошла подальше, чтобы внимательнее рассмотреть её танец, но вскоре сестра тут же завлекла меня с собой. И я поддалась. Не знаю, что я делала и о чём думала, но это было неописуемо волшебно. Я давно не чувствовала себя так расслабленно и счастливо. Через несколько секунд мы начали кружиться, и перед глазами всё смешалось. Стены, разбитые окна, пожелтевшие деревья смешались во что-то однородное, что кружило голову и затуманивало разум.