Только мой

— Прости меня… А, нет, не так. «Прости меня, Юи-чан» — не то! Прости меня, мой милый, самый лучший на свете, Юи-тян — идеально! Да, именно так, — Мика сидит в своей комнате, репетируя то, как он будет извиняться перед своим братом.       С того случая в комнате, прошло три дня, Ю так и не заговорил с ним. — Пожалуйста, прости… — Хакуя всхлипнул, утыкаясь носом в свои коленки.

***

      Я дал свободу своему внутреннему демону, этого не должно было произойти. Я ведь держался… Месяц за месяцем, год за годом — все было в порядке. Зная то, как ты относишься к однополым парам, я не мог просто взять и признаться в своих чувствах, боясь быть отвергнутым и высмеянным.       Во второй раз ты принял меня и мои намерения, я очень удивлен, Юи-чан. Ты ведь знал, что я сделаю больно, но почему не оттолкнул? Из жалости? Боже… Я не могу думать об этом.       Я ведь даже не в силах убить себя, просто ради Юичиро. Просто потому, что мы братья и друзья детства. Он никого кроме меня не принимает, даже нашу приемную мать. Для него она — пустое место, ее это очень сильно беспокоит, но она не обижается.

***

      Сначала приласкал, а потом кинул! Придурок, тупой, очень тупой! Ненавижу. Это просто как развод на деньги… Ненавижу. Терпеть его не могу, раздражает.       Я иду в детский приют. В первый раз буду там, потому смотрю дорогу по навигатору. И знаете зачем я это делаю? Все потому, что этот «мешок с костями» хандрит в своей комнате и не хочет никого слушать. Больно надо! Не нужен он мне. И эти его голубые, пронизывающие до самого сердца, глаза — очень сильно бесят. А эта прическа, словно он только проснулся и забыл расчесаться — просто смех да и только! До боли выводит из себя его голос. С хрипотцой, но в то же время, как у девчонки нежный и добрый. И это его идиотское «Юи-чан», от которого мурашки по коже…       А вот и этот приют. Я не на долго, просто занесу гостинцы, которые оставил Мика на эту неделю и уйду.       Само здание было белым, забор тоже в светлых тонах. Создавалось ощущение, что тут живут не дети, а какие-то сумасшедшие люди — настолько меня слепил свет, исходящий оттуда.       По всем углам по напихали камер, а для того, чтобы попасть внутрь, нужно нажать на кнопку и ждать.       Отвратительная система, в моем детстве такого не было.       Запиликала система охраны и я вхожу, потом направляюсь к другой двери. Почему везде нужно тратить свое время на беспонтовое ожидание? А может у меня нет времени? Может я хочу уже наконец уйти отсюда! — Ах, простите меня, милый юноша, — какая-то высокая дамочка в фартуке пропускает меня внутрь. Становится очень неуютно. — Ты кто? — сразу перехожу на «ты», не желая сохранять правила приличия, ибо это существо меня уже откровенно бесит. — Меня зовут Ферид Батори, я управляющий этого детского сада. — Детского сада? Разве это не приют для… — Нет конечно. С чего ты взял?       Включаю телефон, внимательно перечитываю текст и… И понимаю, что оплошался. Со своими пессимистичными мыслями я даже заголовок неправильно прочел! Вот позор… — Простите. Просто не так прочитал. — Ты тут в первый раз? — Да. — Можешь представиться? — Хакуя Юичиро, — вздергиваю обе брови вверх, с хладнокровием и неким раздражением смотря на Ферида. — Даже не верится, что ты управляющий. — Приятно познакомиться! — игнорируя мой недовольный тон и едкое замечание, мужчина протягивает ко мне свою руку. Я ее не жму, а лишь хмыкаю и спрашиваю: — Мой брат — Микаэла Хякуя часто навещает детей, приходящих сюда. Я пришел чтобы передать им гостинцы от него. Где я могу найти группу, с которой играет Мика? — О, так ты и есть Юи-тян? — Я не «тян». — Да-да, Юи-чан, просто я думал, что ты девушка… Ведь Мика… — Молчи. Просто молчи. И я для тебя не «чан», — если так продолжится и дальше, то у меня начнется нервный тик! Почему этот тип так бесит меня?! Он ведь, оказывается, даже не девушка, хотя шевелюра у него внушительная… — Ладно-ладно, просто иди за мной, — Батори резко разворачивается. Его волосы успевают «погладить» меня по лицу, потому я раздраженно хмурюсь, но все же следую за серебро-волосым.       Мы идем слишком долго по этому бесконечному коридору, я уже устал постоянно отставать от этого человека, потому не выдерживаю, когда за мной захлопывается дверь и спрашиваю: — Зачем мы спускаемся в подвал, а? Тут что, кого-то пытают и мы пришли посмотреть на эти пытки? — рычу я, уставившись на новый предмет для ненависти — Ферида. — Ого! А ты смышленый, почти угадал. Только вот это не подвал, а мой кабинет, — я застываю на месте. — Что? — Я дверь уже закрыл, давай будем дружить? — его хихиканье так раздражает, что хочется дать кулаком в эту самодовольную морду. — Что блять?! — Ну-ну, не ругайся в присутствии взрослых, — он нежно берет меня за подбородок, притягивая за талию к себе. А я, ничего непонимающий, просто не сопротивляюсь из-за шока.       Чувствую, как мое тело касается холодной стены, а руки отведены в стороны крепкой хваткой мужчины. Мне так плохо на душе, что хочется кричать, а эта тварь еще осмеливается говорить со мной: — Знаешь… А ведь когда ты был совсем маленьким, ты ходил в приют, в котором я какое-то время работал. Тогда я еще был нянькой для мелких детишек и укладывал всех спать. Еще по ночам проверял комнаты. Тогда Мика общался со мной, но просил не разговаривать с остальными, — чувствую, как кисть моей руки отпустили и принялись неторопливо расстегивать пуговицы на моей рубашке. Кстати да, я одет в деловом стиле. — Тогда ты был менее милым и красивым, — слышу, как Ферид зубами стянул с себя перчатку, а затем высвободив руку из плена, очертил пальцами мою скулу. — Какие прекрасные зеленые глаза… Тебе еще подошел бы красный цвет. Ты ведь такой взрослый и мужественный, — выхожу из ступора, даже умудряюсь дать Батори коленкой между ног, но в ответ вижу ехидную лыбу. Увернулся. Черт. — Съебись, я не помню тебя. не верю, что ты работал в моем приюте, — бегу к двери, но он вновь резко останавливает меня, хватая за руку и притягивая к себе. — Хочешь по хорошему, или… — что есть силы кусаю его и вырвавшись из цепкой хватки, вновь спешу к спасительной ручке. Пытаюсь выбраться, дергая за нее. — Ай, ясно. Это твой выбор, я ни при чем.       Выключился свет и я опасливо отступив в строну, наткнулся на что-то теплое. Блин…       Меня хватают за плечо и отведя в противоположный, как я понял, угол, вжимают в ледяную плитку и вновь врубают электричество. — Я люблю когда нежно и с любовью, но ты похоже против такого?.. — Батори хватает меня за воротник и отодвигая его, присасывается к тому самому месту, куда меня кусал Мика. Я крепко сжимаю челюсти, сдерживая болезненный стон. Брат делал приятнее, а от этого человека просто мерзко и тошно.       Затем Ферид свободной рукой все-таки расстегивает все пуговицы, случайно оторвав последнюю. В сознание врезаются извращенные сцены, которые могут произойти в ближайшем будущем. Я бы даже закричал, но не хочу быть опозоренным. Ведь об этом случае наверняка написали бы в газете, и многие пожалели бы меня, а другие назвали бы педиком. — Отпусти, — исподлобья смотрю на него и грозно хмурюсь. — Но Юи-тян, мы еще не подружились, — проводит пальцами по моей груди, не задевая ничего, что могло бы меня потревожить. — То есть, ты прекратишь это, если мы станем… друзьями? — удивленно кошусь на Ферида, в ответ получая смешок и легкий кивок. — Отлично! Тогда давай дружить, — подавляя в себе всю ненависть и неприязнь, четко выговариваю каждое слово. — Ага, давай, — я бы отошел, но внезапно ощутил, как «когти» Батори впились в мои плечи и сильнее впечатали в этот злосчастный угол, выхода из которого явно не было. — Ты чего делаешь?! Разве мы не договорились… — Конечно договорились. Я закончил со вступлением и теперь удачно перехожу к более решительным действиям, — его голос, его манера говорить — это все до колик раздражает меня. И надо же было так вляпаться, чтобы именно этот человек встретился на моем пути?

***

      Мика мерит шагами комнату. Пол с издевкой скрипит при каждом его шаге, а двери из-за сквозняка постоянно открываются, а потом захлопываются. Юи не пришел домой в тот день. Как бы не случилось с ним чего… На улице в темное время суток опасно.